Жажда. Первый глоток

Когда Драко зашел в полумрак спальни, Гарри налетел на него, видимо не рассчитав разбег, когда покидал свое игрушечное пристанище. Удерживая его за плечи, слизеринец отстранился. — Ну как, получилось найти?! — Гарри возбужденно дышал и заглядывал в глаза с детской надеждой — никак деградировал за столько часов в игровой. — Да. Ритуал у меня. Драко равнодушно прошел к камину, разводя огонь и зажигая свет в комнате. — Эм, Драко, что-то случилось? — Поттер следовал по пятам. — Нет. Накинь мантию, я позову домовика и давай поедим уже наконец. Гарри насторожился, Драко чувствовал, что гриффиндорец пристально наблюдает за ним. Слава Мерлину, он не стал спорить и накинул мантию. Аппетита совсем не было, Драко для вида ковырял вилкой пюре, когда домовик принес еду и парни уселись за стол. — Я что-то не так сделал? Ритуал невозможен? Почему ты не ешь? — Поттер нервничал и также не мог ничего в себя затолкнуть. — Я ел в столовой и сейчас не голоден, — соврал Малфой. — Очень удобно отвечать на самый простой вопрос. Но осталось первых два — что не так? Ну и как сказать ему, что сейчас Драко ненавидит весь белый свет? — Что-то случилось? — обеспокоенно продолжил донимать своими вопросами Гарри. — Кажется, Снейп разыскивал тебя, он был очень взволнован. Драко вскочил со стула, но ему некуда было бежать ни от Поттера, ни от себя. Он вцепился в край стола, сцепив челюсти, чтобы не сказать то, о чем пожалеет. — Он пытал мою мать! — прокричал он, сглатывая накатывающие слезы. И только осознание, что в представлении Поттера он будет Малфоем, который горько рыдает каждый вечер, помогло взять себя в руки. От этих слов Гарри вздрогнул. — Малфой, давай аппарируем вместе? Ты, Нарцисса, мы все уйдем отсюда, — Гарри тоже встал и подошел ближе, положив руку на плечо парня. — Всё закончится завтра же, вы будете в безопасности. — Она не сможет оставить отца, — выдохнул Драко. Он уже думал об этом раньше, но исходом его побега могла стать смерть Люциуса. — А ты смог бы? — осторожно спросил Гарри. К сожалению, этот вопрос стал искрой, которая подожгла бочку с порохом. — Что?! Что ты несешь, Поттер? — Драко скинул руку, отпрыгнув как ошпаренный. — Ты хоть понимаешь, что предлагаешь мне стать убийцей собственных родителей?! Я и так им почти уже стал! — Я не это имел в виду, послушай, пожалуйста… — Конечно, я беззаботно могу оставить родителей, чтобы Лорд прикончил Малфоев одного за другим! Ты именно этого и хочешь, да?! — Да хватит уже обвинять меня в том, о чем я даже не думал! — Гарри гневно сжимал кулаки. — Да, я не испытываю нежных чувств к твоему отцу по весьма объективным причинам. Но я правда хочу вам помочь! — Оставь свое геройство при себе — оно никому не нужно и здесь нет благодарных зрителей! От тебя одни проблемы, шрамоголовый придурок, и пока ты жив, никому из Малфоев легче не будет! — собранная злость выплеснулась через край, колючими словами уничтожая тот хрупкий мир, что парни построили за вчерашний день. Он хотел сделать больно Поттеру, обвинить его во всем, ужалить побольнее. Но Драко пожалел о своих словах сразу же, только взглянув в лицо парня. Гарри нахмурил брови, на лбу пролегла напряженная складка. — Ты думаешь, я не чувствую себя виноватым и принимаю все как должное? Что из-за меня погибли люди, что мои друзья сейчас переживают не лучшие времена в подвале, а вас пытали? Ты считаешь, что я всего лишь геройствую? Драко показалось, что изумрудные глаза наполнились болью, нестерпимо большей, чем он видел ранее. Его самого трясло в этот момент от противоречивых