Книга вторая. Rebirth of Black Dragons. Том первый.

Сегодня мы с моей черной, зеленоглазой красавицей, удивительное дело, проснулись одновременно. А Шейд, что было не менее удивительно, не прыгал по нам или по комнате. Драконенок спал, при этом – у себя в постели, а не между нами. – Доброе утро, – произнесли мы хором. А потом, тоже одновременно, потянулись вперед мордами и столкнулись носами. – Не, целоваться это плохая идея, уже доказали, – сказал я, с улыбкой. И, пока Таура хихикала, вспоминая тот случай, потерся мордой об её чудесную черную щечку и пару раз лизнул. Впрочем, инициатива очень быстро перешла к переставшей хихикать и сладко вздохнувшей драконице. – О, Дарк, как же хорошо, что ты появился в моей жизни, – сказала моя любимая, неведомым образом извернувшись и мигом оказавшись на мне сверху. После этого последовали ещё более сильные и страстные объятия. Мне нравилось и я хотел ещё и ещё но, боюсь, это может закончиться воронкой на месте дома. И Винтеру с Асмой никакие драконы Ветра не понадобятся – своим ходом долетят. По баллистической траектории, ага. – Милая Таура, я тоже тебя люблю, но давай, пожалуй, сейчас на этом и остановимся, – сказал я, прижав лапами и крыльями драконицу к себе. – И вообще, раз уж проснулись, значит, надо вставать. А то даже попрощаться с Винтером и Асмой не успеем, всё, лёжа в кровати, пропустим. – Да, друзей обижать это последнее дело, – сказала Таура, умерив свой пыл и спрыгнув на пол. – Но потом… нам никто не мешает продолжить… Я тоже спрыгнул с кровати, после чего мы в четыре передние лапы и неустановленное количество крыльев быстро застелили её как положено. Впрочем, полюбоваться результатом, что получился идеальным – нигде ни складочки, у нас получилось недолго. В самый центр ровнехонькой, буквально только что застеленной кровати, приземлился Шейд. Я положил на край покрывала крыло и черный драконенок быстро залез мне на спину. А мы с любимой, после этого, расправили всё обратно, как было. Теперь можно было выдвигаться в сторону горячих струй, мыла и зубного порошка. Впрочем, сегодня мы, к большому огорчению Шейда, не стали особо долго разнеживаться в душе, а сделали всё быстро. И, спустившись по лестнице, вместе с женой и сыном, я понял, что мы очень правильно поступили: Винтер и Асма уже стояли в коридоре. – Доброе утро, – сказал я, пытаясь не зевнуть. Нет, зевота таки победила, хорошо хоть успел прикрыть пасть лапой. А затем увидел и принца. Да, хорошо, что не зевнул, всем пасть показав. – О, Элдрид, ты уже тут. – Так, они что, уже уходят? Вроде ведь не спали мы с Таурой так долго. А, точно, его же на завтрак пригласили. И судя по запаху… – Как раз к завтраку, – добавил я. Сзади послышался цокот когтей. Похоже, это наши цветные друзья следом идут. Мы с Таурой немного отодвинулись, давая проход нашим друзьям. Асма тут же оказалась на кухне и начала разогревать завтрак для всех нас. А, нет, всех, кроме Винтера. Похоже, его, по привычке, она покормила раньше. Также наша шеф-повар вручила Спайро список того, что надо купить. Я шепнул фиолетовому дракону, что если он не рванет на рынок сразу после завтрака, то сходим вместе, мне лишь одно дело надо сделать. Мы поели не то, чтобы быстро, но и особо не медлили, дабы не задерживать наших друзей. Когда все доели, Асма внезапно заявила: – Я приняла решение, что, по многим причинам, в столице ледяного рода я буду выглядеть, как ледяная драконица. И, не дав даже слово вставить, сменила цвет. Будь я на месте Винтера, я пропел бы «Моя любовь сменила цвет». Да, знаю, что песня совсем о другом, но если брать чисто цитату, без контекста, то – прямо в яблочко! Хотя, увидев, на какой цвет поменяла маскировку драконица, что обычно ходила в облике с зеленой чешуёй, я моментально вытеснил из сознания одну ассоциацию другой, попытался изо всех сил не заржать, вышло лишь улыбнуться, а также под нос пробормотать известный стишок из детского мультика: – ...