Как каются грешники

      Кэйа нехотя разлепил глаза, когда почувствовал какое-то движение рядом. Дилюк аккуратно, стараясь не тревожить, попытался поудобней лечь на кровати, но у него это не вышло. Судя по всему, он проснулся уже давно, и теперь просто лежит на боку и наблюдает за наконец-то спящим капитаном.        — Хорошо спалось? — Дилюк оглядел лицо Альбериха, которое стало куда свежее.        — Явно лучше, чем раньше, — Кэйа вяло выпрямил руки, потягиваясь и пробуждая все забитые мышцы за время такого хорошего сна, а затем взглянул на Рагнвиндра. Взгляд изучил бодрое бледное лицо, а затем в голове что-то щелкнуло:        — Сколько сейчас времени?        — Не переживай, — Дилюк махнул рукой. — Я сообщил Джинн о твоем плохом самочувствии. Или ты был готов третий день мучиться от недосыпа?       Кэйа лениво улыбнулся и уже был готов провалиться обратно в сон, но в дверь постучались. Аделинда, аккуратно приоткрыв дверь, сообщила о готовом завтраке и пригласила ребят спуститься вниз. Дилюк поблагодарил ее, а затем повернулся к уже задремавшему одним глазом капитану.       Прямо как в детстве. Кэйа, который всегда всего боится и переживает, и Дилюк, как каменная стена, готовая защитить и поддержать. Как странно и одновременно приятно вновь оказаться в таком положении. Совсем не хочется думать о каких-то проблемах и понимать, что теперь они намного страшнее и опаснее, чем в детстве.       Но думать пришлось. Вальяжный поток мыслей встревожил истошный крик с разрывающимися связками. Кэйа распахнул глаза и инстинктивно схватился руками за плечи Рагнвиндра, всматриваясь в лицо, которое ничего, кроме шока не выражало. Альберих, замерев и прочувствовав свои пульсирующие виски, проанализировал ситуацию — очередная чертова галлюцинация. Он устало выдохнул и убрал руки, откидывая голову назад.        — Опять?       Даже пусть Дилюк задал этот вопрос, по реакции Кэйи уже было понятно — да. Последний уселся на кровати, протирая глаза. Теперь у него точно не выйдет поспать чуть дольше. Остановив указательный палец на правом глазу, Альберих призадумался, а затем повернулся на озадаченного Дилюка:        — Надо что-то сделать с глазом.       Рагнвиндр задумчиво оглядел золотую радужку с нервно качающейся звездой:        — Возможно, Альбедо что-нибудь может придумать, — он сдавленно вздохнул. — Но я даже представить не могу, что.       Кэйа буквально стек с кровати и, полностью выпрямляясь, бесцельно прошел по комнате. В голове строился хоть какой-нибудь план. Все же, лучше попытаться сделать хоть что-то, чем сесть и сложить руки. Взгляд зацепился за его собственное мельтешение в зеркале. Кэйа остановился в пол оборота и оглядел себя, приставив палец к подбородку:        — Может, заодно мне волосы перекрасим? В красный, например. Тогда я могу сойти за твоего кровного брата, — он усмехнулся, взглянув в сторону того, на кого он захотел стать похож. Дилюк лишь многозначительно выгнул бровь и фыркнул, а затем поднялся с кровати, махнув рукой в сторону двери:        — Пойдем. Чем больше мы здесь сидим, тем дольше Аделинда будет причитать.

