Под звездой Клио

      — Я прощу прощения за оказанное вам неудобство, мисс Грейнджер, — Регулус демонстративно прокашлялся. — Наше знакомство должно было произойти совершенно иначе. Кричер не хотел вас напугать, Гермиона. Порой он бывает ужасно невыносим.       — Не стоит, мистер Блэк, — стушевалась Гермиона, на мгновение утеряв весь свой запал докопаться до правды. По сравнению с элегантным и утончённо разодетым Регулусом она была маленьким, несмышлёным ребенком, задумавшим совершить шалость в тайне от взрослых. Вряд ли сейчас Регулус принимал её как серьёзного противника. Гермиона нервно скомкала мягкую ткань рукава ночной рубашки, выдав из себя смущённую улыбку. — Простите за моё любопытство, но вы говорили о некой теории, к которой я имею, скажем так, прямое отношение. Может, вы поделитесь со мной?       Кричер резко вскинул голову и задрожал.       — Мастер Регулус...       — Не сейчас, Гермиона. Это не моя тайна. Блэки всегда держат своё слово. При любом раскладе я бы с удовольствием поделился этой... занимательной историей. Вы, мисс Грейнджер, мой первый интересный собеседник за долгое время, — молодой Блэк на секунду поджал губы, словно бы над чем-то раздумывая. — К несчастью, Кричеру со мной запрещают вести задушевные беседы. Матушка не терпит одиночество. Мои остальные родственники редко когда дёргают нашего покорного слугу, но всё же... чаще всего я предаюсь воспоминаниям.       — Мне очень жаль, — Гермиона нахмурилась. — Я могу вам чем-нибудь помочь?       — Гриффиндор? — усмехнулся Регулус, всматриваясь в её лицо с какой-то неуловимой эмоцией. Он изучал её заново с теплом и интересом.       — Простите?       — Ваш факультет Гриффиндор? — терпеливо повторил он. — Самоотверженность, искренность, смелость и доброта, решительность. Так и ведут себя истинные гриффиндорцы. Профессор МакГонагалл в добром здравии?       — Профессор МакГонагалл сияет и явно не собирается так скоро покидать Хогвартс, — она искренне улыбалась, с удовольствием делясь маленькими деталями из своей жизни с Регулусом, словно они были старыми добрыми друзьями. — Верно, Гриффиндор. Однако Шляпа хотела отправить меня в Когтевран, но, видимо, черт Годрика Гриффиндора во мне намного больше.       — Занятно! Когтевран… — Регулус склонил голову, оценивающе пробегаясь по лицу Гермионы вверх-вниз. — Вы удивительно чем-то похожи на мою кузину Меду. Она замечательная, многосторонняя личность.       — Меда? — глухо переспросила Грейнджер.       — Андромеда, — покорно кивнул Блэк. — Способная волшебница, невероятно талантливая и красивая девушка. Луч света в нашей семье. Даже ласковая и нежная Цисси едва ли могла переплюнуть Меду в чём-то. Мой брат многие уроки брал у Андромеды. Белла, конечно же, потом безумно ревновала и требовала нашего внимания. Видите ли, Белс было мало всего внимания мужской половины нашего семейства! — мягкий смешок. — Я рассказал вам достаточно о себе и о своих родственниках. Пришло ваше время утолить моё любопытство. Как поживает современная Магическая Британия? Старина Дамблдор всё ещё покоряет вершину Министерства?       Гермиона знала лишь одну Андромеду Блэк. Сейчас она была женой Теда Тонкса и матерью Нимфадоры. Регулус сказал, что миссис Тонкс его кузина. Мог ли быть у Сириуса младший брат? Или какой-нибудь кузен со стороны отца? Приятная беседа с портретом погибшего юноши, замурованного в импровизированное убежище, вдали от остальных портретов Блэков, наводило Гермиону на неприятные размышления. Зачем бы Сириусу понадобилось прятать своего предположительного кузена? Она не знала. Ей срочно нужно было найти истоки и разобраться с этим клубком тайн.       — Вам предстоит узнать много нового, мистер Блэк, — начала Гермиона, устраиваясь поудобнее в кресле. Наверное, со стороны они выглядели странно: девушка, сидящая напротив диковинного живого портрета и парень с горящими от счастья глазами, блестящими в полусвете пламени свечи. Кричер в их беседе был сторонним наблюдателем, хранителем их общей тайны. — Но взамен я хочу стать хранительницей ваших знаний. Я хочу знать всё, что вы мне позволите изучить, Регулус.       И тогда Регулус заметил в ней схожую манеру поведения, так напоминающую ему молодого Сириуса. Самоуверенного и дерзкого. Будь он проклят, если Гермиона Грейнджер не окажется предначертанной Мерлином парой Сириусу.       — По рукам. Зови меня Регулусом. Отбросим в сторону пустые светские вежливости и перейдём на «ты», Гермиона.

