liujiu collection

      Шэнь Цзю уверен в чувствах своего мужа, ведь тот не даёт поводов для сомнений. Он долго и трепетно приходил к этому осознанию, закрепляя на седьмой подкорке своего мозга, храня в своем сердце каждый взгляд, каждый вздох, каждое слово, каждое действие со стороны своего шиди.       Со стороны своего мужа Лю Цингэ.       Шэнь не знал, насколько поселилась в нем подобная вера, и ответ не заставил себя ждать. Его муж уже несколько дней вызывает в душе старшего подозрения.       Что до обыденности их отношений, то Цингэ никогда не мог насытиться их близостью: как физической, так и более неощутимой – духовной.       Мужчина заметил, что его любимый меньше пытается утянуть Цзю в весенние игры, хотя буквально всегда из-за них старшему приходилось подолгу отлеживаться или ждать пока пройдет горло. Это породило сомнения, но Шэнь не спешил бросаться в них с головой.       Первая попытка провалилась, когда Лю Цингэ улизнул от мужа на встречу по работе. Вторая попытка не состоялась, ведь у его шиди разболелась голова. Третью Цзю не успел предпринять – Цингэ как ветром сдуло.       Факт на лицо: Лю Цингэ динамит Шэнь Цзю в сексе уже целую неделю. С одной стороны в этом нет ничего такого, но это одновременно и невероятно странно, когда дело касается Цингэ и секса с ним.       Шэнь было дело чуть не ушел в депрессию, но вовремя взял себя в руки. Повторять ошибки прошлого не хотелось. Предыдущий опыт научил его тому, что нужно разобраться и не убегать. Цингэ не убегал. Никогда.       Каждый раз ждал своего шисюна, пока тот решится на это самое разбирательство. Теперь настала очередь Шэнь Цзю и план действий у него был намечен.       Так этот Шэнь обнаружил себя сидящим на крепких бедрах любимого, а все тело того можно было сравнить с натянутой струной. Под настойчивыми ласками Лю Цингэ плавился откровенным маслом, но даже так сопротивлялся попыткам раздеть его.       Зеленоглазый был восхитителен в своей решительности и терпеливости и благодаря этому был вознагражден. Футболка мужа, который изображал из себя в этот момент самую невинную деву, которой впервые в жизни поставили засос, была отброшена к чертям собачьим.       Постепенно поцелуи переходили все ниже и Цингэ это понял. Попытался увернуться, вот только Шэнь Цзю резким движением руки снял штаны вместе с бельем с лежащего, оставив их у колен. Тот выглядел напуганным. Цзю волновался не меньше.       Зоркий глаз отметил, что его возлюбленный ёрзает и подозрительно прижимается руки к своим бедрам, словно прикрываясь или что-то скрывая.       Потеряв всякое терпение, Шэнь грубо перевернул Лю Цингэ на живот, заставив того ойкнуть, а затем вскрикнуть в попытках повернуться обратно на спину. Вот только забывает, что руки его мужа имеют такую же сильную хватку, как и у самого Цингэ.       Не пожалев силы, Цзю лишает возможности своего шиди развернуться, тем самым вызывая у того жалобные поскуливания. И когда тот успел превратиться в собаку?       Что привлекает внимание Шэнь Цзю, так это парочка небольших пятнышек на одной из ягодиц его супруга. Это что....маленькие прыщи?       Цингэ сгорает в огне стыда и смущённо мямлит:       – Я не хотел, чтобы ты видел......       Лю Цингэ почти плачет, а психика Шэнь Цзю распадается на атомы. Все его переживания и волнения... их причиной стало что-то настолько незначительное?       Цзю остро захотел выйти куда-нибудь подальше от этого абсурда!!!! Вот только вместо этого он наклоняется и целует ту самую пятнистую ягодицу.       – Дурак.       Цингэ не спорит.

***

      – Шисюн, ты заболел?       Лю Цингэ носился вокруг Шэнь Цзю, изображая собой самую заботливую мамочку, которая переживает за свое драгоценное дитятко. Заглядывая своим оленьими глазками в чужие, Цингэ пытался найти там ответы на роющиеся в голове вопросы.       Главный из них: почему шисюн уже несколько дней носит маску?       Все началось неожиданно.       В начале недели лицо шисюна стала скрывать черная маска, из-за чего Шэнь Цзю не позволял младшему приближаться к своему лицу. Цингэ подумал, что Шэнь заболел, но, привыкший наблюдать за шисюном, дабы лучше понимать своего любимого, младший сообразил, что признаков простуды практически нет. Шисюн не кашлял и температуры, вроде как, не имел. От этого вопросов стало ещё больше.       На второй день Цингэ принял рискованное решение избавиться от маски, за что получил по рукам от шисюна и запрет на объятия до конца дня. Ему пришлось принять свое наказание по совести и больше не тянуть свои руки к маске. Если шисюн не хочет снимать ее, то так тому и быть.       К концу недели Лю Цингэ окончательно замучился. Шисюн из-за этой маски совсем не целовался. Короткие чмоки в щеку через маску Лю категорически не соглашался принимать как поцелуи. В упрямой голове начали всплывать мысли, что шисюн его разлюбил и таким образом пытается отвадить от себя шиди.       Цингэ не был бы Цингэ, если бы не высказал все как есть шисюну, когда тот спросил о том, почему его шиди такой поникший. К концу этой исповеди упрямца наградили подзатыльником и смущенным взглядом, который тут же отвели в сторону.       Шэнь Цзю кашлянул в кулак, собираясь с мыслями:       – Я ношу маску, потому что у меня на губе герпес и не целую тебя, чтобы не заразить.       Цзю снял маску и тут же пожалел об этом.       Его упрямый шиди тут же полез целоваться, будучи непривычно настойчивым, не давая Шэню ни отодвинуться, ни отвернуться.       – Глупый шисюн, зачем от меня все это время лицо прятал? Ничего я не заражусь.       У Шэнь Цзю отпала челюсть.       Дожили, теперь его отчитывает шиди, а что будет дальше?