***

      За обеденным столом легкие утренние разговоры заглушались стуком чашек и тарелок. Дилюк, лишь дергая уголками губ, говорил со служанками о сегодняшних планах, предстоящем обеде и ужине и, конечно, о самочувствии. Только Кэйа молчал, потупившись в блюдо с оладушками и нервно деля их вилкой на кусочки поменьше. С видом служанок пришло горькое осознание. Нет, конечно, он и до этого понимал, какую угрозу он представляет в данный момент Мондштадту. Но теперь вместо каких-то размытых силуэтов предстали все, кто ему дорог. Каждая деталь, каждая морщинка, горбинка и волосинка. Взгляд каждого искажался, растекался по щекам, заползал на уши, пораженный отчаянием и холодящим страхом. Кусок завтрака не протискивался в горло, поэтому Альберих жевал уже пережеванную кашу, закидывая в пищевод по крупицам. Рагнвиндр перевел взгляд на него, медленно поворачивая голову и вопросительно вскидывая бровь. Кэйа почувствовал на себе глаза и приподнял голову:        — Позволите мне промочить горло чем-нибудь покрепче чая?       Неуверенная улыбка скользнула на смуглом лице. Взгляд наконец-то поднялся выше, на нахмурившегося Рагнвиндра.        — Сейчас восемь утра, и покрепче чая могу предложить только кофе, — огрызнулся владелец винокурни, подхватывая чашку и демонстративно делая глоток чая.       Кэйа наигранно надул губы, притворяясь, что вот-вот расплачется от такого «внезапного» отказа:        — Я ведь не наглею, мастер Дилюк. Всего-то один бокальчик. Для здоровья полезно.        — Не вам говорить о здоровье, капитан, — Рагнвиндр глянул на оставшуюся огненно-оранжевую жидкость в кружке, вздыхая от такого неуместного вопроса, а потом тут же напряг брови, осознавая, как мог его последние слова воспринять Кэйа. Он поднял осторожный взгляд на последнего, который, видимо, успокоившись, продолжил теребить завтрак, а затем перевел его на Аделинду:        — Будьте добры, соберите для нас вещи в Драконий Хребет.       Служанки явно не ожидали такой просьбы от хозяина и озадаченно взглянули, а затем коротко кивнули и рассыпались по комнатам. Кэйа тоже озадачился:        — Куда мы собираемся? — он закинул ногу на ногу, явно заинтересовавшись, а потом осознал. — Прямо сейчас?        — Не будем терять времени. Тем более, завтра выходного у тебя уже не будет.       Кэйа легко кивнул и покосился на кружку чая перед ним. Потом взглянул на Дилюка, как будто заставляя его подумать над своим отказом. Тот язвительно ухмыльнулся:        — Теперь-то ты точно нужен трезвым.       Альберих, смирившись, откинулся на спинку стула и покосился на свои ботинки. Взгляд зацепился за золотое сияние под столом, которое так тщательно пряталось за дубовую ножку. Синий глаз прищурился, выглядывая нечто странное, а голова склонилась набок. Тревожный свет расширился, стал больше и качнулся в сторону, и из-за ножки показался второй золотой шарик. По верхней и нижней части зарезвились черные пучки ресниц, и Кэйа вжался в спинку стула, осознавая, что он сейчас видит. Очередная галлюцинация? Или это в самом деле? Стук сердца отозвался в ушах, дыхание замерло, а взгляд не двигался, зацепив это самое нечто и пытаясь следить за каждым движением. Свечение, напоминающее радужки глаз, не двигалось, издевательски и угрожающе мерцая.       Нога капитана медленно двинулась в сторону, готовясь сменить позицию и отпружинить, чтобы забраться под стол и схватить это неизвестное. Золотые глаза в последний раз предупреждающе блеснули, прищурились, а затем двинулись прямо на Альбериха. В ушах застучала кровь, зубы сжались. Кэйа уперся в другую ногу, стоявшую под столом, и от неожиданности откинулся на спинку со всей силы. Равновесие потерялось, и капитан с грохотом упал спиной на пол вместе со стулом. Голова больно приложилась о деревянные дощечки, из горла вырвался сдавленный и хрипящий скулеж.       Дилюк резко повернул голову в сторону шума, а затем вскочил из-за стола и подлетел к лежащему и потирающему затылок капитану. Последний опомнился и метнул взгляд под стол, забегал зрачками, но ничего странного больше не было. Затем поднял глаза на ошарашенного брата.        — Что ты видел? — Рагнвиндр подхватил руку Кэйи, помогая подняться, а затем поставил стул на ножки. Альберих напомнил о странной фигуре на похоронах и описал глаза, злобно сияющие под столом. Внутри все еще сжимались все органы от волнения. Кэйа нервно бегал глазами по перилам второго этажа и искал горничных с заготовленными сумками, чтобы братья наконец-то пошли и нашли какую-то защиту. Слава Архонтам, там показался подол платья Аделинды. Она быстро запрыгала по ступенькам и оказалась прямо перед Дилюком, вручая ему собранную сумку:        — Здесь теплые вещи, еда и аптечка, — она вручила такую же сумку капитану. — Прошу вас быть осторожными.        — Само собой, милая, — Кэйа ободряюще улыбнулся, цепляя баул на плечо.

