Лиловый закат

— Прекрати это. Сяо Чжань пробормотал это себе под нос и покосился на Ибо, развалившегося на жестком стуле рядом с ним. Тот вытянул ноги перед собой, одну руку закинул на спинку его стула, а в другой держал леденец, который в данный момент самым непристойным образом перекатывал языком во рту, пока они ждали начала инструктажа в комнате отдыха подразделения воздушной поддержки. Развернувшись к Сяо Чжаню всем корпусом, Ибо положил свою большую, горячую (чертовски сексуальную, чтоб его) ладонь между его лопаток. Прямо над тем местом, где сегодня утром он оставил несколько влажных поцелуев, прежде чем опустился перед ним на колени в душе, вылизал его, а потом оттрахал до полного беспамятства, прижав к стенке душевой. А после этого была еще восьмичасовая смена, во время которой Сяо Чжань имел возможность наблюдать, как Ибо одновременно сводил его с ума своей сексуальностью и виртуозно пилотировал вертолет. Это было уже слишком. Ибо ухмыльнулся и даже не подумал останавливаться. Его пальцы лениво поглаживали спину Сяо Чжаня, ладонь мягко покоилась между лопаток. — В чем дело? Хочешь пососать? — рассмеявшись, громко прошептал Ибо. Он протянул Сяо Чжаню леденец и медленно провел языком по губам. Сяо Чжань фыркнул и повернулся к нему. Губы Ибо были такими розовыми и пухлыми, он весь словно светился. И боже мой, как вообще можно быть настолько красивым? Просто ужасный человек. Волосы Ибо тоже немного отросли и теперь падали на глаза мягкими прядями, добавляя ему еще больше очарования. Ибо чуть склонил голову набок, не отводя взгляда. Именно так он смотрел на Сяо Чжаня с того дня, как они признались друг другу в любви. Взглядом, который говорил: я люблю тебя. Обожаю тебя. Ты будешь моим навсегда? Взглядом, который говорил: Ван Ибо любит тебя всем сердцем. И спустя полторы недели Сяо Чжань все еще краснел от этого взгляда. Он покачал головой и отвернулся, сосредоточившись на ожидании шефа. Они ведь были на работе. И они профессионалы! Рука Ибо скользнула выше, зарываясь пальцами в волосы у основания его шеи. О боже, его руки... Слева послышался страдальческий звук. — Вы двое отвратительны, — прошипел Го Чэн ему в ухо. Ибо фыркнул, сунул леденец обратно за щеку, пососал его пару секунд, потом снова вынул и указал им на Го Чэна. — Заткнись, кудряшка. Или мне напомнить, кто вчера зажимался со своим милым бойфрендом у стены ангара? А? Точно. Это же был ты, верно? — Ибо показал язык, ставший ярко-фиолетовым от леденца. Сегодня волосы Го Чэна выглядели как гнездо из спутанных кудряшек, словно кто-то совсем недавно запускал в них руки. Возможно, именно поэтому он чуть не опоздал на работу. Сяо Чжань повернулся и наградил Ибо таким же осуждающим взглядом, приподняв одну бровь. К чести Го Чэна, тот хотя бы выглядел смущенным. Его уши заметно порозовели, когда он прошипел: — По крайней мере, я не делал этого на инструктаже! Ибо фыркнул. — А мы и не делаем этого на инструктаже. Но если ты хочешь, чтобы мы начали... Он потянулся второй рукой к Сяо Чжаню, и тот, рассмеявшись, отпихнул его. — Отстань от меня! Ибо широко ухмыльнулся. — Сегодня утром ты говорил совсем не это. Сяо Чжань не смог сдержать улыбку, потому что да, это была чистая правда. Он совершенно точно говорил не это. Сегодня утром все было скорее: о боже, да, вот так... ты так хорош… я так тебя люблю... да, именно там... трахни меня сильнее... И судя по всему, Ибо вспоминал сейчас то же самое. Их взгляды встретились всего на мгновение. Ибо бросил на него быстрый взгляд из-под ресниц, и от этого горячего, томного взгляда у Сяо Чжаня перехватило дыхание. Ему пришлось сделать глубокий вдох и заставить себя отвернуться, не в силах сдержать счастливую улыбку. В последнее время это случалось слишком часто. После свидания они вернулись к работе и с тех пор практически не расставались. Если не проводили время вместе на смене, то ночевали друг у друга. Иногда Сяо Чжань задумывался, не должны ли они уже начать уставать друг от друга. Но они не уставали. И судя по тому, как Ибо продолжал ему улыбаться, ему тоже все нравилось. Все было почти так же, как в первый раз. И одновременно совсем иначе. Теперь они осторожно, но регулярно разговаривали о своем общем прошлом. О вещах, которые пошли не так. Об ошибках, которые они не хотели повторять. И о многом другом тоже. О том, чему успели научиться за эти годы. О том, с чем им предстояло столкнуться вместе. После инструктажа они собирались встретиться с Чжочэном и передать ему документы отца Ибо. Это была первая возможность увидеться с ним за последнее время. Подготовка к дню арестов отнимала у него почти все время. Это казалось правильным шагом вперед. С той ночи Ибо стал заметно спокойнее и счастливее. И иногда Сяо Чжань ловил себя на мысли, что, возможно, сможет остаться здесь и после окончания шести месяцев. Если Ибо захочет, чтобы он остался. Если Ибо захочет его. Глядя сейчас на Ибо — с растрепавшимися волосами, сияющими красивыми глазами и ухмылкой, от которой появлялись ямочки на щеках, несмотря на усталость после смены, Сяо Чжань понимал: он останется здесь до тех пор, пока Ибо сам его не прогонит. Ибо чуть склонил голову набок, заткнув леденец за щеку, и положил руку обратно на спину Сяо Чжаню. — Все хорошо? — тихо прошептал он. Сяо Чжань сглотнул. Да. Не обращай внимания. Я всего лишь немного ошеломлен тем, как сильно тебя люблю. Он скрестил руки на груди и перевел взгляд вперед. Ибо улыбнулся еще шире, будто понимая, о чем он