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

      Дом Сириуса с трудом поддавался вмешательству миссис Уизли, но дело, несмотря на это, стремительно шло. Многолетняя пыль исчезала, грязь превращалась в чистоту, заполняющую собой всё окружающее пространство. Гермионе начинало даже нравиться избавлять семейное гнездо Блэков от ужасных тёмных артефактов, случайных неприятных гостей (боггарты, пикси, пауки) — эта повседневная рутина очень «вдохновляла» не только близнецов Уизли. Хотя Фреда и Джорджа едва ли интересовало что-то, кроме будущего открытия магазина шалостей и возможного ассортимента товаров. Рон и Гарри и вовсе стремились поскорее избавиться от общества «избавитель зла» дома на площади Гриммо. Приближались дни слушания Гарри. Важные для всех них.       Но также не стоило забывать о Хогвартсе. В скором времени совы должны были принести письма из школы со списком новых учебников и напоминанием о начале учебного года. Так и случилось. Совы, будто бы заранее зная об успехе защиты профессора Дамблдора, на радостях принесли быстрее положенного письма гостившим подросткам в последний день каникул и не попросили угощения. Несмотря на приятные умиротворенные дни в круговороте событий были и свои минусы: обязанности старосты школы несколько мешали дальнейшему продвижению исследования Гермионы. Вечерние встречи с Регулусом, конечно, помогали двигаться делу с мёртвой точки. Но тайны Блэков всё равно оставались под невидимой вуалью, окутанной семью печатями и не многословностью единственного, оставшегося в более-менее здравой памяти портрета семейства благороднейшего рода.       Джинни начинала замечать неладное в поведение подруги. Гермиона была молчалива за столом, она не вступала ни с кем из присутствующих в жаркие споры. Ремус Люпин – частый собеседник Гермионы – долгое время оставался без пищи для размышлений. Мальчишки, занятые своими мечтами и планами, не осознавали происходящего странного происшествия в жизни Грейнджер. Взрослые, увлечённые светскими беседами, легко посмеиваясь, погружались в приятные воспоминания и размышления. Только Сириус прожигал её глазами, присматриваясь к ней, как коршун присматривается к своей жертве.       — Гермиона, — Джинни слегка тряхнула её за плечо, возвращая в реальность. Гермиона сконфуженно выдавила из себя полуулыбку, оглядывая собравшихся за столом.       — Простите, я что-то не очень хорошо себя чувствую.       Девушка убрала в сторону столовые предметы, качнула головой и поднялась изо стола на нетвёрдых ногах.       — Конечно, дорогая, отдохни, — миссис Уизли в лёгком беспокойстве сжала губы в тонкую линию. — Беспокойство перед началом нового учебного года совершенно нормально. Наберись сил, милая, тебе они понадобятся в вашем с Роном деле. Я так горжусь вами обоими.       — Гермиона, возможно, мальчикам стоит тебя проводить? Ты неважно выглядишь, — добродушный голос Люпина вселял в Гермиону надежду на то, что она сможет без серьёзных потерь добраться до их уголка с Регулусом и Кричером.       