чувств — злости и необходимости обнять этого придурка. — Чего ты хочешь, Малфой?! Ты то помогаешь, то отталкиваешь и ноешь, что я жив! — сорвался Поттер. — Я хочу, чтобы ты либо этот безносый гад уже окончательно раз и навсегда сдохли! В идеале, чтобы вы оба! — Отлично! Так что тебе мешает пригласить в эту комнату Пожирателя и сказать, что совершенно случайно ты обнаружил меня в своей комнате? Уверяю, тебя поощрят, а я не протяну и пары минут — в этот раз Волдеморт не будет тянуть удовольствие! Просто представь, как будет здорово, когда ненавистный шрамоголовый придурок словит Аваду и… — Я это уже представлял! — недобро прошипел Драко, рванул к Поттеру и повалил на кровать. Прижав его запястья над головой, он навис над ним, вглядываясь в пылающее лицо и ловя румянец на щеках. Гарри, натянутый как струна, нервно дышал. «Ты мой! Никто не имеет права!» С этим неожиданным для себя откровением Драко решительно приник к губам Гарри, быстро сминая их и вжимаясь телом, чтобы лучше чувствовать каждую клеточку гриффиндорца. Мурашки от того, как Поттер коснулся его шеи накануне, вновь забегали по телу. Губы Гарри были теплыми и мягкими, Драко их ласкал и мучил, то нежно посасывая, то оттягивая, кусал и с силой вбирал, зализывая языком саднящие ранки. Он впервые целовал парня, и этот парень — Гарри Поттер. Драко в шоке отстранился. Пораженный собственным поступком, он так и висел над ушедшим в астрал Гарри. Наконец, отпустив запястья, он в растерянности стал приподниматься. Если Драко и думал, что совершил нечто неожиданное и непонятное ему самому, то в следующий миг гриффиндорец взял реванш. Поттер втянул его в очередной спонтанный поцелуй, запустив руки в шевелюру и обжигая горячим дыханием. Легкие касания языков, отзывчивые губы, приятные вздохи — это точно какое-то помешательство. От новых ярких ощущений у Малфоя в области сердца словно забил источник с прохладной водой. Его течение растекалось из груди, мягко сжимая легкие и сбивая дыхание, затем переходило в живот, где, сделав круговорот, нещадно отдавало жаром в пах. Было восхитительно приятно и легко. Поттер как-то нетерпеливо заерзал под ним, и Драко нашел в себе силы прервать затянувшийся и невероятно чувственный поцелуй. Сердце билось так быстро, словно он только что пробежал кросс. В голове звенела мысль, что они только что целовались. Зеленые глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, четкие линии подбородка и скул, чуть припухшие губы — Драко окончательно залип и не мог оторвать взгляд. — Если ты ненавидишь меня и Волдеморта одинаково сильно, ты также целуешь его, да? — прыснул от смеха Поттер, прерывисто дыша. — Фу, ты точно извращенец! — Драко искренне засмеялся. Мерлин, похоже, гость его спальни был совсем не против того, что сейчас происходило, а лучше бы ударил, наверное. Вместо этого Гарри сделал захват, уронил Драко на спину и теперь уже сам навис над ним. — Какой же ты охрененный, Малфой! Согласиться Драко очень хотел, но уже не смог, так как Поттер нетерпеливо заткнул его. Добавив язык, Гарри нахально исследовал его рот, сделав поцелуй еще более жарким. Ему явно не хватало техники, но вполне хватало страсти. Все-таки очевидно, что Драко опытнее, поэтому, вновь подмяв Поттера и перехватив инициативу, он на практике показал, как успешно можно сочетать язык, губы и зубы, если особенно импульсивные господа хотят всего и сразу. Гарри стонал ему в рот, рвано выдыхал и нетерпеливо выгибался под ним. От его тела исходила приятная вибрация и дрожь. Наслаждаясь мучительно долгим глубоким поцелуем, Драко