думает. Засранец. — Сосредоточься на инструктаже, — попытался строго сказать Сяо Чжань, пряча собственную улыбку. — Он еще не начался. Сяо Чжань посмотрел на дверь как раз в тот момент, когда в комнату вошла шеф. Положив на стол несколько папок, она обвела собравшихся взглядом, скрестив руки на груди. — Добрый вечер. Спасибо всем, кто сегодня пришел пораньше или задержался после смены. Она кивнула Сяо Чжаню, и тот улыбнулся в ответ. — Завтра мы присоединимся к оперативным группам для поддержки во время арестов. Никакого прямого участия на первом этапе. Вы работаете исключительно как резерв. Го Чэн поднял руку. — На случай, если кто-то попытается сбежать? Шеф приподняла одну бровь. — Это было бы верхом глупости. Но да. Го Чэн не опустил руку. — И мы берем всех? Верно? — Он бросил взгляд на Сяо Чжаня. — Включая Лау? — Да, констебль Го. Лау Ши-Лин является нашей приоритетной целью. Сяо Чжань опустил взгляд на свои руки, но уже знал, что следующие слова предназначались ему. — Насколько мне известно, дело против него очень сильное. У нас нет доказательств связи со старшим братом, но после вынесения приговора младший господин Лау надолго застрянет в тюрьме. Она продолжала смотреть на него, и Сяо Чжань поднял глаза. Ладонь Ибо по-прежнему лежала у него на спине, а большой палец успокаивающе поглаживал кожу. — Констебль Сяо, я назначаю вас и Ибо экипажем Виски Один и ставлю во главе группы, которая будет работать по Лау. Я согласовала это с Чжочэном. Не подведите меня. Он встретил ее теплый взгляд уверенным кивком. — Да, мэм. Мы не подведем. Она только закатила глаза и с улыбкой покачала головой. — Только не... Сяо Чжань усмехнулся и перебил ее: — ...называть вас так. Я знаю. Простите, шеф. Она раздала папки собравшимся командам и хлопнула ладонью по столу. — Итак. Приступим. 🚁 Ибо был непривычно молчалив, пока они собирали вещи после инструктажа. Сяо Чжань подхватил рюкзак, закинул его на плечо и положил ладонь на поясницу Ибо. — Готов? Ибо глубоко вздохнул. — Ага, — в его глазах читалось беспокойство, когда он посмотрел на Сяо Чжаня. — А ты? Развернувшись к нему, Ибо шагнул ближе. Он спрашивал не о предстоящем вечере, и Сяо Чжань это прекрасно понимал. Последние несколько недель в его голове роились самые разные мысли, и ему было трудно объяснить даже самому себе, что он чувствовал при мысли о том, что уже завтра они арестуют и предъявят обвинения человеку, ответственному за смерть его напарника. Даже если эти обвинения не станут настоящим правосудием для Чуюэ. Но если им удастся отправить Ши-Лина за решетку и выбросить ключ от камеры, он наконец сможет оставить эту историю позади. И этот момент наконец настал. Сейчас. Завтра. Он чувствовал огромное облегчение. Потому что все почти закончилось. С тех пор как умер Чуюэ, каждый день был борьбой. Очень часто ему приходилось просто заставлять себя двигаться дальше. Делать шаг. Потом еще один. Искать причину продолжать идти вперед. Он так устал. Так сильно устал. И человек, благодаря которому у него вообще оставались силы вставать по утрам и жить дальше, сейчас стоял рядом, положив ладонь ему на предплечье и мягко поглаживая большим пальцем внутреннюю сторону запястья. Сяо Чжань почувствовал, как к глазам подступают слезы. Он был бесконечно благодарен Ибо за это тихое понимание. Ему трудно было говорить из-за внезапного кома в горле: — Не здесь, ладно? Поехали к Чэн-эру. Ибо кивнул и молча пошел за ним к машине. Устроившись на пассажирском сиденье, он почти сразу откинул голову назад. Сяо Чжань сел за руль и осторожно влился в поток машин, направляясь к квартире Чжочэна. Дорога заняла чуть больше получаса, но к тому времени, как Сяо Чжань припарковался на стоянке, Ибо уже умудрился задремать. Сяо Чжань посмотрел на Ибо, который выглядел таким юным и беззащитным во сне. Ему совсем не хотелось будить его и снова заставлять говорить об отце и прошлом, правду о котором он узнал совсем недавно. Но эта встреча была важна для них обоих. И именно Ибо настоял на ней. Именно Ибо хотел прояснить ситуацию и спокойно жить дальше. — Баобэй. Ибо, — Сяо Чжань провел ладонью по его руке. Никакой реакции. Коснулся щеки. Все так же ничего. — Ван Ибо, — прошептал он, наклоняясь ближе. — Если ты сейчас проснешься, то позже я позволю тебе сделать со мной все, что захочешь. На губах Ибо появилась широкая улыбка, хотя глаза так и остались закрытыми. — Ты и так позволил бы мне. Сяо Чжань рассмеялся и легко поцеловал его в губы. — Позволил бы. Когда Сяо Чжань уже собирался отстраниться, глаза Ибо распахнулись, и он обеими руками притянул его обратно, впиваясь в губы таким страстным поцелуем, что тот отозвался жаром даже в кончиках пальцев ног. Сяо Чжань позволил ему целовать себя, наслаждаясь ощущением языка Ибо у себя во рту, пока в боковое стекло не постучали. Они тут же отпрянули друг от друга, тяжело дыша, как пара перевозбужденных подростков, которых застали за поцелуями за гаражами. Сяо Чжань моргнул, пытаясь прийти в себя, и посмотрел в окно. Снаружи, скрестив руки на груди, стоял Чжочэн и с поистине эпическим выражением лица закатывал глаза. Они прекрасно расслышали его голос, когда он громко произнес: — Если вы уже закончили исследовать гланды друг друга, можете наконец подняться в квартиру. Развернувшись, он направился к подъезду. Ибо ухмыльнулся и легонько толкнул Сяо Чжаня обратно на его сиденье. — Сбиваешь меня с пути истинного. Он сел ровнее, провел рукой по волосам и опустил солнцезащитный козырек, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Сяо Чжань фыркнул. — Я? Вообще-то это ты только что засунул язык мне в рот. И ты красивый, солнышко, можешь не проверять. Ибо проигнорировал его, подхватывая сумку. — Сам виноват. Нечего было маячить передо мной своим… — он окинул Сяо Чжаня взглядом с головы до ног и неопределенно махнул рукой, — ...