Литромантик

╭ ᜊ ⎯ ✦ ᜊ ⎯ ✦ ᜊ ⎯ ✦ ╮ ┆ ┆ ┆ ┆ ╰ ᜊ ⎯ ✦ ᜊ ⎯ ✦ ᜊ ⎯ ✦ ╯       «Самое тёплое место в мире — семья. Слышали о таком?»       Частые кошмары могут говорить о неком заболевании. Люди, что часто видят в своих снах кошмары, являются нездоровыми. Регулярные кошмары могут рассматриваться как — психическое расстройство, вызванное неким всплеском после самых различных ситуаций, и это нужно лечить. Роман это знал и прекрасно осознавал, что дело тут не только в его постоянном одиночестве или стрессе, всё таилось куда глубже, чем он думал ранее. Но одного лишь осознания недостаточно для решения проблемы, он не хотел навязывать на себя оковы тех страшных бумаг, что выдаст врач. И всё повторялось снова и снова, как и сейчас.       Сам дьявол в обличии мрака ночного приходил к Фильченкову, как только тот погружался в царство Морфея. Эти картинки, словно со старых кассетных плёнок, были одни и те же, разве что, бывало, менялся ракурс обзора или комната. Уснув в тёплых объятьях, Ромашка вновь окунулся в заточение пугающих его обликов, что доводили до мыслей о смерти. Он совсем не хотел покидать этот мир, он просто хотел перестать испытывать мучения. Словно музыка заиграла в ушах, как только этот «театр кошмаров» начал свой очередной спектакль. Роман чувствовал себя маленькой тряпичной куклой, что играла роль грешного мученика.       Сквозь занавешенные шторы проскальзывали золотистые лучи яркого солнышка. По стене пробегали желтоватые дорожки, пробиваясь во мрак. За окном слышались редко проезжающие мимо машины и говорливые птички, что прятались где-то в щели бетона. Колбая, мирно посапывая, легонько подрагивал ресницами из-за попадающего на его лицо солнышка, что игриво отражалось в зеркале напротив кровати. Левая рука темноволосого свисала с края матраса, чуть касаясь ворсинок ковра. Другой же он приобнимал спящего Ромашку, который бормотал что-то во сне. Обе ноги пепельноволосого были закинуты на старшего, точно так же, как и небольшая половина его груди. Внезапно еле уловимый слухом шёпот Фильченкова перешёл на редкие тяжёлые вздохи, что вскоре превратились в полу стоны. От лишнего шума Джонни приоткрыл ещё сонные глаза, всматриваясь в тело, что лежало на нём. Рассматривая бледную фигуру, карие глаза уставились на лицо кудрявого, что искажало животный страх или что-то, что явно привело парня в шок. На это Колбая лишь покрепче обнял младшего, придвигая лёгкое тело ближе. Мягкая макушка чуть коснулась лица кареглазого, как тот, задержав дыхание, перевёл взгляд на их отражение в зеркале. Нежная картина придавала атмосфере уюта, что разрушали лишь всхлипывания Романа. Джонни осторожно поцеловал «друга» в макушку, медленно переходя до лба, а после, приподняв голову голубоглазого, тот оставил лёгкий поцелуй на переносице и кончике носа. Громкие сопения со стороны младшего прекратились, и он восстановил дыхание. Сердце Фильченкова отбивало уже не такой быстрый ритм, и тут Колбая выдохнул. Протянув свободную левую руку, тот нащупал рядом с собой телефон, что быстро разблокировал. Понизив яркость экрана, парень зашёл в нужное приложение, уже печатая сообщение. **__**__**__**__**__**__** Джонни: — Слышь, сегодня чё по расписанию? Я думаю не пойду, спать останусь.       Кареглазый хотел было уже откинуть телефон в сторону, как электронная коробочка отдала вибрацию по руке. Вздохнув, тот приложил нужный палец к разблокировке, нажимая на пришедшее сообщение. Оля: — Чертила. — У нас сегодня пара по русскому, так что живо собирайся. У тебя есть час на сборы, чтобы к 7.50 был у кабинета! Джонни: — Как же ты меня заебала. Оля: — Взаимно, придурок. **__**__**__**__**__**__**       Отложив телефон в сторону, Джонни вновь взглянул на спящее тело, что лежало на нём. В груди играло какое-то нежное, новое для него чувство, то, что он испытывал лишь рядом с этим чудаковатым парнем. Невольно улыбнувшись, тот осторожно перевернул пепельноволосого набок, стараясь так же осторожно привстать с постели. Как только его ноги почувствовали землю, Колбая накрыл краем одеяла ещё горячее от температуры тело Ромашки, разворачиваясь в сторону выхода в коридор. Сделав несколько шагов, парень остановился в дверном проёме, прислонив ладонь к двери. Оглянувшись, тот окинул взглядом спящего Фильченкова, на лице у темноволосого появилась еле уловимая тоска, губы слегка поджались друг к другу, а на переносице появились маленькие морщинки. Покачав головой, тот все же вышел из спальни, прикрыв за собой дверь.       