Волчьи сны

      Холодно...       Сырая прохлада нежной поступью бродит по коже. Порой касается, острожно и робко проводит каплей дождя.       Эти капли. Они так отчаянно и смело падают вниз. Отрываются от самых истоков жизни, чтобы за считанные секунды раствориться в необъятной земной суете. Лишь некоторые, избранные каким-то неведомым образом, остаются созерцать медленный вальс дождя.       Звонкий шелест безбрежного океана травы уносится далеко, за край горизонта. Ветер говорит. Живым истинным голосом. В такую погоду его лучше слышно. Он предупреждает, рассказывает, наставляет.       А малахитовые колосья смиренно клонят головы. На них, словно на искусных ювелирных серьгах, блестят алмазами капли. Избранницы жизни.       Больно...       В сыром воздухе парит едва уловимый запах. Неуместный. Несвойственный. Алые капли, словно подыгрывая дождю, сбегают по коже.       Он затерялся где-то в волнах этого моря высокой травы. Ушёл в забвение. Но лишь до того, как закончится дождь.       Ещё на рассвете таинственными путями, лесными тропами здесь проходил волк. С белой, как снег, шерстью и глазами, будто сапфиры. Он брёл медленно, тяжело переступая лапами. Израненный. Избитый.       Но шёл уверенно и спокойно. Как хозяин этой земли и этого леса. Шёл ровно до тех пор, пока его силуэт не исчез в седом тумане где-то посреди изумрудных лугов.       Только тогда силы его покинули, передали на попечение матушки-природы. Лапы подкосились. В груди не стало кислорода. Он обессиленно упал на землю. Не взвыл, не вдохнул, а только закрыл глаза.       Мгновение застыло в вечности. И в странной призрачной дымке его силуэт вдруг расстворился. Очертания изменились — звериные сменились человеческими.       Тонкая белая рубашка окрасилась багровыми разводами. Всё тело, от шеи до кончиков пальцев, пронзили кинжалы уже теперь тупой боли. Мокрая ткань липла к рваным ранам, оставленным этой ночью, порождая новые болезненные реакции.       Но Норд словно забыл о них. Сознание упорхнуло куда-то следом за ветром. Туда, где шелестят листвой могучие дубы и кедры тянутся к небесам. Он никогда не бывал в тех местах, но много слышал про них.       И каждый раз одно и то же видение. Удивительное и дорогое сердцу. Оно отчего-то начинало гулко биться в груди. Перед глазами приветливо кивали ветвями деревья. Вначале всё было размыто — лишь тёплые зелёные и жёлтые краски и очертания.       Постепенно всё становилось яснее. И кто-то ласково касался его руки. Нежно прижимал пальцы к ладони, словно о чём-то говоря, словно приглашая куда-то. А он даже и не думал отказывать.       Хрупкий женский силуэт возникал перед глазами. Он не видел её лица. Лишь темные медовые волосы, подвязанные белой лентой и мягко рассыпающиеся по плечам, и светлое льняное платье до самых щиколоток.       Она шла вперёд легко и смело, петляя среди деревьев, путая следы в шелковистой траве. А он за ней. Солнце становилось им спутником, и птицы щебетали вокруг. А потом всё таяло в ярком солнечном свете.       Вот и теперь сон развеяло лёгким порывом ветра. Он приоткрыл глаза. Небо, затянутое бинтами серых туч, с любопытством за ним наблюдало. А дождь всё тихонько напевал свою мелодию.       И странно ведь, один и тот же сюжет, одни и те же чувства. Это не могло быть просто игрой рассудка. Там, в видении, всё было слишком реальным. Он многое бы отдал за то, чтобы увидеть лицо своей героини, узнать её имя. Если она и правда существует, конечно.       Протяжный вздох сорвался с губ. Он попробовал пошевелиться, но цепи острой боли лишили всяческих сил. Ещё пока он не мог их вынести и не мог сорвать с себя. Рубашка уже почти вся стала красной.       Он присмотрелся к руке. И тут на предплечье остались три глубоких пореза — следы от чьих-то когтей. Встречи с соседями всегда так заканчивались. Но зато в его стае все знали: вожак не подведёт и не оставит, выстоит до конца. Да у него и выбора не было. Подстраховать ведь некому.       А мысли, вольными ласточками, снова обратились к воспоминаниям. Дождь звенел волшебной тихой песней. И трава ему подпевала, и ветер. Скрытые смыслы, ответы — так хотелось узнать и понять. Так хотелось наконец заглянуть ей в глаза и спросить имя. Интересно, а встретятся ли они когда-нибудь в этой жизни? Или так и останутся друг для друга призраками в потоке времён?