Тайна проклятого города "Sumgait"

Каждый день и вечер команда сталкивается с одним и тем же сценарием: утро, обсуждение планов, а вечером — очередная вылазка. Но чем чаще повторяется такой сценарий, тем тяжелее принимать факт того, что может случиться в дальнейшем. Каждый знает, на что идёт, и это всего лишь часть их работы. Каждый всё это переживает, но не каждый может сказать, что сможет вернуться назад. Поэтому и возникает ощущение того, что ты находишься между распутьем со знаком «жизнь-смерть». Чувство того, что кто-то следит, заставляет часто оборачиваться назад, осматривать окрестность на наличие кого-то ещё. А ведь самое главное не то, что может ожидать дальше, а… Уязвимость. Это не паника, которая приходит внезапно и уходит на недолгий срок. Это уязвимость— чувство того, что ты слаб, не знаешь того, что должен, постоянное осознание отсутствия возможности найти выход или защитить себя. Это чувство преследует каждого в начале любой миссии. Но прошло десять дней, а ничего не изменилось. Что делать в таком случае? Искать выход любой ценой. Биоинженер в очередной раз посмотрел назад, чтобы убедиться, что всё хорошо. Почему-то это стало его привычкой, но он мог оправдать себя: в самом начале миссий он всегда себя так вел, пытался понять, насколько опасно, и сможет ли он нормально работать. Но сейчас далеко не начало, что ему вовсе не нравилось. За его маской на лице эмоции казались вовсе не читаемыми, холодными и бесстрастными ко всему происходящему, хотя где-то в глубине души по нему иногда проходился укол странного чувства. Рон бегал взглядом по местности, пытаясь привыкнуть к темноте и найти что-нибудь или кого-нибудь, хотя в то же время надеялся ничего не найти. Но не было ничего такого, что привлекло бы его внимание, или то, что могло бы угрожать опасностью. Конахан шёл почти в ногу с Кэролайн, иногда бросая ей вслед настороженные взгляды, пусть и пытался это делать как можно реже. И вот в очередной раз он сделал то же самое. Рон немного скривился оттого, что уловил себя на ещё одном взгляде в её сторону. Он мог сказать самому себе, что всё в порядке, но это было далеко не так. Сделав один шаг, чтобы идти со стратегом рядом, он косо смотрел на неё и даже не пытался это скрыть, потому что это бесполезно. Девушка светила своим фонариком прямо, её взгляд был направлен туда же. Такое ощущение, что психолог вообще не была здесь, а её мысли блуждали где-то очень далеко. Сложно было такое не заметить. От неё буквально веяло напряжением и тревогой. Но у стратега хорошо получалось это скрывать как за маской, так и за холодным выражением лица, только её слегка прищуренные брови под тенью капюшона выдавали это. Рон долго не решался что-то спросить, поэтому тихо и протяжно вздохнул, смотря прямо, положив руки в карманы чёрных штанов своей рабочей формы. Впереди них, в нескольких метрах шёл разведчик с винтовкой наперевес. На этот раз он оставил ворона дома из-за вчерашней ситуации. Рон повернул голову назад, продолжая идти. Позади шёл инженер. Из-за его темного одеяния Брукса было почти не видно в этой непроглядной темноте. Биоинженер отвернулся, смотря прямо. Эта тишина его напрягала, но он знал, почему всё именно так, поэтому вопросов у него не возникало. Мужчина в маске бросил ещё один взгляд на психолога. То, в каком не самом хорошем состоянии он видел её утром, заставляло его строить множество теорий. Чаще всего биоинженер задумывался о том, что это могли быть последствия от дымовой шашки, в которой явно что-то было. От этой мысли у него появились только новые вопросы, нежели ответы. Мало того, что у него было сильное желание получить образцы этого дыма, так ещё добивало состояние девушки после этого. Порой он удивлялся тому, как стратег до сих пор старалась сохранять спокойствие и молчать об этом, потому что ухудшение состояния он мог