It's Alright

ххх

      — Сону-хён! — Ники с энтузиазмом машет рукой, увидев своего парня у ворот школы. Он быстро бежит навстречу к Сону и крепко обнимает. — Ты закончил раньше?       — Да, — кивает Сону. — Смотри, что я тебе принёс, — он достаёт из сумки полиэтиленовый пакет.       — Ты лучший! Как ты понял, что я голоден? — взяв пакет, Ники заглядывает внутрь, там лежат свежие и тёплые пуноппаны. Он с радостью хватает один и откусывает кусочек.       — Разве у тебя сегодня не футбольная тренировка? После неё ты обычно очень голодный, — Сону игриво щипает парня за щёки.       Они идут по улице к автобусной остановке, и Ники разламывает пополам последний пуноппан и предлагает его Сону.       — Я не голоден. Ты ешь. — Сону качает головой. — Мне всё равно лень готовить ужин. Давай просто закажем доставку? Хочешь курицу или пиццу?       Но Ники не отвечает. Сону поворачивается к нему, но парня нет. Полный оборот — Ники всё равно нигде нет.       Динь-дон!       — Дамы и господа, мы входим в зону турбулентности. Пожалуйста, вернитесь на свои места и пристегните ремни, — Сону резко просыпается от объявления пилота и обнаруживает себя в самолёте.       Он выглядывает в окно: необычайно сильный дождь, бьющий по внешнему стеклу иллюминатора самолета. Город Сеул покрыт слоем густого тумана. Из-за сложных погодных условий самолёт кружит в воздухе около получаса.       — Эй, ты в порядке? — Сону слышит чей-то голос и чувствует касания.       — Я в порядке. Просто чувствую себя немного странно. Ведь прошло уже шесть лет с моего последнего приезда, — он поворачивается и видит своего парня, который обеспокоенно смотрит в ответ.       — Тебе нужны успокоительные? Я возьму их из аптечки, — Хисын берёт Сону за ладонь и гладит большим пальцем.       — Нет, всё в порядке. Мы всё равно скоро приземлимся, — качает головой Сону.       К счастью, самолёт приземляется благополучно и без каких-либо проблем. Будучи пассажирами первого класса, они раньше выбираются в свет. На выходе их перехватывают сотрудники аэропорта и сопровождают до водителя.       — Надо позвонить дяде и тёте. Предупредить, что всё хорошо, — говорит Сону, но не успевает разблокировать телефон, как раздаётся звонок. Увидев на экране знакомые имена, Сону проводит пальцем вправо, чтобы ответить.       — Сону! — на экране высвечивается госпожа Шим, а рядом с ней — её муж. — Мы спросить, как у тебя дела. Просто прошло уже много времени с тех пор, как самолёт приземлился. Вы уже едете к дому Хисына?       — Да, госпожа Шим. Мои родители прислали за нами водителя, и мы уже едем. Самолет немного потрепало, но все хорошо, — Хисын наклоняет голову, чтобы отобразиться в кадре.       — Прекрасно, прекрасно. Ну, мы не будем тогда мешать вам. Наслаждайтесь Кореей и делайте кучу фоток! Не забудьте передать родителям Хисына привет, — госпожа Шим машет рукой на прощание и завершает звонок.       Вскоре машина подъезжает к огромному особняку и останавливается у главного входа. Персонал тут же подходит к дверям и открывает их для Сону и Хисына. И как только парни входят в дом, их встречают родители, сидящие в основной гостиной.       — Омо-омо, ты, должно быть, Сону? — госпожа Ли первой подходит и приветствует Сону, легко приобняв. — Я много слышала о тебе от Хисына, но рада наконец-то увидеть тебя вживую.       — Добро пожаловать домой, сынок. Как дела у твоих родителей? — кивает господин Ли и протягивает ладонь для рукопожатия.       — Аппа, — шипит Хисын.       — Точнее, я имею в виду господина и госпожу Шим, — поправляет себя отец. — Пожалуйста, передавай им привет.       — Конечно, они уже звонили и тоже передали вам привет, — лишь улыбается Сону.       — Нам определённо нужно будет ещё раз сыграть в гольф с господином Шимом, — усмехается мужчина, приглашая приезжих занять места. — Я обязан сделать это, когда они приедут на свадьбу. Ведь она будет проходить здесь, верно?       — Боже, — перебивает госпожа Ли, ударив мужа по плечу. — Может, поговорим об этом позже? Дети, наверное, устали после длительного перелета. Почему бы вам сначала не устроиться?       Воспользовавшись моментом, Хисын быстро хватает Сону за руку и уводит подальше от родителей. Когда они отходят на достаточное расстояние, Хисын наклоняется и шепчет извинения за произошедшее. Сону прекрасно понимает, что семья Хисына принимает его из-за связей с семьёй Шим, для них происходящее — бизнес. И Сону кажется, что самое малое, что он может сделать для Шимов, — выйти за Хисына.       — Всё в порядке, — улыбается Сону.       Всё в порядке с того момента, как он проснулся шесть лет назад в больнице в Брисбене. И всё было слишком поздно.       Ники уже не стало.       Семья Шим тогда объяснили ему, что увезли его в Австралию для лечения. Помимо ожогов второй степени, у него от взрыва была повреждена роговица, что привело к временной слепоте. Проведя ещё полгода в больнице, он переехал в семью и был усыновлен на законных основаниях.       Там он и познакомился с Хисыном, лучшим другом его приёмного брата Джейка, и помолвился с ним. Теперь всё хорошо. Он один из сыновей богатой семьи, которая относится к нему как к родному. Также у него есть заботливый жених.       Разобрав вещи в своей комнате, Хисын замечает, что Сону выглядит малость расстроенным, и садится рядом с ним на кровать.       — Если это слишком, то мы все ещё можем поехать в отель, — он кладёт голову на плечо Сону и переплетает их пальцы.       — Нет, я в порядке. Разве ты не хочешь провести время со своей семьёй? — Сону качает головой.       — Я? — хмыкает Хисын. — Всё хорошо. Переезд в Австралию для учёбы в колледже был моим лучшим решением просто потому, что я хотел свалить от них. Но… — он замолкает, подтягивая ладонь Сону к своим губам, чтобы поцеловать в тыльную сторону. — Но ещё лучше то, что я встретил тебя.       — Я тоже рад, что познакомился с тобой, хён, — отвечает Сону.       Он действительно рад. По приезде в Австралию, Сону было очень трудно приспособиться к жизни в чужой стране. И несмотря на то, что Джейк был мил с ним, неловкость присутствовала — Джейк плохо владел корейским. Но в один из вечеров, когда Сону ждал приезда брата за ним, он впервые встретил Хисына, сидящего впереди. А дальше всё как большая история.       Первые дни в Сеуле насыщенные и не очень — чередование. Они практически все время проводят в разъездах по городу с матерью Хисына, готовясь к свадьбе. И приходят к тому, что проведут две церемонии: одна в Сеуле, другая — в Брисбене.       Дорожное движение в Сеуле совсем другое, хуже, чем в Австралии. Дороги забиты машинами, особенно в час пик, когда многие едут на работы на целые сутки. Толпучки людей входят и выходят из станций метро. Сону уже и позабыл о городской шумихе. Когда-то он был одним из тех, кто засоряет город собой.       Они бегали через подземные входы, возвращаясь домой поздно вечером, перед самым комендантским часом. И как только запрыгивали в последний поезд, то пыхтели, пытались отдышаться и смеялись друг над другом.       Сейчас они на другом уровне, наблюдают за происходящим издалека. Парни едут домой после того, как отвезли маму Хисына в парикмахерскую, и Сону смотрит в окно на небольшую дорогу, отделившуюся от главной. Она кажется ужасно знакомой.       — Хён, мы можем свернуть туда? — спрашивает Сону.       — Туда? — Хисын наклоняется, чтобы разглядеть и сменить полосу движения для поворота. Дорога приводит их в тесный район, но большинство улиц слишком малы для машин, поэтому они припарковывают машину и решают пройтись по окрестностям. — Ты здесь раньше жил? — спрашивает он, когда они идут, держась за руки.       Сону кивает, оглянувшись по сторонам и наткнувшись на несколько магазинов, которые постепенно всплывают в его памяти.       — Я работал в похожем магазине, — Сону указывает на один из них, что находится на углу, где сливаются две небольшие улицы.       Колокольчик на входной двери звякает, когда они входят в магазин. Молодой продавец слегка кланяется, приветствуя их. Парни отыскивают холодильник и берут несколько случайных напитков с закусками. Расплатившись, они покидают магазин. Сону замечает, что солнце садится раньше, чем он ожидал. На улице почти мрак. И пока они гуляли по магазину было светло, вышли — темень, но зрение быстро привыкло к ней.       — Пойдём домой. Уже темно, — говорит Сону, и Хисын соглашается.       — Хорошо, подожди здесь, я выведу машину, — Хисын оглядывается по сторонам: дорога широкая, но до того места, где они припарковались идти далековато.       Через минуту-другую после ухода Хисына начинается дождь. Услышав шум падающих на асфальт капель, Сону протягивает руку и ощущает на себе влагу. Лёгкий дождь быстро перерастает в ливень.       