Регулус Арктурус Блэк был самым строгим учителем из всех, кого Гермиона знала лично. Блэк нисколько не щадил её. В начале их занятий он обычно устраивал небольшую пробежку по учебной программе, а после начинал с повторения усвоенного материала прежде, чем преподнести что-то новое. Задача Гермионы заключалась в следующем: она успешно запоминала весь объём информации, выдаваемой Блэком и делилась новостями из внешнего мира, историями их приключений с мальчиками. Регулус всегда с восторгом слушал о сумасшедших круизах Золотого трио и иногда задавал провокационные вопросы. Особенно его удивила история освобождения Сириуса, он тогда долго смеялся и требовал Гермиону рассказать ещё раз «эту замечательную сказку для наивных маленьких волшебников».       — О, нет, нет! Не стоит, мистер Люпин. Меня проводит Джинни. Всё хорошо, — она не верила себе. Ложь обожгла губы, искажая лицо Гермионы хитрой ухмылкой.       Никто бы не стал осуждать, если бы знал правду. К сожалению, секретам свойственно раскрываться в последнюю очередь. Тайны связали алыми лентами руки Гермионы. Она дала обещание, почти что клятву своему новому замкнутому другу. Гермиона Грейнджер была бы не собой, если бы так просто нарушила клятву, положившую начало их странной взаимовыгодной дружбы с Регулусом Блэком. Конечно, Гарри и Рон обязаны были узнать о портрете, дающим от скуки личные уроки их подруге. Гермиона не хотела так скоро расставаться со своим маленьким секретом, со своим исследованием родового древа Блэков, что только стало приносить плоды. Нити от имени Сириуса крепко сплетались с Регулусом. Они были братьями и детьми Ориона и Вальбурги (той сумасшедшей женщины, которая никак не могла принять реальность).       Уроки под руководством Блэка-младшего походили на игру. Гермиона знала правду, но не спешила раскрывать все карты, Регулус в свою очередь продолжал делать вид, будто бы ничего не происходило.       — Гермиона, у тебя подозрительно счастливо горят глаза. Ты что-то нашла? Скажи мне. Я никому не расскажу, — Джин сощурилась. — Это Крам? Он приглашает тебя на свидание? Ваши отношения продолжаются?       — Нет, Джин. Это вовсе не Виктор. Мы друзья. Я расскажу тебе, как только узнаю всё необходимое для моего исследования. Ты не поверишь, что я нашла! Вернее, кого! Этот дом просто восхитительный! — на одном дыхании затараторила Гермиона.       — Хорошо. Я прикрою тебя, мисс зазнайка. Но при одном условии. Ты потом всё-всё мне расскажешь, — Джинни дождалась кивка до того, как стиснула Грейнджер в медвежьих объятиях. — Годрик! Будь осторожна, Гермиона.       — Спасибо, Джинни. Ты самая замечательная подруга.       Девочки ещё несколько секунд прижимались к друг другу, не желая прощаться. Гермиона отстранилась первой, с сожалением покачав головой. Джинни ободряюще кивнула, на прощание сжав руку подруги. Кричер молча наблюдал представшую перед ними трогательную сцену. Хозяин Сириус в отдалении внимательно наблюдал за будущей хозяйкой. Домовик не сказал ни слова, опасаясь получить нагоняй от хмурого господина.       Не могло не радовать одно: всё шло по плану мастера Регулуса.