заметить даже издалека. От такой мысли ему стало даже забавно, но ненадолго. Биоинженер вновь вздохнул, прежде чем нарушить тишину. — Не хочешь поговорить? — наконец от него послышался тихий и спокойный голос, когда он повернулся к ней лицом, пытаясь скрыть своё напряжение от своих рассуждений и предположений о разных ситуациях. Стратег сначала никак на это не отреагировала. Только через пару минут она немного приподняла голову, издав что-то похожее на рассуждающее мычание. После она немного сильнее сжала фонарик в руках, направив на Конахана косой взгляд своих светлых глаз. Он тут же прочитал в них странный намёк на нежелание говорить. Она вздохнула. — Смотря о чём ты хочешь поговорить, — Вайт иногда бросала взгляд под ноги, надеясь, что она не наступит на что-то в очередной раз, как это было вчера. Ей хватило нового прилива галлюцинаций… — Как бы сказать… — биоинженер задумался, подняв голову в небо. Было настолько темно, что казалось, будто выкололи глаза. Он цокнул языком во время раздумий. — Я понимаю, что слишком сильно пристаю, но не упущу возможность спросить… Если у тебя сейчас ещё более-менее всё хорошо, то утром я реально подумал, что ты только воскресла. Что случилось? — он на время замолчал. — Но если не хочешь, можешь не отвечать… Я же потом об этом всё равно узнаю. Рон хмуро усмехнулся, хотя ему не было смешно, но хотел немного разбавить обстановку. Он опять перевёл на неё свой мягкий взгляд. Если бы она могла прочитать его по глазам, то ему бы пришлось ещё отвечать за напряжение в сторону других. Но, к удивлению Конахана, девушка усмехнулась ему в ответ, отвернувшись, смотря прямо. — Можно и так сказать, — стратег задумалась, немного нахмурившись, смотря в землю. — Но мне как-то неудобно об этом говорить. Нет, не подумай, просто это прозвучит странно. Биоинженер покосился на неё с недоверчивым взглядом, пытаясь понять, что она имеет в виду. — Я не кусаюсь вроде бы, — заявил он, хмуро усмехнувшись. — Я понимаю, но раз ты просишь, — стратег немного задумалась перед ответом, прикусывая кожу на губах. — Мне всё же кажется, что это была не простая дымовая шашка. Потому что обычная шашка имеет запах, приближенный к пеплу и дыму. Но, думаю, ты сам это знаешь. Она повернулась к нему лицом, продолжая идти. Иногда русоволосая убирала рукой от себя ветки, чтобы они не мешались во время движения. Ей очень хотелось высказать своё мнение, потому что это действительно было важно, да и скрывать это бесполезно. Психолог следила за реакцией биоинженера, но тот был словно непробиваемый. — Хм, это да. Тот приторно-сладкий запах, о котором ты говорила, наверняка имеет какое-то значение. Даже если так, то я понятия не имею, как выглядит принцип работы шашки, как и что это за газ… или что это, — Конахан с холодным взглядом смотрел на неё, хотя его голос выдавал спокойный тон. — Хорошо, но к чему ты это сказала? Кэролайн вздохнула, смотря прямо. Ей не хотелось признавать то, что случилось, но придётся. Она долго формулировала мысль в голове, но в конечном итоге сдалась. — Я знаю, какую реакцию ты испытываешь после моих слов, но… — Но я тебя не укушу. Да и ты сама сказала, что если что-то произойдёт, то мы не будем ничего утаивать друг от друга, верно? — он усмехнулся, повернувшись прямо. Кэролайн замерла от его слов, но продолжала идти прямо. Она как зачарованная смотрела на него, но после тоже посмотрела прямо, держа фонарик в руках. Вайт помнила, что она действительно говорила это, но не думала, что биоинженер воспримет это всерьёз. Да и к тому же, если она скажет о том, что произошло утром, то что она получит в ответ? Недопонимание? Возможно. Поэтому она и не хотела говорить об этом, ведь её на самом деле охватил легкий страх от этой мысли. Но и молчать она не могла, потому что свои слова нужно сдерживать, ну и просто потому что больше некому было