всем. Сяо Чжань ухмыльнулся. Его волосы были собраны в небольшой хвост, на нем была старая кремовая футболка, слегка выцветшая и настолько застиранная, что ткань местами уже просвечивала, а еще узкие черные джинсы и армейские ботинки. — Это часть моего плана. Отвлечь тебя, если тебе вдруг станет грустно. Ибо тихо рассмеялся. — Сомневаюсь, что ты позволишь мне в качестве утешения гладить тебя по заднице на людях. Сяо Чжань снова наклонился к нему и с самым серьезным видом чмокнул в губы. — Нет. Но если понадобится, я позволю тебе утащить меня в туалет и немного полапать. Он еще раз провел ладонью по щеке Ибо. — Идем. Разберемся с этим. Ибо кивнул и выбрался из машины вслед за ним. Они нажали кнопку лифта, поднялись на десятый этаж и пошли по коридору к квартире Чжочэна. Дверь уже была открыта. А сам Чжочэн стоял у кухонного островка и нарезал овощи. Увидев их, он указал ножом на высокие барные стулья. Сяо Чжань сначала подошел к нему и обнял. — Спасибо тебе за это, — тихо пробормотал он ему на ухо. Чжочэн с улыбкой отпихнул его. — Конечно, идиот. Потом посмотрел на Ибо и кивнул. — Надеюсь, вы голодные. Ибо сел на стул и ответил: — Умираю с голоду. День выдался длинным. Ты всегда столько готовишь? Он оглядел кухню. Судя по всему, одновременно готовилось сразу несколько блюд. Чжочэн покачал головой. — Нет. Но ты привел своего парня, а мы с Сяо Чжанем уже много лет пытаемся перещеголять друг друга в готовке. Чжочэн улыбнулся им обоим, и Сяо Чжань тихо рассмеялся, устраиваясь рядом с Ибо. Он украдкой наблюдал за ним, чувствуя, как сердце делает счастливый кульбит от того, что Ибо даже глазом не моргнул, когда Чжочэн назвал его парнем Сяо Чжаня. Ибо с явным интересом посмотрел в сторону плиты. — Это просто ужасно для тех из нас, кто не умеет готовить. Приходится помогать вам съедать все это. Он усмехнулся, и Чжочэн улыбнулся в ответ. Сяо Чжань видел, что тот старается изо всех сил, чтобы Ибо чувствовал себя спокойно и комфортно. — Что ж, еды вам точно хватит. Но без фанатизма. Завтра рано вставать. Чжочэн посмотрел на них обоих и указал в сторону холодильника. — Эй, возьмите что-нибудь выпить. Вы готовы? К завтрашнему дню? Сяо Чжань посмотрел на Ибо. Тот только пожал плечами. Подойдя к холодильнику, он достал две бутылки воды и протянул одну Ибо. — Да. У вас все готово? И спасибо тебе... ну, за это. За то, что позволил мне увидеть арест человека, убившего моего напарника. Чжочэн пожал плечами. — Поблагодаришь меня после того, как мы его возьмем. Некоторое время они еще обсуждали операцию, а когда с ужином было покончено, Сяо Чжань посмотрел на Ибо и ободряюще сжал его руку. — Ты сейчас буквально вибрируешь. Хочешь уже разобраться с этим? Во время ужина Ибо почти не участвовал в разговоре, пока Сяо Чжань и Чжочэн болтали обо всем подряд. Он поджал губы и кивнул. — Да. Поднявшись, он подошел к сумке и достал три журнала, которые вел его отец, после чего вернулся и передал их Чжочэну. Тот взял один из них и начал листать страницы. — И что именно я сейчас вижу? Ибо сел вплотную к Сяо Чжаню. Тот сразу же потянулся к нему и взял его за руку, мягко поглаживая большим пальцем ладонь, пока Ибо говорил: — Записи. Дома есть еще. Но, кажется, отец фиксировал каждый полет, который выполнял для Лау. Чжочэн поднял взгляд. Обе его брови поползли вверх. — Серьезно? Ибо пожал плечами. — Я ни о чем не знал. Пока Шон не упомянул об этом. Продолжая листать журнал, Чжочэн рассеянно ответил: — Да, мы знаем. Сарказм в голосе Ибо был совершенно очевиден. — Спасибо за напоминание. Чжочэн поджал губы и посмотрел на него. — Тогда ты еще не был частью этой истории, так что не вини нас. Мы просто делали свою работу. Он слегка приподнял журнал. — Ты сможешь дать нам доступ ко всему остальному? У нас накопилось много материалов за эти годы. Думаю, мы сможем сопоставить их с тем, что есть здесь. Возможно, это даже выведет нас на новые зацепки. Ибо кивнул. — Вы можете забрать все. Он посмотрел на Сяо Чжаня. — Если это поможет. Во взгляде Ибо все еще была грусть, но когда их глаза встретились, в нем читалась и твердая решимость. Чжочэн сложил журналы стопкой. — Ладно. Уже поздно. Мы договоримся, чтобы кто-нибудь их забрал, и согласуем время. И, Ибо... мы знаем, что ты не имел ко всему этому никакого отношения. Он кивнул в сторону Сяо Чжаня. — Надеюсь, он тебе уже говорил, что дело совсем не в тебе. И это никак не отразится ни на одном из вас. Он перевел взгляд с одного на другого. В его глазах была такая уверенность, что спорить с ним не хотелось. Главный страх Ибо по-прежнему заключался в том, что прошлое его семьи каким-то образом станет бременем для Сяо Чжаня. Сяо Чжань уже говорил ему, что это не так. Но им обоим было важно услышать эти слова от Чжочэна. Ибо опустил взгляд на их переплетенные руки и сжал ладонь Сяо Чжаня, прежде чем снова посмотреть на Чжочэна. — Я переживал, что это станет проблемой для нас. Чжочэн встретил его взгляд. — Твой отец сделал очень плохой, но при этом очень непростой выбор. Думаю, любой, кто знает правду, поймет, почему он поступил именно так. И многие на его месте сделали бы то же самое. Он явно очень любил тебя и твою