сменил тактику, так как ужасно хотелось попробовать всего Поттера. Дыхание сбилось, тело охватило возбуждение, вдобавок самого Поттера так трясло, что вполне недвусмысленно говорило о том, что им обоим пора действовать иначе. Пройдясь поцелуями вдоль шеи, оставляя засосы на смуглой и аппетитной коже, Малфой, уверенно проведя руками вдоль всего тела Поттера, словно огладив его, схватил нижний край водолазки и потянул вверх. Взлохмаченный Гарри без сожаления расстался с ней и потянулся к вороту черной рубашки Драко. Однако его руки так дрожали, да и очки он уже куда-то зашвырнул, что практического успеха его попытки не принесли. Быстро перебирая пуговицы, Драко высвободился из рубашки и без промедления вновь опустился на Поттера. Сейчас чувствовать друг друга ничего не мешало. Драко продолжил ласкать шею Гарри, ощущая, как горячие руки нетерпеливо оглаживают его собственную грудь, живот, переходят на спину. Спускаясь ниже, он провел языком по ключице, посасывая ее. Восхитительная кожа, сильные руки, подтянутая грудь — Поттер сводил с ума своим совершенством. Такой невероятно красивый, страстный, он судорожно дышал под Драко. Уже чувствуя дискомфорт от возбуждения в паху, Малфой прошелся им по бедрам Гарри, чтобы проверить свою догадку. Когда их твердые и набухшие члены соприкоснулись сквозь ткани брюк, Гарри протяжно застонал. — Драко, у нас встала… проблема, — зарумянившись аки девица, Поттер нетерпеливо потерся о вставший член Малфоя. — У меня сейчас стояк порвет твои невозможно дорогие брюки. — Это недопустимо! — Драко скользнул вновь к груди Поттера. Исследуя его соски, сильно втягивая по очереди, он оставил их и россыпью поцелуев дошел до пупка, там сместился к так призывно выпирающим тазовым косточкам, нежно их облизал — кажется, он мечтал об этом с самого утра. Его голова располагалась прямо напротив возбужденной плоти Поттера. Осторожно стянув с того брюки, он с улыбкой встретил вскинувшийся член. — Оу, оу, я тоже рад тебя видеть, малыш Потти! — Малыш?! — Гарри гневно засопел, уже готовясь отстаивать свою честь. Драко осторожно подул на возбужденную головку, чтобы остудить геройский гневный пыл. Когда дело дошло до членоприкладства, Драко полагал, что подрочить друг другу будет вполне неплохой мыслью. Однако, когда такое чудесное сокровище предстало перед ним во всей красе — идеальной формы, вполне достойного для героя размера, сочащееся предсеменем, он резко передумал. Драко Малфой никогда в своей жизни не трогал чужих фаллосов, ни руками, ни, Мерлин упаси, как-то еще. Но конкретно в данный момент перед ним лежал разомлевший Гарри Поттер, тот самый, который довел своими поцелуями и красотой тела бедного Драко до звона в ушах и яйцах. Поэтому, зыркнув на подслеповатого героя максимально пошлым взглядом, он облизал головку напряженно стоящего члена и опустился на него ртом настолько низко, насколько мог, втянув щеки и сладко причмокнув. Драко был уверен — ни он, ни стены его комнаты, ни стены Малфой-мэнора никогда не слышали такого стона. Поттер что-то забубнил, заметался, приподнимая голову и беспомощно откидываясь на подушки. — Малфой, что ты… что ты делаешь, я же … Ох! Но Малфой, параллельно освобождая и своего уже готового взорваться дракона, одной рукой помогал себе, надрачивая гордость Поттера, а второй ублажал собственную страсть. Это было странно и неправильно? Слишком быстро? Может быть. Но кто даст Драко гарантии, что у него однажды будет еще один шанс оказаться с Поттером в одной постели? Он скользил вверх и вниз по стволу Гарри, обводя языком