об этом сказать. Также она понимала по своему опыту, что замкнутость, постоянное скрытие своих проблем приведёт к ещё большим неприятностям. Психолог выдохнула, собрав волю в кулак. — Я видела галлюцинации, — пусть её голос звучал ровно и без каких-либо колебаний, но внутри она думала о том, как вернуть слова назад. Она повернулась лицом к мужчине, чтобы увидеть его реакцию на лице и понять, как дальше вести разговор. Он молча смотрел на неё, шаркая одеждой при ходьбе. Рон погрузился в мысли с каменным лицом, давая понять, что ничего ей не сделает и не скажет ничего плохого в её адрес. Он настолько сильно погрузился в мысли, что ничего не мог ни сказать, ни сделать. Через пару секунд молчания, Конахан повернулся лицом прямо, смотря на дорогу. Почему-то стратег ощущала его скептичность и раздражение даже сквозь тишину. Да, он молчал и был холоден к её ответу, но что-то другое в этом было точно. Стратег перебирала пальцами, не зная, что делать дальше. Дабы избавиться от давящей тишины, психолог продолжила. — Скорее всего, галлюцинации появляются как раз из-за влияния этого дыма или что это. Я могу сказать точно, что галлюцинации сильные, я никогда не слышала, не то что видела, настолько реалистичные галлюцинации, — на время она замолчала, чувствуя неопознанный укол вины за то, что не сказала об этом раньше, но ей просто стало страшно от того, что её могли посчитать сумасшедшей. Поэтому стратегу оставалось только сохранять спокойствие и надеяться, что всё будет наоборот. — Мне не нравится это, Рон… Такое ощущение, что я схожу с ума. Она почувствовала, как его рука в чёрных перчатках без пальцев легла на её плечо, пытаясь утешить простым действием. Девушка перевела на него недопонимающий взгляд, пытаясь прочитать парня по глазам, но он даже не смотрел на неё, избегая зрительного контакта. Как бы Кэролайн не хотела, Рон не повернулся к ней, следуя дальше. Её напрягал холодный и задумчивый профиль биоинженера, но не знала, что сказать, делать и как на это реагировать, как и на его жест, поэтому шла дальше с ним в ногу. Девушка уже хотела что-то сказать, но биоинженер перебил её своим спокойным и в то же время хриплым голосом, что говорило о том, что он говорил против своих мыслей. — Ты не сходишь с ума, — Конахан наконец посмотрел на неё безразличным взглядом, но он не мог не усмехнуться за тёмной маской. — По крайней мере, это моё мнение… Послушай, сейчас я навряд ли что-то скажу по этому поводу, поэтому вернёмся к этому позже, когда мы оба будем иметь возможность поговорить об этом, хорошо? Кэролайн видела его спокойный взгляд, явно понимая, что он не оставит эту тему в покое и ещё вернётся к этому. Она ничего не ответила на его вопрос, не в силах выдавить из себя хоть слово, поэтому стратег кивнула, повернув голову в сторону пути прямо. Биоинженер кивнул в ответ, погладив её по плечу, после положил руку в карман, расправив плечи, двигаясь прямо. Он точно знал, что теперь у него есть ещё одна тема для раздумий, четкая цель узнать больше как о самом едком дыме, так и его побочные эффектах, в том числе и то, что видела стратег в своих галлюцинациях. Он не хотел давить на эту тему ещё больше, поэтому замолчал, следуя за ней медленными шагами, чтобы не обогнать. В то же время образовалась тяжелая тишина, которая прерывалась лишь ветром и отдаленным звуком шагов. Инженер шёл позади остальных, то и дело смотря по сторонам. Его бдительность была на высоте. Он не хотел, чтобы ситуация вчерашнего вечера повторилась вновь. Если объект снова следит за ними, то ни к чему хорошему это не приведёт. Но на данный момент инженер мог с полной уверенностью сказать самому себе, что слежки нет. Человеческий организм, обладая такой интересной и важной функцией, как инстинкт самосохранения, с давних пор помогает уловить на себе чужой взгляд, и это чувство никогда не