Уже на кухне кареглазый с лёгкостью в теле упал на мягкую обивку кухонного стула, стараясь делать всё как можно тише, чтобы не разбудить хозяина квартиры. Тёмный взгляд пал на окно, а после прошёлся по белым облакам и голубому светлому небу. Неспокойные мысли выедали его изнутри, не оставляя и крошки. Весь его мир кружился только вокруг самого обычного мальчика из девятого класса, что не готовился к экзаменам, такого, казалось, на вид беззаботного и жизнерадостного. И как только такой симпатяга мог страдать от постоянных кошмаров? Джонни был готов и горы свернуть, лишь бы узнать о причинах таких мучений мальчишки. И чего только ради? Только недавно он утопал во внутренней гомофобии, вырывая каждый клочок волос на своей голове, лишь бы забыть. Неожиданно в голову стрельнуло воспоминание о не таких давних словах. Вот он видит картинку, как сидит в свой спальне, рассматривая фотографии голубоглазого, проговаривая вслух лишь:       — «И тебя живого, я в себе похоронил, мысленно убив тебя ножом в сердце. Я ненавижу тот день, когда мы с тобой встретились…» — сейчас бы Колбая смог ударить себя по лбу за такие слова, но вспоминая прошлое, он понимал через сколько ему потребовалось пройти ради осознания неизбежного. Он влюбился до чёртиков в этого парня.       — Ich bin ein Lithromantiker*, — сорвалось с губ темноволосого, как тот усмехнулся. — Всем сердцем ненавижу уроки немецкого в нашей школе, — всё тем же шёпотом закончил тот, потянувшись рукой к середине стола.       В секунды в его руке оказалась вчерашняя купленная пачка сигарет, что так и не была распакована. Придвинув к себе стеклянную маленькую пепельницу, тот быстрым движением рук снял упаковку, уже захватывая в другую ладонь голубую зажигалку с наклейками. Протиснув меж зубов палочку яда, Джонни поджёг огонёк, после медленно затягиваясь. Клубки дыма быстро разлетались по комнате, наполняя сладким ароматом, что отдаленно мог напоминать кальян. Сделав ещё пару затяжек, парень скинул сигарету в пепельницу, предварительно затушив её. Скривившись, Колбая встал со стула, шагая в сторону выхода из квартиры.       — «Редкостная мерзость, никогда не пойму, как можно курить что-то сладкое», — проворчал в мыслях кареглазый, обуваясь. Взяв телефон, оставленный на тумбочке, тот отписался о своём уходе Ромашке, после накинув куртку, аккуратно раскрыл дверь, так же тихо закрывая за собой. В надежде, что младший не потеряет его при пробуждении, парень нажал на кнопку вызова лифта в ожидании встречи с подругой.       Шёл второй урок русского языка. Под монотонный говор молодой учительницы большая часть класса мирно посапывала на задних партах, в то время как на одной из первых парт высокий темноволосый парень с недовольной гримасой вертел в руках черную гелиевую ручку. Колпачок от неё давно уже как пропал, затерялся где-то в глубине портфеля. Нога парня резко начала отбивать ритм под партой, что слегка помешало его соседке. Пытаясь закончить с конспектом, Ляша всё же не выдержала. С призрением зыркнув на товарища, та положила на колено Колбая свою ладонь, тем самым останавливая тряску.       — Ты задолбал уже, — с полтона прошипела девушка, стараясь как можно настойчивее сжать в руке ткань джинс. — Какого черта ты мне мешаешь? — стиснув зубы, Оля убрала ладонь от чужой ноги, положив её на край своей толстой тетради.       — Если бы не ты, меня бы тут не было, хватит гавкать, — отстраненно произнёс Джонни, откинув ручку в сторону закрытого учебника. Взгляд его скользнул по лицу подруги, после полетел по классу. Рассматривая своих одноклассников, он лишь на доли секунды останавливал свой взгляд на некоторых.       — Если бы не я, тебя бы не аттестовали! — Ляша повысила голос, всё так же озираясь на учительский стол. — Прекрати вести себя как ребенок, — та выдохнув, вернула свои глаза на лист в тетради, где ранее записывала нужную информацию со слов учителя.       Долгожданный звонок с урока, и вот пара друзей уже стояли в людном коридоре, прислонившись к белому подоконнику. Колбая нравилось раздражать подругу, от чего с класса он вылетел словно мушка с диким хохотом. Наблюдать, как медленно в девушке закипало жерло вулкана, как на её лице появлялись морщинки от недовольства или подобные вещи были для него сладостно приятны. Продолжалось это с самого начала их дружбы, с такого, казалось бы, далёкого первого класса. Тогда, ещё на линейке, Джонни приметил невысокую длинноволосую девочку, что всегда ходила с косичками до начала средней школы. Для двоих это было лишь нежным наслаждением от «игры», в душе оба принимали друг друга как за семью, такого же мнения были и их родители. Ребячества Колбая были не преступлением, разве что Оляша иногда подыгрывала парню ради забавы.       Закинув сумку на подоконник, Оля повернула голову в сторону дальнего конца коридора, где толпились ученики девятого класса. Там же и маячил их общий друг Максим, что перелетал от одной кучки одноклассников к другой, дабы найти с кем-то разговор, пока его друг отсутствовал в школе. Мило улыбнувшись, карезглазка, достав телефон из кармана сумки, разблокировал экран быстрыми движениями пальца и набрала младшему. После недолгих гудков поступил ответ, после чего звонок закончился. Топовский, махнув рукой одному из одноклассников, с кем вёл разговор, быстрым шагом поплёлся в сторону друзей постарше, что оповестили о своём присутствии. Невольно вздохнув, Колбая всё же поздоровался с появившимся рядом Максом, протянув ему руку.       — А что с Ромой? — обнимаясь с Саксон, спросил синеглазый парень, после отстранившись. Его взгляд проходил от Оли до тёмно-карих глаз Джонни. Заметив некое раздражение в глазах парня постарше, Максим чуть отошёл от того в сторону, соприкоснувшись локтями с подругой.       — Болеет он. Дома спит, — скрестив руки на груди, ответил темноволосый. Его до боли раздражал этот мелкий приспешник Фильченкова. Сам Топовский был не плохим парнем, разве что слишком лип к Роме, что и не нравилось старшему. В голове у того витали лишь воспоминания о ночных кошмарах Ромашки, от чего вид его был слегка отстранённым.       — Странно, что он не написал мне об этом… — задумчиво почесав затылок, ответил Максим. — Что он останется сегодня дома, — закончив свою мысль, он, чуть сощурившись, зыркнул в темноту карих глаз парня напротив, чуть прикусив щеку до капли крови.       — После школы мы хотели пойти к Роме, хочешь с нами? — вдруг натянув улыбку, спросила Ляшка, посмотрев в синие глаза младшего из них. На это Максим кивнул головой в знак согласия, всё не сводя глаз с Колбая.       Улыбка девушки уже не выглядела столь наигранно после одобрительного кивка друга. Та, повернув голову в сторону темноволосого, уже было хотела что-то сказать, но слова словно комом застыли в её горле. Джонни, не сменив позу, стоял напротив Топовского, он, чуть приподняв голову выше, с высока своего роста неприязненно смотрел в глаза Макса. Тёмные густые брови сложились домиком у переносицы, сами ноздри были чуть раздуты. Липкая негативная атмосфера сгущалась с каждой секундой, отчего Саксон пришлось действовать быстро, необдуманно.       — Аха-ха, — издав нервный смешок, та, подтолкнув локоть кареглазого, сказала: — Нам уже пора идти до кабинета, увидимся у главных ворот в 14.20, — на последних словах девушка подхватила свою сумку, утаскивая друга в сторону лестницы, на прощанье помахав рукой Максу.