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

      — Гермиона? Привет. Я ждал тебя, кажется, целую вечность. Не поверишь, мне стало ужасно скучно считать пыль и грязь в комнате. Из окошка моей темницы мало что можно заметить, если не обладать сверхчутьём, — Регулус с нескрываемым нетерпением встретил долгожданную гостью. Сегодня Гермиона была облачена в проклятые магловские синие джинсы (у них с Сириусом явно схожая любовь к магловской моде), забавную розовую кофту на замке, из-под которой выглядывала обычная, слегка укороченная белая футболка. Такие футболки часто носила Марлин, не пренебрегая вниманием посторонних. Марли мало волновало мнение окружающих. Гермиона Грейнджер не была из числа смелых и самоуверенных волшебниц, которых ему доводилось встретить до своей смерти. Ответ был проще некуда: Гермионе просто-напросто было удобно так ходить, и Блэк не мог упрекать её в этом. — Как ты? Как прошёл день? Мальчики снова играли в магические шахматы или вы занимались чем-то поинтереснее?       Гермиона опустилась в привычное кресло, убирая за пояс джинс волшебную палочку. Она кивнула, прерывая расспросы друга. Кричер с хлопком появился около неё; пламя свечи осветило через секунду помещение и заинтересованное выражение лица юноши.       — Привет, Регулус. Всё хорошо. Мальчики пакуют чемоданы. Завтра мы уезжаем в Хогвартс, — девушка вздохнула и откинулась на спинку кресла. — Мне очень жаль, но похоже, что это наша последняя встреча. Я не знаю, приеду ли ещё раз на площадь Гриммо, буду ли здесь снова гостить. К сожалению, мало что сейчас зависит от меня. Я переживаю за Гарри. Для него окончание каникул удар ниже пояса. Сириус для него единственный близкий человек. Мы с Роном не стоим на одной ступени вместе с Сириусом.       — Гермиона... Вы с Роном стали семьей для Гарри. Как ты можешь так говорить? Не только Сириус занимает важную ступень в жизни Гарри. Не стоит забывать, сколько вы сделали для него. Иногда мне кажется, что ты совсем не придаёшь значение своим действиям и поступкам. Ты настоящий друг, которого хотел бы иметь каждый, — ответил Регулус не терпящим возражения тоном. — Гарри Поттер был бы глупцом, если бы когда-нибудь обидел тебя. Потерять такого верного друга – настоящая глупость.       — Регулус.       — Нет. Гермиона, послушай меня, Гарри дорожит вами обоими в равной степени, — он не собирался отступать.       Гермиона не позволила ему договорить:       — Это не имеет сейчас значения. Волан-де-морт собирает армию. Он хочет убить Гарри, захватить власть в Магической Британии и уничтожить Орден Феникса. Я хочу знать правду, Регулус. Я могу доверять тебе?       Регулус заходил туда-сюда в рамках своей картины, сцепив руки за спиной. Он казался оскорблённым подобным вопросом.       — Я никогда не предам тебя, Гермиона. Да и было кому предавать! Кричер не посмеет меня ослушаться. Ты мой единственный живой собеседник, кроме довольного слуги, который с радостью выполняет любую мою глупую прихоть.       — Ты солгал мне, Регулус, — Гермиона не знала пощады. Желваки на лице Регулуса заходили, он выпрямился и сжал руки. Она заставила себя говорить, глядя в глаза напротив, в которых бушевал шторм. — Ты строишь какие-то планы на меня и Сириуса. Я хочу знать правду. Только тогда я смогу доверять тебе по-настоящему, не боясь, что ты предашь меня в неожиданный момент.       — Ты знаешь легенду о предначертанных парах Мерлином и Морганом? — Блэк-младший подождал уверенного «да» и продолжил. — У меня есть некоторая теория о том, что метки появляются после того, как у кого-то из пары случается стихийный выброс магии. По узорам татуировки можно понять, кто твоя предначертанная. Чаще всего узор метки сияет вблизи своего партнёра, как бы проводя красную нить судьбы. Мне не хочется тебя огорчать, но похоже, что ты и мой брат являетесь соулмейтами. Я не мог сказать тебе об этом сразу. Я не был окончательно уверен в этом, но... после некоторых обстоятельств я могу быть уверен в подтверждении своего опасения и теории. Незадолго до моей кончины мне и самому удалось стать счастливчиком и отыскать свою пару. Я знаю это по собственной шкуре. В тебе поёт ваша общая магия, вы не можете жить друг без друга. Никто не ожидал подобного исхода событий. Подумать только! Мальчишка, последователь Тёмного лорда и девушка на стороне Ордена, готовая биться до последнего. Увы, нам с Марлин не удалось прожить счастливую жизнь.       — Нет, Регулус, это какая-то ошибка, — Гермиона вскочила на ноги. — Это не смешно. Я и Сириус Блэк?! Это дурацкий розыгрыш! Знаешь, Регулус, я была лучшего мнения о тебе. Я готова поверить в твою историю с парой, но в то, что мне предначертано стать истинной твоего старшего брата... Нет. Нет-нет-нет. Мне нужно в библиотеку! Забудь обо всём, что я говорила.       — Гермиона! Выслушай меня, это не в радость и Сириусу. Он отказывается со мной разговаривать, он игнорирует меня, чёрт возьми. Я всего лишь пытаюсь вам помочь, пока не стало слишком поздно. Вы можете остаться до конца своих дней несчастны. Вы никогда не сможете стать счастливыми, будучи в отношениях с другими, — негодующе воскликнул Регулус. — Гермиона, остановись. Послушай меня!       — Спасибо, Регулус, за твою бесценную помощь! — колюче ответила она и хлопнула дверью.       Кричер взял догорающую свечу в другую костлявую руку и подошёл к портрету хозяину. Тот взмахнул рукой и огорчённо покачал головой.