уздечку, нежно касаясь уретры, то резко насаживаясь, то замедляя темп, продлевая сладкую пытку. Со временем он смог глубже заглотить член Поттера, подавляя желание вытолкать из горла инородное тело. Что там творилось с остальной частью Гарри, он не знал, так как закрыл глаза и смаковал момент, но, судя по всему, тому весьма всё как нравилось — он по-хозяйски запустил пятерню в волосы Драко и что-то стонал и выкрикивал. Волны удовольствия скрутились в паху в тугую линию, Драко почти был готов кончить. — Драко! Стой, я сейчас… — увы, договорить Гарри не успел, так как очередной глубокий захват отправил парня с его осторожностью куда подальше, и он так и кончил в рот Драко. Поттер замер и не подавал признаков жизни. Закашлявшись, Драко выпустил член изо рта, но его тут же схватили и потянули наверх. Воистину, это Поттер крепкий парень — ни Авада Волдеморта, ни минет от Драко Малфоя его не берут. Налетев как бешеный на Драко, Поттер повалил его на спину, увлек их в новый поцелуй и чуть влажными пальцами обхватил набухшую головку Малфоя. Рука Поттера идеально взяла ствол и двигалась в непривычном, чужом темпе. Большой палец его руки легко прошелся по чувствительной коже, и Драко вздрогнул от удовольствия. Хватило буквально нескольких движений, чтобы он, простонав в рот Поттеру, излился себе на живот. Поттер развалился рядом. Оба дышали, как загнанные лошади. — Немного секса для героя, перед тем как он откланяется из приветливого дома Малфоев, — промурлыкал с ухмылкой Драко, прикусив мочку уха Поттера. — М-м-м… Чудесное БДСМ с кнутами, душистая ванна, ролевая игра, сказки перед сном и немного секса. Знаешь, будь у меня чуть больше времени, я бы непременно подзадержался в этом чудесном доме! — Как ты там говорил, Потти? Становись в очередь! Парни расхохотались в голос, и момент «после», когда вроде что-то надо сказать, канул в Лету, оставив после себя приятное послевкусие, отложив раздумья на потом. Как только они пришли в себя, вернулся аппетит, и они смогли спокойно поужинать, обсуждая ритуал и завтрашний день. Согласно описанию, Гарри и Драко, не являясь членами одной семьи, должны были пройти скрепление кровью, затем следовала добровольная присяга эльфа каждому из них на общей крови. Таким образом эльф клялся в службе обоим, мог являться по зову и быть закрепленным за двумя Домами. Уже укладываясь спать, парни обнаружили, что не сходятся в одном пункте их плана. Гарри считал, что Малфой должен остаться в Хогвартсе, направив Добби в мэнор, сам же Драко считал, что должен вернуться домой вместе с Добби. — Ты рискуешь, Драко, ведь что-то может пойти не так, верно? Зачем тебе присутствовать при нашем побеге? Оставайся в Хогвартсе, там безопасно! Добби аппарирует в эту комнату и… — Всё может пойти не так, Поттер. И если завтра вам не удастся сбежать, ни у кого больше не будет шанса. Ни у тебя, ни у твоих друзей, ни у меня. Я остаюсь. Поверь, что не буду подставляться впустую — ведь я думаю, прежде чем что-то делать, в отличие от тебя. «Конечно, за исключением момента, когда я набросился на тебя с поцелуями» — просвистело в светловолосой голове. Драко отвернулся и выключил свет, давая понять, что дискуссия окончена. — Спокойной ночи, Поттер. — Спокойной ночи. И… спасибо тебе. Я хочу, чтобы ты знал, Драко, — кажется, неуемный гриффиндорец совсем не собирался спать. — Ты мне очень нравишься. Я, наверное, сумасшедший, но ты мне и раньше нравился… в некотором смысле. Поттер придвинулся вплотную, вновь обнимая, как прошлой ночью. Драко улыбнулся — конкретно сейчас он был счастлив. О всех