Вымоет мама зеленого сына, смотрит, а он не зеленый, а синий... Вопросительные взгляды остальных я проигнорировал. После завтрака, принц остался в гостиной, а его будущие спутники ушли к себе наверх, за сумками. Затем, Асма быстро метнулась на кухню и обратно – наверняка, запас еды из холодильника взяла. Вскоре, Винтер и Асма, уже надев на себя сумки, спустились обратно в коридор, всем своим видом показывая, что готовы. Разумеется, просто так мы их не отпустили, а попрощались с каждым и обнялись. Дружески. Впрочем, я, как всегда, не удержался и шепнул Асме: – Мы будем скучать по тебе и твоим вкусняшкам. Драконица в ответ хихикнула, а Винтер лишь немного улыбнулся. А вот что увидела лишь Асма, так это то, что один из моих стилусов, благодаря моим черным чешуйчатым лапкам, незаметно для остальных, также перекочевал в седельную сумку моей шеф-повара. А также, то, что я ей при этом подмигнул, получив почти незаметный кивок в ответ. И вот, наши трое путешественников вышли за дверь и направились куда-то в точку встречи с драконами Ветра. Развернувшись, я поймал взгляд Спайро, который явно выражал «Ну что, идем?». Я глянул на часы. Время было ещё вполне раннее. И момент был лучше некуда: Таура сидела с драконятами, а Синдер была на кухне, судя по всему – мыла посуду. – Спайро, подожди пожалуйста, – сказал я. – Тут срочное дело ещё одно сделать надо. Безотлагательное. Лучше помоги пока что Тауре. Только список продуктов подальше от драконят держи. – Да, я хорошо запомнил, как Игнайтус своё имя получил, – засмеялся фиолетовый дракон, – хорошо, как скажешь, – уже более серьезным тоном добавил он. Я же проследовал на кухню. Там действительно, как я и думал, Синдер готовилась мыть и убирать посуду на место. – Синдер, я хотел бы с тобой поговорить, – начал разговор я. – Да? И о чем же? – Удивилась драконица, но слегка напряглась. Ага, чувствует, значит, о чем говорить буду. – Отгадай загадку, – продолжил я, – кто это, что ни делает, всегда бежит? – Э… не знаю? – Ответила сбитая с толку драконица. – Это ты, Синдер. Ты всё время бежишь от себя. – Дал ответ я. – Что ты имеешь ввиду? – Состроив невинную мордочку, отозвалась алокрылая подруга. – В том числе, вчерашний случай. С охвостьем и ножом. Синдер тяжело вздохнула. – Да, виновата, не сдержалась. Извини ещё раз. – Ожидаемо ответила она, опустив взгляд вниз. Да что же мне эту драконицу опять приходится из ракушки выколупывать-то?!! – Синдер, пойми, – зашел я с другого боку, – ты же себя в угол так загоняешь. Нельзя так. – Я думала, что изменилась. А вчера вдруг рухнула в прошлую себя. – Взгляд по-прежнему в пол. – И что ты мне предлагаешь? – Поднятый на меня взгляд начал становиться гневным, – мне надо выпустить Ужас Небес наружу, похоронив при этом в себе хорошую подругу и заботливую мать, так?!! – И опять ты разговариваешь с хвостом дракона, – ответил я. – Пойми, всё наоборот: ты не хорошая мать, заботливая подруга, в которой живет Ужас Небес. Ты, как раз, и есть Ужас Небес, который, как оказалось, может быть хорошей подругой и заботливой матерью. Ты, – я положил лапу на плечо драконицы, – цельная. Единая. Неделимая. Нельзя просто отрезать, отломать кусок себя и засунуть в какой-нибудь подвал. Даже если бы такое было возможно, представь, как бы это выглядело: как тарелка, – я помахал оным предметом перед носом у