мать. И изо всех сил старался не втягивать тебя в это. А еще оставил нам доказательства против Лау, о существовании которых они, скорее всего, даже не подозревают. Мне кажется, для этого потребовалось огромное мужество и невероятная сила духа. Думаю, это был человек, с которым я хотел бы познакомиться. Теперь Ибо уже крепко держал руку Сяо Чжаня, не отрывая взгляда от какой-то точки на столе. На его скулах заходили желваки. Потом он посмотрел на Чжочэна. — Спасибо. Чжочэн поднялся и принялся собирать посуду. — Ну вот. С этим разобрались. Он махнул рукой в сторону двери. — А теперь марш отсюда, оба. Оставив часть посуды возле раковины, он практически выпроводил их в прихожую. Когда они уже собирались выйти, Чжочэн положил ладонь на плечо Сяо Чжаня. — Завтра поговорим, хорошо? Берегите себя. Сяо Чжань кивнул. — Будем. Спасибо, диди. Чжочэн фыркнул и притянул его к себе. Сяо Чжань с удовольствием уткнулся в теплые объятия друга, чувствуя за спиной успокаивающее присутствие Ибо. — Завтра будет большой день, да? Так что хорошенько выспитесь. 🚁 Было около половины четвертого утра, когда Сяо Чжань проснулся. Он лежал на боку лицом к Ибо, который продолжал крепко спать. Одна рука Ибо была подсунута под подушку, а другая покоилась на его пояснице. Горячая ладонь касалась обнаженной кожи, словно даже во сне Ибо тянулся к нему. На открытую щеку упала прядь волос, и Сяо Чжань осторожно убрал ее в сторону. Очень хотелось наклониться и поцеловать его. Но времени на это не было. Им нужно было вставать. От его квартиры до подразделения воздушной поддержки было чуть меньше часа езды, а на базе они должны были быть еще до пяти утра. Глядя на Ибо, Сяо Чжань понимал, что, если быть честным с самим собой, решение о своем будущем он уже принял. Повышение по службе, карьерный рост и движение вперед потеряли для него свою привлекательность. Все, чего он хотел, это быть здесь, рядом с Ибо. — Ты любуешься моей красотой? Рука на его талии напряглась и Ибо придвинулся ближе. Его глаза все еще были закрыты, голос звучал хрипло со сна, а на губах играла мягкая улыбка. Сяо Чжань солгал: — Нет. — Врешь. Ибо ухмыльнулся, приоткрыл глаза и, щурясь, посмотрел на него. — Привет. На этот раз Сяо Чжань все-таки наклонился и поцеловал его в губы. — Привет. Ибо плавно потянулся всем телом, прижимаясь к нему от коленей до груди. Широко распахнув глаза, он обвил рукой бедро Сяо Чжаня и по-хозяйски устроил ладонь на его ягодице, после чего снова закрыл глаза. — Так гораздо лучше. Продолжай. Улыбаясь, он потерся щекой о подушку. — Я ничего не делал. — Правда? Какое разочарование. Ибо театрально вздохнул, потом перекинул через него ногу и поднялся, оседлав его бедра. Теперь он выглядел совершенно проснувшимся. Улыбнувшись, он склонился к шее Сяо Чжаня и прижался губами к чувствительной коже за ухом, одновременно прижимаясь к нему своим утренним стояком. — У нас есть время, чтобы... ну, ты понимаешь… — он ухмыльнулся и выразительно поиграл бровями. Сяо Чжань слегка подался бедрами навстречу и тихо застонал. — Нет. Ну... может, минут пять. Но этого мало. Ладони Ибо скользнули по его груди, а большие пальцы потерли соски. Их взгляды встретились и Сяо Чжань невольно рассмеялся, увидев на лице Ибо самодовольную ухмылку, которая словно говорила: Я знаю, что могу заставить тебя передумать. Сяо Чжаня словно обдало горячей волной, когда Ибо облизнул губы и сказал: — Уверен? Потому что... я... почти... уверен... что успею... заставить тебя... кончить... за это время... Каждое слово сопровождалось легким укусом в шею или ключицу. Его губы скользили по коже Сяо Чжаня, едва касаясь его собственных. Они улыбнулись друг другу, и Сяо Чжань лишь приподнял одну бровь. Глаза Ибо тут же округлились. — Это что сейчас было? Ты бросаешь мне вызов? Сяо Чжань только пожал плечами, наслаждаясь его показным возмущением. Что, как и ожидалось, дало именно тот результат, на который он рассчитывал. Ибо тут же скользнул вниз по его телу и немедленно принялся доказывать, что способен превзойти любые ожидания. Ощущение горячего влажного рта Ибо заставило возбуждение вспыхнуть вдоль позвоночника яркими искрами. Сяо Чжань тихо рассмеялся, с нежностью глядя на своего красивого парня, который сейчас с большим энтузиазмом доставлял ему удовольствие. Он закинул руки за голову, ухватившись за спинку кровати, готовый ко всему, и выдохнул: — Тебя так легко... ах... спровоцировать. Из-под одеяла донеслось приглушенное: — Заткнись, Чжань-гэ. Сяо Чжань благоразумно заткнулся. А потом они вместе отправились в душ, где он вернул долг Ибо, потратив на все не больше пяти минут. 🚁 Когда Сяо Чжань вышел из кабинета шефа, Ибо уже обходил Виски Один с планшетом в руках, начиная предполетную проверку. Сяо Чжань попросил разрешения поговорить с ней позже. Он хотел обсудить свои планы на будущее и узнать, смогут ли для него найти постоянное место в подразделении. Кожу покалывало от предвкушения, пока он забирался в вертолет и проверял оборудование в тусклом свете предрассветных сумерек. Ему не терпелось рассказать обо всем Ибо. Поговорить об их будущем. О будущем, в котором, он был уверен, Ибо захочет быть рядом с ним. По плану этим утром они должны были обеспечивать поддержку группе Чжочэна, которая примерно через двадцать минут отправится проводить серию арестов по всему городу. Согласованное время начала операции — ровно 5:30 утра. Все группы должны были сработать одновременно. Им потребуется всего десять минут, чтобы добраться до