подводило ни человека, ни любой другой живой организм. Поэтому сейчас Брукс чувствовал себя хоть немного спокойнее. Да, за обстановкой может следить и разведчик, но, чёрт возьми, если он снова почувствует объект, то рванёт к нему со всех ног, а этого отряду не нужно. Сейчас же темноглазый в капюшоне молча следил за спинами других, шагая следом. Но он никак не мог расслабиться… Ему что-то не нравилось, и он злился на себя, когда не понимал то, почему он так себя ведёт. Дельта прекрасно понимал, что их работа напряжённая и имеет кучу сложностей, опасностей, из-за чего ты никогда не можешь чувствовать себя в порядке и в безопасности. Но почему только он сейчас беспокоится об этом?! Брукс встряхнул головой, чтобы отвести эти мысли на задний план. У него хорошо получилось, но теперь его мысли были заняты другим… Зря он начал тот разговор утром. Брукс поднял свой взгляд прямо, следуя за другими, чтобы не отстать, и нашёл глазами спину Патта с винтовкой наперевес. Его тут же пронзили клочки воспоминаний с их напряжённого разговора утром, из-за чего он поморщился, подавляя агрессию. Нет, сейчас он принял осознание того, что разведчик был прав. Ему не стоило накидываться на разведчика, даже если сам был частично прав. Они оба в чем-то правы и нет одновременно. От этой мысли инженеру стало не по себе. Он мог почувствовать, как его охватило чувство малой вины за этот разговор. Ведь именно он его и начал. А ведь Вайланту правда не хочется об этом слышать лишний раз. Разве парень виноват за свои способности? Брукс снова посмотрел на него, идущего в одиночку впереди всех. Патт правда не виноват в том, что его перепрошивают каждый раз, когда случаются поломки кода или когда он слишком сильно ранен, что обычная медицинская помощь не поможет. Он не виноват в том, что каждый раз его способности накаляют до предела. От этой мысли инженеру стало только хуже думать об этом. Ему хотелось вернуть время на пару часов назад и промыть рот с мылом, чтобы никогда не говорить подобное… Брукс вздохнул, сделав пару длинных шагов, чтобы немного догнать других, ведь не хотелось отстать от них. *** Как оказалось странным, вся вылазка прошла успешно: без потерь кого-то в темноте, ни единого звука, без ссор и недопонимания, как будто ничего и не было. Даже никаких следов. Когда отряд пришёл на осмотр второй части жилого сектора, то встретил ту же картину полуразрушенных домов, заросшими лианами, с обвалившимися потолками. Никаких следов. Иногда даже возникает ощущение, что до отряда на этом острове больше никого не было, но это как раз наоборот, что напрягало. Они не прочесали остров и погибли? Все сразу? Такой обход территории продлился от сила два часа, как и всё нахождение на острове в целом. Всё это было из-за отсутствия нормальной видимости: кромешная тьма и серо-зелёный густой туман не давали никакого обзора, ухудшая видимость, а вместе с этим создавая ещё большую уязвимость. На обратном пути Кэролайн случайным образом нашла разбитую камеру видеонаблюдения. Когда девушка светила вокруг своим фонариком, свет отразился на осколках стекла, которые были разбросаны на земле, а камера лежала рядом. В объективе видеонаблюдения была стрела. Морок. Он точно был здесь, потому что стрела явно принадлежала ему. И если остальные как-то отреагировали на камеру, как и на торчащую стрелу в ней, то инженер даже не изменился в лице: такой же холодный, нахмуристый, неприступный вид. Он стоял с таким видом, будто его ничего не волновало и такое видел не раз, хотя это было не так… Верно? Брукс снял это на свою камеру, после бросил её в карманы серых карго, спустившись на одно колено, чтобы забрать разбитую камеру видеонаблюдения. Биоинженер изъял стрелу как вещдок. Что если на нём будут отпечатки пальцев? Нужно учитывать и этот вариант. *** Вечер сменился тихой ночью. В такое время, особенно