***

      Морозный ветер задувал в подол плащей и пробирал до дрожи. Пиро Глаз искрился, старательно обдавая воздух теплом, а Кэйа постоянно сокращал расстояние между ними, чтобы как можно ближе находиться к источнику тепла. От особенно сильных порывов ветра не спасал даже Крио Глаз Бога, из-за чего Кэйа показательно закатывал глаза, ссылаясь на беспомощность, ведь должно быть наоборот.       В воздухе кружились снежинки, оседали на волосах, лице и одежде, облепляя братьев белым слоем. Завывающий звук ветра дополнялся звякающими мечами в ножнах за спиной.       Наконец-то ноги привели их к месту жительства Альбедо — небольшая пещера с кучей стеллажей, на которых располагались коробочки и баночки с разным содержимым, алхимическим столом и еще какими-то предметами в углах.       Альбедо выглянул из-за плеча, заметив гостей, и обернулся, поздоровавшись:        — Давно не виделись. Какими судьбами?        — И тебе не хворать, — Кэйа довольно выпрямился, не чувствуя больше пронизывающего ветра. — Мы к тебе на чай.        — На чай? — он внимательно оглядел капитана. — Как много изменилось в городе?       Альберих фыркнул, взмахивая рукой, на что Рагнвиндр сдержанно улыбнулся:        — Нам нужна твоя помощь, — он взглянул на брата, ожидая, что тот сам заведет речь, но тот лишь потупил глаза на самого Дилюка, не решаясь. — В общем-то, мы надеялись, что ты знаешь какое-нибудь средство для изменения цвета глаз.       Альбедо вопросительно выгнул бровь. Достаточно странный запрос:        — Если не секрет, то с чего вдруг вам захотелось этого?        — Это долгая история, — замешкался капитан, глядя куда-то вбок. В голове всплыла мысль: Альбедо все равно увидит его правый глаз, когда будет пробовать средство. Возможно, конечно — Альберих просто предполагал, как оно будет работать. Тем более, Альбедо сам связан с Каенри’ах. Может, он сможет как-то помочь, кроме алхимии?        — Впрочем, ладно, — капитан неуверенно сложил руки в замок, перевалился с ноги на ногу и шумно втянул воздух. — У меня начались галлюцинации, связанные с Каенри’ах. Меня ищут. Неизвестно, зачем, но явно не чтобы похвалить и наградить. Я ищу любые способы скрыться.       Альбедо внимательно слушал, не сводя бирюзовых глаз. Затем потер подбородок, еще раз оглядел капитана снизу вверх.        — Могу я взглянуть?       Альберих тяжело сглотнул. Никто не видел его глаз, кроме него самого, Дилюка, служанок и мастера Крепуса, а теперь из-за этой чертовой угрозы список должен пополниться. Смуглые пальцы неуверенно поддели черную веревку, взялись за ткань и стянули повязку. В бирюзовых глазах заиграл интерес:        — Золотая звезда, — констатировал он. — Королевских кровей?       Кэйа напряг брови и взглянул прямо на алхимика. Что это значит? Но Альбедо ничего не объяснил и развернулся к стеллажам, прошелся мимо них и достал какую-то книгу с записями. Вдумчиво пролистал, а потом опять взглянул на гостей:        — Да, я могу, — он перекинул закладку между страниц и отложил книгу на рабочий стол. — Нужно будет собрать недостающие ингредиенты, все это соединить. В общем, нужно немного времени.       Дилюк кивнул, а затем поблагодарил и махнул рукой Кэйе, предлагая выйти на улицу. Последний немного поежился от представления погоды снаружи, но не отказался и прошел следом за братом.