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

      Библиотека Блэков завораживала огромными шкафами, возвышавшимися вплоть до самого потолка; чьи полки были аккуратно и педантично заполнены высокой литературой по порядку: от малоизвестного автора до мировой магической знаменитости. Библиотеку таинственно освещал блёклый свет старинных ламп. Гермиона, обложившись горой книг, разместилась на софе. Она вытянула ноги и достала из высоченной стопки древний фолиант. Обложка у него была ветхая, потрёпанная каким-то постоянным читателем, тёмно-синяя, на которой расположились гордые, золотые, витиеватые буквы-инициалы Д. П. «Истоки истинных пар».       — Вот она, разгадка! — с благоговением прошептала Гермиона и погрузилась в чтение.       Оглавление было... стандартным. Правда, что некоторые страницы слиплись друг с другом и никак не хотели разъединяться. Мадам Пинс бы убила такого некомпетентного и безответственного читателя за такое бестактное, жестокое отношение к книгам. Но эта ничтожная проблема по сравнению с тем, о чем повествовала автор исследования, Димитра Призентис казалась Грейнджер нелепицей:

Вероятно, вы ищете ответы на мучавшие Вас вопросы: «Откуда возникла связь между парами, предназначенными самим Мерлином?», «Можно ли как-то избавиться от этого клейма, которым пометила Вас магия?», «Кто такие эти истинные пары, именуемые другими словами соулмейтами?» и т. д. Я готова дать Вам, мой читатель, ответы на все вопросы. Мне стоит сразу разрушить Ваш самообман по поводу избавления от магических чернил: спасения нет. Метка рано или поздно проявит себя в независимости от Ваших желаний и целей. К слову, стоит отметить, что Магия сама выбирает узор для каждой пары. У кого-то могут быть птицы, у кого-то слова, у кого-то же невиданной красоты скандинавские рисунки. Поэтому не удивляйтесь, если однажды Вы проснётесь с узором нарциссов или лилий. Метка появляется в результате какого-то неприятного происшествия, которое случается с одним из партнёров. Это может быть как выбросом стихийной магии, так и смертельной опасностью, угрожающей партнёру. Магия таким образом даёт Вам первый урок. И лучше бы Вам послушаться и выучить его. Вы, наверное, думаете, что метку можно неведомым образом скрыть, стереть рисунок. Но только Магия не позволит этого сделать. От этих иссиня-чёрных чернил невозможно избавиться. Они появятся на любом участке Вашей кожи и усеют её венцами Вашего будущего символа любви.