Синдер, – у которой нет части. Или, скорее, дырка в середине. И как такой тарелкой пользоваться? Вот и у тебя не получится быть самой собой, если будешь запихивать часть себя куда-то. Всё время будешь об острые края разлома цепляться. – Но… Как же Спайро? – Почти паническим голосом сказала Синдер. – Я же решила измениться, даже скажу, что изменилась, не только потому, что так правильно, но и, во многом, ради него! Он, думаешь, примет меня такой? Я шагнул ближе и обнял драконицу крылом. – Знаешь, – доверительным тоном сказал я. – Хоть наш Спайро и выглядит простак-простаком, но у него бывают периоды, когда он проницателен, как никто другой. И, будь уверена, если он тогда, после вашей первой встречи, смог разглядеть в Ужасе Небес кого-то, поверь, всё у вас с ним будет хорошо. Так что давай. Думай. Спрашивай. Ещё думай. – Я… я подумаю обо всем этом, – сказала Синдер с задумчивостью во взгляде. Между прочим, я не только поговорить пришел, а и попутно помог помыть всю посуду. Иначе с чего бы у меня тарелка в лапе сама собой оказалась? – Думай, – ответил я. – И не стесняйся подходить и говорить, если надо. А я, пока что, помогу Спайро за продуктами сходить, он меня ждет. – Да, конечно, – улыбнулась алокрылая драконица. – И… спасибо. Ну, тему для размышлений я нашей подруге дал, пусть думает. Тем более, быстро это к ней может и не прийти. Может, даже, ещё пару раз придется помочь. Хотя… Синдер умная драконица, думаю, что сама справится. Но подставить плечо – моя обязанность как друга. Выйдя из кухни, я направился в гостиную. Там я сказал Тауре, что сейчас мы со Спайро быстро смотаемся за продуктами, а потом я вернусь и поработаю, после чего помогу с драконятами, сменив её на этом посту. Спайро тут же пошел за седельными сумками в коридор. Я же, кроме того, что тоже надел свои сумки на себя, ещё в кабинет за золотом заглянул. Впрочем, когда я вышел во двор и, чисто из интереса, заглянул в почтовый ящик, я увидел, что сегодня работы немного, потому недолго Тауре и Спайро придется с драконятами сидеть. И вот, я и фиолетовый дракон неспешно направились к калитке. Я поневоле задумался: а я вообще оставался с нашим другом наедине, кроме эпизодических случаев присмотра за драконятами, с тех пор, как мы переехали в наш дом? Вроде как и нет. Разумеется, кроме того эпичного дня чистки дымохода. Да, тогда я, пожалуй, за прошедшие несколько месяцев оптом наверстал. Но с того момента уже почти год прошел. Ах, да, ещё был поход за мясом, весной. – Ну что, друг мой фиолетовый, – решил подначить Спайро я, – не жалеешь, что поменял комнату в общаге на двуспальную кровать для тебя и Синдер? – Пффф… – Фыркнул мой друг, даже пустив пламя из ноздрей, – Скажешь тоже… Нет, ты, конечно, отличный друг, скажу даже, лучший друг. Жить с таким соседом, как ты, было весело и приятно, но Синдер… – Это Синдер, – хором закончили мы со Спайро и рассмеялись. – А сложно было? Ну, после того, как мир наступил, – Спросил я. – Знаешь… – Фиолетовый дракон даже остановился и почесал затылок когтем крыла, – Первый месяц даже не верилось. Понимаешь, когда с детства одни приключения… – Да ещё и почти каждый день по тонкой грани ходишь, – вставил я. – Смотрю, ты меня понимаешь, – улыбнулся мой друг, – Ах, да, ты же, в некотором роде, незримо присутствовал, смотря на нас из того мира… – Ну, свечку я над вами с Синдер не держал! – Возразил я. Фиолетовый дракон захохотал. – И хвала Предкам! – Отсмеявшись, ответил он. – Так вот, после того, как большую часть жизни прожил вот так вот, как мы с Синдер, действительно сложно было привыкнуть ко всему этому… – Спайро замялся, пытаясь подобрать