Любовь слепа

В отеле народу не прибавляется. Это, конечно, является плюсом — Хаск может спокойно бухать хоть целый день напролёт и ему не нужно обслуживать целые толпы. Является и минусом — из-за отсутствия движухи в Хазбине царит дикая скука. Иногда принцесса её разбавляет собраниями, где они узнают друг друга поближе, но это, откровенно, выходит из рук вон плохо. Аластора всё это время чёрт знает где носит — как оказалось позже, он бродил по Аду, по самым отстойным местам, и снимал рекламу. Хаск даже в пару кадров попал, но в тот момент был настолько пьян, что вырубился и не запомнил. Все усилия — если такие были вообще — улыбашки прошли даром: отснятый материал выглядел херово и не набрал баллов одобрения для прохождения дальше в мир медиа. Возможно, было бы всё иначе, дай принцесса рогатому работать в его сфере, на шоу по радио. Но для нового, постоянно прибывающего поколения радиоприёмники это скучно и вообще прошлый век — вот плоские зомбоящики, это другое дело — так что желание Чарли о «рекламотолкателе с картинками» было непреклонно. А поскольку наблюдать за пустым отелем оленю неинтересно, ему приходилось подстраиваться и креативить по мере сил. Так как реклама никому не зашла, Энджел берёт слово, настойчиво предлагая собственное тело для пиара отеля. Хаск выдыхает сквозь зубы, яростно натирая и без того чистый бокал. Да, поток извращуг точно с удовольствием нахлынет сюда, если принцесса даст согласие. Он уже прям видит, как они, точно дорвавшиеся до дозы нарики, будут ебаться во всех углах и чуть ли не на потолке. Не дай боже, если кто-то из них попробует опорочить его барную стойку — он к ней и за милю больше не подойдёт, даже под угрозой разрыва души! Благо, и принцесса, и Вэгги единогласно против идеи порноактёра. Даже с их слепотой они бы не захотели видеть подобное. Из коридора раздаётся трель телефона и Морнингстар, с извиняющимся выражением на лице, поспешно уходит, чтобы ответить, пока порнозвезда перечисляет все свои достоинства и факты, почему реклама с ним будет ахуенной идеей. — Хей! Если страшила такой сверхмощный, почему он не может просто силой согнать сюда людей? — снова тянет Даст сладостным голосом, противно льющимся прямиком в уши. От его нот Хаска тянет блевать и он торопливо меняет бокал на бутылку, спеша выдернуть из неё пробку. Такое без запивки невозможно слушать. На оленье «о, поверь, я могу», с мигающим светом, он решает впервые за день подать голос, лишь бы идея не пошла развиваться дальше. Поверьте ему на слово, он как чует, что в попытке объяснения Радио-Придурок пустится петь и плясать! — Я вот живой пример! По-вашему я бы тут добровольно жопу просиживал, слушая ваше нытьё, если бы он меня не заставлял? — алкоголь открываться не спешит, поддаваясь его рукам, но пока порноактёр молчит это не так страшно. Бодрому ответу, как всегда из ниоткуда появившейся Ниффти — наверняка, опять гонялась за жуками, их почему-то дохера в отеле, — кот не удивляется. Он ещё тогда, когда присматривал за ней, понял, что этой маленькой чистюле до жути нравятся плохие парни из-за собственной тяги ко всему хаотическому и жестокому. Так что, да, принуждение ей реально в кайф, может она даже сама Аластору душу отдала, лишь бы всегда быть в гуще событий, — щурится кот, предпринимая новую попытку вскрыть бухло и в этот раз пробка поддаётся. — Что, тебе не нравится моя компания, усатик? — подаёт голос Даст, прижимаясь к спинке дивана и шутостливо качает головой, надувая губы. — Ещё раз так меня назовешь, и я затолкаю тебе эту бутылку куда поглубже! — Разврат, — мгновенно реагирует паук, растягивая букву «р» и широко улыбаясь, — давай, скажи ещё грязных словечек! Демон скалится ему в ответ. Хочется набить за подобное ебало – чтобы след остался и нос разбитый бонусом хлестал – или поставить на место веским словом, припоминая членистоногому все те сопли, что он разводил за стойкой, изрядно напившись. Вот только зачем разжигать насилие, если противник совсем безвреден, и бить ниже пояса, растрёпывая чужую боль? Поэтому кот предпочитает вместо этого отхлебнуть алкоголя прямо с горла, занимая рот и руки, в надежде, что этой заминки хватит, чтобы хоть кто-то уже вмешался в их диалог. — Энджел, не мешай Хаску работать, — святой боже, его молитвы услышаны! — и мы не можем принуждать грешников. Они должны выбрать это сами! Ура, победа, Вэгги даже вернула беседу в нужное русло – Хаск делает в честь этого новый глоток. А потом появляется Чарли, закончив разговор по телефону — ну, как появляется, выглядывает заговорщески из-за стены, закусывая губу, и торопливо подзывает к себе девушку, едва не разрываясь от возбуждения. Видать, новости хорошие и дали ей возможность на… Что-то. Кот с интересом навостряет ухо, прислушиваясь, как она с восторгом вещает о просьбе отца подменить его на встрече с лидером ангельской армии. Ебись ты провались всё пропадом! Её папаша, что, безмозглый? С тем, как она справляется сейчас даже с собственным отелем — и то, при помощи посторонней силы, — она таких делов там наворотит, помяните его слово! Ощущение лишь ещё больше усиливается, когда принцесса заводит песню, совершенно не слушая, что ей Вэгги говорит, принимаясь кружить по холлу. Она затягивает и бывшего ангела в свой смерч, вызывая у той улыбку, а потом ловко отвлекает, вернув в пируэте к лестнице пока сама выскакивает на улицу, оставив двери настежь открытыми. — Она… — тянет неуверенно Вэгги, слепо шаря глазами по прихожей. — Да, она танцует! — подсказывает ей Энджел довольно, поглядывая на быстро удаляющуюся спину в красном пиджаке. — О-о, нет! — тянет девушка, бессильно хлопая себя по лицу. Хаск с ней полностью согласен. Это определённо принесёт им новых проблем — и делает в честь этого несколько глотков, окончательно допивая алкашку.

