Город засыпает

Мегуми медленно, но верно сходил с ума. Ему казалось, что он попал в какую-то временную петлю, прямо как в том фильме, потому что всю оставшуюся неделю дни проходили по одному и тому же сценарию: ранний подъем – универ – дом – зубрежка до ночи – сон, и теперь, наконец, все тесты написаны, семинары рассказаны, даже на следующую неделю готовы несколько домашек. И вот она – долгожданная пятница. Впереди целые выходные, но перед этим – студенческая тусовка, которая начнется уже через несколько часов. Фушигуро благодарил себя из прошлого, за то, что согласился на авантюру Кугисаки. Она как будто предвидела будущее и знала наперед, как сильно он будет нуждаться в том, чтобы оттянуться и сбросить напряжение, накопившееся за последние несколько дней.   Сатору тоже не мешало бы отдохнуть, что он и собирался сделать: его лучший друг, и, по совместительству, коллега – Сугуру Гето, позвал их с Сёко в караоке-бар. Но внезапный звонок нарушил все его планы на этот пятничный вечер: его вызвали на работу, в срочном порядке. Годжо невероятно хорош в своем деле, и он, можно сказать, незаменим – без него его коллегам не обойтись. Что ж, значит, отдых откладывается на неопределенный срок. Он обреченно, но понимающе вздохнул.   Мегуми стоял в коридоре, уперевшись плечом о дверной косяк и наблюдал за Сатору, который носился, как в жопу ужаленный, из комнаты в комнату: он искал какую-то папку, которую положил невесть куда.   — О! Я нашел, — опекун вышел из своего кабинета, и в руке у него была его находка, — я же сто раз там искал, и, клянусь, ее не было до этого момента, — в мире Сатору – складывать все на место, чтобы потом вот так в панике не бегать и не искать – для слабаков. Он натянул свои ботинки, попрощался и уже открыл входную дверь, как вдруг обернулся:   — Чуть не забыл. Вытяни руку, — он хитро заулыбался, полез за чем-то в карман и, вытащив из него маленькую коробочку, вложил ее в раскрытую ладонь Мегуми, — веселой ночи — подмигнул Годжо и очень спешно выскользнул из квартиры, захлопнув за собой дверь.   Фушигуро посмотрел на предмет в своей руке: это была пачка ультратонких презервативов. Он почувствовал смущение и ощутил, как кровь прилила к его щекам – они словно горели. Получать такие намеки от опекуна, мягко сказать, неловко. Повезло, что Сатору свалил и не смотрел на него в этот момент, иначе, Мегуми бы самовоспламенился. За 18 лет жизни у него ни разу не было секса. И его это, к слову, вообще не беспокоило – всему свое время. Сегодня у него в планах не было ничего такого, но парочку резинок он все же сунул в сумку. Пусть будет.   Оставалось совсем немного времени на сборы, а Мегуми все еще не решил, в чем он пойдет. Выбор цветовой гаммы для его лука был небольшим: гардероб Фушигуро на 90% состоял из черных вещей. Перемерив кучу всего, он остановил свой выбор на водолазке, которая обтягивала каждый изгиб подтянутого тела и укороченных брюках, что даже слишком хорошо сидели на его заднице, поэтому, чтобы не выглядеть вызывающе, он накинул сверху пиджак. В качестве аксессуаров – надел пару колец на пальцы и цепь на шею. Он одобрительно хмыкнул отражению в зеркале – своим внешним видом он был более чем удовлетворен. Наспех придав форму прическе руками, он схватил сумку и вышел из дома.   Изначально тусовку затевала знакомая Кугисаки и местом проведения должен был стать частный дом ее родителей. Но планы изменились, поэтому студентами решено было собраться в ночном клубе.   До клуба Мегуми добрался на такси. Его друзья уже стояли в очереди на вход в заведение.   — Ты прям как на похороны вырядился, — прыснул в кулак Итадори.   — Как остроумно.   — Мегуми, не слушай его, ты отлично выглядишь, — Кугисаки толкнула Юджи в бок локтем, чтобы он, наконец, перестал хрюкать.   — Спасибо, вы тоже, — Кугисаки надела белый брючный костюм, ее пиджак был расстегнут, а под ним виднелся, вышитый стразами, блестящий топ. А Юджи выбрал белую футболку, бежевые джинсы и сверху он накинул черную вельветовую рубашку – это было похоже на его повседневный образ, но Мегуми нравился такой стиль, к тому же, Юджи он отлично подходил, да и даже в контексте тусовки смотрелось неплохо.   — Ого, какие люди! — раздалось за спиной Фушигуро. Он обернулся и увидел парня, что приближался к ним: его волосы – которые, по всей видимости, когда-то были окрашены в синий, но теперь краска смылась, и они казались грязно-голубыми – ниспадали до лопаток, на лице и шее у него были наложены швы, — Чего вы тут забыли, малышня? — он поднял руки, а затем закинул их: левую – на плечо Мегуми, а правую – на плечо Юджи и гаденько улыбнулся последнему.   Фушигуро сбросил его руку с себя и нарочито брезгливо принялся отряхивать ткань пиджака. Он обратился к другу:   — Это какой-то твой знакомый, Итадори?   — Это Махито. Он знакомый моего брата, — Юджи последовал примеру Фушигуро и тоже избавился от руки на своем плече, — ну, и мой тоже…немного.   — Ой, а что это за сладкая конфетка? — Махито сложил губы в трубочку, умилительно заморгал и потянулся к Кугисаки. Девушка отпрыгнула от него.   Итадори схватил его за грудки и прорычал ему в лицо:   — Не прикасайся к ней. Если увижу рядом – убью нахуй.   — Полегче, Юджи. Я ж не знал, что ты забил ее. Сразу бы так и сказал.   — Я что, вещь что ли, блять? — Нобара закипала.   — Съебись, чувак. Тебе здесь не рады, — Итадори отпустил его и оттолкнул от себя.   — Ладно, что-то мы с вами немного не с того начали, — Махито вскинул руки в примирительном жесте, — в качестве извинений, прошу, примите этот скромный дар, — он подошел к Юджи в плотную, сунул ему в руку зип-пакет, внутри которого был белый порошок и попятился назад.   — Сука, ты что, совсем охуел что ли?! — Итадори дернулся в сторону ублюдка, чтобы организовать ему еще пару рассечений на его мерзопакостной роже, но Фушигуро вовремя встал у него на пути, удерживая его на месте, — Я сказал – проваливай, и дерьмо свое забирай с собой!   — Оставь себе, пацан. Делай с ним, что хочешь. А теперь, прошу меня извинить, вынужден откланяться, — он отвесил поклон и направился к охранникам, что стояли у входа в клуб. Он что-то шептал на ухо одному из них, а затем пальцем указал на Фушигуро, Кугисаки и Итадори, охранник проследил за направлением его руки, коротко кивнул и пошел в сторону ребят, а Махито ухмыльнулся и зашел в клуб.   — Вот мразь, он подставил меня, — Юджи прошептал это все еще держащему его Мегуми.   Пока мужчина шел к ним, у Фушигуро перед глазами пролетели все два месяца, что он знал Юджи. Сейчас его обыщут, скрутят и сдадут полиции. Черт возьми, его друг не заслужил такой участи. Он ведь не может просто так взять и попасть в тюрьму из-за какого-то выблядка? Должен быть выход.   — Итадори Юджи? — донеслось откуда-то сверху. Голос двухметрового амбала выдернул Мегуми из его мыслей.   — Д-д-да… — Юджи заикался.   — Вам и сопровождающим вас лицам разрешен вход в заведение без досмотра. Прошу, проходите за мной.   Парни переглянулись, а затем посмотрели на побледневшую Кугисаки и облегченно выдохнули. Юджи сунул пакетик в карман джинсов, когда мужчина повернулся к ним спиной. Фушигуро нервно хмыкнул и отпустил друга. Вследствие паники, он так сильно сжал его рубашку, что чуть не порвал ее.   — Что вообще за знакомые такие у твоего брата? Этот тип просто омерзителен, — Кугисаки сморщила нос, показывая тем самым свое отвращение.   — Забудь о нем, Нобара. Если он к тебе приблизится… — ему не дали договорить.   — Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, Юджи, — девушка обеспокоено забегала глазами по его лицу.   — Этого не будет, — заверил ее Итадори, — идем уже, — он широко заулыбался и, схватив за руки своих друзей, пошел вперед, минуя очередь, под недовольные перешептывания ожидающих.   