слова. – Спокойствию. Пасторали, – Подсказал я. – Абсолютно верно, – подтвердил мой друг, кивнув головой. – Потому, первым делом, мы записались в дозорные и до последнего клочка земли всё осмотрели. Знаешь, нам просто было так привычнее, наверное. Это было самое близкое к тому, что я и Синдер раньше делали. Пусть и, какое-то время, по разные стороны. А потом… как-то привыкли, свыклись с новой реальностью. Затем снова похожее на то, что уже бывало раньше: Академия, учеба, восстановление сил и умений с нуля. Но все равно, мы сами, неосознанно, хватались за каждую ниточку, что вела к приключениям. Очередной ниточкой оказалось упоминание про то самое хранилище, где Малефор держал кристалл с Таурой. И так вот, сами того не ведая, мы сделали первый шаг к возвращению вашего рода. Потом полет туда, к порталу, возвращение назад. Попытки вытянуть Тауру из депрессии. Безрезультатные. Ну да, – Спайро улыбнулся мне и подмигнул, – мы не знали, что для этого надо было всего лишь выловить из озера тебя. – Да, мне очень повезло, что вы поблизости оказались. – Улыбнулся я. Тем временем, мы уже дошли до рынка. Спайро, наконец, развернул свиток и начал читать его. Мне хорошо было видно, как его глаза, бегая влево-вправо, опускались всё ниже. – Интересно, и как Асма предполагала, я это потащу всё? – Спросил фиолетовый дракон, протянув список мне. Я взял список в лапу и так же быстро пробежался взглядом. Да, выходило довольно внушительно. А затем я догадался развернуть список чуть дальше, до конца. Разумеется, после пустого места, там была приписка, которую Спайро не увидел. Она гласила: «P.S. Разумеется, всё сразу одному это не принести. Пункты этого списка стоят в порядке срочности закупок. Нижнюю половину списка гарантированно можно купить завтра – голодными не останетесь». Я показал эту приписку фиолетовому дракону. – А, ну тогда понятно, – ответил он, улыбнувшись. – Ну, ввиду того, что нас вдвое больше, чем Асма предполагала, давай всё-таки закупим всё сразу, – предложил я. И мы начали наш долгий обход прилавков с необходимыми продуктами и ингредиентами. Да уж, вот он – неочевидный минус большого холодильника: в него очень много влезет. И, когда всё это «много» вы тащите, пусть и вдвоем, но все равно, на каждого приходится достаточно, это немного тяжеловато. Ну, зато за два раза сходили! А то мало ли, дела какие-нибудь появятся или, к примеру, погода испортится. Закупив всё по списку, мы с фиолетовым драконом не спеша пошли домой. В этот раз, шли молча, не разговаривая. Как-то не очень удобно говорить, когда тяжело нагружен. К тому же, понимаешь, что и другу твоему тоже тяжело, потому, стараешься ему не мешать. Фу-у-х, вот уже и дом. Открываю калитку, пропускаю Спайро и хвостом закрываю калитку за собой. Переставляем лапы ко входной двери и вот, наконец, мы добрались до цели. Услышав, как хлопнула входная дверь, к нам из гостиной выглянула Таура. Оценив количество продуктов, она лишь покачала головой. Затем, не говоря нам ни слова, принялась помогать таскать это всё на кухню, да по полкам холодильника укладывать. Я вяло пошутил, что, мол, теперь наш дом, исходя из количества продуктов, способен выдержать осаду. За произнесенное на меня с удивительным единодушием шикнули и фиолетовый дракон, и моя любимая. Впрочем, увидев недоумение на моей морде, Таура пояснила, что очень уж свежи такие события, как я упомянул, у всех в памяти, потому – не надо так шутить. Вот же ж я остолоп! Вроде стараюсь думать головой, но все равно, в таких вот, казалось бы, мелочах, когда устал или расслаблен, прорывается. Мог бы и сам сообразить. Хорошо, что хоть не при ком-то постороннем