Под звездой Клио

            Волосы Марли напоминают ему пшеницу.       Регулус с наслаждением зарылся в золотые, короткие волосы, достающие Марлин до ключиц. Она распускала их специально для него, слегка взъерошивая копну перед тем, как позволить ему раствориться в запахе мятной жвачки (дурацкой магловской жевательной конфеты), чернил и ненавязчивом аромате корицы, сладких духов Маккинон. Никто бы из его друзей не поверил представшей перед ними картине и попросил бы злого шутника под Оборотным зельем немедленно извиниться перед их «лучшим» другом. Об его маленьком секрете знали только Пандора и Северус. С другими было опасно делиться подобной ценной информацией. Близкий круг Регулуса не должен был знать о всех его скелетах в шкафу, пусть даже если некоторые из них обладали удивительной привлекательностью и прятали за рукавом школьной мантии метку «венца любви». Может быть, поэтому они, представители чистокровных семей и в другой, параллельной реальности потенциальные жених и невеста, прятались ото всех на поле для квиддича. Это было хорошее алиби для них обоих. Регулус Блэк выплёскивал весь свой стресс в виртуозном полёте на метле, Марлин же любила прогуляться до ужина и «уединится со своими бренными мыслями».       Марлин Маккинон была ужасной лгуньей. Она оставалась с ним, а не с собственными размышлениями. Несмотря ни на что, Регулус любил её больше жизни, любил так, как путник обожает переливающуюся в солнечных лучах, чистую воду из оазиса.       Мерлин смеялся над ним. Сначала Марлин гуляла за ручку с его старшим братом, заливисто хохотала и страстно целовала Сириуса в любой, казалось бы, неподходящий момент. Маккинон буквально жила своими чувствами, она полностью отдавалась своему партнёру и новым ощущениям. Как Регулус смог заслужить такую оторву, невыносимо похожую на Сириуса, было известно одним богам. Ему бы подошёл кто-нибудь такой же, как Пандора... нежность, доброта, забота и внимательность – вот чего младшему-Блэку действительно страшно не хватало в последнее время. Впрочем, как и свободы. У Марли была своя, своеобразная свобода, перетекающая в ленивую заботу: ей легче было стереть подушечкой большого пальца красную помаду с губ парня, чем печься о галстуке набекрень или о том, поел ли он сегодня с утра. Для этой роли существовала Дора Диксон, которую время от времени сменял хмурый и вечно мрачный Северус Снейп.       — У тебя всё хорошо, Реджи? — она любила дразнить его и сокращать грациозное, грозное имя «Регулус» до мягкого и нежного «Реджи».       Он усмехнулся, зажмурившись, как довольный кот.       — Чудесно. Я так скучал по твоим тонким, острым и ужасно неудобным коленям. Поверь мне на слово, Марли, они куда лучше деревянных парт. Как ты? Ты так и не сказала мне ни слова о моем несносном старшем братце. Что на этот раз придумал Сириус-Бродяга-Блэк?       Девушка замолчала, прикусив алые губы и со вздохом сказала, обрушив на Регулуса восемь жестоких слов, срывающихся из дрогнувшей улыбки, пригвоздивших его намертво к ногам возлюбленной:       — Сириус идёт в Аврорат вместе с Джеймсом Поттером.       — Зачем? Это ему предложил Дамблдор? — Регулус приподнялся на локтях, зло ухмыльнувшись. — Конечно! Самое время геройствовать. Пора спасать мир от Тёмного Лорда и от его гнусных приспешников. Или это Поттер решил покрасоваться перед Эванс? Придурки! Поттер как всегда стремится затащить моего брата в любую авантюру, из которой можно будет выбраться благодаря невиданным навыкам и связям, которых у Сириуса нет.       — Реджи, брось. Сириус справится. Он хитрее и умнее, чем тебе кажется. Ты думаешь, что он настолько глуп и наивен, чтобы поддаться прихотям своего друга, идя на поводу у чёртовой амбиции? Нет, это был бы не тот Сириус Блэк, которого я знаю с первого курса.       Сириус справится.       