координат, где Лау Ши-Лин в этот момент мирно спал в своей постели, не подозревая о том, что его ждет. Арест должен был пройти без осложнений. Они предусмотрели множество возможных сценариев и подготовились ко всем вариантам развития событий. Как сказал бы Чжочэн, спланировали все до последней мелочи. Ибо устроился в своем кресле. Порыв ветра донес до Сяо Чжаня, стоявшего в проеме двери вертолета, знакомый аромат Шанель. Ибо тепло улыбнулся. — Ты собираешься садиться? Приподняв бровь, Ибо надел шлем и поправил микрофон возле губ. Губ, которые Сяо Чжань очень хорошо помнил обхватывающими... Ухмылка Ибо стала шире, а голос прозвучал хрипло. — Ай-ай-ай. Сосредоточься на главном, констебль Сяо. Ибо с притворным разочарованием покачал головой и, ухмыляясь, повернулся к приборам. Сяо Чжань рассмеялся, занял свое место и надел шлем. — Простите, пилот Ван. Я уже здесь. Он настроил оборудование и поднес микрофон ко рту. — Центр, это Виски Один. Запрашиваем разрешение на взлет. Прием. Ибо бросил на него быстрый взгляд и одобрительно кивнул, когда над их головами начали раскручиваться лопасти. Сяо Чжань посмотрел в окно на Исина. Тот отсалютовал ему, пока рядом начинали вращаться лопасти Виски Два. — Доброе утро, Виски Один. Разрешаем присоединиться к нам этим прекрасным утром. Прием. — Спасибо, Центр. Они не упоминали о предстоящей операции по радио. Если кто-нибудь прослушивал частоты, все должно было звучать как обычный рабочий день. Ничего интересного. Проходите мимо. — Виски Два, увидимся на месте. Прием. Вертолет плавно оторвался от земли. Сяо Чжань помахал рукой Го Чэну, сидевшему на месте наблюдателя рядом с Исином. Оба подняли руки в ответ, пока они с Ибо уходили в небо. Они уже приближались к цели, когда их вызвал Чжочэн. — Виски Один, вы с нами? Группа S-Альфа на позиции. S означало Strike, удар. Хотя сообщать наркоторговцам, что к ним уже выехала штурмовая группа, необходимости не было. На экране появилось сообщение: Объект замечен входящим в дом в 23:47. Группа на месте подтверждает визуальный контакт внутри здания. Значит, Лау Ши-Лин действительно был там. Сяо Чжань чувствовал, как в нем бурлит адреналин. Ибо плавно заложил вираж. — Виски Один. Расчетное время прибытия три минуты. Прием. Голос Чжочэна оставался спокойным и уверенным. — Вас понял, Виски Один. Альфа, проверка связи. Прием. — Альфа-1, готовы. Прием. — Альфа-2, готовы. Прием. — Альфа-3 на позиции. Прием. Даже по радио Сяо Чжань ощущал спокойную уверенность Чжочэна. — Альфа-лидер, удерживайте позиции до прибытия воздушного прикрытия. Прием. Сяо Чжань сверился с картой. — Виски Один. Тридцать секунд до прибытия, Альфа. Прием. В голосе Чжочэна прозвучала легкая суховатая усмешка. — Я и так слышу, что вы уже рядом. Альфа, приготовиться... Прошло несколько коротких секунд. Ибо развернул вертолет и завис над подъездной дорожкой перед домом. Отсюда было хорошо видно три группы офицеров. Одна у главного входа. Две по бокам и с тыла. Ибо бросил взгляд на Сяо Чжаня и едва заметно кивнул. Я люблю тебя. Мы здесь. Все будет хорошо. — Вперед! Альфа, всем группам начать операцию! И они это сделали. Одетые в черное офицеры двинулись к дому, словно муравьи в идеально отлаженном строю. Даже сквозь шум вертолета они услышали грохот выбиваемой двери. Группы ворвались внутрь. После недолгой паузы изнутри раздались крики: — Полиция! Руки вверх! Повисла тишина… Потом снова послышались какие-то крики. Резкие спорящие голоса. Из радио доносились неразборчивые обрывки переговоров. И вдруг... Черт. Три отчетливых выстрела. Снова повисла пауза… А затем послышался громкий удар. Дверь гаража вылетела наружу. Изнутри вырвался огромный черный пикап с наглухо затонированными стеклами и мощным силовым бампером. Машина вылетела на подъездную дорожку и понеслась прямо на вертолет. Ибо цокнул языком в наушниках. — Что за идиот. Снизу донесся голос Чжочэна. — Черт! У меня двое раненых. Он использовал женщину как живой щит, нам пришлось его отпустить. Вы его видите? Ибо поднял машину выше. Вертолет плавно ушел вверх и назад, пока они наблюдали, как пикап уносится прочь от дома. — Виски Один на связи. Без проблем, мы его ведем. Никуда он не денется. Он один в машине? Прием. Раздражение Чжочэна было почти осязаемым. — Нет. Женщина с ним. Без моей команды огонь не открывать. Наземные группы, начинайте преследование. Кто-нибудь, подберите меня! Сяо Чжань продолжал вести сопровождение. Они уже миновали жилые кварталы и двигались к окраине города, передавая наземным группам маршрут Лау. — Мы по-прежнему его видим. Альфа, подождите... он поворачивает... Машина резко остановилась. Они остались один на один с Лау Ши-Лином, который выскочил наружу и... Черт. Открыл по ним огонь. — Назад! Назад! Сяо Чжань понимал, что его голос слишком резко прозвучал в наушниках Ибо, когда тот развернул вертолет. Развернул так, что оказался на пути выстрелов, заслоняя собой Сяо Чжаня. Сяо Чжань это понял и собирался поговорить об этом с Ибо позже. Сквозь грохот лопастей Ибо увел машину назад, подальше от выстрелов. Сяо Чжань не сводил глаз с Лау Ши-Лина. Тот продолжал стрелять. А потом с отвращением посмотрел на пистолет и швырнул его на землю. Очевидно, патроны закончились. Сяо Чжань продолжал следить за ним, разворачиваясь в кресле. — Чжочэн, он открыл по нам огонь, пришлось отойти. Сейчас он у северо-западной границы Сенчури-парка. Прием. Он криво усмехнулся в микрофон, по-прежнему не отрывая взгляда от окна. — Похоже, легко сегодня