***

— Ладно, народ, прошу вас всех собраться. Есть дело, которое не терпит отлагательств! — командным тоном велит Вэгги, указывая пальцем на диван. Кот закатывает глаза, но послушно топает на место, падая с краю. Место рядом тут же занимает Нифф, в полной боевой готовности ожидая, что же будут говорить. Падает на диван и Энджел, закидывая длинные ноги на подлокотник, и предпочитая вместо временного командира, впрочем, глазеть на него, подмигивая. У Хаска от подобного дёргается глаз, ему в миг становится неуютно и, хоть порноактёр и не сидит вплотную, он защитно обнимает себя лапами. — Итак, Чарли занята очень важным делом, поэтому, пока её нет, мы снимем новую рекламу, которая будет отражать её видение того, чем мы занимаемся! — Сисечка, никому не будет интересен черный экран на протяжении двух минут! — прыскает со смеху Даст, поглядывая на демонов, однако его веселья никто не поддерживает из-за чего он обижено дуется, — фу, какие вы скучные. — Что ж, нужна камера, Аластор? — девушка призывно протягивает руку, ожидая предмета, куда с лёгким щелчком демона и приземляется нужный аппарат. Правда, не того формата, что она как-то понимает даже и без зрения, заставляя уточнить. — видеокамера. Снова щелчок и вот она уже сжимает нужный прибор двумя руками. Блять, да как они это понимают? — Хорошо, за дело! Начнем с Энджела и Хаска. Идите за бар, вот сценарий. Чёрт подери, зачем он тогда тащил свою задницу на диван, раз уже нужно тащить её обратно? Он спокойно мог послушать всё и оттуда! — Хаск рычит сквозь зубы, но, подхватив листы, послушно возвращается на рабочее место, всматриваясь в текст, коего немало. И он весь на шрифте Брайля. Всё недовольство как рукой снимает, сменяясь интересом. Как же давно он подобного не видел. Подушечки неторопливо проходятся по выпуклым точкам, пока кот прикрывает веки. Вот «о», вот «х», и вот, на первый взгляд, причудливый шифр собирается в слова, и на морде против воли расцветает грустная улыбка. Он помнит, как мама, взяв его маленькую ладошку в свою и уложив пальцы на строчку, мягко рассказывала, что именно таким образом может читать и даже писать, хоть по началу и было трудно привыкнуть к шрифту справа налево. Он помнит. Он не забыл. Энджел поразительно долго молчит. Понимает ли он хоть слово? Мужчина поднимает на него глаза и замирает при виде расслабленного, болезненно-нежного взгляда, направленного на маленькие точки. Паук поглаживает их строчка за строчкой, погружённый в собственные воспоминания. И делает это совершенно точно не бездумно. Он определённо и точно понимает, что там написано. А потом поднимает голову и растерянно смотрит ему в глаза. И что-то происходит между ними — Хаск чувствует непонятную дрожь, похожую на удар по гитарной струне, и зрение — будь он проклят! — на миг искажается, становясь мутным-мутным, как если бы он смотрел сквозь немытое годами стекло. Они вздрагивают и отшатываются, и, снова прозрев, видят, какими ошарашенными они выглядят. Так близко — и так далеко. — Я нихуя не понимаю в этих точках, мне нужен переводчик! — разбивает тишину воплем Даст, — господин стрёмоболтатель, поколдуй! Хаск не спешит его останавливать. Нет-нет-нет, это просто переутомление — думает он, потирая глаза кулаками и занимая место за стойкой, — игра света, зрачки не перестроились, просто временный сбой организма. Это однозначно НЕ ТО, о чём он мог бы подумать. Да, именно так.