невозможностях каких-либо отношений с Поттером он будет думать после. Он мягко накрыл ладонь Гарри своей рукой, сплетая пальцы. Вряд ли еще когда-либо Поттер будет так обнимать его. *** Утром Гарри проснулся в тревоге. Драко уже не спал — он переоделся и чертил на полу руны для ритуала скрепления крови. Наскоро позавтракав, Поттер отправился в ванну, пока слизеринец завершал подготовку. Гарри очень надеялся, что все пройдет по плану, Добби сможет аппарировать в мэнор и он с друзьями сбежит, не привлекая внимания, а Драко не придется вмешиваться. Встав в рунный круг, каждый из них сделал глубокий надрез на ладони. Скрепив руки в крепком рукопожатии, они заставили стекать кровь в широкую чашу. Хором они трижды произнесли долгое заклинание, кровь в чаше закипела, приобретая черный цвет, а их сцепленные руки окутало голубоватое сияние, залечивая порезы. Малфой аккуратно перелил содержимое в подготовленный фиал и готовился к аппарации. Скоро здесь появится Добби и Гарри сможет увидеть своих друзей. Если все сложится удачно, то уже сегодня днем Рон и Гермиона будут в безопасности и тепле наслаждаться чаем. Как же они будут удивлены, когда узнают, кто помог им сбежать из мэнора! Прямая спина, идеальные очертания стройного тела под черной водолазкой… Гарри смотрел, как Драко надевает мантию, поправляя рукава и затягивая шнуровку под шеей, как ловко убирает волшебную палочку. Драко был красив. Идеален. В этом не было ничего нового — с пятого курса Поттер смирился с тем фактом, что Драко чертовски притягателен внешне. Холодный взгляд глаз, радужка которых будто отражала серебристую рябь Черного озера весной, напряженный лоб, чуть сдвинутые брови, плотно сомкнутые губы… Гарри вдруг понял, что Драко прекрасно натренирован в выражении уверенности, презрения и отстраненности. Насколько он помнил, этим навыком его школьный враг обладал уже на первом курсе, отточив свое мастерство, когда стал старше. Такой Малфой был привычным во время их перепалок в Хогвартсе. Драко, который умеет искренне смеяться, которому иногда реально страшно, который может плакать, а еще сумасшедше целуется и обжигает своим дыханием — этот Драко останется здесь. И уже сегодня вечером Гарри не будет знать, чем тот занят, и никакая новая черта Малфоя его не удивит. Завтра утром он не увидит на соседней подушке растрепанного блондина, похожего на взъерошенного совенка. Очень скоро он уже не сможет дотронуться до чудесной белой кожи, успокаивая или разделяя страсть. Гарри любовался Малфоем и наслаждался зрелищем. Впервые ему не было стыдно признать, что Драко влечет его. Сердце пропустило удар. Но стоило Гарри захлебнуться в лавине накативших чувств, ледяной взгляд выдернул его из призрачного омута. — Забудь обо всем, что здесь было, Поттер, это ничего не меняет, — безжалостно спокойно произнес Драко. — Все остаются при своих ролях, если ты там что-то себе надумал. — Всё уже изменилось, Драко, — спокойно произнес Гарри, не отводя глаз. Морок прошел, и осознание того, как здорово он влип, охладило восторженность. Впереди еще больше крови и борьбы, и кто знает, останется ли в итоге кто-то из них жив. И если останутся оба, Гарри поклялся себе, что хотя бы попробует. Очень хотелось поцеловать Драко. Хотя бы еще раз. Однажды. Хлопок аппарации унес Малфоя из комнаты. Как и ожидал Гарри, эльф сразу согласился на предложение Драко. Буквально спустя полтора часа Добби и слизеринец появились в комнате. — Добби, ты поможешь нам! — Гарри приобнял домовика. — Гарри Поттер, сэр! — эльф поклонился. — Добби не может бросить Гарри