Зайдя в клуб, троица первым делом направилась к бару, чтобы выпить, и уже потом идти на поиски приключений на свою задницу. Бармен очень оперативно выполнил их заказ и уже через несколько минут перед ними на стойке стояли рюмки с алкогольными коктейлями. Не медля, друзья опрокинули по шоту. Пищевод сразу обожгло, во рту стало сладко, а затем появилось горько-алкогольное послевкусие. Вкус у этого коктейля был неплохой, состав был для Мегуми загадкой, так как заказ сделала Нобара, а парни просто брали от жизни, что дают и не задавались лишними вопросами.   — Давайте еще по одной сразу, — Кугисаки пришлось кричать, чтобы ее услышали.   Долго уговаривать их не пришлось. А, если быть точнее, уговаривать не пришлось совсем, поэтому они выпили еще. Не сказать, что Фушигуро нравилось пить. Скорее наоборот. Он был предельно избирателен в отношении алкоголя. И, если позволяет атмосфера, есть желание и вкус напитка не вызывает у него отвращения, то иногда он вполне мог позволить себе расслабиться.   Фушигуро огляделся: помещение было достаточно большим и вмещало в себя просто кучу народа. На первом этаже располагалось несколько баров по краям танцпола. А на втором – стояли столики и вдалеке виднелась вип-зона.   От разглядывания окружения отвлекла рука Нобары, которой она накрыла его руку, чтобы привлечь внимание.   — Пошли за мной, — Фушигуро не слышал ничего, что пытается сказать ему подруга. Он лишь читал по губам.   Они поднялись на второй этаж, минуя столики, каждый из которых был занят, и направились к вип-зоне: она располагалась в отдалении от танцпола, поэтому здесь музыка играла не так громко, и надрывать голосовые связки, чтобы тебя услышали не было необходимости.   Вип-зона представляла собой несколько столов, с удобными, мягкими, бархатными диванами, которые были отделены друг от друга непроницаемыми ширмами.   Из-за одной из ширм показалась девушка, которая, радостно визжа что-то нечленораздельное, подбежала к Кугисаки и обняла ее так крепко, что чуть не придушила.   — Я так рада, что ты пришла!   — Ребят, познакомьтесь, это Наоми Огава, моя школьная подруга. Она тоже учится на первом курсе, только на другом направлении.   — Юджи Итадори. Очень приятно познакомиться. — Наоми поприветствовала его кивком. Затем девушка обратилась к Фушигуро:   — Ой, привет. Ты ведь… Мегуми, да?   Он сначала недоумевающе уставился на нее, а затем пригляделся и понял, что это та самая девушка, которая заговорила с ним на остановке.   — Когда это вы успели познакомиться? — Нобара уперла руки в бока, сощурила глаза и подозрительно оглядела сначала Наоми, а затем Мегуми.   — В понедельник. Я предложила Мегуми поехать домой вместе на автобусе, но за ним заехал его мужчина, поэтому не вышло, — сказала Огава и невинно улыбнулась.   — Твой кто?! — Итадори и Кугисаки спросили это в один голос.   Ну, вот и выстрелила шуточка Сатору. Потрясающе, Мегуми аплодирует стоя.   — Ты все неправильно поняла, Наоми. Это был не мой мужчина, а мой придурковатый опекун, который просто очень неудачно пошутил, — Фушигуро почему-то чувствовал себя полным придурком. И это при том, что придурок здесь только Годжо.   Девушка рассмеялась, и Итадори, который даже толком не в курсе, в чем именно заключался весь сюр ситуации, начал смеяться вместе с ней.   — Прости, просто он так убедительно с тобой флиртовал, — она одарила Фушигуро такой очаровательной улыбкой, что он почувствовал, как его сердце пропустило удар.   Девушка пригласила друзей за свой столик, и они заказали себе еще по коктейлю и креветки – в качестве закуски, чтобы не напиваться на голодный желудок. Мегуми пил очень редко и сейчас, с непривычки, он уже чувствовал легкое головокружение от тех двух шотов, что они пригубили возле бара.   — Ты одна что ли из своей группы пришла? — спросил Итадори.   — Нет, конечно. Просто ребята ушли танцевать. А я решила остаться, чтобы встретиться и познакомиться с вами. Нобара мне все уши про вас прожужжала.   — Да ну? Дай угадаю, рассказывала о том, какие мы дебилы и как ее бесим? — предположил Юджи.   — Вообще-то наоборот, она говорила что вы классные ребята, —  Огава хотела продолжить, но к столику подошел официант и, поставив на стол заказанные напитки, удалился, — Тебя она особенно выделяла, Юджи, — она закончила свою мысль, подмигнула ему, затем посмотрела на покрасневшую Нобару и начала смеяться.   Кугисаки достала из своего бокала оливку и кинула ее в подругу. Та поймала ее рукой и съела, после чего послала Нобаре воздушный поцелуй. А та в ответ показала ей средний палец. Итадори никак не прокомметировал услышанное и просто молча уткнулся в свой стакан. Мегуми и Наоми сделали пару глотков своих коктейлей.   — Это столик для некурящих, поэтому я отойду на балкон – покурить, — сказала Огава и начала рыться в своей сумочке, — кто-то хочет составить мне компанию? — она достала пачку сигарет вместе с зажигалкой, встала со своего места и выжидающе оглядела ребят за столом.   — Да, я, — Фушигуро всегда тянуло выкурить сигаретку-другую, когда он выпивал.   Они вышли на балкон, на котором, помимо них двоих, было еще несколько человек. Девушка протянула Мегуми сигарету, которую он принял из ее рук, поднес к своим губам и зажал фильтр между ними. Когда она поднесла зажигалку к сигарете Мегуми и подожгла ее, он затянулся и благодарно кивнул.   Дым провалился в легкие, и затем Мегуми медленно выпустил его изо рта. Он моментально ощутил слабость в теле и его головокружение усилилось в разы. Курение невероятно расслабляло. Он курил в старшей школе на протяжении полугода. Но бросил это дело так же быстро, как и начал. А зачем вообще начинал – он так и не понял.   — А ты неразговорчив, — заключила Наоми, выдыхая дым в воздух.   — Поступки говорят громче слов.   — Звучит сексуально.   — Ты флиртуешь со мной, — не вопрос, а просто утвердительное умозаключение. Вообще-то Фушигуро подумал об этом и не планировал озвучивать. Но оно как-то само вышло.   — Ты мне нравишься, Мегуми, — вот так просто она в этом призналась, — после того случая на остановке, я думала, что ты гей, — она поднесла сигарету к губам.   — Не напоминай, — Фушигуро устало потер глаза – он реально не хотел больше возвращаться к этой теме.   Огава затянулась и тихо засмеялась, выпуская дым.   — Довольно прохладно уже, на самом деле, я немного замерзла. — сказала Наоми, когда они, докурив, вышли с балкона и шли по направлению к столику, — Предлагаю допить свои коктейли, а потом спуститься на танцпол и как следует согреться, что скажешь?   Мегуми в ответ согласно кивнул.   Нобару и Юджи они за столиком не обнаружили. И куда свалили эти двое?   Мегуми и Наоми выпили свои коктейли залпом, до дна. Фушигуро успел закинуть в себя пару креветок в остром кляре, прежде чем его спутница схватила его за руку и потащила вниз по лестнице.   На танцполе было невероятно тесно, поэтому Мегуми вжимался в девушку перед собой. Они ловили ритм, и двигались, растворяясь в музыке и друг в друге. Парень чувствовал, как его кроет: от выпитого алкоголя, выкуренных сигарет и Наоми, которая трется своими бедрами о его пах и прижимается спиной к его груди. Руками он оглаживает ее бока и поднимается к ребрам, но остатков здравого смысла хватает на то, чтобы остановиться и не трогать выше, хотя так хочется ощутить тяжесть груди в своих ладонях. Она разворачивается в его объятьях и обвивает руками шею, а носом зарывается где-то в районе ключицы, ее теплое дыхание чувствуется даже сквозь ткань водолазки и приятно щекотит кожу, до мурашек. От ее касаний волосы встают на затылке, а затем и по всему телу. Штаны становятся малы в районе паха. Тягучее возбуждение выбивает Мегуми из реальности, его мозг уже ничегошеньки не соображает. Он не в состоянии сдержать свои порывы и подается вперед, ближе к лицу девушки, но проезжается губами по скуле – она увернулась от поцелуя. Воспользовавшись замешательством Мегуми, Огава схватила его за локоть и потащила куда-то, сквозь толпу. Мегуми просто расслабился и позволил собой управлять: тащить себя куда угодно, делать с собой что угодно. Он просто не мог что-либо предпринять. И не хотел.   