на Сумгаите, было спокойнее, чем на соседнем острове. Тишина, стих сентябрьский ветер, который теперь лишь игрался с листвой. В городе единственным источником освещения была луна, которая не была скрыта кучевыми серыми и белыми облаками, открывая обзор на ночное небо, усеянное звездами. Было прохладно, поэтому окна в доме были закрыты. Свет повсюду выключен: половина команды спала, да и в целом источник света не был так сильно нужен. В такое время не могли спать только Брукс из-за смены режима и гетерохромик со своим кодом «спать раз в пять дней один час». Но в последнее время из-за перепрошития код снова пришлось менять: теперь он спит довольно редко, но при этом сам не знает, когда может отрубиться. Он не человек, который нуждается в постоянном отдыхе, употреблении еды или чего-то другого. Всё парню дала лаборатория, но сам Патт был против, но не мог противиться, потому что всем будет плевать на его хотелки. Он же биологическое оружие, а значит у него только одна задача — истребление цели, и больше ничего. Тёмно-русый парень лежал на кровати, раскинув руки в стороны, смотря на потолок, который из-за лунного света имел отражение от незанавешенного окна. Парень без каких-либо эмоций пялился на доски, пытаясь найти что-то интересное. Он проходился холодным взглядом по контуру досок, не шевелясь. Патт пытался найти отвлечение от всего в виде рисования или записи своих мыслей и вопросов в свой бирюзовый блокнот, но это не помогло. Теперь этот ненужный предмет лежал вместе с черной ручкой на его животе, скрытом серой футболкой… Он хотел прямо сейчас найти то, что могло бы ему помочь отвлечься, провести эту очередную ночь через себя, но в голову ничего не приходило. Вновь заниматься одним и тем же занятием ему не хотелось. Вайлант хотел чего-то другого, чего-то нового, что могло бы убить свободное время. В такие моменты люди говорят, что им скучно… Протяжно вздохнув, прервав тишину, он перешёл в сидящее положение на своей кровати. Он провёл рукой по лохматым волосам, пытаясь их пригладить. Парень заметил то, что его пернатый товарищ всё это время спал на кровати в его ногах. Янтарь лежал, прижав крылья к своему телу. Он походил на чёрный комочек, выдавал лишь ошейник, который местами был покусан. На перьях ворона был лунный свет, подчёркивая каждый контур его перьев. Если бы сейчас разведчик мог обойти свои ограничения, то он бы улыбнулся, но знал, что не может это сделать физически. Парень осторожно встал, чтобы не разбудить пернатого товарища, и тихими шагами направился к выходу из своей комнаты, чтобы сходить на кухню за водой. Выйдя в тонкий коридор, он положил руки в карманы чёрных шорт, медленно повернув голову вправо, где чуть дальше был спуск на кухню, в которую он ходил каждую ночь, когда отряд спал. Разведчик начал незаметно идти по коридору второго этажа, но… — Стоять. Голос справа от него, который исходил из чужой комнаты, заставил его остановиться, замерев. Вайлант не сразу повернул голову в ту сторону, заглянув в комнату. Брукс сидел к нему спиной на своём стуле с черной спинкой. Инженер, одетый в свой чёрный свитер, который носил уже на постоянной основе, сел на стуле полубоком, смотря на гетерохромика. Дельта положил свою руку в тактических салатовых перчатках на спинку стула, приподняв с переносицы чёрные очки с оранжевыми линзами, которые обычно носят не для зрения, а для варки мелких деталей. Он пристально смотрел на парня с… виной в глазах? — Не хочешь поговорить? На этот раз не будет, как утром, — не смотря на свой взгляд, голос звучал с привычной грубостью. Патт прислонился локтем к дверному проёму, нахмурившись, смотря на инженера. — Смотря о чём, — разведчик явно не хотел ни о чём говорить после утра. Но он не чувствовал сильного гнева от этой ситуации, но был недоволен, да и было немного обидно. На некоторое время