Как каются грешники

       — Здесь написано, что род Альберих был последним у престола, капитан. Говорите, еще не вымер? Стало быть, необходимо-       Из полной темноты вдруг выглядывает рука в черно-синей перчатке. На пальцах поблескивали золотые кольца. Ничего больше не видно, только она начинает приближаться и вскоре оказывается буквально перед носом, угрожающе нависая, будто вот-вот эти перстни уткнутся в глазные яблоки своими острыми гранями.       Видение резко прерывается — теперь перед глазами вновь горящая местность, где пламя поднимается высоко в угольное небо, только теперь ясно видна башня, которая постепенно рушится от прилетающих сгустков огня, как карточный замок.       В глаз ударил луч солнца, от чего Кэйа, вздрогнув, проснулся. Уже вторая неспокойная ночь и как следствие — скомканное одеяло, помутневший взгляд и невероятная вялость. Снова вспотевший от напряжения лоб и отчаянно бьющееся сердце. Кэйа еще немного провалялся в кровати, обдумывая увиденное и попутно окончательно просыпаясь.

***

       — Капитан Кэйа, беспокойная ночь? — Лиза, сидевшая в библиотеке за своим рабочим местом у входа, заприметила темные круги под глазами — точнее, под глазом — капитана, а также слегка потрепанный вид.        — Представляешь, впервые меня одолело похмелье, — посмеялся Кэйа, вновь увиливая от правды, а затем оглядел помещение, поправляя рубашку и направляясь к одному из стеллажей в дальнем углу библиотеки.       Пробежавшись по алфавитному указателю и найдя нужную букву «С», капитан провел указательным пальцем по корешкам книг и нашел то, что нужно — «Справочник по истории Тейвата». Стоя прямо у стеллажа, Кэйа быстро пролистнул книгу, рассматривая заголовки крупным шрифтом и иллюстрации, и остановился на одной из страниц — той, где находится рисунок пейзажа давно павшего Каенри’аха. В центре пейзажа, где-то в сердце застроенного городка находится башня — та самая, что явилась в сегодняшнем сне.       Волнение нарастало. Давно зажившая и забытая рана вновь открывается.        — Сегодня у тебя выходной? — Лиза, подкравшись тихо и незаметно, обратила внимание на книгу в руках капитана. — Можешь взять с собой, если пообещаешь вернуть. Впрочем, я все равно смогу тебя найти, — зная любовь Лизы к библиотечной дисциплине, вернуть книгу не вовремя точно не хотелось бы. Альберих мельком глянул на девушку, а затем вернул взгляд на иллюстрацию, после чего захлопнув книжку.        — Спасибо, но я уже нашел, что мне нужно, — Кэйа поставил книгу обратно на полку точно в то место, где она была, и развернулся к библиотекарше.        — Сегодня во второй половине дня пройдут похороны, — Лиза Минчи перевела взгляд с поставленного экземпляра на капитана. — Ты ведь не забыл?        — Такое бы еще постараться забыть, — горько усмехнулся Кэйа, отводя глаза куда-то вперед.       