***

      Тёплый свет зимнего солнца просачивался сквозь мелкую щель меж тёмных штор. В освещённой солнечными лучами комнате, на небольшой двуспальной кровати, развалившись посередине, посапывал Ромка. Под боком всё никак не мог угомониться телефон, то и дело постоянно вибрируя. Посторонний шум никак не смог помешать спокойному сну пепельноволосого парня. По его лицу зеркало пускало мелкие зайчики, что игриво переливались на чистой бледной коже. Рот его был слегка приоткрыт, дыхание еле слышное, с редкими полу вздохами. Некоторые пряди непослушных волос лозой свисали на лбу Ромашки, попадая на закрытые веки. Спустя время шум соседей выше вошёл в тихую квартиру Фильченкова, тем самым разбудив парня. Недовольное ворчание заполнило спальню.       — Джонни? — прошипев сонным голосом, спросил тот. — Джонни, ты спишь? — чуть хриплым шёпотом повторил Ромашка.       Не услышав ответа, Рома всё же приоткрыл тяжёлые слипающиеся веки, проведя взглядом по пустой подушке рядом с ним. Смутившись, парень резко подскочил и уселся, потирая глаза, сильно зажмурившись. Вновь открыв веки, перед ним поплыли разноцветные «шарики», похожие на детскую мозаику. Убедившись, что в комнате он находится один, Фильченков сполз с кровати, вставая босыми ногами на мягкий ковёр. Ворсинки нежно облепили небольшие пальцы ног. Потрепав свои волосы, парнишка легко потянулся, чуть выгибаясь в спине, тянувшись кончиками пальцев в потолок. Зевнув, тот вылетел из спальни, озаряя пустой коридор своей яркой улыбкой. Проходя медленными шагами в сторону кухни, Ромка выкрикнул.       — Джоннь? — улыбка всё ещё не слезала с его милого личика. В мыслях пролетело смущение, ведь он ещё никогда не давал кому-то милых имён, да и было это немного странно, ведь друзьями их ещё не назвать. Но мысли быстро испарились, как и улыбка на лице голубоглазого.       Как только Ромашка заглянул за порог кухни, он увидел лишь пустую комнату. Было видно, как один из стульев был слегка не на своем месте, дальше чем обычно. Задумавшись, парень полетел обратно в спальню, стараясь как можно быстрее найти свой телефон. Руки немного тряслись. Увидев телефон на столе, тот быстро разблокировал его и зашёл в недавно пришедшее ему сообщение. В диалоге «ВК» он прочитал сообщение от Колбая.       — «Доброе утро. Я ушёл на занятия, скоро буду. Точнее, если хочешь, конечно, то я с радостью вернусь.» — прочитав, Фильченков вновь нацепил на лицо самую искреннюю улыбку, какую только мог. В животе пропорхали бабочки, когда он быстро набирал ответ, который был коротким:       — «Да, хочу.» — не решившись вписать в сообщении улыбочку в виде скобочки, парень всё же решил отправить сообщение.       Закончив с этим, Ромка поплёлся в коридор, направляясь в ванную комнату. Включив маленький свет над зеркалом у раковины, он открыл кран, выкручивая его в сторону холодной воды. Опрыснув своё лицо, Рома поднял взгляд на своё отражение. Он уже давно не видел себя таким счастливым. Казалось даже ему, что он просто светился, излучая радостный блеск от своей бледной кожи. Всматриваясь в каждый сантиметр на своём лице, он больше не видел тех недостатков в себе. Впервые в жизни он смог насладиться красой своих небесных глаз, увидеть маленькие ямочки на лице от улыбки, пепельную капну волос, что стояли дыбом после сна, милый аккуратный носик и такую красивую ключицу, что косточками вырисовывала осторожные линии. Почистив зубы, Рома вернулся на кухню, уже включая чайник и выбирая пакетик для заварки. Пройдясь взглядом по всему имеющемуся, он отдал свой выбор в сторону зелёного клубничного. С появлением в его жизни Джонни, он всё зачастил с выпивкой именно этого чая, и неизвестно почему остальные вкусы он просто игнорировал.