Поттера и сделает всё, чтобы спасти его. Добби очень рад быть полезным, сэр! — Позвольте напомнить, что Поттер еще не хозяин, — ухмыльнулся Драко. — Клятву моему Дому Добби уже произнес в школе. Во время ритуала подчинения Гарри читал заклинания, которые ему велел выучить Драко. Добби стоял на коленях, сжимая в ладонях фиал, и вскоре вокруг его шеи появился огненный ошейник. — Теперь Добби — эльф Драко Малфоя и Гарри Поттера. Добби очень счастлив, сэр! — эльф сморгнул слезы. — Спасибо тебе! — Гарри искренне был благодарен домовику за его отчаянную готовность пожертвовать своей свободой. — Поверь, как только выберемся отсюда, я верну тебе то, что отнял. Добби поклонился. — Добби, прежде чем мы аппарируем в подвал за Роном и Гермионой, мне нужно переодеться. Можешь принести мою одежду из дома на Тисовой улице, где я раньше жил? Там должны быть джинсы, кроссовки и толстовка. Эльф исчез. Оставались мгновения до того, как Гарри покинет мэнор. Драко снял мантию и сидел в кресле, опираясь лбом на замок из сплетенных рук. — Может, ты останешься у себя? — Гарри предпринял попытку отговорить Драко. — Ты знаешь, что нет. Я буду в зале над подвалом. И мне уже пора идти. Драко встал и направился в сторону двери. Гарри не верил, что тот может просто так пройти мимо, не сказав ни слова, будто и не было этих двух дней. Однако Малфой уверенно миновал Гарри, оставляя после себя легкий аромат парфюма. Поттер поймал его за запястье. — Мне очень жаль, что я так мало знаю тебя. Но я обещаю, что исправлю это. Развернув Драко к себе, Гарри обнял его за шею и наклонил для того, чтобы в следующее мгновение украсть с губ еще один поцелуй — горький и легкий, со вкусом расставания. Он обхватил его губы, крепко прижавшись, и вскоре отпустил. На миг Гарри показалось, что вся решительность Малфоя вдруг покинула его. Но тот моментально собрался и, не сказав ни слова, покинул комнату. Какая перемена — вчера вечером они засыпали, сплетая пальцы и обнимая друг друга, а сейчас будто снова оказались врагами. Когда Добби принес одежду, Гарри быстро переоделся и собрал мантию-невидимку. Взяв тонкую руку домовика, он с хлопком аппарировал в подвал. Рон кинулся его обнимать, но встревоженно сообщил, что Гермиона наверху и ее снова пытает Беллатриса. Каково было удивление Гарри, когда он увидел в этом подвале еще четверых узников — мистера Оливандера, Полумну Лавгуд, Дина Томаса и гоблина Крюкохвата. Пришлось освобождать узников двумя этапами, так как столько людей за раз Добби не мог аппарировать. Второй хлопок привлек внимание Петтигрю, но Рон и Гарри смогли расчистить себе путь. Когда они поднялись в зал, то увидели, что с Гермионой были еще Пожиратели, а также всё семейство Малфоев. Гарри действовал быстро, и парням удалось получить палочки, однако Беллатриса грозилась перерезать горло Гермионе, и перевес снова оказался у темной стороны. Гарри почувствовал, как трясет Драко, когда тот по приказу тетки забирал его палочку. Дальше все случилось слишком быстро — Добби обрушил массивную люстру, Гарри кинулся к Драко, который стоял под ней, отбрасывая его в сторону. Тот сунул палочки в руки Гарри, и гриффиндорец кинулся к своим друзьям, чтобы в следующее мгновение всем аппарировать из мэнора. *** Час спустя Драко ходил у себя по комнате и не находил места. Он раз за разом звал Добби, но тот не являлся на зов. Это могло означать то, что эльф либо пострадал, либо погиб. А если второе, то было непонятно, что с Поттером и его друзьями — в какой момент аппарация завершилась и где. — Только не сдохни, Поттер. Придурок!