О смерти всеми любимого путешественника в Фонтейне стало известно примерно неделю назад. Такая новость потрясла весь Мондштадт, ведь Итэр помог едва ли не каждому жителю здесь. И все, чем закончилось его длинное путешествие и поиск сестры — это стычка с отрядом Фатуи под предводительством одного из Предвестников. В Ордо Фавониус после этого шла кропотливая работа над письмами в Ли Юэ, Инадзуму и Сумеру с целью выяснения всех обстоятельств и объединения для серьезных переговоров со Снежной.       Было решено, что тело для последующего захоронения будет отправлено в Мондштадт как в местность, где впервые был встречен Путешественник. Соответственно, сюда должны приехать все, кто так или иначе был связан с Итэром.       Альберих, раздумывая над этим, вышел из библиотеки. Однако в моменте его мысли предательски перешли вновь в другое русло.       Видения действительно связаны с Каенри’ахом, но почему они появились сейчас? Какую информацию они несут? Может быть, пытаются предостеречь? Возможно, Кэйа просто перебрал с алкоголем и это знак, что стоит завязать на время. А может, шутки Дилюка могут оказаться не шутками, и Альбериху действительно стоит зайти в собор Барбатоса. Такое обилие вопросов в одной голове начало связываться в клубок, путаться и вызывать еще больше непонимания.       Резкий взрыв где-то под ухом и последующий звук разрушающегося камня вырвал Кэйю из раздумий, заставляя дрогнуть всем телом и ошарашенно оглянуться. Капитан замотал головой, разыскивая причину звука — все в Мондштадте было на своих местах, небо все еще было ярко-голубым и ясным, а в улочках слышались спокойные разговоры и смех.        — Капитан Альберих! Я вас ищу! — Джинн подбежала к Кэйе, а после остановилась и сделала паузу, чтобы отдышаться. Капитан снова напрягся: неужели это связано с этим оглушающим звуком?        — Нужна твоя помощь с очередными стражами руин: на этот раз их двое, — Джинн глубоко вдохнула, окончательно приходя в себя после беготни в поисках капитана кавалерии. — Рядом с храмом тысячи ветров. Отряд рыцарей уже ожидает у ворот.        — Так вот кто виновник такого взрыва? — усмехнулся Кэйа, обрадовавшись, что нашел причину своего беспокойства. В груди что-то отлегло и полегчало, давая силы вдохнуть.        — Взрыва? — Гуннхильдр странно посмотрела на капитана, совершенно не понимая, о чем речь.       Кэйа вопросительно посмотрел в ответ, сопоставляя все факты, а потом осознал — очередная галлюцинация. Нет, Джинн не стоит знать об этом. Возможно, пока.        — Взрыва твоих эмоций, конечно же, — вновь скрыл неуверенность Кэйа, уходя от ответа. — Не бери в голову. Сейчас же выдвигаюсь в храм тысячи ветров.       В этот раз, конечно, Альбериху было проще сражаться, имея поддержку в виде рыцарей, но полностью нетронутым уйти все равно не удалось — беспокойный сон давал о себе знать, а также слуховые галлюцинации в виде стороннего шума мешали сосредоточиться на цели. Как результат — небольшая рана от механизмов стража руин на ноге. Такие инциденты уже успели порядком надоесть и заставляли злиться то ли на себя, то ли на все происходящее.        — Хорошая работа, — подытожил капитан кавалерии, когда отряд рыцарей в полном составе собрался вместе. — По прибытию в Мондштадт я займусь отчетом о проделанной работе и доложу магистру Джинн.