Они снова побежали на верхний этаж, в противоположную сторону от их столика. И остановились возле двух дверей с табличками, на одной из которых была изображена женщина, а на другой – мужчина.   — К тебе или ко мне? — спросила девушка, пошло ухмыляясь.   — Без разницы, — Фушигуро зашел в мужской туалет и Наоми последовала за ним.   Они ввалились в кабинку, жадно целуясь. Фушигуро широким языком вылизывал рот Наоми, наклоняя свою голову в сторону, чтобы глубже проникать в него и тщательнее исследовать. Она зарывалась пальцами в его волосы и притягивала ближе, ей хотелось большего – получить максимум того, что может дать ей Мегуми. Ладонями он сжимал и массировал ее округлые бедра и упивался сладкими стонами в ответ на неумелые ласки.   Туалет клуба - не место для долгих прелюдий. Поэтому времени на то, чтобы физически и морально подготовиться к тому, что сейчас он впервые кого-то трахнет, у Фушигуро не было. Огава разорвала поцелуй и, стянув с себя трусы, развернулась к нему спиной, руками оперлась о стену перед собой, оттопырила зад и хриплым голосом произнесла:   — Ну же… давай.   Мегуми дрожащими – от перевозбуждения и волнения – руками спустил штаны, вместе с трусами, достал презерватив из сумки (мысленно поблагодарив Сатору и простив ему все грехи), раскатал – только с третьего раза – по пульсирующему, твердому, как камень, члену и приставил его к влажным складочками Огавы. Помедлив всего несколько секунд - он подался вперед. Когда нежные, горячие стенки влагалища обхватили головку его члена – Мегуми сбился со счета, сколько звезд пролетело перед его глазами. До ушей донесся одобрительный стон, и он стал проталкиваться дальше – сначала медленно, а затем вошел до упора слишком резко и несдержанно: так, что его яйца громким и влажным шлепком соприкоснулись с промежностью девушки под ним. Застонав протяжно, Наоми выгнулась в пояснице сильнее, и чуть отстранилась, но только для того, чтобы в следующую секунду насадиться на член Фушигуро снова. Мегуми чувствовал скорое приближение разрядки: от вида трясущихся, при столкновении с его собственными бедрами, пухлых ягодиц девушки – он готов был кончить сиюсекундно. Сжав их руками, он начал ритмично двигаться. Наоми пошло стонала, а ее влагалище издавало непристойные хлюпающие звуки – в ответ на толчки Фушигуро. Глаза Мегуми закатывались от удовольствия, что волнами расходилось по его телу. С каждым новым погружением в горячее нутро – волны становились все больше, и больше, превращаясь в цунами, и накрывая его с головой. Мегуми кончал долго и невероятно мощно. Ему понадобилось время, чтобы отойти от сокрушительного оргазма, отстраниться от Огавы и прижаться спиной к противоположной стене, загнанно дыша. Девушка развернулась к Мегуми лицом, она была в полном беспорядке: ее волосы растрепаны, помада размазана по лицу, макияж глаз потек, платье задралось до талии, чулки чуть сползли, а трусики болтались на ногах, в районе щиколоток. Она смотрела на него затуманенным взглядом и тяжело дышала ртом, взгляд Фушигуро опустился на ее грудь, которая сотрясалась при каждом движении грудной клетки.   — Ну, вы там закончили или нет? — из-за двери кабинки послышался знакомый голос. Блять, только не это. Сколько по времени он там стоял?   Мегуми посмотрел на Наоми, лицо которой стало бордовым, а глаза ее слезились – от стыда. Они не услышали, как кто-то вошел, потому что были слишком увлечены процессом.   — Пацан, выходи уже. Твой друг на улице: просто рвет и мечет. Сладкая девочка отвесила ему люлей и свалила. Тебе пора бы его утешить.   