не будет, да? Потом повернулся к Ибо. — Прямо как в старые времена, когда по нам стреляли, а? Ибо не ответил. — Ибо? Тогда Сяо Чжань увидел ее. Аккуратную дыру в стекле рядом с креслом пилота. Сквозь нее со свистом проходил воздух. По телу прокатилась волна ледяного ужаса. — Пуля прошла через кабину насквозь? Черт! Он быстро оглядел Ибо. Тот встретил его взгляд с болезненной гримасой. — Ибо... Ты в порядке? Тебя задело? Губы Ибо были плотно сжаты. — Нет. Глаза Сяо Чжаня расширились. — В смысле «нет»? Тебя не задело или все-таки задело? Ибо? Он резко повернулся к нему. — В тебя попали? Ответа не последовало. Рука Ибо по-прежнему крепко сжимала ручку управления. По виску стекала струйка пота. Он смотрел вперед, на застроенные кварталы под ними. Голос Сяо Чжаня стал заметно выше. Более резким и отчаянным. Пистолет был небольшого калибра. Наверняка все не настолько серьезно… — Ибо! Скажи мне, тебя ранили? Ибо шумно втянул воздух. И наконец произнес в микрофон: — Плечо. Сяо Чжань тут же расстегнул ремень безопасности и подался вперед. Его руки задрожали, когда он заметил, что на дальнем от него плече Ибо расплывалось красное пятно. Кровь медленно растекалась вокруг места попадания. А сердце Сяо Чжаня ухнуло куда-то вниз. Теперь они оба тяжело дышали. Ибо от боли, а Сяо Чжань от ужаса. — Насколько все плохо? Ибо покачал головой, его челюсти были крепко стиснуты. — Нужно садиться. Сяо Чжань нервно хохотнул. — Да что ты говоришь. Потом зло выдохнул: — Идиот. Ты специально развернул вертолет так, чтобы подставиться под выстрелы? Ибо посмотрел на него. И, конечно же, именно это он и сделал. Сяо Чжань потянулся к аптечке в поисках чего-нибудь, чем можно было зажать рану, и сказал в микрофон: — Центр, Альфа, это Виски Один. У нас проблема. Наш пилот ранен, повторяю, пилот ранен. Нам необходимо срочно садиться. Ищем место для посадки. Объект покинул район и направился на север. Мы потеряли его. Простите. Прием. Черт! Он снова развернулся в кресле и посмотрел на парк неподалеку. Несмотря на ранний час, там уже было несколько человек. Слишком много людей. Да что этим людям не спится?! Черт бы все побрал! Вертолет ощутимо дернулся, когда Ибо развернул его. Сяо Чжань подался вперед и прижал повязку к его плечу, заглядывая ему в глаза. — Пуля прошла навылет? — он попытался рассмотреть рану, но не видел, вышла ли пуля через плечо с другой стороны. Лицо Ибо под стеклом шлема было бледным, по вискам стекал пот. — Не знаю. Сяо Чжань улыбнулся, встретившись с ним взглядом. — Ну и отлично. Просто замечательно. Значит, пуля благополучно осталась у тебя внутри вместо того, чтобы испортить вертолет шефа или повредить электронику. Правда? Он изо всех сил старался не паниковать. Сохранять спокойствие, когда ранен кто-то другой, было несложно. Но это был Ибо. Ибо. Но он в сознании. Ранено только плечо. Все должно быть нормально. — По крайней мере, это хотя бы не ведущая рука, — нервно хохотнул Сяо Чжань, продолжая прижимать повязку к его плечу. Потом криво усмехнулся, пытаясь неудачно пошутить: — Как думаешь, задело что-нибудь жизненно важное? Ибо округлил глаза. — Во мне все... — он поморщился, — жизненно важное. Потом добавил: — Поле, Чжань-гэ. Сейчас же. Найди нам поле. И перестань суетиться. — Ладно, ладно. Господи. А я уже испугался, что мне придется самому сажать вертолет. Сяо Чжань снова откинулся на сиденье, продолжая удерживать повязку под летным комбинезоном Ибо и одновременно высматривая место для посадки. В этот момент в наушниках раздался знакомый голос. — Виски Один, это шеф Чжоу. Доложите обстановку. Прием. Ее спокойный тон немного успокоил и самого Сяо Чжаня. Он переключился на нужный канал. — Это Виски Один. Мы направляемся к реке Санба с западной стороны. Так мы окажемся ближе к больнице. Место для посадки выглядит подходящим. У пилота Вана огнестрельное ранение в плечо. Пока он в порядке, я оказал ему первую помощь. После посадки нам срочно будут нужны медики. Расчетное время прибытия четыре минуты. Прием. Может быть, если повторять достаточно часто, что с Ибо все в порядке, тревога перестанет скручивать его внутренности узлом. И тогда с Ибо действительно все будет в порядке. Сяо Чжань снова посмотрел на Ибо. Тот выглядел еще бледнее, чем несколько минут назад. — Ты как? Вот уж действительно гениальный вопрос в разгар кризиса. Молодец, Сяо Чжань. Руки Ибо заметно подрагивали, а вертолет двигался уже далеко не с привычной плавностью. — Нормально, — проговорил он сквозь стиснутые зубы. Сяо Чжань снова развернулся к нему всем телом. Ибо бросил на него короткий взгляд. — Пристегнись. Сяо Чжань фыркнул. — И кто из нас теперь суетится? Он снова внимательно оглядел Ибо. И вдруг… ох… Черт… Черт! Сяо Чжань наклонился вперед, заглядывая под кресло пилота. — Ибо... Откуда это капает? На полу кабины темнело красное пятно. Там была… лужа крови. Ибо упрямо смотрел вперед, туда, где за рекой уже должна была показаться зелень парка. — Это моя нога. Сяо Чжань вскрикнул, почти срываясь на визг: — Что?! Желудок болезненно скрутило. Ему пришлось согнуться и опустить голову между коленями, чтобы его не стошнило. Голос Ибо сухо прозвучал в наушниках: — Успокойся, Чжань-гэ. Просто дыши. — Дышать?! Черт. Черт, черт… — он тяжело втянул воздух, пытаясь успокоить желудок. Соберись. Боже, Ибо... — Куда он попал? Рука Ибо на управлении на мгновение дрогнула. — Бедро. Я в порядке. Смогу посадить нас. Уже недалеко. Сяо Чжань выхватил из аптечки бинты и снова отстегнул ремень