      Гермиона вздохнула и перелистнула страницу, пробегаясь глазами по тексту.

Метка будет вынуждать Вас быть ближе к своей паре, защищать её, оберегать от всех бед, ведь иначе Вы можете лишиться такого чувства, как счастье. Вы будете сначала ощущать смутно знакомое тепло и восторг, но потом со временем это приятное чувство просто-напросто исчезнет из Вашей жизни. Вы никогда не сможете быть счастливы ни с другим партнёром (Магия никогда не прощает ошибок), ни с близким окружением. Вам лучше стоит вопреки всему держаться вместе, ибо так решила сама Магия. Это покажется Вам глупостью. Как магия может что-то решать, если Вы её подчиняете себе? Всё не так просто. Магия сначала ластится к нашим ногам, как довольный кот, а потом бросает нас в пучину страданий. Всё происходящее с Вами плата за оказанные труды. И Вы обязаны отплатить полным поминовением и прежней жизнью. Другого выбора нет.

      Следующая страница была грубо выдернута, от неё остались отрезанные из общей картины буквы, врезающиеся в друг друга.

Связь между истинными парами может ощущаться как лёгкая щекотка, ласковое прикосновение, дуновение тёплого ветра из открытого окна. Конечно, Ваши мысли останутся при себе, но чувствовать друг друга Вы будете постоянно. Вы будете точно знать, что Ваш соулмейт стоит на кухне и пьёт кофе. Вы даже будете читать его эмоции как открытую книгу. Вы станете ближе друг к другу, как никогда не были раньше. Настоящим кощунством было бы разрушить такой идеальный механизм. Если Вы задумали совершить непоправимое, то подумайте о последствиях трижды. Вы можете потерять не только счастье и покой, но и близкого человека, свою любовь.

      Слова Димитры орудовали, не зная пощады. Как можно было так писать и рассуждать о том, что казалось за гранью возможного? Гермиона со вздохом захлопнула книгу и нервно закачала головой.       — Нет, — слова застряли у неё в горле, вырывая невнятное блеяние. Она могла забыть о Викторе Краме и других мальчишках. Отношений с кем-то, помимо Сириуса Блэка, у неё больше не могло быть. Магия загнала Гермиону в капкан, из которого нельзя было выбраться. — Нет-нет-нет!       За неё решила Магия. Ни родители, ни друзья. А чёртова Магия, которая не прощала трусливого побега и попытку разорвать связь. Похоже, что Сириус уже был наделён «символом венца любви». Как ей теперь смотреть в глаза Гарри и Рону?       — Нет!!! — исследования Димитры Призентис выскользнули из ослабевших, дрожащих пальцев. Гермиона завыла раненым волком и свернулась клубком на софе. Она протяжно всхлипнула себе в ладонь, не смея разрушить мёртвую, некогда безмятежную тишину хоть одним надрывным всхлипом.       Что будет дальше? Что ей делать?       Если появится метка, то... то...       То что? Она останется прежней, невыносимой всезнайкой Гермионой Грейнджер, мудрой волшебницей или превратится в жалкое подобие прошлой себя? Гермиона едва узнавала себя. Она так яростно защищала права домовых эльфов, не подозревая о том, что когда-то станет одной из них.       Гермиона должна была решать не только за себя, но и за Сириуса. Потому что он решил сделать так, как было бы лучше для неё.       Регулус был прав, и от этого ей было невыносимо.

⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

      — Как думаешь, Гермиона, это платье можно будет надеть в Хогсмид? — Джинни крутилась перед подругой, прижимая к груди чёрное, короткое платье на бретельках. Уизли улыбалась, насмешливо играя бровями.       — Ты собралась сразить весь Слизерин своей красотой? Боюсь, что после выхода в этом Дину придется отбиваться от твоих новых поклонников, — Гермиона легко улыбнулась, обнимая Джинни сзади. — Будем ли мы такими же беззаботными и счастливыми, когда начнётся война?       В отражении зеркала на них смотрели две девушки. Одна была заразительно улыбчива, а другая неспокойна. Эти девушки были прекрасны и отдалённо похожи друг на друга, несмотря на разные характеры и внешность. Джинни с её медной копной сейчас ничем не отличалась от Гермионы. Со стороны они казались сёстрами, а не близкими подругами.       — Я не знаю, милая, но мы постараемся. Ты же знаешь, что Орден сделает всё возможное, чтобы не допустить войны? Поэтому нам пока что остаётся быть глупыми и наивными подростками. А что делают обычные подростки, мисс Грейнджер? — строго спросила Джин, сдерживая рвущийся мягкий смех. — Веселятся, Гермиона.       — О да! Конечно, — она закатила глаза под заливистый смех невыносимой-Джинни-Уизли. — С мальчиками не так просто веселиться. Я волнуюсь, Джинни, Гарри снова снятся кошмары.       Джинни упрямо отрезала:       — Гермиона, эй, слышишь, всё хорошо? Мы справимся. Ты и я. Гарри ничего не угрожает. В дом Сириуса не сунется ни один здравомыслящий Пожиратель Смерти, не то что Волан-де-морт!       — Девочки, мы опаздываем на поезд! — послышался внизу нетерпеливый голос миссис Уизли.       Гермиона одобряюще улыбнулась Джинни краешком губ и вышла из гостевой, ставшей родной комнаты, унося следом не только потрёпанный, украшенный глупыми наклейками и стикерами чемодан, но и своё измученное сердце. Она застыла на несколько мгновений в коридоре, с сомнением оглядываясь по сторонам. Может быть, стоит проведать Регулуса и извиниться? Он не был виноват в том, что магия вдруг решила соединить жизни Гермионы и Сириуса красными нитями. Никто не был виноват в этом.       — Вы что, собрались с собой увезти Клювокрыла? — раздались недовольные голоса Фреда и Джорджа.       Гермионе оставалось забрать Живоглота, который так не вовремя решил устроить прощальную прогулку по коридорам дома Сириуса. В основном Гермиона видела Живоглота, разгуливающего недалеко от комнаты Сириуса, будто бы там было его новое убежище. Её своенравный кот как некстати выбрал себе любимца, с которым его хозяйке не очень-то хотелось пересекаться.       — Глотик! Эй, кс-кс-кс! — шёпотом позвала кота девушка. Но тот не отозвался. — Глотик, нам пора возвращаться в Хогвартс! Глотик!       — Мерлин раздери! Гермиона! Джинни! — прокричал Рон.       — Иногда девочки секретничают, Рон, — со знанием дела сказала Нимфадора Тонкс, вызвавшаяся проводить гостей Блэк-хауса. — Будь добр, прояви терпение.       — Но не так же долго. Да и о чём можно секретничать? О новой укладке сезона в «Спелле»? — раздражённо возразил Рон.       — Сейчас! Секунду! Я не могу найти Глотика, — отозвалась Гермиона.       — Он внизу, Гермиона, — прервал её твёрдый голос Сириуса Блэка.       Прости, Регулус.       