инженер замолчал, колеблясь перед своим ответом. Он продолжал держать очки пальцами на лбу, не решаясь отпустить руку. В этот же момент прилетел Янтарь, сев на плечо разведчика. Птица заметила отсутствие своего владельца. В конце концов Дельта усмехнулся, видя эту картину. — Ты либо зайди и закрой дверь, либо выйди и закрой дверь с обратной стороны, — с усмешкой проговорил он, вернувшись к своему столу, надев очки на переносицу. Вайлант колебался пару секунд, после зашёл в комнату, закрыв её. Парень положил руки в карманы, хмуро осматривая комнату инженера на наличие чего-то интересного. Вместо этого он обратил внимание на ворона, который буквально чуть ли не засыпал на его плече. Патт вздохнул, мысленно ругая о том, что ворон мог спать дальше в комнате, а не лететь следом, как хвостик. Хотя, может ему просто нужно больше уделять внимание? Вайлант прикусил внутреннюю сторону щёки, смотря в пол. Всё может быть и так. Если же Патт не хотел столько много внимания к себе, то птица наоборот. Он встряхнул головой, избавляясь от этой мысли, осматривая комнату. Помимо луны, источником света здесь была настольная лампа на столе, которая светила на его поверхность. Инженер снова с чем-то возился. Гетерохромик был заинтересован происходящим. Он медленно и тихо подошёл к Дельте, встав рядом, пока тот сидел на своём месте. Патт пристально смотрел на работу парня, иногда бегая взглядом по его выражению лица. На столе перед инженером лежала камера видеонаблюдения, которая была в очень плачевном состоянии. Сам же Дельта сидел с абсолютно сосредоточенным выражением лица, так как занимался таким на каждой миссии. Он медленно раскручивал некоторые детали, ведь нужно было добраться до карты памяти или хотя бы до детали, которая должна была подключаться к другому прибору. Камера же должна была куда-то сохранять съёмку или отправлять? Инженер делал всё осторожно, как по традиции. Это было частью его работы, поэтому в этом не было ничего удивительного, но разведчик следил за этим как зачарованный. Он сам не знал, почему не может убрать взгляд от его работы. Дельта глубоко вздохнул. — Слушай, я не хотел вообще заводить тот разговор утром, понимаешь? — наконец заговорил он, не отрываясь от дела. Бруксу явно было трудно что-то сказать на эту тему, но по его лицу так не скажешь. — Я прекрасно понимаю, что ты сам не в восторге от своих способностей и от того, какое влияние они на тебя оказывают. Я знаю, малой. Патт с подавленным удивлением смотрел на его холодное выражение лица. Он ожидал всякого от товарища, но точно не таких слов. Гетерохромик пытался прочитать то, что он испытывает сейчас, но не получалось. Вайлант лишь отвернулся к работе инженера, задумавшись с подавленной реакцией. — Так что просто знай, что я был немного не в себе. И то, что тогда я грубо пошутил — я не хотел. Знаешь, мы оба в чем-то правы, в чем-то виноваты, — Дельта открутил одну из поломанных деталей, с тихим лязгом убрал на стол подальше от себя, не смотря на Патта. — Поэтому не держи обиду и зло на меня… Встал не с той ноги. Он хмуро усмехнулся, наконец посмотрев на него за оранжевыми линзами очков. Вайлант немного оцепенел, но ничего не ответил, пристально смотря на парня, особенно в глаза. От лунного света за окном и от света лампы глаза Дельта за линзами очков словно блестели. Хотя это была просто игра света и тени. — Извини там, ладно? — инженер немного прищурился, смотря в его разноцветные глаза, слабо усмехнувшись. — Я не хорош в извинениях, правда? Вайлант молчал, глядя на то, как Брукс вернулся к своей работе. Он сглотнул, вернувшись в своё обычное безэмоциональное состояние. — Всё нормально… Я понимаю без слов. Патт старался не шевелиться, потому что ворон на его плече заснул чутким сном. Иногда Янтарь чесал клювом своё крыло, а после возвращался в спящее царство. Брукс ничего не