Девушка рыжей бестии

      Спать было тяжело. Не от веса чужого тела на себе, тем более Виксария демон и эти жалкие людишки вряд ли когда-то ее потеснят в кровати, просто... Не спалось последние дни. Не рядом с ней... Ава не такая, как большинство смертных, которые встречались ей ранее.       Безусловно она видела красивых и умных девушек, но к ней никогда не относились так, как относится к Ава. Она была предметом желания, вожделения, ненависти, страха... Темноволосая же недавно сказала, что любит её.       Это было интересно. Просто интересно наблюдать за тем, как эта жалкая смертная ухаживает за рыжей, укрывает её теплым пледом, приносит чай и иногда вино, хотя придерживается какого-то «‎здорового образа жизни»‎. Обнимает по ночам и утром, перед тем, как Виксария уходит. Ава думает, что рыжая бросила эскорт и нашла работу в одном из офисов Сильвер порта.       Приятно получать от неё подарки... Она всегда старается угодить бестии, вывести её куда-то пообедать или развлечься. Плюс, демонесса нашла для себя весомый плюс в отношениях с этим человеком – у неё есть денежки, а ещё она легко отдаёт их рыжей, чтоб увидеть её улыбку и спросить, что она планирует купить.       Быть рядом с Авой было залогом хорошей жизни, должно быть. Рядом с ней демонессе спокойнее и сначала Ава... Наверное, нравилась Виксарии. Почему наверное?       Несколько лет назад, после того, как Трексия забрала у Виксарии её силы, жизнь перевернулась ещё раз. Когда рыжая пришла в себя, обрела человеческую форму и думала готовиться к мести.. Она не хотела этого делать, но не потому, что не справилась бы, а потому, что ничего не чувствовала.       Без сил она чувствовала себя опустошенной и довольно быстро напиталась этими червяками, но не заметила, что больше не чувствует то, что было раньше. Нет мыслей о ком-либо, кроме себя и Трексии... Она больше не мечтает, как и все демоны. Этот комментарий впечатался в голову. Её перестало волновать практически всё, что раньше вызвало бы эмоцию. Приятно было только получать деньги и годы жизни людей.       У Виксарии появился свой коттедж, она больше не общалась с Синтией и даже не думала как-то на неё реагировать. Когда демонесса съезжала из той конуры, блондинка дружественно помогала ей, но вдруг, посреди процесса остановилась и посмотрела на рыжую странно. – Я больше не вижу в тебе нечего... Нечего такого, что раньше тебя выделяло среди других демонов!       А разве, Виксария должна отличаться от сородичей? Больше они не общались... С обеих сторон не было попыток.       Что об Эллиоте? Виксария так и носит ему информацию, получая свои деньги. В её интересах быстрее прихлопнуть родителей Авы. Тогда эта темноволосая девушка станет ещё богаче... Можно будет забрать всё себе. Эллиот её не совсем понимает и, кажется, ему в тяготу с ней работать. Без лишних мыслей и эмоций Виксарии было проще научиться вести себя как эти смертные людишки и в глазах Элиота она потеряла привлекательность.       Винсент после того вечера пытался разговаривать с Виксарией, но этот маг стал таким надоедливым и лишним... Желания стоять рядом с ним и крушить этот мир не осталось. Она одна справится, без этого волшебного олуха. Хотя теперь до мира ей не было дела – главное, чтоб её все уважали и не лезли, пока не понадобятся. – Трексия... – губы Виксарии дрогнули от этой мысли, их кончики слегка опустились. Она не смогла не отвести взгляда куда-то в левый нижний угол.       В тот вечер Виксария чувствовала себя так, как никогда больше. Растянувшись под Трексией на её машине, была готова провести с ней ещё тысячу таких ночей, лучше, гораздо лучше...       В те моменты, когда рыжие были рядом, делились теплом, звучали в унисон и смотрели друг на друга глазами, в которых искрились чувства, Виксария хотела сказать рыжей что-то важное, но не успела. Эти слова встали в шее комком, пока Трексия забирала у демонессы всё, что хотелось.       Она просто играла, пользуясь тем, что Виксария много не знала. Все слова были оружием, не более. Трексия плевала на доставленную боль и то, что сердце кололо. Зря только девушка поверила её словам...       Ава зевнула, и перекатилась с груди рыжей. Взяла в руки звонящий телефон и начала с кем-то разговор раздраженным тоном. Не нравится, что ей звонят так поздно или просто то, что ей пришлось слезть с рыжей? Плевать. – Неужели я для неё ничего не значила? – Виксария направилась в душ, убитая этой мыслью. Ава и даже Ксантея никогда не смогли бы заменить ей эту демонессу. Как за столь короткий срок она ощутила то, что не может забыть уже три человеческих года... Для демонов это мелочи, но в этом мире и в этом городе всё было по-другому.       В душевую тихо пробралась девушка, вслед за демонессой. Зашла к ней, обвела взглядом сонное лицо. Стоять, мокнуть под каплями горячей воды и смотреть друг на друга было непривычно, что возможно казалось Аве романтичным жестом. Ласковые руки девушки обняли спину, погладив мокрые волосы. – Не против моей компании? – губы темноволосой нежно касались уголка губ дьяволицы, получая ответ. Самое паршивое, что даже целовалась Ава не так, как это делала Трексия.       Но это не те руки, что так мастерски ласкали её в ту ночь. Не те ногти, не тот запах волос. Черные, вьющиеся волосы совсем не напоминали прямой, ярко рыжий. Глаза зелёные, увы не карие. Чёрт, за эти годы на земле Виксария испила разные вина. Сорта, виды, ценник... Она не нашла ни одной бутылки того вина, что давала ей Трексия. – Ты сегодня такая задумчивая... – Ава, я хочу уехать из этого города. Подальше, куда-нибудь... Путешествовать. – темноволосая удивлённо посмотрела на рыжую, будто ожидая признания, что это шутка. – Ты же сказала, что любишь меня. Я хочу уехать с тобой, куда-нибудь, где нас никто не узнает. – У тебя проблемы? Это звучит так, будто ты от кого-то прячешься... Ты только три года назад приехала в Сильверпорт. – рыжая вздохнула и впилась в шею темноволосой, вжимая ее в холодную стенку своим телом и не давая двинуться. – Ммм! – Ава, я хочу переехать туда, где мы сможем жить вдали от твоих родственников и ты будешь только моей. Мне нужно сто процентов твоего внимания. – дьяволица прорычала это на ушко девушке, начиная ласку. Чувствовала, что на такое она не способна будет ответить "нет". В этот момент было плевать на Винсента и этого тупого копа. Лишь бы уйти отсюда. Из города, в котором хозяйка – Трексия. – Да...       Виксария закрыла глаза, мысленно вводя два пальца в «‎Трексию»‎. Та застонала, прижимаясь ближе и раздвигая ноги навстречу. Губы легли на мокрую от воды шею, кусая. Слышались болезненные писки... Трексии не было бы больно, она же дьяволица. Кровь темноволосой аккуратно слизали с губ.

