Тройка мечей

      Собственная удобная кровать! Алекс давно не спал на такой, последний раз, наверное, года четыре назад, если не больше. Большую часть времени им приходилось ночевать на полу, в машине или ещё в чём-то подобном. Первые дни, привыкший к своей мягкой кроватке Абрам грезил о том, чтобы остановиться в каком-нибудь мотеле, но мечты так и оставались мечтами: остановиться в чём-то подобном значило с огромной вероятностью засветить свои документы, а в их положении это означало смерть.       Сон прервал хлопок двери. Сразу, как голова Миллера резко поднялась с подушки, в голове мелькнула единственная и болезненно пугающие слова «Беги. Быстро» голосом матери. И почти уже сорвавшись с места, он услышал тихое шипение и «вот чёрт» от кого-то нового.       В дверном проёме стоял невысокий парень. – Привет, Алекс. – Неловко улыбнулся парень, завидев, что спящий сосед поднялся с места. – Я тебя разбудил? Прости, не хотел. Немного сложно закрыть дверь ногой тихо. – Всё нормально. Даже хорошо, проспать до вечера не входило в мои планы. – Ну вот и отлично!       В голове Абрам начал перебирать всех игроков и вспоминать, кто это мог быть. Вариантов было не так много, большинство игроков он знал наизусть со всеми их фишками и особенностями в игре. Может быть, новенький, как и он?       Протащив свой чемодан через всю комнату, парень выдохнул, смахнул рукавом пот с лица и протянул руку наверх к ещё полусонному Алексу. – Чарльз Рой! Рад знакомству. Я второкурсник, играю на позиции полузащитника.       В голове так и пролетела мысль: «Точно! Как я только забыл».       Сидящий на кровати Ал передвинулся к краю, поставил ноги на лестницу и пожал ладонь в приветствии. – Я – Алекс. Миллер. Играю на позиции защитника. Тоже... рад. – Давно в экси? – Буквально пару лет, с начала старшей школы. – Даже врать не пришлось. Три последних года не прошли даром.       Он и вправду играл только последние три года. Всё, что было задолго до этого даже вспоминать не хотелось. Ему нравилось экси, нравилась его команда, нравилось играть с родными братьями и теми, кого хотелось так называть. Он буквально мечтал жить на корте, а потом отбор всё это изменил.       Отбор испортил все планы на жизнь. Клан Морияма – естественно, не лучше, чем отец, но в детстве хотелось верить, что выжить среди них было бы проще. Хорошо играй в экси и трогать тебя не будут. Хотя, среди? Скорее, у них в руках. Родной отец пытался продать их Тетцудзи как расходный материал для команды и, если бы не мать, все трое так и стали бы их ручными зверьками. Ходили бы сейчас три близнеца в одинаковых костюмах на всех мероприятиях с единственным различием – цифры на щеках. По идее, такую цифру будет совсем скоро носить Натаниэль. Мать пыталась, но забрать его не получилось и всю жизнь он провёл бок о бок с Кевином и Рико. Хотелось соврать самому себе, что его абсолютно не интересует, как он там, но они всё ещё братья и, учитывая, что Кевин ушёл из Воронов, скорее всего, Нат поступит в Эдгара Алана и войдёт в основной состав. – «Буквально пару лет», а отзывы у Джереми о тебе были такие, будто всю жизнь. – Между делом брошенный смешок не на шутку напугал. Случайное попадание? «Случайности не случайны» вторил голос матери. Стараясь не выдать себя, Абрам мысленно прогнал планы отхода «на всякий случай», но по спине уже пробежал холодный пот. – Он меня переоценивает. Я уверен, мой уровень не настолько высок, каким он его видит. – А я уверен, что тебе стоит к нему прислушаться. Если Джереми говорит, что человек хорошо играет – значит так и есть. У него зоркий глаз на хороших игроков. – С началом тренировок посмотрим, насколько точные у него глаза.       В воздухе повисла неловкая тишина. Чарльз закончил свою мысль и ждал, скажет ли что-то ещё Абрам, а Абрам… он задумался. Ведь если Джереми смог разглядеть талант, который он пытался скрыть, значит не так уж и хорошая маскировка была. Как скоро его найдут люди похуже, чем университетский тренер? Бежать или остаться? Команда не пострадает от его пропажи. Мыслей о том, что его могут начать искать, даже не возникало. А если начнут? Ну и пусть, новое имя и новая внешность всё спрячут.       