сморозил. Выдавливаю из себя извинения, а после возвращаюсь за почтой. Как я уже знаю, сегодня её не так уж и много. Взяв под крыло свою сегодняшнюю корреспонденцию, я вернулся в дом и устроился в кабинете. Открыв первую папку, я погрузился в работу. *** Так, вот и всё на сегодня. Действительно, всего за час управился. Ну, значит, проведу остаток дня с семьёй и друзьями. На этот раз, не со всеми. Мои мысли, разумеется, сами перескочили на Асму и Винтера. Ну, надеюсь, у них всё хорошо. А будет – ещё лучше. Хотя, конечно, и легкое беспокойство тоже было. А вдруг родные Винтера прямо таки в штыки воспримут? Не всем же ледяным драконам быть такими, как Элдрид. Да, между прочим, исходя из того, что я слышал и читал про ледяной род, Элдрид и Винтер – это не то, что цветочки, это – белые вороны среди их рода. Типичнейшим же представителем рода синих, как их ещё называют, драконов будет напыщенный и безукоризненно соблюдающий традиции аристократ. Который, впрочем, достаточно хитер, алчен и изворотлив, чтобы и своё урвать, и чистеньким из какой-нибудь грязной истории выйти. Ладно, хватит о ледяных драконах думать, у меня тут в доме и представители других родов есть. Между прочим, одной представительнице черного рода, что занимает особое место в моём сердце, не помешала бы помощь с ещё одним родным мне черным дракончиком! Так что я встал с кресла, разложил последнюю пачку просмотренных и завизированных документов в соответствующую папку, отложил свои экземпляры в шкаф и, собрав все папки со стола под крыло, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Пройдя по коридору, я засунул нос в гостиную и, увидев там Тауру и Шейда, сказал: – Дорогая, я уже закончил. Сейчас отнесу всё в почтовый ящик и приду тебе на помощь. – Спасибо, жду, – ответила черная драконица. Я быстро процокал когтями к двери, рывком открыл её, вышел на крыльцо, вложил бумаги в почтовый ящик и закрыл его. Разворачиваясь обратно и заходя в дом, я отметил, что погода сегодня уже не такая солнечная: облака быстро бежали по небу, а резкие порывы ветра иногда довольно сильно раскачивали кроны деревьев. Но, в целом, как для последнего месяца осени, так вполне ничего: не холодно и на голову не льет холодная вода с неба. Стоило мне оказаться в гостиной, как Таура тут же встала с кресла и направилась в сторону кухни. – Ты очень вовремя закончил, – сказала она. – Я как раз уже хотела начать готовить обед. Так что посиди пока с Шейдом. – Да, конечно, – ответил я. Черный драконенок же, послушав наш диалог, понял, что никто никуда его в другое место нести не собирается, потому продолжил свою какую-то детскую возню с игрушками на ковре. – А где Тимория и её родители? – Спросил я. – Тимория со Спайро наверху, скоро вернутся, – сказала почти скрывшаяся в двери Таура. – А у Синдер сегодня, похоже, опять какой-то срочный заказ случился: к ней зашли как раз, когда ты работал. Но ничего особо долгого, она обещала, что к вечеру вернется. Ну да, действительно, входная дверь пару раз хлопала, пока я с документами сидел. А вообще-то, подумал я, наблюдая за вознёй Шейда, мне очень повезло. Повезло с тем, что мы познакомились с фанатом нашего рода, Верраксом. Ведь то, что у меня на столе скапливается, это лишь те документы, что требуют именно моего одобрения, а также уже полностью сформированные отчеты от нашего синего экономиста. А вот всякую мелочь и рутину, которой как раз горы, разгребает, собственно, Верракс. Правда, и плачу ему за это я уже полновесным золотом. Благо, стилусы дают звонкий золотой ручеек, даже, пожалуй, небольшую речку. К слову, теперь доля продаж не столько самих стилусов, сколько