Записки студента-романтика

      После чаепития мы занялись любовью. Так я впервые лишился девственности со своей девушкой Дашей, с которой познакомился в первый день своего приезда в пионерлагерь «Зелёная роща». Помню, что в то жаркое солнечное утро мы с юной Дашкой нежились на горячем песке, наслаждаясь покоем и предвкушая скорую встречу после дневного отдыха. Потом мы залезли в холодную воду ручья, отмылись от своей ослепительной белизны и отправились в лесную ложбинку у лагеря, где разделись догола и залезали в густые заросли, хихикая и подшучивая друг над другом. Это было совершенно невинное времяпрепровождение, даже по тогдашним колхозным меркам. Только потом я узнал, какой оказалась моя Даша…        Но, будучи ребёнком, я не замечал её пошлых тайн. Тогда я и не подозревал, насколько всё сложно. Может быть, мне это пришло в голову из-за однообразия деревенской жизни?.. Просто возникло от ощущения полноты жизни — ведь в деревне было всё, что для меня значимо. Мне очень нравилась та часть жизни… Вот уехал на большую землю, и она для нас стала пустой… Неужели это неизбежно? Неужели так кончится? Впрочем, размышлять на эту тему теперь бессмысленно… Хотя раньше я постоянно думал о том, каково это будет — переезжать в большой город.        Мало того, совершенно не понимал, какое место в её жизни занимает любовь. Я даже не осознавал, что когда-то испытывал к ней влечение. Мне просто нравилось видеть её. Просто находиться рядом с ней. Она казалась мне существом с другой планеты. Неземным существом. Может быть, даже из другого измерения. В моей жизни были другие девушки, но я не чувствовал к ним ничего подобного. Только во время нашего первого свидания — только тогда я стал узнавать настоящую Дашу. Именно тогда, когда это стало для меня возможным. Как я понял потом, мне не пришлось прилагать для этого никаких усилий. Именно любовь вела меня по жизни. Это было подобно сказке, если кому-то так угодно считать. Но в этой сказке не было ни правил, ни конца. Если б я встретил её в другом месте, я бы никогда не узнал Дашу — я был не в состоянии даже намекнуть на любовь и нежность, потому что она не заметила бы во мне мужчину. Её окружала аура непостижимости. Когда я смотрел на неё, красота была очевидной, как луч солнца. И если этот луч входил в меня, это значило только одно: моя душа «засверкала»… Словом, для женщины вообще нет предела совершенству.        Конечно, у нас случился секс. Нестандартный, но секс с ней был наслаждением. Я даже не представлял себе, что женщины бывают настолько искусными. У неё были роскошные тёмные волосы, а груди, хоть и небольшие, очень соразмерные и находились точно в том месте, где мне хотелось их видеть. Её отменный бюст создавал контраст с худеньким тельцем. Несмотря на довольно юный возраст, её животик был очень упругим. Плечи и шея добавляли схожести с кошкой. А на лобке всё было, я не побоюсь этого слова, безупречно. То же самое можно сказать и о бёдрах. Ей было всего лишь восемнадцать лет, и я чувствовал, с каким великим искусством она координирует все свои движения, чтобы каждое из них было предельно точным.        В этой раскрепощённой девушке я уже не узнавал ту самую Дашу с грустными и умными глазами, которая заполнила собой всю мою жизнь. Но эта новая Даша — полная надежд и веры в любовь — определённо была привлекательна. И девушка смотрела на меня с той внимательностью и робкой улыбкой, которой умела одаривать только она.        