До скучного просто

      Внимание Хаска привлёк шум сгустившейся толпы у стойки ресепшена. Чертята медленно собирались туда, забывая о своих прямых рабочих обязанностях. Джим опять принимал партию алкоголя.       Готовиться к худшему? Нужно дождаться Джима, потому что он в это дерьмо не полезет.       А потом он слышит звонкий голос Энджела издалека. Дрожащий от гнева и какой-то высокомерной наигранности.       — Так, а хули ты тут делаешь?       Энджел с кем-то ссорился. Твою мать. Нужно сходить разобраться.       Хаск стремительно вышел из-за стойки, направляясь в приёмный зал. Энджел стоял рядом с какой-то девчонкой суккубом. Он как раз подошёл к моменту, когда паук скалил зубы, прижимая к себе свинью. Если проблема была в тупой скотине, то Хаск убьёт это животное, когда Энджел будет спать. Он ещё никогда не устраивал подставное самоубийство для свиньи. Но всё бывает в первый раз.       Девчонка встала в позу, щуря глаза. Энджел стоял напротив, высокомерно улыбаясь и выслушивая оскорбления в свой адрес:       — Я, блять, в жизни не поверю, что такая шлюха, как ты…       Хаск не дал ей закончить, вставая между ними, спиной к Энджелу. Лицо суккуба скривилось от ужаса и резко побледнело. Вряд ли она ожидала, что в перепалку вмешается оверлорд.       — Что здесь происходит?       Она выпрямляет спину, и Хаск может внимательнее её рассмотреть: примерно одного с ним роста, розовая кожа и жёлтые волосы, цвета соломы. И чем она так взбесила Энджела?       — Сэр, этот сотрудник держит в руках животное. Предлагаю взыскать штраф для рабочего, а от свиньи немедленно избавиться.       Хаск хмыкнул, оглядываясь назад. Наглая свинья прижималась к груди Энджела и громко хрюкала. Будущий шашлык посмотрел на него и пронзительно взвизгнул, опять прячась в пухе хозяина. Чёртова вермишель. Но затем он переводит взгляд на Энджела и тот выглядит уверенным. Словно победа уже на его стороне. И этот взгляд полный высокомерия к своему сопернику вызывает странное жжение в душе. Самоуверенность — это чертовски соблазнительное качество.       — Этот сотрудник — мой фаворит. А эта свинья — его питомец. Есть вопросы?       Девушка бледнеет и поджимает губы. Она выглядит растерянной.       — Нет, сэр.       Хаск повернулся к Энджелу, махая в её сторону рукой.       — Свободна.       Он смотрит на довольного Энджела, и его хвост странно мечется. Поросёнок взволнованно хрюкает.       — Спасибо, котик, за мной должок!       Энджел задорно подмигивает, и это выглядит чертовски соблазнительно. Хаск нихрена не уверен, но, кажется, у него снова сосёт под ложечкой. Нужно выпить.       Он уходит обратно и тяжело выдыхает, когда видит удивлённого Джима у барной стойки.       — Сэр, вы уходили со своего места и улаживали конфликт?       — Ничего не хочу слышать.       Хаск берёт первую попавшуюся бутылку и опрокидывает ее в себя. Он смотрит в сторону приёмного зала и продолжает пить крупными глотками.       Но жажда так и не проходит.