Гермиона застыла ровно на минуту и быстро засеменила вниз, прерываясь на несколько секунд, чтобы осторожно спустить чемодан по деревянным ступеням; его колёсики уже были старые и грозились сломаться при неосторожном съезде по лестнице. Мама говорила ей купить новый ещё месяц назад, но Гермиона отмахивалась от поездки в магазин всеми возможными способами, будь то изучение нового заклинания или чтение списка литературы, присланного на лето из Хогвартса. Стоило ещё тогда послушаться маму, но Гермиона Грейнджер не была бы собой, если бы не подумала о какой-то существенной нужной мелочи в последний момент.       Она не думала позвать Кричера. Да и бросился ли сварливый домовик помогать маглорождённой волшебнице, которую втайне ненавидел? Навряд ли. Приходилось руководствоваться собственными силами, молясь не слететь со ступень в обнимку с чемоданом.       — Гермиона, тебе нужна помощь? — обеспокоенно спросил Гарри, когда она пересекла половину лестницы и показалась ожидающему её семейству Уизли, Тонкс и Сириусу.       — Нет, всё в порядке, — пропыхтела Гермиона. — Я справлюсь.       Я справлюсь. Как она часто это повторяла. Гермиона говорила это не только себе, но и Рону, Гарри, родителям, Джинни. Мы справимся. Разве можно справиться, держа у себя за спиной открытый ящик Пандоры, из которого так и сочились все беды и несчастья, грозившиеся в скором времени упасть им всем на головы.       — Гермиона, — Гарри неодобрительно цокнул и взбежал по ступеням под цепким прицелом серых глаз. — Дай сюда. Мне бы не хотелось ехать в одном купе с лепёшкой.       — Ты как всегда добр, Гарри, — беззлобно укольнула та, спускаясь вместе с другом. Они переглянулись между собой, играя в гляделки, стоило им пересечь последнюю ступеньку и оказаться на прочных досках.       — Ваш багаж, мисс Грейнджер, — Гарри протянул ей ручку чемоданчика.       — Благодарю, мистер Поттер, сегодня вы спасли жизнь одного несчастного человека, — фыркнула Гермиона в ответ, сжимая ручку чемодана в вспотевшей ладони. Она обернулась к остальным и вежливо добавила: — Прощу прощения, нам с Джинни очень жаль. Мы не хотели вас задерживать надолго.       — Конечно, мы прощаем вам попытку похищения Клювокрыла, девочки, — важно поддакнули близнецы Уизли.       — Гермиона, как ты могла забыть про Живоглота? Мне пришлось принести его мягкую клетку и накормить это злобное животное, — сделал страшные глаза Рональд.       — Перестань, Рон, — ответила Гермиона перед тем, как подошла к Блэку, держащему на руках огромный, мурлычущий, рыжий комок шерсти. — Спасибо, мистер Блэк!       Живоглот поначалу не очень хотел расставаться с Сириусом. Он вцепился в пиджак его костюма когтями и жалобно мяукнул, как будто бы страшно обиделся. Однако это не помешало мужчине оторвать Живоглота от себя и передать хозяйке. Гермиона взяла кота на руки, погладила его по вздыбившейся шерсти и немедля запихнула в сумку, отрезав Глотику пути отступления к своему новому любимцу и свободе.       Их пальцы соприкоснулись на секунду, может быть, две. Только это не помешало почувствовать то, о чём писала Димитра Призентис: лёгкое прикосновение подушечек пальцев ударило током и вспышка лизнула кончик её пальца, будто бы успокаивая. Гермиона отшатнулась, Глотик зло мяукнул, потревоженный толчком острого девичьего локтя.       Что-то в ней глубоко внутри пошатнулось.       Соулмейты. Истинные пары. Предназначенные друг друг самим Мерлином.       Гермиона и Сириус.       Сириус не ответил. Неловкое молчание затянулось на несколько минут-вечностей, пока Тонкс смущённо не прокашлялась:       — Ребята, не хочу вас отвлекать. Но Хогвартс-экспресс вот-вот отбудет.       Гермиона не позволила себе держать ящик Пандоры слишком долго открытым. Она захлопнула его, отвернувшись от Сириуса.