чернил или запасных стержней к ним, стала большей. Что логично: первичную потребность мы закрыли или скоро закроем, а дальше пойдет основной доход с обслуживания и расходников. В коридоре послышалось характерное «цок-цок» когтей по полу и в гостиную зашел Спайро с Тиморией на спине. Последняя тут же спрыгнула на пол и со всех своих маленьких лапок понеслась к Шейду. Тот тоже обрадовался своей подруге и вскоре два драконенка уже весело носились друг за другом или просто по комнате плечом к плечу. А я и фиолетовый дракон с улыбками за этим всем наблюдали. Ещё через какое-то время драконята стали принюхиваться. Я тоже сделал пару движений носом и понял, почему наши детишки так стали реагировать. Из кухни уже доносился слабый аромат готовящегося мяса. Я взглянул на часы. Ну да, уже время обедать. Впрочем, через каких-то минут десять-двадцать из слегка приоткрывшейся двери в столовую высунулся черный нос и раздался звонкий голос Тауры: – Жду всех к столу, обед уже готов! И, буквально через секунду, в открывшуюся щель быстро шмыгнули два драконенка. – Вижу, вижу, кто здесь сильнее всех проголодался, – раздался мелодичный смех моей любимой из столовой. Ну, мы со Спайро тоже времени терять не стали, потому спрыгнули с кресел на пол и тоже проследовали в столовую. Там уже всё было готово. В том числе и драконята, уже сидящие на своих стульчиках и только что не клацающие зубами в предвкушении. Чтобы не заставлять детишек ждать, черная драконица сначала принесла их порции, а потом уже мы втроем забрали из кухни наши. Неспешно пережевывая еду, я задал вопрос, который мы уже затрагивали не далее, как вчера: – Таура, помнишь, мы вчера хотели пойти погулять с Шейдом где-нибудь в городе? Да, вчера нам Элдрид, а потом и Винтер немного спутали карты, но сегодня-то мы можем попытаться это сделать? – Спросил я. – Да, давай после обеда и прогуляемся, – прозвучал ответ прожевавшей и проглотившей то, что у неё было во рту, черной драконицы. – Как раз, шлейку опробуем. – Шлейку? – Недовольно скривился я. Дело в том, что мы, действительно, ещё до вылупления драконят, закупили всё необходимое. Вернее, закупали Таура и Синдер. И я, в один из дней пересматривая купленное, очень удивился, увидев некий аналог собачьего поводка-рулетки, карабин которого предполагалось прицеплять к чему-то, очень напоминающему шлею для собак. Как объяснили мне драконицы, это было необходимо как раз для того, чтобы выйти с ещё неразумным драконенком куда-то за пределы дома или огороженного участка. Тогда меня это ничем особо не задело, но вот сейчас, почему-то, ассоциировалось с выгуливаемыми неугомонными домашними питомцами там, в прошлом, на Земле. Увидев, что моя морда явно выражает неудовольствие, моя зеленоглазая супруга удивилась: – Дарк, милый, что не так? – В голосе Тауры явно слышалось недоумение. – Почему ты только что предлагал прогуляться, а сейчас сидишь с такой миной, будто тебе кто-то кислятиной пасть набил и заставляет жевать? Или я что-то не так приготовила и тебе в еде попалось что-то??? – Нет, с едой всё отлично, – поспешил успокоить свою драконицу я. – Такую реакцию вызвала шлейка. – А что с ней не так? – Всё ещё непонимающим голосом продолжала выяснять, что вызвало моё неудовольствие, Таура. – Я, вроде, самую лучшую выбирала. Крепкая, стальной трос, добротные фиксатор и пружина, мягкая, не натирающая чешую шлейка. И ремни широкие, с мягкой подложкой, чтобы даже при сильном рывке драконенку даже не было неприятно. Что не так? – Понимаешь, – начал пояснять я, – мне выведение на улицу драконенка в шлейке кажется унизительным для него. – Унизительным??? Но ведь так все