Даша сначала лишь манила меня своими прозрачными ажурными трусиками, а её тонкая шея, переходившая в грудь, в матовой черноте была как бы отлита из бронзы — другого сравнения не приходило в голову. Почти не рассуждая, я впился ртом в ямочку у живота. Меня трясло от возбуждения, и я слышал, как внизу урчит разбухшая плоть, но не в силах был остановиться. Она выгнулась и застонала совсем громко. А я со всей силой вонзился в жаркий и скользкий ком плоти, пока правая рука в нерешительности дрогнула и взяла Дашину грудь. Опустив глаза, я вдруг нащупал слева ярко-красный сосок и провёл по нему большим пальцем. Даша охнула от неожиданности и, издав тихий стон, запрокинула голову. Я склонился к ней и поцеловал сосочек, который остался совсем сухим. Они были маленькие и упругие. Погладив её правую грудь, я с нежностью провёл пальцами по левой груди, после чего осторожно положил руку ей на живот.        Дыхание Даши казалось успокоительным, хотя и чуточку странным — словно в нём присутствовал запах миндаля и чего-то ещё, похожего на варенье. Я целовал её губы, глаза, брови, нос — и чем дольше это длилось, тем больше нравилась мне она. Мы долго лежали, обнявшись, совершенно обнажённые. Она положила руку мне на грудь, и я почувствовал, как под её пальцами бешено бьётся сердце. Как же мне не хотелось вставать с дивана.        Вдруг почувствовал, что с Дашиной стороны что-то мокро и липко.        Мы кончили одновременно…        Как вдруг, неожиданно для себя, я спросил её: — А что будет, если мы поженимся? Будем жить долго и счастливо и умрём в один день? Ты обещаешь?        Она слабо улыбнулась, провела рукой по моим волосам, другой взяла мою руку и прижала её к своей груди. Наши пальцы переплелись. — Я не знаю, Кир. А разве это плохо, когда муж и жена не помнят о смерти? Главное — чтобы в их жизни была одна истинная большая любовь, которой они отдаются всем сердцем!        А потом Даша спросила: — Ты хочешь стать великим писателем? — Ну да, — сказал я и понял, что соврал. — Я хочу написать книгу, Даша. Ты когда-нибудь прочтёшь её? Мне кажется, тебе можно посвятить целую жизнь…        Я поцеловал её в губы. И тогда она ответила: — Я тебя люблю. Моя жизнь сейчас — это ты. Моё будущее — тоже. Чтобы ты всегда был со мною рядом. Любимый, любимый мой… — Эту книгу я посвящу тебе, Даша. Определённо. В общем-то, я специально так задумал, потому что хотел, чтобы в ней была описана судьба женщины, которая мне очень нравится. И не просто потому, что ты для меня Муза — самая лучшая на свете. Я это знаю и без всяких книг, но раньше не осмеливался показать тебе свои чувства, так что извини. А теперь уже поздно: я всё про тебя знаю и чувствую так, будто сам писал эту историю. — Кир, ты такой романтик! Я очень рада, что ты заглянул ко мне. Хочешь что-нибудь выпить? Давай, может, красного винца? Или бокал шампанского? А может быть, два? Ой, можно и стопочку… — Извини, я не пью, — ответил я. — Да и не тянет что-то. Тем более… мне завтра на учёбу. Сегодня просто расслабился. Знаешь, как говорится: у трезвого на уме — бутылка, а у пьяного на языке — опохмелка. Или наоборот. Ха-ха! — Слушай, может тогда завтра заедешь снова ко мне? Будет, конечно, не так феерично, как сегодня, но всё равно лучше, чем ничего. Чайку попьём, поболтаем… Чай-то ты ж пьёшь? — говорила и улыбалась моя первая любовь. — Да, обожаю. — Слушай, а ты точно не боишься меня потерять? А? Ты же совсем мальчик. Наверняка даже не представляешь, насколько тяжело женщине терять мальчика. Но ты такой же хороший, как из моего детства. И я уверена, у нас всё наладится. Кстати, а чем ты занимаешься по жизни? — лукаво спросила она. — Скажи, не стесняйся… Кир, я всё равно знаю, чем! Ты живёшь тем, чтобы ублажать разные интересные и не очень места — где ты их только находишь, это уму непостижимо… А ещё ты путешествуешь… И даже стихи пишешь. Ты просто настоящий герой! Молодец, говорю тебе, молодец! Теперь у меня нет никакого сомнения, моя любовь — это настоящий мужчина. Спасибо, спасибо тебе за подарок, теперь я точно не забуду, кто ты на самом деле! И ты для меня есть и будешь всегда! Потому что у нас с тобой впереди целая жизнь…