***

— И, мотор! Хаск страдальчески вздыхает, но деревянным голосом принимается зачитывать текст, едва не утыкаясь в тот носом и прячась за листами от объектива. Когда строчки заканчиваются, он выслушивает полную отсебятину Даста в порнушном стиле, что с каждой репликой приближается к нему всё ближе и ближе, едва ли не полностью залезая на стойку. Странное ощущение, кое возникло несколько минут назад, даже не проявляет себя в этот раз. Не отзывается на вид доступного тела, на короткие прикосновения. От каждого приторного слова, всё льющегося и льющегося едва ли не бесконечным потоком, Хаск всё сильнее испытывает желание отпрянуть. Или столкнуть паука на пол, когда тот удобно усаживается на деревянную поверхность жопой. Сука, ну они же тут пьют! А Хаск иногда и спит! Но недовольство проглатывается, выражаясь лишь в закатывании глаз, и кот снова прячется за сценарием. Следующая строчка буквально скрипит на зубах, потому что он, блять, знает, как на это отреагирует порноактёр. А вот принцесса явно не тем местом думала, когда расписывала их диалоги! Паук откликается ожидаемо, стонет громко в экстазе, весь извиваясь. Но даже на такое у Хаска ничего внутри не отзывается. Едва раздается громкое «снято!» он облегчённо ползёт за бутылкой. На этом их работа закончена, по сценарию дальше там начинается новая часть с участием кого-то другого. — Хорошо. Энджел, можешь вести себя посдержаннее? И, Хаск, ты можешь не держать текст перед лицом? Нет, не может, потому что он не ёбаный актёр и заучивать эту хрень не будет! — О-о, мы можем импровизировать, пирожочек. — тянет ручонки паук, поглаживая по щеке, издаёт звуки рычания кортаво. Хаск в отместку не сдерживается и, упираясь лапой тому в лицо, наконец скидывает со стойки, на что получает недовольный взгляд слепых глаз. — Упс. — без раскаяния пожимает он плечами и вскрывает с первого раза пробку. — Хаск! Перестань! Ох, ладно, Ниффти твоя очередь! Ниффти? Вэгги прикрывает веки на мгновение, чтобы, точно что-то почувствовав, направиться вверх по лестнице, куда горничная убежала за очередным жуком, в желании проткнуть того швейной иголкой, когда они ещё только начали снимать. По крайней мере, ей есть на кого сваливать свою энергию, не донимая его. Что ж, удачи бывшему экзорцисту в попытке отснять хоть что-то — кот делает в честь этого пару глотков.