безопасности. — Ты уверен? Что мне делать? Скажи, что делать. Я не умею летать. Господи, как же я сейчас жалею, что не умею летать. Прости, Ибо, — он прижал повязку к ране на бедре. Губы Ибо болезненно сжались. Дыхание стало частым и прерывистым. А голос звучал невнятно. — Все нормально. Помнишь, что я рассказывал тебе про полеты? Давай, говори со мной. Не давай мне отключиться. Пока не доберемся до поля. Под ними все еще тянулись жилые кварталы. Слишком много домов. Им нужно было перелететь реку и добраться до открытого поля. Сяо Чжань хмыкнул, вспомнив несколько уроков пилотирования. Несмотря на страх, в голосе прозвучала нежность. — На десять часов есть поле. Через минуту ты его увидишь. Там и сядем. Он перевел дыхание. — И ты говорил мне, что вертолеты не хотят летать. Они постоянно пытаются тебя убить. Потому что вертолеты не хотят оставаться в воздухе. Они хотят разбиться. Поэтому эта дурацкая консервная банка держится в небе только благодаря куче сил, систем управления и очень хрупкому балансу. Балансу, в котором ты чертовски хорош. Сяо Чжань сжал окровавленную повязку сильнее. — И это замечательно. Потому что стоит нам облажаться, как вертолет немедленно перестанет лететь, после чего мы погибнем в огненном шаре мучительной смерти. Он продолжал говорить без умолку, зажимая руками кровоточащую рану на бедре Ибо. Сейчас было не самое подходящее время для уроков пилотирования. Но очень подходящее время, чтобы болтать с Ибо и не давать ему отключиться. Ибо тихо рассмеялся. — Значит, раз ты не умеешь летать на этой штуке, мне стоит... оставаться в сознании, да? Как человеку, который умеет управлять вертолетами. Никаких обмороков. Так? Сяо Чжань поморщился и посмотрел вперед. Теперь они летели ровнее. Низко над землей. — Возьми чуть левее, и мы почти на месте. И тебе нельзя отключаться не потому, что ты единственный пилот на борту, а потому что потерять сознание будет очень вредно для твоего здоровья, идиот. — Учить тебя... летать... всего десять минут... было не самой удачной... моей идеей. Надо было... уделить этому больше времени. Голос Ибо сбивался от боли. Слова прерывались короткими вдохами. И все же он умудрился посмеяться над собственной шуткой. — Пожалуйста, заткнись. Почему ты вообще до сих пор разговариваешь? Сяо Чжань бросил быстрый взгляд на горизонт, потом еще сильнее прижал ладонь к пропитанной кровью штанине Ибо. Зубы сами собой стиснулись. Лишь бы не заплакать. Лишь бы не сейчас. Он понизил голос до шепота: — Уже недолго, баобэй. Ибо собрался с силами. На скулах заиграли желваки. Его глаза блестели от боли. — Да. Мне просто нужно посадить нас, чтобы мы оба не погибли, а не... — голос сорвался, — только я один, — его голова начала заваливаться набок. — Ибо! Оставайся со мной! Ван Ибо! Мне нужно, чтобы ты оставался со мной! — закричал Сяо Чжань в микрофон гарнитуры. Голова Ибо резко дернулась вверх. И Сяо Чжань заставил себя сосредоточиться не на дрожи в своих руках, а лишь на том, чтобы удержать Ибо в сознании еще несколько минут. — Ты не умрешь. И я тоже. Они уже едут к нам. Все будет хорошо. Мы справимся. Он посмотрел на напряженную челюсть Ибо. — Мы ведь справимся? Ответа не последовало. Сяо Чжань снова посмотрел вперед. И вдруг увидел. — Там! Вот там! Видишь? Зеленая поляна! Он указал направление. Как же ему хотелось увидеть внизу машину скорой помощи. Но поляна оставалась пустой. Пока. — Шеф, мне нужен фельдшер на месте посадки. Вы меня слышите? Прием. Голос Чжоу Сюнь остался таким же спокойным, как и прежде: — Они уже в пути, констебль Сяо. Прием. Сяо Чжань снова перевел взгляд на Ибо. Тот выводил вертолет на посадку. — Ты можешь работать педалями? Он смотрел на Ибо во все глаза. Тот по-прежнему управлял вертолетом обеими руками и ногами. Несмотря на то, что две из его четырех конечностей сейчас вообще не должны были работать. — Да, но будет больно. Сяо Чжань глубоко вдохнул. — Ты справишься. Я верю в тебя. Ибо тихо рассмеялся. — Мне нужно кое-что тебе сказать. Сяо Чжань улыбнулся. Он догадывался, что именно Ибо собирается сказать. — Всем сразу? Мы на открытой волне. Это останется в записи. Скажешь потом. Просто сосредоточься на себе. В ответ раздался только прерывистый выдох: — Мне все равно. Ибо по-прежнему крепко держал управление, хотя каждое слово давалось ему с заметным трудом. — Я правда люблю тебя. Никогда... не переставал. Очень тебя люблю. Прости. Вертолет слегка качнуло в сторону. Ибо слишком сильно отклонил ручку управления. — Упс, — прохрипел он с улыбкой. — Надо бы это исправить. Мне нужно заботиться о своем Чжань-гэ. Сердце Сяо Чжаня колотилось как безумное. Кровавое пятно на правом плече Ибо продолжало расползаться все шире. А кровь из раны на бедре размеренно капала на пол между ними. Как метроном. Он не хотел даже думать о том, что им придется совершить аварийную посадку. Только о том, как удержать Ибо в живых. — Пожалуйста, не говори мне сейчас, что любишь меня. Каждый раз, когда ты открываешь рот, ты теряешь больше крови. Так что заткнись и расскажешь мне все это, когда мы доберемся до чертовой больницы. Ибо сглотнул так громко, что это было слышно в наушнике. — Не ругайся, Чжань-гэ. Сяо Чжань шумно втянул воздух. Потому что больше не мог сдерживаться. Слезы уже текли по щекам, а грудь вздрагивала от судорожных вдохов. Пот смешивался со слезами на лице. Он посмотрел на Ибо и их взгляды встретились. Ибо улыбнулся ему, и в этой усталой, полной любви улыбке было столько невысказанного сожаления, что