ответил, приблизив лампу к камере, чтобы получше увидеть каждую поврежденную деталь и разбитое стекло объектива, которое попало внутрь деталей. Он молился, чтобы карта памяти была целой и нетронутой поломанными деталями. Дельта ни разу не имел дело с такими камерами, поэтому не знал, где находится нужная ему часть, из-за чего теперь пришлось разбирать полностью… По возможности некоторые детали он заберёт себе для дальнейшей работы в инженерном деле. Вайлант пристально смотрел за ловкими и медленными движениями рук Дельты, как он, казалось бы, откручивал детали, но для разведчика это было нечто большее. Он смотрел на это завороженно, как ребёнок, иногда украдкой смотрел на лицо инженера за очками и на спутанные, выбритые на висках волосы. Гетерохромик долго не решался что-то сказать или сделать, чтобы не нарушать рабочую обстановку, но ему пришлось, чтобы подавить любопытство. — Брукс? А как давно ты носишь очки? — наконец собрался он, вытащив руки из карманов. Он сложил руки на краю стола, облокотившись на них, как на опору, наклонившись, внимательно следя за напарником. Тот даже не шевельнулся, на лице был тот же холод. Можно было подумать, что он умер, только движения его рук и дыхание говорило о том, что парень вообще сейчас находится здесь. Брукс открутил ещё одну деталь, отложив в сторону. — После того, как я отошёл от… комы, если так сказать, — Дельта бросил на него холодный взгляд. — Но ты не подумай, со зрением у меня всё окей. — Да я ни о чём не думал. Патт пристально посмотрел на очки на его переносице. Очки плотно сидели на лице инженера, закрыв пространство рядом с глазами, что даже сбоку было невозможно увидеть его боковое зрение. Вайлант на время задумался, а после спросил: — А можно примерить? Брукс замер, повернулся к нему с немного удивлённым лицом, уголки губ приподнялись в улыбке. Он приподнял очки на ремешке через голову, сняв их, теперь держа их в руках. Инженер протянул их напарнику, забавляясь над ситуацией. Парень тут же взял их в руки, стоя, так же облокотившись о стол своим телом. Он сначала осмотрел очки в своих руках. Оранжевые линзы, правую можно было настраивать по своему усмотрению, вокруг линз был чёрный материал для плотного прилегания к области вокруг глаз, чёрный ремешок. Вайлант медленно и осторожно, чтобы не разбудить ворона на плече, надел на себя очки, зажмурившись. Как только он открыл глаза, то нахмурился, пытаясь осмотреться вокруг. Брукс усмехнулся, поставив локти на колени, сцепив пальцы друг с другом, пристально следя за реакцией товарища. Тот часто моргал, смотря по сторонам. — Тебе удобно, Ви? — с сарказмом спросил Дельта, чувствуя какое-то теплое ощущение внутри себя, отчего его холодный вид испарился. Вайлант первоначально никак не отреагировал на его слова, после чего повернулся к нему. Он медленно снял очки с лица, протянув их инженеру. — Ты в них что-то видишь? — заинтересованно спросил он, наклонив голову набок, приподняв бровь. Брукс принял очки, надев их на себя. С ними он выглядел довольно необычно. Инженер вернулся к работе, взяв отвёртку в руки. — Конечно вижу. Просто тебе непривычно, — парень продолжил возиться с деталями, откручивая их. Патт молча кивнул, облокотившись о стол, следя за движениями рук Дельты. Ненадолго Брукс остановился, размяв кисти рук в своих перчатках. В этот же момент Вайлант хотел взять камеру в руки, потому что он так и не смог осмотреть её получше, на что получил слабый удар по руке от инженера, который злобно посмотрел на него. — Не трожь! Тут всё всмятку, плюс и стекло. Что ты смотреть будешь? — инженер фыркнул, вернувшись к работе. Гетерохромик недовольно отстранился от него, пристально смотря на окно. — Я посмотреть хотел… Думаешь, получится достать карту оттуда? Думаешь, там будет что-то дельное? — спросил он, смотря в окно. Темное небо, усеянное кучей