***

У Вэгги нихуя не выходит. Отснятый материал выглядит даже ещё хуже, чем было у Аластора, но хотя бы содержит идею. Правда, проблема — с богом-монтажом, который всё должен был магическим образом преобразить, она познакомилась буквально час назад и совершенно не умела им пользоваться. От сотого раза прослушивания своих реплик, доносящихся из динамиков, Хаск уже хотел биться башкой о стены или лезть на них под самый потолок. Благо, он слишком ленив, что не позволяет маяться хернёй, и вместо этого он снова занимает себя распитием алкашки. Короче да, затея вышла провальная, какая жалость, нам всем очень грустно, мы так старались, делали всё, что только могли, но рекламу уже не спасти, можно, пожалуйста, с чистой совестью оставить её в покое и пойти пожрать за упокой нерождённого произведения искусства? Как оказалось, нет, нельзя. Вэгги, понимая всю плачевность ситуации, решается на сделку с Аластором — благо, цена не душа, а всего-то уверенность оленя, что ему больше не будут ебать мозг современными технологиями и тыкать в морду камерой. Съемки снова возобновляются и уже в новом прикиде у Вэгги появляется идея снять их всех вместе на фоне самого отеля. Приходится послушно тащить жопу на улицу, хотя это вполне можно было и сделать быстрее, если применить магию ходячего под боком могущественного демона. Ещё пару часов они убивают на новые съёмки, что в этот раз проходят продуктивно — Аластор помнил, что он знает шрифт Брайля и снова вернул текст к точкам, решая проблему заучивания и привычки прятаться за листами. Сценарий, с его руки, так же подлежал редакции, позволяя всем комфортно работать в своём стиле, но не выходя за рамки. Немного великого монтажа и готовый материал, с одобрения Вэгги, отправляется на просторы телевидения — у великого и могучего Радио-демона даже там была своя марионетка, позволяя это сделать быстро. Но творение рук своих они принципиально не смотрят, ожидая, когда виновница сего сотрясения воздуха вернётся с задания, чтобы посмотреть уже всем вместе. Но пропустить по стаканчику после работы это святое и в итоге все собираются у бара. Хаск разливает напитки, а заканчивая, и сам в руку берёт стакан, добродушно поднимая его, когда Вэгги делает тост за успешное окончание съёмок. Да, бывшему экзорцисту явно не сильно нравилась их разношёрстная компания, но сегодняшняя трудность нехило их так сблизила. Всё ещё остались, конечно, некоторые проблемы, но сегодня они не поднимаются, позволяя отдохнуть после тяжёлого дня. — Я была так удивлена, что ты знаешь язык Брайля! Обычно он не очень распространён… — её речь прерывается, когда она неестественно замирает, словно к чему-то прислушиваясь, а затем резко поднимается с места, хлопая ладонью по стойке: — Она пришла, идите на диван и садитесь, щас по времени как раз всё начнется! — тараторит со скоростью света, едва не сияя от радости, а затем срывается с места, готовясь встречать Морнингстар. Демоны переглядываются, а затем кто как — Аластор, например, вообще пожелал телепортироваться тенью — направляются на указанное место, падая, где вздумается. Олень, как всегда, уже наколдовал себе личное кресло, желая сидеть в одиночестве, Энджел растянулся на полу и, что удивительно, не лез ни к кому с похотливыми шуточками — видать, исчерпал весь лимит в рекламе. Хаск, так же как и утром, падает с краю дивана и, подперев лапой щёку, скучающе смотрит на своё отражение в экране телевизора, ожидая, пока парочка закончит миловаться. И чем дольше он всматривается, тем больше этот чёрный омут затягивает с головой — всё расплывается на периферии, а центром внимания становятся собственные глаза, выделяющиеся на фоне двумя жёлтыми пятнами. Когти коротко отстукивают нервный ритм, когда мысли возвращаются к причине резкого скачка зрения в минус, но он успокаивает себя, медленно моргая и прогоняя наваждение. То точно было переутомление. Сейчас-то ведь всё нормально. Принцесса от счастья едва не плачет и, кажется, готова снова открыть варежку и запеть, но не успевает, как её затыкает паук, поскольку всё начинается. На экране появляется почти вся их компания на фоне здания и голос Вэгги бодро вещает, приглашая в отель Хазбин. — Экстренное адское включение! — прерывается реклама, вызывая недовольство демонов. — мы только что получили сообщение из Посольства Небес, что следующее истребление произойдет раньше, чем когда-либо прежде! Понимаешь, что это значит, Том? — Нет. Что же это значит, Кэти? Что нам всем пизда, — мгновенно отвечает внутренний голос, предсказывая ответ. Хаск, вытаращив от удивления глаза, смотрит на сменившуюся картинку в экране, где теперь видно, что количество дней сократилось вдвое. Блять, принцесса, ну ёб твою ж мать!