делают! Это нормально! – Затем драконица, закончив с едой, обошла вокруг стола и села рядом, глядя мне в глаза. – Дарк, давай, как ты сам говорил в подобных случаях… колись, что ты тут видишь неправильного. – Дело в том, – вздохнул я, – что там, на Земле, люди были единственным разумным видом на планете. Но, как я уже говорил, у них были домашние питомцы. Не настолько разумные. И те, что звались собаками, требовали регулярного выгула. Впрочем, выгуливали и других. И для этого как раз использовались в точности такие вещи, как шлейка и поводок. Вот меня и коробит, что моего сына мы будем выгуливать, как какое-то неразумное существо. – Ах, вот оно, в чем дело, – улыбнулась Таура. – Но послушай, Дарк, это ведь другой мир. И, если помнишь, нормы тут другие. Ты, кажется, рассказывал, что у вас там было неприлично ходить не прикрыв тело одеждой хотя бы частично, а сам с первого дня ходишь в чем из яйца вылез. Ой, ты же обошелся без этого. Но суть, думаю, ты понял. – Я не голый, я в чешуе! – Возразил я. – Ну вот, раз к чешуе привык, значит и к шлейке на сыне сможешь, – сделала логичный вывод Таура. – Тем более, что это ненадолго. Пойми, тут всё по-другому. И да, тут спокойно гуляют с драконятами на шлейках. Для их же безопасности. Впрочем, раз ты пока ещё так реагируешь, я знаю, куда нам пойти. На детскую площадку в парке. Она, как раз, огорожена, потому там мы нашего Шейда сможем не держать всю прогулку на шлейке, которая так тебя смущает. Заодно и познакомится наш сын с обществом других драконят. – Да, в приют знакомиться я его вести не рискнул, – улыбнулся я. – Во-первых, все другие черные драконята немного старше, вдруг начали бы обижать? А во-вторых, я, боюсь, без воспитателей рискую моего сына и не найти в куче одинаково окрашенных дракончиков. Решено. Значит, на детскую площадку. Спайро, ты с нами? – Я, пожалуй, откажусь. – Ответил фиолетовый дракон. – Вы же помните, как Синдер вчера отреагировала? А без её одобрения, извините, я таких решений принимать не буду. – Что, боишься, она тебе за это голову оторвет? – Попытался подначить своего друга я. – Нет, не желаю давать ей повод для расстройства, – с металлом в голосе ответил Спайро. Ого! А у нашего фиолетового добряка и зубки имеются! К слову, и хорошо. – Ладно-ладно, я пошутил, – примирительным тоном сказал я. – Разумеется, я не стал бы тебя всерьез на это подбивать. Хотя мне и жалко, что мы тебя, получается, дома одного с Тиморией бросаем. Спайро посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, затем улыбнулся, будто ничего и не было, а после ответил: – Хорошо, неудачную шутку прощаю. – Вроде, улыбка была искренней. – Что же до того, что я посижу дома, то ничего страшного, чешуя не выпадет. А вообще, ты подал мне хорошую мысль. Мы же тоже шлейку зачем-то купили, правда? В общем, погуляем и мы Тиморию, только вместе с Синдер. Убрав всё со стола и быстро помыв посуду, Таура засунулась по самый хвост в кладовку и, после пары минут поисков, достала то, что было нам сейчас необходимо. А именно, ту самую шлейку и рулетку к ней. К слову, Таура, когда покупала это всё, выбрала окрас самой шлейки в темных тонах. Закрыв дверь в кладовку, чтобы туда не засунули свои маленькие носики знамо кто, мы с любимой тут же примерили шлейку на Шейда. Размер подходил. А ещё, если не считать блестящего карабина между крыльев, то её и видно-то не было. После был прицеплен и поводок-рулетка. К слову, у него был необычный вариант крепления: на грудь на поясной перевязи. Это исключало неприятности из-за рывков при креплении к лапе или к основанию крыла. Ну да, не держать же катушку всё время в лапе. Особенно, когда