Первым эту тишину нарушил Миллер. – Не суть. Есть тут где-нибудь магазин? – Конечно. В студгородке ближайший, но, если ищешь не товары первой необходимости или не бухло, лучше сразу иди в город. Путь дольше, но там ты с большей вероятности найдёшь то, что тебе нужно. – В этом магазине есть постельное бельё? Это пока первая необходимость. – Такое есть. Главное поспеши, чтобы другие жители общежития не раскупили всё. И, кстати, он всё ещё открыт. Если сейчас выйдешь, успеешь. – Так и поступлю, спасибо.       Спать без постельного белья всю ночь не хотелось, конечно. С высоты второй полки он проверил местонахождение его сумки на шкафу и спрыгнул вниз. В коридоре царила суета, шум и гам приехавших игроков. Ему почти сразу встретились новые, но знакомые по фото, газете и новостям лица. Завидев новичка, несколько девушек и парней с секундной разницей поздоровались и столпились вокруг, чтобы познакомиться. – Ты ведь Алекс? Джереми упоминал тебя, пока мы ехали, - воскликнула одна из них и протянула руку. – Каталина Альварес! Приятно познакомиться. – Алекс Миллер. Мне тоже приятно.       И это задержало его ещё почти на десять минут. С новичком здоровались, задавали много вопросов и рассказывали много историй и обычаев команды. Ездить на выходных в жаркий сезон отдыхать на пляж, собираться в свободные вечера на общие посиделки в холле, командный знак и прочее похожее. Алекс с трудом вырвался и смог убежать по своему делу, но вот он уже шагает по прохладной улице. Столько внимания в один момент доставляло огромный дискомфорт, но зато больше не было вопросов, почему они столько лет забирают награду «За силу духа». Все будто напитались энергией единства и переняли убеждения своего нынешнего капитана, а кто-то и прошлого. Даже смешно.       Как во всю эту эпопею любви вольётся Абрам? Даже если он станет изгоем – не страшно. Ему важно только играть и до момента, пока на поле всё хорошо он будет играть. В конце концов, всегда ведь может сбежать? Когда это произойдёт, экси окончательно закончится для него. Возвращаться во второй раз он уже не будет.       За мыслями парень не заметил, как дошёл до точки назначения. Магазинчик был небольшим, но внутри товаров оказалось больше, чем можно было ожидать. Перед тем как найти нужный товар пришлось погулять по рядам, осмотрев почти всё, что было в ассортименте: от примитивной одежды и мыльных принадлежностей до канцелярских товаров. На кассе Миллер стоял уже не только с бельём, за которым пришёл, но с небольшим количеством еды, бутилированной воды и мелочами для жизни.

***

      Комната оказалась пустой и было несложно догадаться, куда все пропали: из-за одной двери доносились звуки веселья, это было только на руку Алексу.       Достав со шкафа свою сумку, парень отрыл тетрадь, длинную и довольно толстую, несмотря на небольшое количество страниц. Затёртая обложка, много текста и зарисовок разного содержания, вываливающиеся листочки с какими-то заметками и в основном всё про экси. Ничего примечательного, кроме спрятанных в некоторых разворотах конвертов. Эта тетрадь – самое важное в руках Абрама. Информация, деньги, номера, оставленные матерью. Её требовалось спрятать так, чтобы лишний раз не переживать, что её могут найти и лучшее решение парень видел в шкафу. Дно было сделано из обычной фанеры и не слишком-то крепко держалось на своём месте, а все щели над полом были любезно закрыты стенками так, что под шкафом образовывалось достаточно свободного пространства. Очень вряд ли производитель задумывал это как нечто большее, чем конструкцию для того, чтобы шкаф было легче двигать, но в этот момент оно использовалось как тайник. Алекс без труда охотничьим ножом поддел дно, закинул туда тетрадь и закидал сверху вещами. Он постоянно прислушивался, надеясь, что никто не зайдёт в неподходящий момент и фортуна сжалилась над ним. Самое важное было позади. Теперь оставалась только рутина: заправить постель, положить еду и морально приготовиться к первой тренировке, которая, по словам Джереми, была вот уже через два дня.