***

      Энджел жил прекрасно. Дни проходили по привычному расписанию: работа, во время которой он пару раз перекидывался в картишки, болтал с Элис и Оскаром, позже прогулка с Наггетсом вокруг закрытого казино, поздний ужин и душ.       А потом в казино вернулась Сью.       Как объяснил ему Джим: она под руководством Рози временно работала на новом объекте, объясняя принципы и правила игрового дела. Расширение бизнеса заняло не так много времени. Всего лишь месяц. Хотя, учитывая характер Рози, наверное, это даже много.       Энджел тяжело выдыхает и смотрит на Элис, читающую книжку. Да. С недавних пор Элис начала читать настоящие книги. Грёбаный Оскар заманил её в свой читательский кружок, и даже его пытался втянуть в это наверняка занудное дело. Но Энджел сильный. Он справится с этим задротским напором.       — Чё читаешь?       Элис поднимает взгляд с книжки и слегка приподнимает цветную обложку, давая прочесть название. Коллин Маккоул «Поющие в терновнике». Энджел вытягивает губы трубочкой и подпирает подбородок. Кажется, это любовный роман. Да, книжный шкаф Оскара скрывал в себе много секретов.       — И как тебе?       Элис хмыкает, а её хвост нервно дёргается.       — Честно? Нихуя непонятно, но очень интересно.       Энджел кивает, залезая в телефон. Черри снова спамила в чат. После битвы за территорию у неё появилось слишком много свободного времени. Так они и сидят в отсутствии потока клиентов: Энджел в телефоне, а Элис — уткнувшись в книжку.       А потом он поднимает взгляд и встречается со Сью. Её ядовито-жёлтые волосы странно блестят, а губы кривятся в ухмылке:       — Ой, посмотрите, деревенщина решила взяться за ум.       Энджел зло выдохнул, ставя руки по бокам. Он не позволит обижать старания Элис, потому что она правда делает большие успехи, и какая-то сварливая дрянь не должна попортить развитие. Не сейчас.       Он едва успевает открыть рот, как чувствует лёгкую хватку на плече. Элис широко улыбается и говорит:       — Вау, Сью, а я смотрю, ты, типа, как всегда повышаешь свой статус за счёт унижения других. Конечно, ты же сама из себя ничего не представляешь. Я-то хотя бы деревенщина, а ты кто? Ой, точно. Пустое место.       Энджел так же удивлён, как и Сью. Для привычной речи Элис было слишком мало слов паразитов, а ещё всё до подозрительного связно и грубо. Так говорят умные стервы. Суккуб возмущённо поднимает брови и хочет что-то сказать, но её окликает новенький, уводя к посетителю. Энджел выдыхает, когда блондинистая бестия уходит и переводит шокированный взгляд на Элис. Гончая довольно машет хвостом.       — Элис, крошка, а что это сейчас было?       Элис улыбается и счастливо визжит.       — Это, типа, Оскар со своей этой статьей. Она там про тараканов в башке. И я просто прочитала и такая: бля, это же про Сью! И заучила её. Правда круто?       — Да, круто.       Энджел подмечает, как горят глаза Элис, когда она снова утыкается в книгу.       Сью жила с ними на втором этаже. Энджел узнал об этом во время завтрака перед сменой. Сковородка шипела, а по кухне витал запах творожных сырников. Черри громко пыхтела в телефон, видимо, совершая очередную пробежку по окраинам их города.       — Иду я значит по ТЦ, ну там шоппинг, жрачка, все дела. А чувство внутри очень нехорошее. Интуиция прям орёт: "Прыгай". Я как отпрыгну в сторону, вот шестым чувством ощутила, понимаешь? И появляется, значит, этот змей. Ебаный, мать его, Пентиус. Ну я, конечно, в шоке.       — Да ты чё! А он чё?       Аккуратно перевернуть сырники, проверить шоколадный кекс в духовке и протереть стол.       — Он мне такой: "Леди Бомб, я вызываю вас на поединок".       В трубке раздался взрыв и возмущённый крик. Черри всё также тяжело дышала в трубку:       — Я смотрю на него и ахуеваю. Говорю ему: "Ха, чел, битва за территории была совсем недавно, какого чёрта?! И почему именно меня?"       Было негласное правило, что в аду проводились две официальные битвы в год. Одна — перед зачисткой, чтобы определить нового оверлорда для собраний, другая — после, когда свободных территорий хоть отбавляй. Да, допускались и просто драки, где уже можно было использовать ангельское оружие, и окончательная смерть противника не воспрещалась. Но всё же, некоторые из верхушки старались пресечь резню ради резни в каких-то своих целях. В каких — Энджел не знал и знать не хотел. Он просто был рад, что Черри не лезла бездумно в пекло.       — Так, и что он сказал?       — Он на меня смотрит глазами испуганными и говорит, как девственник, хотя почему "как"? В общем, смотрит и говорит: «потому что я приглашаю всех на реванш». И в этот момент появился ещё какой-то тип, который это услышал, он заснял это дерьмо и всё: хештег реванш по всей соцсети. И теперь начинается третья битва, вот я и тренюсь. Даже не пью. Прикинь?       