звёзд, некоторые из них собирались в созвездия, но большинство образовывало скопления в виде Млечного пути, но он был слабо виден. Ближе к горизонту небо становилось ещё темнее, как чернота. Вайлант зациклился на виде из окна, особенно на вид луны. Она была неполной, растущей, но всё же такой красивой, из-за чего парень не мог от неё оторваться. Он знал, что ведёт себя сейчас очень глупо, но ничего не мог с собой сделать. Гетерохромик услышал смешок Брукса, смешанный с фырканьем. — Не думаю, что достану карту в целом состоянии… Если я этого не сделаю, то застрелюсь, — саркастично выпалил он, не отвлекаясь от своего дела. — Несмешно, Брукс, — отозвался с холодом в голосе Патт. — Да ладно тебе. Брукс грубо усмехнулся, продолжая возиться с камерой, пока гетерохромик отвлёкся на вид из окна. Всего лишь через пару минут послышался восхищённый вздох инженера, отчего Патт повернулся к нему в замешательстве. Дельта держал в руках маленькую чёрную SD-карту, смотря на неё, как на последнее чудо света. Парень крутил её между пальцев, пристально смотря. Вайлант медленно отошёл от окна, приблизившись к нему, положив руки за спину. — Получилось? — он внимательно смотрел на выражение лица Брукса. От инженера веяло чувством спокойствия и ликования, хотя на его лице была лишь гордая улыбка. Он подкинул карту и ловко поймал её в руку, повернувшись лицом к разведчику. Его лицо за этими оранжево-черными очками выглядело довольно необычно, отчего Вайлант мог подолгу смотреть на его внешний вид. Добивали растрёпанные волосы Дельты, из-за чего он немного походил на ёжика. — Обижаешь. Если я берусь за что-то, то у меня всегда получится. Я изолентой построю ядерный реактор, — темноглазый поднял на него прищуренный взгляд за очками, усмехаясь. Патт вздохнул, почесав переносицу. — Не сомневаюсь, вообще не сомневаюсь, — в следующую секунду он заметил, что инженер вернулся к камере, разбирая её до основания. Гетерохромик внимательно следил за каждым движением его рук, которые всего лишь откручивали разные детали, но для парня это было нечто большее. Он мог следить за процессом часами, и всё это из-за его любви видеть что-то новое. Патт никогда не видел устройство камеры видеонаблюдения изнутри. Нет, он знал принцип работы и для чего это, но то, как она устроена внутри… Поэтому он воспользовался случаем, внимательно смотря на камеру, которая была не в хорошем состоянии: стекло объектива попало внутрь самого прибора, перерезав некоторые провода, некоторые маленькие части стекла могли даже сломать карту, но всё обошлось. Вайлант хотел задать вопрос, но не мог подобрать правильные слова. Он вздохнул, взлохматив свои темно-русые волосы. — Если ты уже достал карту, то зачем ты разбираешь камеру до основания? — наконец проговорил он тихим безэмоциональным голосом, смотря на ворона, который незаметно спал на его плече. — Неважно. Я просто немного долбанутый, — Брукс как обычно саркастично усмехнулся, отложив отвёртку на стол, протянув к себе остатки от камеры, которые были в плачевном состоянии. Он бросил их в мусорку под столом. Патт не знал, что ответить, следя за ним. В конечном итоге инженеру надоела эта тишина. Он стянул со своего лица очки, потерев переносицу, на которой остались следы от очков. Брукс тихо усмехнулся. — И что дальше? — поинтересовался Вайлант. Он действительно не знал, что ему делать, а возвращаться к себе в комнату, чтобы молча глазеть в потолок, он не хотел. — Не знаю… Пошли хотя бы на кухне посидим, — Дельта на время замолчал, сурово смотря на него. Его тёмные глаза от света луны и лампы казались светящимися, — Только тихо, пока те два голубка не дали нам пизды. Он встал, выключив лампу, после быстрыми и тихими шагами направился к выходу из комнаты, открыв дверь, осмотрев беглым взглядом коридор. Патт лишь развёл плечами, после медленно пошёл за парнем.