она, лапа, тебе нужна при ходьбе. В общем, сцепив вместе Тауру и Шейда, мы открыли дверь и вышли из дома. Шейд тут же рванул было куда-то во двор, но был остановлен натянувшимся в струну тросом. Действительно, судя по тому, что он не пискнул и даже не поморщился, его остановило очень мягко. Пришлось потратить ещё немного времени на объяснение нашему сыну для чего эта шлейка нужна и почему он должен идти рядом с нами, а не метаться как оглашенный. К слову, обошлось без детских обид со стороны Шейда и попыток содрать с себя мешающие ремешки. А уж как загорелись его глаза, когда он понял, что увидит, наконец, тот большой мир, на который ранее мог лишь одним глазом глядеть через забор нашего участка… Мы вышли на улицу. На удивление, Шейд неплохо для своего возраста сдерживал порывы со всех лап кинуться изучать то, что было для него внове. Он вполне себе чинно шел рядом с нами. Впрочем, как только в его зоне досягаемости оказывалось что-то интересное, он тут же терял свое спокойствие и, сверкая подошвами лап, кидался туда – рассматривать, вынюхивать, трогать и, иногда, пробовать на зуб. Про «сверкая» - это не более, чем фигура речи, ведь чешуя черных драконов свет не отражает и на солнце не блестит. А ещё, по дороге на площадку, мой сын, сначала изобразив спокойствие и равнодушие, а потом сделав стремительный бросок, стал обладателем пары вороньих перьев, выдранных из зазевавшейся вороны. Птица противно каркала и некоторое время кружила над нами, явно выговаривая на своём, птичьем языке, что-то нелицеприятное. Даже отомстить пыталась, но мы втроем увернулись от бомбардировки. Выдранные перья, к слову, Шейд преподнес нам как трофей. Ну, раз трофей – значит, так тому и быть. Перья были аккуратно положены в седельную сумку, а потом, думаю, найдем место, где им быть. Ведь действительно – первый трофей Шейда! Но нам было пора двигаться дальше. Дойдя до детской площадки, мы, действительно, сняли с Шейда шлейку и отпустили его играть с другими драконятами. Сами же устроились на специальных лавочках, вместе с другими родителями. Забавным было то, что реакция на нас троих была одинаковая: как драконята, так и их родители, отнеслись к черным драконам с настороженностью. Впрочем, если первые, немного помявшись, подошли поближе, осмотрели нашего сына и затем таки стали играть с ним вместе, то к нам с Таурой никто подходить не спешил. Да, кажется, теперь я понимаю, как чувствовали себя Спайро и Синдер! Пробыв на детской площадке почти до вечера, мы, к вящему огорчению Шейда, забрали его из веселящейся кучи-малы драконят, нацепили шлейку и пошли домой той же дорогой. Вечерело. Мы все втроем слегка ёжились от резких порывов ветра. Да и туч на небе стало больше, а также немного похолодало. В общем, по дороге обратно, Шейд уже рвался только в одном направлении – домой. Наконец, войдя в дом, мы с облегчением сняли с сына шлейку и отпустили его в свободное перемещение по дому. Разумеется, он тут же пошел к Тимории. Драконочка, удивившись незнакомым запахам, исходящим от своего друга, тут же стала его внимательно обнюхивать. А тот, будто красуясь и хвастаясь, стоял неподвижно, всем своим видом говоря «Вот, я побывал в новом месте!». Разумеется, знать, как всё прошло, хотела не только Тимория. Потому мы рассказали Спайро и вернувшейся к тому времени Синдер о том, как прошла прогулка, в том числе, гордо предъявив «Трофеи» нашего сына. Наши друзья, разумеется, посмеялись над произошедшим, а Спайро в запале сказал, что не будь он фиолетовый дракон, если в один из дней их Тимория не побьет установленную планку, «затрофеив» ворону целиком. После этого смеялись уже все.