слова оказались не нужны. Его затуманенные глаза были широко раскрыты. Он едва заметно покачал головой. И в этом взгляде читалось безмолвное: Прости. Стиснув зубы, он снова посмотрел вниз, на поле перед ними. Вертолет стремительно пошел вниз. В последний момент Ибо выровнял машину и перевел ее в зависание перед посадкой. Из его горла вырвался тихий стон. Поврежденные рука и нога требовали слишком большого усилия. Сяо Чжань навалился вперед, прижимая ладони к его бедру и плечу. Словно отчаянно пытался затолкать всю эту вытекающую кровь обратно. Повисла пауза… вертолет слегка дрогнул… а потом медленно коснулся земли с громким стуком. Получилось. Ван Ибо посадил вертолет. Машину, которая терпеть не может летать и только ждет возможности убить пилота, если тот хоть немного ошибется. После двух пулевых ранений. Как будто ничего особенного не произошло. Невероятный. Удивительный. Чертов… боже, только, пожалуйста, не умирай. Голова Ибо бессильно откинулась на спинку кресла, и Сяо Чжань схватил рацию, с трудом выговаривая слова сквозь рыдания: — Мы на земле. Повторяю, Виски Один благополучно сел. Он посадил нас. Вы нас видите? Нам срочно нужна чертова скорая. Пожалуйста. Пожалуйста... Он даже не знал, слышит ли его кто-нибудь. Кровь продолжала сочиться из ран Ибо, сколько бы он ни давил на них. Сяо Чжань понимал, что плачет. И никак не мог остановиться. Здоровая рука Ибо поднялась и накрыла его ладонь, которой он прижимал повязку к плечу. Сяо Чжань поднял взгляд. Ибо смотрел на него сквозь боль и все равно улыбался. Он крепче сжал его руку и глубоко вдохнул. Даже это давалось ему с трудом. — Спа... спасибо... тебе. Слезы продолжали стекать по лицу Сяо Чжаня. Он придвинулся ближе. — Не говори ничего, пожалуйста, идиот. Это я должен тебя благодарить. До сих пор не понимаю, как ты вообще это сделал. Как ты нас посадил? Черт. Нет, не отвечай. Я и так знаю. Ты невероятный. Даже с двумя пулями в теле. И за что именно ты меня благодаришь? — За то, что любишь меня. За то, что позволил мне... снова любить... тебя. Ибо улыбнулся, но его губы дрогнули, а веки начали опускаться. Где-то вдали завыли сирены. Спасибо, черт побери. Они, наконец-то ехали. — Не отключайся. Оставайся со мной, хорошо? В больнице еще успеешь рассказать мне, какой я замечательный за то, что люблю тебя. Он судорожно втянул воздух, заставляя себя говорить четко и спокойно. Чтобы Ибо его услышал. — И я люблю тебя. Очень люблю. Оставайся со мной, Ибо. Пожалуйста. Не оставляй меня здесь одного., — его голос предательски сорвался. От одной этой мысли в груди вспыхнула острая боль. Я не могу жить без тебя. Пожалуйста. Пожалуйста, не уходи. Ибо на мгновение встретился с ним взглядом и мягко улыбнулся. — Прости... что оставляю тебя. И тут Сяо Чжань окончательно сломался. Он всхлипнул, сжав его скользкой от крови рукой. — Тогда не оставляй. Пожалуйста, Ибо. Пожалуйста, не оставляй меня. Я любил его, но... я... я не могу жить без тебя. Пожалуйста. Не уходи. Ибо... Но Ибо уже не слышал его. Его глаза закрылись. Голова бессильно упала набок под тяжестью шлема. Руки соскользнули с ладоней Сяо Чжаня, которыми тот зажимал раны, и безвольно упали вниз. Его тело обмякло. И только ремень безопасности не давал ему рухнуть вперед. Паника накрыла Сяо Чжаня с новой силой. Он уже не мог остановить себя. — Черт! Черт! Чертова мать! Где вы?! Мне нужна помощь! Нам нужна помощь! Нам срочно нужен медик… — его голос сорвался, звуча слишком громко даже сквозь шум вертолета. — Ибо умирает. Я... теряю его. Помогите нам. Пожалуйста. Но в ответ слышались только помехи. Тишина. Ничего. Только гул в ушах. Примечания автора Раздражающие, но необходимые знания о вертолетах Мне пришлось немного изменить эту главу и не дать Ибо потерять сознание до посадки вертолета. Всему виной наука, а также люди в интернете, которые разбираются в авиации куда лучше меня. Особенно спасибо всем участникам одной ветки на Quora, которые дружно объяснили мне, что у Сяо Чжаня не было ни единого шанса посадить вертолет, будучи пилотом с практически нулевым опытом. Управлять вертолетом без многих часов подготовки попросту невозможно. Если кратко пересказать их замечательные объяснения, то полет на вертолете можно сравнить с попыткой одновременно идти, жевать жвачку и чесать затылок. Самолет изначально спроектирован так, чтобы стремиться лететь прямо и стабильно. Вертолет же не хочет летать. Он постоянно пытается вас убить, потому что вертолеты не хотят летать, они хотят разбиться. Вертолет удерживается в воздухе благодаря сложному взаимодействию множества сил и органов управления, которые постоянно уравновешивают друг друга. Стоит этому хрупкому балансу нарушиться, и вертолет очень быстро перестает лететь. Причем крайне неприятным способом. Научиться управлять вертолетом сложно, но возможно для человека с хорошей координацией, чувством равновесия, развитой мелкой моторикой и способностью делать несколько вещей одновременно. (Например, для Ибо.) А вот человек, который не проходил полноценное обучение взлету и посадке вертолета? Если он попытается это сделать, то почти наверняка уничтожит машину. И себя вместе с ней. Спасибо всем этим умным людям. Сяо Чжань тоже говорит вам спасибо. Мне очень жаль, вымышленный Ван Ибо, что я продолжаю причинять тебе боль. Настоящего тебя я люблю просто невероятно сильно. Но мучить твою выдуманную версию почему-то ужасно весело. 🥲 Счастливый конец уже совсем близко. Мы почти добрались. Осталась всего одна глава...