Палитра чувств

      Чонгук не мог найти себе места в ожидании возвращения мужа.       Тэхён уехал в командировку всего три дня назад, а казалось, словно прошла уже целая вечность с тех пор, как он в последний раз чувствовал на себе любимые руки. К счастью, осталось потерпеть всего каких-то несколько часов: уже завтра утром его альфа, свет его очей, будет дома.       Серая хмарь за окном лишь усугубляла его волнение и подавленное состояние. Ещё и малыш с самого утра волновал своего папочку, неустанно пинаясь почти до отпечатков маленьких ножек на коже многострадального живота, и Чонгук, прикрыв глаза, напевал ещё не родившемуся крохе песню, которому обычно пел ему отец, чтобы успокоить.       Обычно всегда срабатывает, но почему-то не сегодня.       Омега всё ещё не спал, когда телефон завибрировал от входящего вызова.       — Тэхён… — Вместо приветствия он облегчённо выдохнул, ответив на звонок сразу же.       — Здравствуй, любовь моя, — в голосе мужчины слышалась мягкая улыбка, хотя тяжёлый вздох был пропитан ничем не прикрытой усталостью. — Ыну снова пинается?       — Он всегда пинается, но сегодня что-то не на шутку разошёлся, — пожаловался Чонгук и начал делать короткие вдохи-выдохи, ибо после звонка отца ребёнок завозился в животе лишь сильнее. — Во сколько тебя ждать?       — Я буду дома к шести утра, мой свет, — успокоил его Тэхён. — Хотел сначала остановиться где-нибудь на ночь, но не хочу терять время, я так по вам соскучился. Правда, в сон клонит сильно, пару минут назад чуть не заснул за рулём — дальний свет и гудок машины на встречке привели в чувства. Поэтому я позвонил тебе — поговоришь со мной, чтобы я не отключился?       — Господи, Тэхён, — сильнее заволновался и Чонгук, и их малыш, который уже едва ли не в футбол с его внутренними органами играл. — Зачем ты заставляешь меня переживать? Неужели нельзя быть осторожнее? Я готов подождать лишних пару часов, лишь бы с тобой всё было в порядке.       — Всё хорошо, малыш, я тоже люблю тебя.       — Люблю тебя… — шепнул в ответ и вздрогнул, когда в коридоре раздался звонок обычного, городского телефона. — Милый, повиси немного, мне на городской звонят.       Не дождавшись ответа, Чонгук поспешил к разрывающему тишину аппарату и спешно принял вызов.       — Алло?       — Господин Ким Чонгук? — сухо поинтересовался мужчина на том конце.       — Да, всё верно… — растерянно подтвердил омега.       — Здравствуйте. Я Ким Минсу, офицер из Сеульского полицейского управления. Вынужден с прискорбием сообщить, что ваш супруг, Ким Тэхён, разбился на машине. Смерть была мгновенной, он не страдал.       — Н-нет… Это какое-то недоразумение! — Горячо отрицал, глядя на экран смартфона, где цифры по-прежнему отсчитывали секунды длящегося разговора. — Я как раз разговариваю с ним по телефону!       — Мы нашли его водительское удостоверение, в машине он был один, так что ошибки исключены. Но вам всё же необходимо подъехать для опознания.       Даже не отключившись, Чонгук буквально откинул трубку на тумбочку и дрожащей рукой прижал смартфон к уху.       — Тэхён? Мне тут полиция позвонила, сказали, что ты разбился, представляешь? — немного истерично хохотнул омега. — Т-Тэхён? Алло?       Динамик в ответ хранил гробовое молчание.

***

      Чонгук мягко смотрел на своего сына с улыбкой, в которой таилась тихая светлая грусть. Его четырёхлетний малыш, что уродился точной копией своего отца, подбежал к светлой гранитной плите и обнял её, насколько хватило широты маленьких рук. Глаза невольно начали слезиться, пока омега слушал, как маленький альфочка рассказывал своему отцу о новых игрушках, подаренных дядей Намджуном, о друзьях, что завёл в садике, и противной каше, которой любимый папочка кормит его каждое утро.       Лицо Тэхёна улыбалось с надгробной фотографии. Чонгуку уже двадцать восемь, но Тэхёну всегда будет двадцать шесть, а в глубоких карих глазах навсегда застыла нежность и весёлость. Гук всегда знал, что его альфа сильно любил и его, и их ещё не рождённого сына, но настоящую силу этой любви осознал лишь после смерти супруга.       Семья была так важна для Тэхёна, что тот умудрился не заметить собственную смерть…