***

      За полчаса до тренировки Реманн собрал всю команду в фойе стадиона. Здесь висела доска с разметкой поля и несколькими магнитиками с номерами игроков, которые, судя по всему, остались с предыдущего собрания, вырезки из газет и стояло несколько скамеек, на которых уже разместились игроки. Места на всех не хватило и часть команды, включая Алекса, встали рядом, подпирая своими спинами стены. – На повестке дня у нас расписание тренировок, матчей и одна очень интересная новость, - заговорил тренер, просматривая записи в своём блокноте. – А, нет. Даже две. – Тренер, ну вы прям заинтриговали нас! – воскликнул один из сидящих парней, один из самых громких старшекурсников – вратарь Уильям Фостер.       С трудом, но за эти несколько дней пребывания в Трое (так игроки прозвали корпус общежития) Алекс постепенно доучил всех игроков. До этого он знал только тех, кто постоянно появлялся в медиа-пространстве, остальных память стирала за ненадобностью. Уильям Фостер, несмотря на громкий и явно соответствующий репутации команды характер, появлялся на ТВ и в газетах не так уж и часто, как и сосед Абрама, Чарльз. Они оба не успевали ловить свой кусочек славы, но, кажется, никто особо и не жаловался. В любом случае, все когда-нибудь смогут позвонить родителям и сказать: «Мама, папа, я в телевизоре!». – Начнём с самого важного… – А может, лучше с интересного? – с улыбкой в голосе произнесла Каталина, перебив Реманна. Он, в свою очередь, замахнулся и пригрозился кинуть в неё ручкой, что вызвало несколько смешков в толпе спортсменов. – Нет. Вас эти новости не особо коснутся, так что пока начнём с тренировок. До начала учебного года у вас будет утренняя тренировка, с девяти до одиннадцати, и вечерняя, с трёх до шести. На них не перенапрягаемся, травм до начала сезона получать не надо. С начала учебного года – два часа с утра, пять часов вечером. По средам дополнительный час тренировок вечером, будете всей командой сидеть, изучать тактики соперников и придумывать новые на этот сезон. В общем, час будет отведён на теорию. Вопросы будут?       Он осмотрел толпу и не найдя ни одной руки, продолжил. – Нет – и отлично. Продолжаем. Матчи. Первая игра двадцать пятого августа, сразу после этого игры каждую неделю, из которых у вас три домашние. Расписание с командами позже раздам вам, чтобы начали готовиться и смотрели их матчи. А теперь, самое интересное.       После этих слов толпа оживилась и поползли тихие перешёптывания, а по спине Алекса пробежали неприятные мурашки. Что-то подсказывало, что ничего хорошего от этих «интересных» новостей ждать не стоило. – Первая новость состоит в том, что Вороны перевелись в Юго-восточный округ. Для вас это не значит ровным счётом ничего, единственное, шанс встретиться с некоторыми командами падает ещё ниже. – Видимо, в этом году можно окончательно попрощаться с Лисами, - эту фразу негромким гулом поддержало большинство.       А в голове Алекса засела только одна мысль: встреча с Воронами. Он не может допустить своей встречи с Рико. Лучшим выходом будет побег, как можно дальше. Он и так просидел на прошлом месте два года, а тут собирается просидеть ещё половину, как минимум. Мать бы его убила, будь у неё возможность восстать из мёртвых… – А вторая новость в том, что мы едем на шоу к Кэти Фердинанд. Но!       Это «но» слушало уже не так много людей, как до этого. Большинство принялись живо обсуждать, кто же поедет, почему их пригласили и тихо радовались, что их команда попадёт на такое известное шоу. А Алекс просто умолял судьбу, чтобы та не отправляла его на этот эфир. Шансы были маленькие, что поедет именно он: ничем непримечательный новичок, который появился непонятно откуда и ничем особо не выделился. Но никогда нельзя быть точно уверенным в том, что всё пойдёт по плану. – Но поедет только пять человек. Один из которых Джереми, он и будет участвовать в программе. Ещё одного он выберет как «того, на кого он возлагает самые большие надежды в этом сезоне», цитата из письма, и ещё троих… не знаю, вытянем в лотерее с именами. Тут никаких возражений?       