Энджел присвистнул, выкладывая сырники на тарелку. Черри и без выпивки? Это слишком.       — Черри, а ты не думаешь, что он к тебе просто очень неумело подкатывает?       К сырникам нужен джем. Кажется, у них была одна баночка на нижней полке в холодильнике.       — Подкатывает? Ты видел хоть одного нормального парня, который подкатывает таким ёбнутым способом?       Энджел хотел сказать: "Оскар". Но Оскар был в его представлении не самым нормальным. Да и подкатывал он, мягко говоря, очень неумело.       — Да и кому могут понравиться такие мямли? Это же жесть. Чё, так трудно подойти и сказать: я, ты, отель, сейчас. А не вот это: "Леди Бомб". Чё за жесть? Кто на такое отношение поведется вообще?       Элис повелась. Оскар был мягок с ней и мил. Она и влюбилась. Но Черри говорит не про Оскара и Элис, она говорит лишь про себя, совсем не желая кого-то обидеть. Энджелу остаётся только выдохнуть, выкладывая сырники на отдельную тарелку.       — И вообще, вряд ли этот ящер хоть о чем-то думает нормально. Это вообще адекватно — устраивать новую битву за территории за два месяца перед истреблением? Это дерьмо, бро. А ещё…       Энджел согласно мычит и тянется к нижней полке в холодильнике. Глаз цепляется за зелёную коробку сока. Это странно. Потому что с недавнего момента закупкой продуктов занимается Энджел, и он не покупал эту пачку сока. Кто-то из чертят поставил? Ладно, это неважно.       Как назло, джем стоит прямиком за зелёной коробкой. Энджел всё ещё мычит и тянет упаковку на себя, замечая оранжевый фрукт на упаковке. Апельсин.       — Что за…?       — Энджел, что-то случилось?       В голосе Черри проскальзывают лёгкие нотки волнения, а Энджел прожигает взглядом яркий апельсин на упаковке. Он разберётся со всем перед сменой, когда все будут за столом. Сейчас нужно успокоиться и вернуться к разговору.       — Ничего, крошка, сырники приготовил, а джем кончился.       — О, а ты знаешь, как довести своим языком до оргазма. Готова стать вишнёвым джемом, если угостишь меня парочкой сырников.       Подруга смеётся в трубку, и Энджел улыбается, убирая пачку сока на холодильник. Черри всегда умела разбавить обстановку лёгкой шуткой.       За полчаса до смены Энджел уже сидел за кухонным столом и выжидал. Он всматривался каждому чертёнку в глаза, заставляя их нервно заикаться. Сью зашла последней, она перекинула ногу на ногу и посмотрела на тарелку с сырником и кусочком кекса.       — Что это за завтрак диабетика? Я эту дрянь есть не буду.       Сердце повара неприятно дрогнуло. Вначале Энджел удивлённо открыл рот, а потом гневно свёл брови. Но едва он успел придумать ответ лучше, чем: «Пошла нахуй!», когда в конфликт вмешался тихий Оскар:       — Сюзанна, к твоему сведению, диабет развивается, когда иммунная система человека, демона и тому подобное атакует его собственную поджелудочную железу, из-за чего она больше не вырабатывает инсулин. Так что твоя шутка — глупая и неуместная, что может задеть людей, страдающих от этого недуга. К счастью, все присутствующие за столом не являются диабетиками.       Элис стукнула по столу:       — Да, Оскар. А ещё тебя, типа, никто это есть не заставляет. Ты, типа, ваще-то, спасибо должна сказать.       Сью скривилась и скрестила руки. Энджел почувствовал лёгкое удовлетворение от её недовольного вида. Но он бы всё-таки вырвал её длинные волосы.       Когда атмосфера за столом сбавила градус, Энджел встал с места и поднял пачку с соком.       — Чей это сок?       Чертята переглянулись, и только Сью недовольно фыркнула, рассматривая свой маникюр.       — Ну мой, и чё? Какие-то проблемы?       Энджел выдыхает, пытается быть сдержанней, потом шлёт всё к чертям и нервно вскакивает:       — Слушай сюда, сучка, на этой кухне появилось правило: никаких апельсинов! Понимаешь, тупая манда? Пока я здесь готовлю — здесь не будет ничего, связанного с этим фруктом!       Сью бросила высокомерный взгляд в его сторону и встала из-за стола, показывая на прощание фак.       Но надо сказать, что апельсинового сока Сюзанна больше не покупала.       Таким образом, потихоньку Сью капала Энджелу на нервы. И он всё ещё не понимал: какого чёрта не пристрелит эту наглую суку? Черри снова не отвечала на сообщения, в новостях трубили о третьей битве за территории. И его глаз цепляется за Наггетса. Поросёнок взволнованно трепыхал крыльями, болтаясь в ногах посетителей.       — Что за придурок забыл закрыть дверь?       