Мегуми моментально подорвался: стянул с себя презерватив и кинул его в унитаз, туалетной бумагой стер следы страсти со своего лица и члена, натянул на себя одежду. Он кинул взгляд на девушку, которая жестом показала ему идти без нее, и вышел из кабинки.   Махито стоял напротив, поясницей облокотившись о раковину.   — Какое тебе дело до Юджи? — Мегуми реально было интересно.   — Если с ним чего случиться, Сукуна мне шею свернет. Поэтому я приглядывал за ним весь вечер. Свалился же на мою голову… — Последнее предложение он пробормотал еле слышно себе под нос.   — А тут что забыл?   — Посрать захотелось. Что вообще за вопросы?   — Зачем подсунул Юджи тот пакет на улице?   — А?   — Нахуя ты ему кокс вручил, долбоебина?   Махито рассмеялся. Его ублюдский смех отражался от гранитных стен небольшого помещения и неприятно резал слух.   — Блять, а ты забавный малый, — что вообще он за человек такой? Один только внешний вид вызывал у Мегуми желание дать ему по роже. А когда он открывал рот – хотелось его задушить, — это не кокс, недоумок. Это сахарная пудра. У меня диабет, прикинь. Нужна страховка на случай, если сахар упадет.   Пиздец… просто пиздец… Без комментариев.   — Ты что там свою подругу до обморока затрахал, чего она не выходит?   — Закрой рот.   — Вообще-то моя очередь задавать вопросы.   — Иди нахуй, — Мегуми направился к выходу из туалета.   — Ты грубый, я так-то помог вам уже несколько раз за вечер, — Махито плелся позади.   — Ты надоел уже, — этот тип вполне мог посоперничать с Годжо в вопросах доебистости.   Позади раздался телефонный звонок, Мегуми слегка повернул голову и, краем глаза, увидел, как Махито молча приложил трубку к уху и просто слушал. Затем он сбросил вызов и обратился к Фушигуро:   — Быстро вали на улицу к своему другу. Об оплате не парься, я договорюсь. И шевели булками, пацан – шутки кончились, — от того, каким серьезным было его лицо – Мегуми стало не по себе. Но он послушался и побежал к выходу.   Фушигуро выбежал из клуба, и ночная прохлада развеяла дымку пьяного дурмана, что все это время играла в игры с его сознанием. Чей-то пронзительный дикий рёв коснулся ушных перепонок, и он повернул голову на звук. Юджи катался по земле и кричал белугой, закрыв руками лицо. А люди, что были вокруг, сторонились его и в растерянности переглядывались друг с другом, не понимая, что же им делать: вызывать скорую? Полицию? Звонить в психушку?   Мегуми подбежал к другу и жестом показал людям, мол «все в порядке, я разберусь, можете идти».   — Юджи, это я. Это Мегуми. Я здесь. В чем дело? Тебе больно? — Мегуми был в полнейшем замешательстве. Он присел на корточки и оглядел Итадори: на первый взгляд видимых повреждений он не обнаружил. Нет следов драки, нет крови. Что, мать твою, происходит? Это из-за Нобары?   — Его больше нет, — друг произнес это между всхлипами.   О, нет… Васуке.   — Юджи… — Мегуми совершенно не знал, что сказать и как вести себя в этой ситуации. Поддерживать и утешать он никогда не умел. Но ему было чертовски жаль, и собственное сердце до боли сжималось от осознания чужого горя.   — Он умер, блять, в полном одиночестве, пока я, сука, развлекался здесь, — Итадори закричал так громко, что сорвал голосовые связки до хрипоты, — я должен был быть рядом, — он перекатился, оказавшись на четвереньках, стал разбивать кулаки об асфальт до крови и рыдал, рыдал, рыдал – в голос. Слезы лились непрерывно, а слюна тонкими нитками стекала из его рта, — СУКА! НЕНАВИЖУ, БЛЯТЬ! ТВАРЬ! КАК ТЫ МОГ БРОСИТЬ ЕГО?! — он схватил себя за волосы окровавленными руками и сильно потянул, пытаясь выдрать с корнем, а в следующую секунду, переместив руки ниже – ногтями сдирал кожу на своем лице. Очевидно, у него был шок.   Фушигуро схватил Итадори за руки, заломал их за спиной, уронив друга и навалился сверху, удерживая того своим весом – чтобы он не вредил себе в этом приступе гнева.   — Пусти, — Юджи окончательно лишился голоса, поэтому теперь его было почти не слышно. Он не стал сопротивляться и просто обмяк под Мегуми, дергаясь лишь от рыданий.   — Юджи, я так сочувствую тебе. Сейчас ты не понимаешь, но потом до тебя дойдет, что ты не виноват. Прошу, не нужно поступать с собой так.   — Ща блевану…   Мегуми отпустил Итадори и слез с него. Юджи немного отполз в сторону и его неистово стошнило. Он блевал долго и мучительно содрагался в рвотных позывах. Его организм отчаянно выталкивал наружу все, что он поглощал за этот вечер.   — Просто чудесно, теперь он заблюет мне весь салон, — Махито подошел к ним и остановился возле Мегуми.   — Он с тобой не поедет, я вызову ему такси.   — Ты что, совсем тупой? — он весело захохотал, — Ни один таксист не согласится везти его в таком состоянии, — он взглядом указал на Итадори, которого все еще выворачивало наизнанку.   Да, чертов Махито был прав. Пока они дождутся того, кто, по доброте душевной, согласится их отвезти – промерзнут до костей. Не хватало Итадори еще и заболеть.   — Тогда я поеду с вами.   — Мне плевать, что будешь делать ты. Я отвечаю только за тупого братца своего начальника, пацан. Я подъеду через пару минут, и ты поможешь мне закинуть его в салон, — он пошел в сторону парковки.   Начальника? Значит, они работают вместе с Сукуной. Юджи это не упомянул.   Мегуми посмотрел на Юджи и, блять, он отрубился и упал лицом в собственную рвоту. Фушигуро за плечи оттащил друга подальше от зловонной лужи, стянул с себя пиджак – чтобы использовать в качестве тряпки – и обтер его рукавами.   Возле них затормозил автомобиль, из двери которого вышел Махито.   — О, я польщен, что ты так заботишься о том, чтобы не заляпать мои сидения, — мерзкая ухмылка поселилась на его лице, — к слову, у меня салфетки есть в машине, ну да ладно…   У Мегуми уже совершенно не было сил, чтобы отвечать что-то на его едкие комментарии. Поэтому они молча затащили Юджи на заднее сидение и пристегнули его, чтобы он не свалился во время торможения. Фушигуро сел на переднее пассажирское. Всю дорогу до дома Итадори, Мегуми находился в какой-то прострации. Он был обессилен морально и физически. Сначала Махито пытался с ним разговаривать, но Фушигуро будто находился под водой – он совершенно ничего не слышал. Поэтому, не получив вообще никакой реакции на свои жалкие попытки поболтать, Махито, наконец, заткнул ебало и остаток пути они преодолели в полной тишине. На парковке перед домом, Юджи начал ворочаться и измучено кряхтеть. Махито и Мегуми моментально подорвались, чтобы отстегнуть его и вытащить на улицу. Итадори вновь стошнило на газон. Всю свою подноготную он выблевал еще возле клуба, поэтому сейчас – просто сгибался в спазмах и пустой желудок выбрасывал из себя только желчь. Закончив, он направился к подъезду. Мегуми подхватил его под руку, чтобы тот не упал, а Махито сопровождал их, придерживая им двери. Зайдя в квартиру, Юджи закрылся на ключ и пошел в комнату. Он остановился на пол пути и обернулся к Мегуми, молча указал ему рукой на соседнюю дверь, а затем скрылся за своей. Это было приглашение остаться на ночь. На самом деле Мегуми и так бы никуда не поехал – он просто не в состоянии. Еле перебирая ногами он поплелся в комнату, что друг предложил ему в качестве ночлега и упал на кровать, даже не раздеваясь. В голове летали вертолеты, пространство вокруг кружилось и ходило ходуном. Как же хотелось спать, но ебаная карусель в голове не давала ему даже просто закрыть глаза. Фушигуро перекатывался с бока на бок, ложился на живот, а затем снова на спину в попытках найти положение, в котором ему станет легче. Он почувствовал резкую слабость в теле, першение в горле и ощутил, как большое количество слюны копится в его ротовой полости. Только не это, он не успеет добежать до туалета. Да он даже встать не в состоянии. Мегуми свесил голову с кровати, очень надеясь, что возле нее не было никакого ковра. И его стошнило прямо на пол – это последнее, что он помнит за сегодняшнюю ночь.