Гомон голосов в один момент объединился и хором ответил «нет», а после вернулся к личному, ещё более бурному обсуждению. Тренер отошёл к своему кабинету и принёс оттуда бочку с множеством небольших бумажек. Видимо, такая «рулетка» уже настолько часто событие у Троянцев, что стало проще купить дешёвую пластиковую бочку, которая стояла на всяких розыгрышах во время ярмарок, нежели каждый раз эксплуатировать тренерскую кепку. Завидев устройство, команда заметно притихла, но несколько незатыкающихся голосов всё ещё выделялись. – Но сначала, Джереми, кого ты берёшь c собой? – прервал относительную тишину коуч. – Несколько секунд тишины все глаза в комнате были устремлены в сторону капитана, дожидаясь его ответа. – Думаю, новичка, - в этот момент глаза Алекса расширились от удивления и ужаса внутри. – Нужно познакомить зрителей с ним. Я видел его игру в школьной команде, и он вполне подходит под описание «тот, на кого я возлагаю надежды».       Тренер перевёл взгляд обратно на свой блокнот и с коротким «отлично» начал записывать имя на листе, и Алекс был совершенно не рад такому повороту событий. Ехать на интервью, светиться на ТВ, показывать своё лицо на всю страну, а именно столько людей смотрело это шоу, никак не входило в его планы. – Я не поеду. – И почему же? – с этого момента все взгляды были уже на Але. В том числе, взгляды Реманна и Нокса. – Я не хочу участвовать в интервью, тем более, у меня боязнь камер. – Желания твоего мы не спрашивали, тем более что у меня тоже были мысли отправить тебя, а с боязнью камер справимся. Не ты первый, не ты последний у нас такой стеснительный. На этом вопрос закрывается.       И Алекс хотел было возразить ещё что-то, но всё это количество глаз вокруг, которые смотрели то ли вопросительно, то ли, как ему казалось, осуждающе, а кто-то вообще сочувствующе, сильно напрягали его. Лучше он позже обсудит это с Джереми и тренером лично.       В это время Реманн несколько раз прокрутил бочонок и достал оттуда сначала одно, потом другое и третье имя. – Эмма, Ксавьер и Шон, – все три имени он так же записал. – На этом закончим. Бегом переодеваться и на поле. Чтоб через десять минут все строем стояли вдоль стенки. И, пока не убежали – завтра медосмотр! Сегодняшняя тренировка авансом, но если завтра его кто-то не пройдёт – на поле не выпущу!       И вся толпа ринулась в раздевалку. На полпути Абрама выловил кэп, показал, где форма и выдал всё снаряжение. – Почему ты хочешь, чтобы именно я поехал на это интервью? Есть же столько хороших игроков в команде. – между делом поинтересовался Миллер. – Как я уже сказал, я вижу в тебе талант, у меня большие надежды на тебя, и ты новичок, с которым нужно познакомить толпу. Благодаря комитету о тебе и так уже знают, так что в какой-то момент это всё равно придётся сделать, а сейчас просто идеальная возможность. Не думай, что раз нас много, журналисты обращают мало внимания на новичков. Мы, конечно, не Вороны, но к нам всё ещё не так просто попасть, почти весь наш состав уже на третьем, четвёртом и пятом курсах. – Я так и не думал, но… я не имею никакого желания лишний раз выходить в эфир. – Обычно я бы поддержал тебя или любого другого игрока, но ты слышал тренера – отказаться уже нельзя. Тем более, по секрету скажу, мы обсуждали с тренером всё это заранее. Кэти настойчиво намекала, чтобы мы взяли именно своего «таинственного новичка». – Тем более нет! – Ничего не слышу, ничего не знаю.       Несмотря на свой возраст, Нокс вёл себя абсолютно по-детски в этот момент, отказываясь даже слушать протесты Алекса и в какой-то момент ему надоело пытаться. Надо ещё успеть переодеться, надеть всю экипировку и выйти на поле. Джерси и защита носили цифру 29 и гордо красующуюся надпись «Миллер» на треть спины. Шикарная форма, о которой Абрам мечтал ещё с детства. И вот, сейчас она его – но надолго ли?       Парень под шумок ушёл в туалет, единственное закрытое место во всём стадионе. За долгие года быстрой смены имиджей он уже привык переодеваться в таких местах и приноровился делать это легко и быстро. И пусть его посчитают странным, но лучше дрянные отношения с командой, чем много вопросов о его шрамах.       А шрамов было не мало, спасибо отцу и его людям. Получить ожог окурком было, наверное, одно из самых неприятных, но самых стандартных среди его арсенала. Когда Натан наказывал сыновей в ход шло всё, что было под рукой или всё, что придумает его больная фантазия. И как же Абрам рад, что сейчас он отсиживается в тюрьме – когда пришла эта новость он смог хоть немного вздохнуть свободной грудью, в отличие от матери и брата, который своей паранойей пошёл в неё.       Сейчас же, пора было отвести разум от этих мыслей. На поле голова должна быть забита только одним – экси. И именно ему в этот момент собирался себя посвятить Алекс.