Энджел в ужасе подскочил к нему, поднимая свинку на руки. Хрюшка удивлённо дёрнула носом и полезла облизываться, успокаивая хозяина.       Сзади раздался звонкий голос Сью:       — Что это такое? Животное? В казино?       Начинается.       — Да, а чё, какие-то проблемы?       Энджел злобно посмотрел на неё, Сью ответила не менее презрительным взглядом:       — Тебе что, надо всё объяснять? Ты, может, долбаёб? Никаких животных в игорных заведениях!       — Так а хули ты тут делаешь?       Паук оскалился, крепче прижимая к себе Наггетса. Сью его раздражала, доводила до белого каления и вынуждала натянуть старую маску. Энджел пережил слишком много унижений и выслушивать истерику какой-то стервы не намерен.       — О, да? Но знаешь, это не я стону, как сука, на каждом канале. Ты просто тупая блядь. Знай своё место.       О, хорошо.       — Хах, да? Тупая блядь? Представляешь, эта тупая блядь получила расположение твоего босса, чтобы велеть тебе заткнуться.       Лицо Сью гневно скривилось. Она поставила руки в бока и выпятила грудь. Энджел готов. О, как давно ему не приходилось вступать в словесную перепалку.       — Я, блять, в жизни не поверю, что такая шлюха, как ты…       — Что здесь происходит?       Хаск. Энджел расслабил плечи, слегка поглаживая Наггетса. Ему сложно это признавать, но рядом с Хаском он ощущал себя в безопасности. Даже если дело касалось всего лишь придурошной Сью.       Сью теряет высокомерие, и на её лице отчётливо читается страх. Энджел довольно прикусывает губу, ожидая шоу. Потому что Хаск не будет трогать Наггетса. А ничего так не удовлетворяет, как уже выигранная в голове битва.       — Сэр, этот сотрудник держит в руках животное. Предлагаю взыскать штраф для рабочего, а от свиньи нужно немедленно избавиться.       Хаск оборачивается и смотрит на него. Энджел как никогда доволен, ведь он был уверен, что бармен встанет на его сторону. Наггетс смотрит в сторону Сью и громко визжит, прижимаясь ближе к груди. Эта тупая сука пугает даже такого чудесного поросёнка, как Наггетс!       Хаск хмыкает и снова смотрит на Сюзанн.       — Этот сотрудник — мой фаворит. А эта свинья — его питомец. Есть вопросы?       Энджел не удерживается и показывает ей фак. Совсем быстро, чтобы Хаск не увидел. Но Энджел знал, что Наггетс — покоритель сердец. Неудивительно, что Хаск вступился за этого розового красавчика, прижимающегося к его груди.       — Нет, сэр.       — Свободна.       Хаск поворачивается к нему, и Энджел подмечает, как дёргается его хвост. Наггетс громко хрюкает. Да, стоит поблагодарить своего благодетеля.       — Спасибо, котик, за мной должок!       Энджел не удерживается от подмигивания. Хаск, как всегда, безразличен. Он даже ничего не отвечает, уходя обратно. Но Энджел как никогда благодарен, потому что рядом с Хаском он чувствует, что его мнение тоже учитывается. Сердце сжимается тисками. И Энджел счастливо улыбается, прижимая к себе Наггетса. Хаск — удивительный оверлорд.       Через неделю в зале происходит стычка. Тод попался хамоватому клиенту под горячую руку. Импы никогда не имели особого веса и защиты, поэтому клиенты часто срывали на них злость от очередного проигрыша.       Энджел бешено встаёт с места, желая разобраться. Тода буквально сейчас задушат. Он выходит в зал, но не успевает дойти.       Сью бьёт наглого посетителя по рукам, оттаскивая Тода себе за спину. Она выглядит свирепо. Гораздо злее, чем в том разговоре с ним.       — Сэр, хочу предупредить, что наши законы казино запрещают пренебрежительное отношение к сотрудникам. Прошу вас самостоятельно покинуть заведение, иначе я вынуждена буду позвать охрану.       Да. Сью находилась под предводительством Рози. Она наверняка обязана знать здешние законы.       Клиент вскакивает с места и уходит, оставляя Сью и тяжело дышащего Тода. Девушка провожает посетителя взглядом, дожидаясь, когда он покинет один из игровых залов. А затем переводит презрительный взгляд на Тода, морща нос.       — Чтобы я тебя до конца дня не видела, принесёшь новые проблемы — уволю.       Тод запальчиво кивает и сипло выдыхает:       — Спасибо.       Чертёнок убегает в комнату для персонала.       А Энджел не может поверить глазам. Хамоватая сучка Сью нежно улыбается, провожая Тода взглядом. Пару секунд. На пару секунд Энджел видит искреннюю улыбку на её лице. А затем Сью снова высокомерно натягивает маску, возвращаясь к работе.       Энджел выдыхает и успокаивается.       Сью всё ещё главная стерва, ничего не понимающая в хорошей еде. Она отвратительно ведёт себя с окружающими. А ещё не умеет вовремя заткнуться, когда того требует ситуация.       Но Сюзанна — житель этого казино, и она так же важна, как и все вокруг.