***

      Кэйа прибыл в свой кабинет и, сняв грязную от земли и пота одежду, рассмотрел поврежденную ногу. История повторяется — снова капитан кавалерии не выходит из битвы абсолютно чистым и целым. А все из-за надоедливых видений и галлюцинаций, которые уже изрядно вымотали.        — Найти Кэйю Альбериха!       Очередной грубый голос в голове заставил капитана вздрогнуть — больше даже из-за того, что теперь четко прозвучало его имя. Глаза округлились, а взгляд застрял в одной точке. Неприятный мороз пробежался по коже — зачем его искать? Кто его ищет? Расхаживая по комнате и размышляя, Кэйа объединил две вещи, которые проскальзывали в этих видениях — Каенри’ах и поиск самого Альбериха. В голове стало слишком легко от накатывающего волнения.

***

       — Спасибо, что пришли, Кэйа Альберих! — произнесла Барбара, подходя к капитану. Приветствие эхом разошлось по всему чисто-белому зданию собора Барбатоса. Кэйа замялся, услышав свое полное имя — недавняя галлюцинация все еще заставляла волноваться — а потом поздоровался в ответ, поправив ворот черной рубашки.       Собор был заполнен Мондштадскими жителями и гостями из других регионов: одни сидели на лавочках, пряча лицо в платок, другие стояли у входа, встречая только что прибывших и обсуждая всестороннюю помощь Путешественника. У алтаря стоял аккуратный белый гроб, усыпанный золотыми украшениями.       Рассматривая собор и всех посетителей, одетых в черное, Кэйа заприметил невысокую фигуру, стоявшую недалеко от алтаря и не включающуюся в беседу ни с кем. Должно быть, человек в сильном потрясении — настолько, что не имеет сил говорить с кем-либо. Он размеренно ходил по помещению, изредка перекидывая свой взгляд с присутствующих на гроб.        — Кэйа, — окликнул капитана подошедший Дилюк. Двое поздоровались, и Рагнвиндр покосился на руку, которая вчера несколько пострадала, а потом снова посмотрел на Кэйю. Последний лишь приподнял ладонь, как бы сообщая, что все хорошо и волноваться не о чем. Конечно, поговорить им было о чем, но об этом потом — не здесь и не сейчас.        — Даже здесь не изменяешь принципам, — Дилюк обратил внимание на несколько расстегнутых пуговиц на груди Альбериха. — Имей совесть.        — Пришел сюда меня отчитывать? — усмехнулся Кэйа, а потом увидел, как Рагнвиндр кивнул головой в сторону выхода из собора и аккуратно и одобрительно кивнул.       Выйдя на свежий воздух и в менее людное место, Дилюк тут же решил завести разговор уже без попыток завуалировать истинную проблему. Кэйа присел на скамейку, уже зная, что за тема для общения будет сейчас предложена.        — У тебя все так же?        — Я бы не сказал, — улыбнулся Альберих, уже не так хорошо скрывая волнение, а потом продолжил чуть тише. — Кто-то меня ищет.       Дилюк присел рядом, сделав несколько удивленное лицо и поправляя подол шубы. Кэйа вкратце рассказал сегодняшний сон и все те галлюцинации, которые он услышал, при этом откидываясь назад на спинку скамейки — для того, чтобы их разговор выглядел как обычное общение двух братьев. Не совсем обычное, если вспомнить их прошлое, но это куда лучше.       Дилюк лишь напрягал брови в раздумьях, пока Альберих сдержанно махал руками и притихал, когда звучали недвусмысленные слова.        — Бред какой-то, — Рагнвиндр устало опустил голову на руку, сверля взглядом ботинки капитана. — Как они вообще собираются искать тебя?        — Еще один вопрос: для чего?       В голове всплыл неприятный вариант ответа, и Альберих немного поежился и дернул головой, отгоняя такие мысли. Он взглянул на озадаченного владельца винокурни, а затем бросил взгляд на собор.       Еще немного переговорив по поводу всей ситуации, братья зашли обратно в собор Барбатоса для присутствия на отпевании.        — Кэйа, — к капитану подошла Джинн, как только он переступил через порог. — Тебе поручено нести гроб, как одному из первых, кто встретил Итэра.       Началась церемония, и все присутствующие заняли свои места, внимательно слушая работника собора и размышляя обо всем, что сделал Путешественник для Мондштадта. В соборе была полная тишина, которую нарушала лишь речь священника. Кэйа снова заметил незнакомую фигуру среди других посетителей. Ее выделяло среди остальных внимательное изучение лиц присутствующих. Как будто отпевание совсем не заботило этот неизвестный плащ. Странная фигура прятала часть лица в платок, оставляя открытыми лишь большие золотые и бегающие глаза. «Найти Кэйю Альбериха» — фраза пронеслась в голове капитана еще раз. Сердце вновь забилось быстрее. Взгляд застрял на незнакомой фигуре, боясь что-то упустить, однако Альберих одернул себя, стараясь не привлекать лишнего внимания. После этого Кэйа вновь поднял глаза на алтарь, стараясь не думать об этом.       После завершения отпевания специально отобранные люди — в том числе и Кэйа — подошли к алтарю и взялись за ручки по бокам гроба. Под звук органа несущие двинулись к выходу. Кэйа смотрел прямо, а потом краем глаза заметил сверлящий взгляд на себе. Тех самых желтых глаз, подпертых снизу белым платком, который другие использовали для того, чтобы вытирать горькие слезы и прикрывать краснеющее от несчастья лицо. Однако глаза не блестели от слез, а кожа была простой и бледной. Фигура не сводила взгляд с идущего капитана кавалерии, который был частично спрятан гробом. Последняя галлюцинация вновь прозвучала в голове, как будто громче, напоминая о себе. Во рту пересохло от волнения. Альберих отвел взгляд, скрываясь от такого внимательного взора. Однако в голове все крутилась эта картина пожирающих глаз, и тревожные мысли подпитывали это новым смыслом.