Дзынь!       Звук, означающий, что кто-то открывает дверь за его спиной. Сону видит, как из магазина выходит фигура, останавливающаяся рядом с ним, — мужчина тоже замечает дождь.       — Проклятье, дождь ужасно сильный. У вас есть зонтик? — начинает разговор незнакомец.       Сону слегка поворачивает голову. Незнакомец оказывается высоким, а его голос — очень глубоким. Но ещё Сону не может разглядеть его лица.       — Нет, — отвечает он.       — В следующий раз берите с собой зонтик на всякий случай, — незнакомец вдруг берёт Сону за руку и протягивает что-то. — Возьмите мой. Я живу недалеко.       — Нет, всё в порядке. Можете забрать его. Я просто жду своего парня на машине, — Сону не отпускает руку в попытках вернуть зонт.       — Берите. Доберитесь до дома в целости и сохранности. А еще… ваши глаза так прекрасны, жаль ты не можешь увидеть сам себя сейчас, — говорит незнакомец, после недолгого молчания.       — Что… — Сону не успевает ответить, незнакомец скрывается под дождём.       И имени его не знает, чтобы окликнуть. Как только фигура вскрывается вдали, подъезжает машина, и из неё раздается знакомый голос. Хисын обходит автомобиль с зонтом и подводит Сону к двери.       — Откуда у тебя зонт? — спрашивает он, увидев вещь в руках Сону.       — Какой-то парень дал его мне и убежал, — отвечает Сону, отходя от произошедшего.       — Я оставил тебя на несколько минут, а с тобой уже кто-то флиртует? — жалуется Хисын. Он выхватывает из рук Сону зонт и кидает его за спину. — Я куплю тебе много таких же, так что давай не будем им пользоваться.       — Боже, иногда ты такой ребёнок, — усмехается Сону. — Поехали домой, иначе я умру с голоду.       После ужина Хисын и Сону возвращаются в спальню. Пока будущий муж принимает душ, Сону слышит звонок в дверь, открыв её, он видит одного из прислуживающих дому.       — Я здесь, чтобы занести ваши коробки из машины, — Сону открывает дверь шире.       Им доставляют кучу коробок со специальными вещами для свадьбы, а также с подарками для семьи Шим. Они планируют вернуться до свадьбы, до которой остаётся еще около полугода.       — Я нашёл его среди коробок, он ваш? — спрашивает помощник, протягивая Сону сложенный зонтик, лежащий на коробке.       — Да, спасибо, что принесли коробки, — Сону берёт зонт, а помощник кланяется и выходит из комнаты.       Хоть Сону и не сумел разглядеть лицо незнакомца, он все равно задумывается. Если бы он был жив, то, наверное, бы стал еще выше. Его голос бы погрубел. Может быть, он бы сделал тату, которую всегда хотел.       — Твоя очередь! — внезапно раздается голос, прерывающий мысли Сону. Обернувшись, он видит Хисына, вышедшего из ванной комнаты с низко свисающим белым полотенцем. — Завтра мы пойдём и купим тебе другой зонт, — увидев отданный незнакомцем зонт, который сам же закинул в багажник, Хисын хмурится.       — Почему бы тебе не поспать немного? Я всё равно пока буду набирать ванную, а это долго, — Сону лишь улыбается и, отбросив зонт в сторону, подходит к Хисыну, вставая на носочки, чтобы поцеловать в щёку.       — Конечно. Только не сиди там допоздна, — говорит Хисын и отправляется в гардеробную. Он переодевается в свою любимую темно-синюю атласную пижаму, которую подарил ему Сону, и укладывается в постель.       Около получаса он листает ленту с новостями в телефоне, ожидая выхода Сону из ванной. Он знает, что его парень моется долго, поэтому решает немного поспать. Когда Хисын просыпается, то тянется на другую сторону кровати, чтобы позвать Сону, но рядом никого. Будучи в полусонном состоянии, он открывает глаза в попытках осмотреть комнату, но Сону действительно нет рядом.       Постучав по экрану телефона, он смотрит время — почти три часа ночи. Он встаёт с кровати и вновь оглядывает комнату, заметив, что свет в ванной ещё горит.       — Детка, ты дома? — подойдя к ванной, несколько раз стучит он в дверь.       Ответа нет.       — Я вхожу! — предупреждает Хисын, поворачивая ручку двери, но она заперта.       И он начинает волноваться. Вдруг Сону свалился в обморок, пролежав в ванной слишком долго. К счастью, замок сделан так, что его можно открыть с обеих сторон. Хисын хватает первый попавшийся острый предмет и проталкивает его в скважину, отпирая дверь.       И первое, что он видит, зайдя внутрь, — красную лужу на полу и руку, торчащую из ванной.