Если бы Марли была способна видеть происходящее в его доме сейчас, то вряд ли бы повторила свои слова, брошенные перед тем, как они оба погибли в промежутке нескольких месяцев (так думал Регулус, руководствуясь немногословным рассказом брата). Сириус изменился. Сильно изменился и довольно резко. От дерзкого и нахального семнадцатилетнего юноши, которого Регулус вспоминал с теплом, не осталось и следа. Ему на смену пришёл сломанный мужчина, потерявший всё. Мужчина, который мало походил на прежнего себя. Кричер боялся нового Сириуса. Он был куда хуже их покойной матушки. Сириус больше не считался с мнением домового эльфа и позволял себе срываться на нем. Регулусу казалось, что одиночество оказывало на Сириуса пагубное влияние. Ему будто бы не хватало тепла и понимания, поддержки и ласки. Задорный Сириус Блэк превратился в Бродягу, грозного и рычащего пса, отвергающего и кусающего любую протянутую руку.       — Мастер Регулус, — Кричер появился с хлопком перед портретом, склонившись в полупоклоне перед мёртвым господином. — Хозяин Сириус в гневе. Кричер пытался его остановить, но хозяин грозился отрубить голову Кричера и повесить к священным головам остальных домовиков.       — Достаточно, Кричер. Спасибо, что предупредил. Ступай, — Регулус почтительно склонил голову, оторвавшись от тягостных воспоминаний и размышлений.       — Хозяин Регулус.       — Ступай, Кричер. Я вполне способен разобраться с истерикой своего старшего брата. Сириус едва ли способен будет сделать мне что-то. Бутылка Огневиски не такое страшное оружие, как ты думаешь, приятель. Сириус никогда не посмеет сжечь мой портрет. Он одинок и ему необходим собеседник, который способен анализировать и логически мыслить, — заверил Регулус, скучающе скрестив руки на груди. — Мальчишка Поттеров вряд ли способен здраво оценить своего крёстного.       — Да, хозяин Регулус. Вы правы, — с жаром подтвердил домовой эльф.       — Продолжай наблюдать за мисс Грейнджер. Её самочувствие в любой момент может ухудшиться. Метка может застать нас всех врасплох. Мы должны быть готовы к этому.       Кричер серьёзно кивнул и растворился в воздухе через долю секунды, явно собираясь тщательно выполнять поручение любимого мастера. Это позволило на какое-то время взять Регулусу передышку, сбросить груз ответственности за чужие жизни. Он так хотел, чтобы Сириус снова был счастлив. Так хотел, чтобы Сириус сел уверенно в кресло перед ним и захохотал во весь голос, рассказывая о новых приключениях, которые он совершил вместе со своим крестником. Гермиона Грейнджер была ключом к этой идеальной картинке. Она бы стояла за спиной Сириуса, гордо выпрямившись и держа руку у него плече, совсем как их мать. Гермиона бы вытащила Сириуса из кошмара.       Передышка не продлилась слишком долго. Сириус влетел в комнату, громко хлопнув дверью, пронесся вихрем мимо Регулуса и опустился в кресло, закинув ногу на ногу. Вид у него был неважный: тёмные круги под глазами сильно выделялись на лице старшего братца, невольно подчёркивая его скулы и бороздившие от холодной ярости желваки. Худоба нисколько не красила некогда румяное и солнечное лицо. Регулус болезненно сморщился при виде брата. Сириус держал в одной руке бутылку Огневиски, вторая была спрятана в кармане классических брюк (костюма, доставшегося ему от отца). Сходство было явное: Сириус был второй копией их дражайшего, доброго отца Ориона. Но он отнюдь не замечал очевидные внешние сходства с отцом. Гораздо важнее для нынешнего лорда Блэка был Огневиски и болото боли, из которого он не мог выбраться.       — Привет, Реджи. Как поживает гордость нашей семьи? Успел наябедничать на меня домовику? — развязно поинтересовался Блэк-старший, сделав глоток обжигающей жидкости.       — Здравствуй, Сириус, — он успешно проигнорировал каверзные вопросы.       — «Здравствуй, Сириус»? Серьёзно? Это единственное, что ты мне скажешь? Никаких нотаций и моралей? Что с тобой, Рег? Неужели у оживших портретов бывает белая горячка? — съязвил Сириус, горько рассмеявшись. — Хочешь я тебя обрадую, воображала Рег? Хочешь? А? Твоя теория оказалась верной. Мне стоило всего лишь протянуть ей вилку, чёрт возьми, дотронуться до неё кончиками пальцев – и на моём левом предплечье появился удивительный рисунок. Так даже идеально ровно маглы не бьют татуировки.       — Сириус, в этом не виноваты моя теория и мои предположения. Если ты читал исследования Димитры Призентис, то ты понимаешь, что появление метки не зависит от кого-либо. Она рано или поздно проявилась бы. Тебе повезло, что ты узнал об этом раньше Гермионы, — парировал Регулус.       — Она ребёнок, Регулус! Она подросток, жизнь которого только началась. Я не собираюсь лишать её выбора. Наша библиотека куда приятнее моей компании. Как ты думаешь, Рег, смогла бы Гермиона смотреть на меня без презрения? Я думаю, что нет. Я всегда был для Гермионы воплощением зла. Знаешь, что ещё хуже? Я и метка рушим все её маленькие планы. Это неприятно и больно для маленькой девочки-подростка, — взревел Сириус. — Даже наша матушка так не мучила меня, как это делает проклятая метка. Смотри, раз так печёшься об этом!       Сириус скинул пиджак с дрожащих плеч и закатал рукав белоснежной рубашки, обнажая левую руку. Замысловатый узор в виде раскрытого плода граната, в котором расположилась нагая девушка, свернувшаяся в клубок; из граната выглядывали кудрявая копна волос удивительно красивой незнакомки и маленькие девичьи стопы, обвил его предплечье. Магия словно издевалась над ними, как и спелые гранатины, соблазнительно мерцающие в трепещущем пламени свечи.       Символ брака.       Регулус удержал на лице холодную маску спокойствия, будто бы участь Гермионы Грейнджер его нисколько не трогала.       — Ты ничего не можешь сделать против воли Магии. Как бы это не было печально, но ты должен принять это как должное, Сириус. Всё остальное уже давно осталось в прошлом.       — Неужели? Я беглый преступник, Рег. Меня считают одним из слуг твоего обожаемого Лорда Волан-де-морта. Ты думаешь, что Гермиона Грейнджер, юное дарование и воплощение справедливости, посчитает иначе?! — Сириус со злостью швырнул бутылку Огневиски в стену. Обои с золотистым клубком змей и бутонов роз мгновенно пропитались ядрёной жидкостью; осколки разлетелись по комнате, оставив под портретом младшего Блэка ошмётки стекла. — Кто я по сравнению с ней? Жалкий трус, лжец, призрак своего рода и дома, слетевший с катушек старик! Я не могу уберечь даже Гарри от опасности. Я не смогу уберечь и её.       — Сириус, ты гораздо больше, чем этот набор букв и статусов, — Регулус сцепил руки на груди и вскинул подбородок, глядя на застывшую перед ним сгорбленную фигуру. — Ты – достойное продолжение нашего рода. Ты всегда был намного лучше меня в этом плане. Я никогда бы не смог заменить тебя, как бы не старался. Отец был бы настоящим глупцом, если бы поддался уговорам матушки и сделал бы меня наследником рода. Я всегда хотел быть похожим на тебя, Сириус. Я всегда хотел быть таким же громким, харизматичным и обаятельным как ты, но я просто мерк на твоём фоне. Ты бы видел, какими взглядами тебя провожали! Гордый и ядовитый Сириус Орион Блэк III. Ты истинный Блэк, Сириус. Никогда не забывай об этом. Ты заслуживаешь Гарри и Гермиону Грейнджер. Я так горжусь тобой, брат. Пожалуйста, не потеряй свой шанс. Не повторяй моих ошибок.       — Мне так жаль, — выдавил из себя Сириус, опускаясь на подлокотник кресла. — Я был несправедлив к тебе, братишка. Я так ужасно виноват. Я всё испортил. Из-за меня ты пошёл на поводу у матери. Из-за меня отец захворал и умер. Из-за меня маман сошла с ума. Из-за меня дядюшку Альфарда выжгли из семейного древа. Прости меня, Реджи. Прости.       — В этом нет твоей вины, Сириус. Я никогда не держал на тебя обиды. Благодаря этому мерзкому стечению обстоятельств я получил Марли, нашёл свою тихую гавань и полностью утонул в чувстве всепоглощающего счастья. Пожалуйста, Сири, живи за нас двоих. Не убегай от метки и Гермионы. Не позволяй сёстрам норн плести за тебя твою судьбу, — печальная улыбка исказила маску бренного спокойствия Регулуса. — И ради Салазара сними этот дурацкий костюм благочестивого аристократа. Ты в нём похож на дедушку Арктуруса.       — Нет, только не то! — скованно засмеялся Сириус. Знакомый лающий смех согрел Регулусу сердце. — Я не хочу быть как дед Арктурус. Знаешь ли, в моих планах было сгнить в этом замке. Но… Боюсь, что тогда Гарри и Гермиона сбегут от меня, сверкая пятками.       — Это нам и вправду не нужно, — согласился юноша и притворно возмутился. — Где твоя знаменитая кожаная куртка? Ты без неё не тот Сириус Блэк, которого я знаю всю свою жизнь. Неужели ты бросил свой мотоцикл? Как ты мог бросить малыша?!       Сириус со смешком вскинул обе руки в знак капитуляции:       — Эй, тише, ковбой. Я собирался зайти за новой курткой, но, к сожалению, старик Альбус не желает отпускать меня на безобидную прогулку по магловскому Лондону. Представляешь, Рег, он всерьёз считает, что я способен улизнуть от него! Члены Ордена следят за мной как за каким-то бешеным животным.       — О нет, это страшная трагедия для твоего гардероба. Мне показалось, или твой пиджак действительно из вещей отца? Мне очень хочется верить, что ты сохранил отцовский перстень. Кричер жаловался на твою генеральную уборку и просил вразумить тебя. Да уж, до чего дожили. Сириус Блэк — гроза домовых эльфов и тёмных артефактов нашего дома, прошу тебя не оскорблять честь домового эльфа! — задорно воскликнул Регулус, поддразнивая брата.       Мужчина закатил глаза под смех брата.       — Ты ужасен, Регулус-гордость-семьи. Малыш у Хагрида. Я решил подарить его и нисколько об этом не жалею. Хагрид спас Гарри вместо меня. И я вполне доволен подобным раскладом событий. Больше меня радует то, что я познакомился с дочерью Меды. Дора такая красавица, вся в Теда. В ней есть что-то и от Андромеды. Я не перестаю видеть в ней Андромеду.       — Пожалуйста, Сириус, приведи её ко мне. Я был бы счастлив с ней познакомиться, — с улыбкой попросил Регулус. — Я буду вести себя хорошо. Обещаю не плести судьбу дочери нашей прекрасной кузины. Даю слово Блэка.       — Я подумаю, — пообещал он.       — Спасибо, Сириус. Как один из братьев норн, я клятвенно обещаю тебе самый лучший расклад на всю жизнь.       — Ты опять за своё. Скандинавская мифология? Серьёзно, Реджи? — поморщился Сириус.       — Верно. Нет-нет, постой, ты ещё не знаком со славянской мифологией. Ты многое теряешь, Сириус. Это куда интереснее, чем Травология, — со знанием дела начал Реджи. — К примеру, ты знал о мавках? Нет? Мавки – это малолетние дети...       — Ты самый нудный из братьев норн. Скорее всего, ты заблудший брат, которого они выгнали, услышав о твоих мавках. Как ещё Марлин терпела тебя?       — Не знаю... Может быть, ей нравилось как я целуюсь? Или мои ухаживания произвели на неё огромное впечатление? — задумчиво пробормотал Регулус. — К твоему сведению, Сириус, Марли никогда не жаловалась на мою болтовню.       Возможно, что роль заблудшего брата норн имела свои плюсы. К примеру, Сириус стал к нему терпимее. И если Магия так хочет соединить его брата и Гермиону Грейнджер воедино, взяв взамен прежнюю жизнь обоих, то Регулус не станет препятствовать этому. Ему очень хотелось, чтобы Сириус не переставал так счастливо улыбаться и смеяться, позабыв о приближающей Второй Магической войне и других насущных проблемах. Счастье Сириуса стоило всего на свете.