***

      Клуб, где обитал Тайгер, в этот же момент был переполнен. Трексия смотрела на толпу, сидя за барной стойкой. Почему все они радуются и пляшут, как мошки у ночного фонаря? Этот день ничем ни лучше всех предыдущих. Бармен подал новый коктейль, удивляясь, как рыжая девушка до сих пор не опьянела.       Сейчас она жалела, что была демоном и не могла залиться алкоголем, как это делают смертные. Наверное, именно поэтому им так легко подаваться в танцы. – Знаешь, а ей никогда не нравилась такая музыка... – бармен удивлённо на неё посмотрел, а рыжая вдруг поняла, что сказала это вслух и отвернулась, не считая нужным объясняться перед человеком.       Когда она забила силы Виксарии было так легко и приятно, как со всеми дьяволами до неё... Но больше ей не хотелось так делать. После тех слов Виксарии, которые она от злобы кричала, лёжа на холодной земле, больше нечего не хотелось.       Что-то щелкнуло в воспалённом разуме. Она не чувствовала ранее никогда ничего подобного. Никто и никогда не позволял себе занимать мысли дьяволицы столько времени! Надо же, прошло три года... Как незаметно и мучительно проходит время.       Рыжая отдаёт бармену несколько сложенных купюр и тут же разворачивается. Пробравшись сквозь надоедливую толпу, выходит к своей машине. Садится за руль и вжимает педаль в пол, уносясь как можно дальше. Ей нравилась скорость и чувство власти. Но его не было, а причиной тому являлась та, что последний раз сидела рядом с ней в этой чертовой машине.       Она ни разу не возвращалась сюда. Машина резко затормозила на том же месте. Так же красиво мерцали огоньки ночного города. Тот же вид, то же место... Подумать только, на месте, куда Виксария скинула своё платье остались изорванные клочки ткани. Время уничтожило то платье, а Виксария его даже не забрала.       Сев на коленки и взяв в руки лоскуток, пальцы будто сами собой огладили кожу девушки. Нос почувствовал запах, тело прекрасно помнило её изгибы и тепло. Глаза нетерпеливо зажмурились, пытаясь прогнать силуэт. Её стон прозвучал где-то глубо под кожей.       Как она была наивна... Её кожа была самой мягкой. Губы были самыми ласковыми. В своих долгих, холодных вечерах, мешая печаль с вином, рыжая не переставала думать о молодой дьяволица. Такой особенной... Почему вдруг сама Трексия начала ощущать всё это!?       Как же блестели её глаза. Когда она, своими же руками ласкала её, когда показывала... Велантис? Когда поняла, какую ошибку совершила, дав женщине контроль над ней. Эти глаза оставили отпечаток где-то внутри, заставляя демонессу жалеть обо всём, что сотворила. – Я сделала тебе больно... – эти оставили в сердце огромный резец. Рыжая вскочила на ноги, хватаясь за голову. Её ломало как последнего наркомана, который не может выжить без очередной порции яда под кожу. Зависимость от Виксарии, но почему?! Почему она начала чувствовать всё это лишь после того, как дьяволица ушла?..       Трексия ударила собственную машину по капоту, от чего появилась вмятина. Ремонт ей обходится дешевле, чем собственная тоска. Здесь должна быть Виксария, в своём чёртовом платье, такая красивая, какой быть может только она. Сев в побитую машину она помчалась туда, откуда забрала Виксарию в ту ночь. Плевать, она вымолит прощение и позволит себе быть счастливой.       Приехала, ворвалась в здание, стучалась в двери, борясь с желанием их сломать. Ни в одной чертовой квартирке нет. Уже на улице в панике нашла телефон, набрала номер... – Алло... – раздраженный женский голос, но это не Виксария. – Алло!?       Телефон отбросили на сидение машины. Когда-то она также, как дура, бросила телефон Виксарии. Последняя идиотка. Лучше бы она её действительно убила, а не заставляла испытывать всё это. Непонятные чувство, мучительные до ломки костей, изматывающие каждую секунду.       Хоть раз бы её увидеть, поцеловать, извиниться, прижать к стенке и угостить вином. Быть рядом с ней, плюнуть на гордость, главное больше никогда её не отпускать. Дьяволы не плачут, но почему тогда, вспоминая ее глаза, по щеке прокатилась слеза?