Strange things happen at Christmas

Почти целый год. 10 месяцев и 6 дней. Шел 310-й день, как Эндрю официально встречался с Нилом Хэтвордом. Не то чтобы он считал блядские дни, у него просто эйдетическая память. Ага, конечно, Аарон бы впал от этого в истерику на добрых минут десять. Но если отбросить все это в сторону, Эндрю и правда не мог до конца поверить, что у него было все это. Что у него был Нил. По его словам, новость о том, что в качестве подарка на день рождения Эндрю сделал ему предложение, едва не обошлась бедолаге Стюарту микроинсультом. И на следующие же выходные он пригласил Бетси, Эндрю и даже, мать его, Аарона к ним на ужин. Би тогда смерила его довольно красноречивым взглядом, но он упрямо игнорировал её, делая вид, что усердно старается над домашним заданием. Ох, Эндрю хотел воочию увидеть, как потрескается фасад её невозмутимости, когда она обо всем узнает. Если он не сгорит со стыда под ручку с Нилом, конечно же… Что ж, со стыда они не сгорели. Почти. Но эти мучения стоили того поражения в совокупности с радостью на лице Бетси и вытянувшейся от изумления и шока рожи Аарона. Он возмущенно открывал и закрывал рот, как рыба с контузией, выпучив глаза на виновников торжества. Нил не сдержался и согнулся пополам от смеха. Дышать сразу стало легче. В целом, вечер тогда прошел хорошо, но Стюарт поставил им одно условие — никакой свадьбы до выпускного. Его мальчику надо доучиться, решить куда поступать, «малыш, и когда ты только так вырос!» и бу-бу-бу… Эндрю готов был подождать ещё год, это не было большой проблемой. Хотя он бы с удовольствием посмотрел на реакцию Бена, это было бы просто изумительно «Эндрю хочет втереть нос ублюдку всеми возможными способами». Но вот «разговор с лопатой» со Стюартом был довольно…своеобразным. Он предельно ясно дал понять, что с ним произойдет и где его останки не найдет ни одна живая и не живая душа, если с Нила хоть одна пылинка не в то место свалится. Эндрю, как не странно, это ни капли не испугало. Он скорее был рад тому, что у его придурка есть такой любящий и опекающий дядя. Возвращаясь обратно к 310 дню. К Новому году оставалось два дня. И он планировал провести их точно так же, как и все предыдущие, не уделяя одному обороту Земли вокруг Солнца какое-то невероятное значение. Но к его превеликому ленивому сожалению, теперь у него был Нил. Так что через какое-то время телефон на кровати начал вибрировать от входящего видеозвонка. Эндрю прошелся несколько раз полотенцем по влажным после душа волосам, закидывая его на голые плечи, прежде чем неспеша подойти и принять звонок.       — Привет! — Нил ухмыльнулся, бросив короткий взгляд на его голый торс, перед тем как опереть телефон о, предположительно, кухонную стойку и уйти куда-то в сторону.       — Привет. — Эндрю приподнял бровь, улегшись на кровать и наблюдая за мечущимся туда-сюда парнем. — Что ты делаешь?       — Имбирные пряники! — Он улыбнулся во все зубы, показываясь в кадре с небольшой миской теста, которое он энергично помешивал, едва не разбрызгивая всю смесь на пол.       — Ставлю десятку на то, что половина из них сгорит, как и в прошлые четыре раза. — Эндрю хмыкнул, глядя на тут же надувшегося парня и пробормотал. — Серьезно, наркоман, ты безнадежен.       — Эй! — Нил тыкнул лопаткой в камеру, с которой начали медленно скатываться остатки теста. — В этот раз все получится, я уверен. И не надо на меня так смотреть! Я следовал рецепту с самого начала, так что все будет хорошо.       — Как тебя до сих пор на кухню пускают…- Нил бросил на него, по его мнению, свирепый взгляд, агрессивно раскатывая бедное тесто по столешнице. — Ты его в стол втереть пытаешься…?       — Эндрю! — Он обиженно взмахнул фигуркой зайчика, прежде чем вдавить её в тесто и отложить образовавшуюся форму на противень. — У меня не настолько руки из задницы, все будет нормально.       — Я бы поспорил. — Он прикусил нижнюю губу, чтобы не расползтись в глупой улыбке от того, как угрюмо на него посмотрел Нил. — Возможно у тебя получится, если ты не будешь пускать слюни на свой телефон. Снова. Эндрю ухмыльнулся, переворачиваясь на бок и наблюдая как Нил из небольшого экрана задыхается от возмущения. Он отвернулся куда-то в сторону, но все равно было видно, как его запачканные в муке щеки и уши побагровели. Он впихнул противень в духовку, выставив температуру и захлопнув крышку обратно с немного большей силой, чем требовалось.       — А нечего было расхаживать полуголым перед камерой! — Он смущенно вытирал грязные руки об полотенце, изредка бросая взгляды в камеру. — Серьезно, имел бы хоть какую-то блядскую совесть…       — Ты таймер то хоть поставил? Нил закатил на это глаза, усаживаясь на барное кресло и медленно крутясь в разные стороны. Затем он с ухмылкой придвинулся обратно к телефону и Эндрю уже заранее предугадал, что вылетит с его рта.       — Итак…- Нил усмехнулся от его тяжелого страдальческого стона, последовавшего после этого. — Послезавтра Новый год.       — Да, Нил. У меня есть календарь, телефон и прочая хрень, я не живу в пещере.       — Ты иногда такой говнюк… — Нил хмыкает и начинает возиться с торчащими из рукавов свитера нитками. — Так… Если серьезно, то что будем делать? Эндрю немного кривится на это, от чего Нил снова тихо смеется, но больше ничего не говорит. Хотя его дерганность и нещадное терзание нижней губы сказало все за него. Эндрю снова вздыхает, но в этот раз скорее из вредности или, как постоянно любит сравнивать наркоман «из-за того, что ты чертова Королева драмы» и бормочет.       — Я отсюда слышу, как усердно скрипят извилины в твоих мозгах, говори уже. — Нил, конечно же, вновь показательно закатывает глаза «и кто тут ещё Королева драмы» и выдает.       — Дядя улетел в Лондон несколько часов назад, появились какие-то срочные дела. Он не хотел оставлять меня одного, но так получилось, ну и…- Он немного замялся, заламывая пальцы на руках и хрустя ими «Желание шлепнуть его по руках растет с каждой миллисекундой». — Ну так вот, я подумал… Может, ты хотел бы отпраздновать вместе? Я не принуждаю тебя, если что, я все понимаю! Знаю, ты обычно не празднуешь, просто предлагаю…       — Успокойся ты уже, я не против. Мы встретим его вместе, только прекрати уже блять хрустеть этими пальцами, руки трястись будут. Да, он согласился за пол минуты после того, как несколько дней убеждал себя, что ему плевать на этот глупый праздник. Он такой чертов слабак. Нил буквально засветился от счастья, радостно улыбаясь в камеру и снова крутясь на стуле. Настоящий щеночек, только ушек не хватает. Эндрю на мгновение представил его в таких… С рыжими ушками в рыжих кудрявых волосах. Или черными. Или вообще без разницы какими, ему буквально подойдет всё. Для полного образа не хватало только ошейника, обхватывающего его тонкую шею. А лучше сразу с набором портупей, стягивающих во всех нужных местах прекрасное атлетичное тело. О, Эндрю мог это представить. Как от кожаного чокера через специально продетое металлическое кольцо замысловатой паутиной вниз спускается множество черных, таких же кожаных ремней. Они плотно облегают его грудь, крепкий торс с неизлечимым количеством шрамов, скрещиваясь на тазобедренных косточках и уходя за спину, пока остальные спускаются ниже и… Иногда Эндрю ненавидел свое слишком хорошо развитое воображение.       — Эй, все нормально? Ты какой-то красный, заболел что ли…- Нил недоуменно склонил голову на бок, заглядывая в экран.       — Кхм. — Эндрю чувствует тепло в щеках и мысленно умоляет, чтоб его мозг вылез из блядского члена и вернулся туда, где он в самом деле сейчас нужен. — …жарко. Аарон постоянно мерзнет, так что он решил устроить всем в доме ебаный ад.       — Оу. — Нил тихо смеется, скрещивая руки на столешнице и кладя на них голову. — Похоже на него… Так что, ты придешь ко мне завтра?       — Приду. — Он зевает, хмурясь и бросая мимолетный взгляд на часы. — Пол второго ночи, какого хрена ты не спишь.       — Извини, мамочка, мне плохо спалось, так что я решил… Блять, печенье! — Нил резко подрывается, бросаясь к духовке и торопливо вытаскивая из неё противень.       — Почему я не удивлен. — Пока тот кроет матом все, на чем свет стоит, Эндрю с усмешкой наблюдает. — Заметь, в этот раз я даже не был голым. Частично.       — Иди к черту. — Нил придирчиво осматривает печенье, пока с ухмылкой не поворачивает противень к Эндрю. Один зайчик тут же отделился от семьи и упал на столешницу. — А я говорил, что в этот раз получится! Даже ничего не сгорело… Э-э, почти. Но все же!       — Продолжай держать так же и ты их всех перебьешь. — Он фыркнул, когда Нил вновь одарил его угрюмым взглядом и пробормотал. — Да-да, ты большой молодец, и я невероятно рад что кухня и твои пальцы почти что уцелели. А теперь иди и поспи наконец. Нил отставил противень в сторону, осторожно вынимая горячие печеньки по одной и перекладывая их на большую тарелку. Эндрю и сам засмотрелся, но больше разглядывая его, чем какую-то там выпечку «да простят его все любимые сладости, но тут у них изначально не было и шанса». Лицо парня все ещё было местами измазано мукой. Как и футболка, пижамные штаны, руки, да и всё остальное. В волосах возле лба застряло что-то, отдаленно напоминающее кусок сырого теста. Эндрю лишь тихо хмыкнул, не в силах оторвать взгляд. Он хотел быть в этот момент возле него, наблюдать не через экран мобильного телефона, а с расстояния полуметра. Желательно, прижимая со спины такое родное теплое тело к своей груди. Голова гудела лишь одними повторяющимися по кругу, точно мантра, мыслями. Красивый. Теплый. Мягкий. Милый. Настоящий. Мой. Мой Нил. Эндрю не заметил, как начал клевать носом, пока тихий голос его парня не оповестил.       — Ладно, я закончил. Пойду приму душ и тоже спать. — Нил с мягкой улыбкой наблюдал за ним, беря телефон в руки и бормоча. — Спокойной ночи, Дрю. Эндрю набросил на себя одеяло, плотно укутываясь в него по подбородок и также пробормотав. — Ночи. — Разве ты не говорил, что у вас в доме жарко? Боже, ну что за мазохист. — Нил с удивленным смешком пристально наблюдал за ним. — Эй, ты же не… — Сладких снов, Нил. — Повторил он с нажимом и нахмурился на свой же прокол, поспешив закончить звонок под звонкий смех Нила. У него появились планы, так что теперь ему нужно хорошо выспаться. Завтрашний вечер, по его расчетам, должен быть многообещающим. Но только если Нил скажет «да».