Синий свет надежды

— Что там у тебя? — Барри подошел к Гаю, с блаженной улыбкой разглядывающему журнал, и заглянул через плечо. — Оу… Он не был ханжой, но никогда не стал бы так открыто листать журнал 18+ с девушками, одежда на которых ничего не скрывала. — Сисечки, — довольно выдохнул Гай, взглядом лаская девушку на развороте. — С большой буквы «С». Девушка на фото была явно либо хорошо отфотошоплена перед публикацией, либо грудь ей подкачали. Еще был вариант выгодно поддерживающего белья, но Барри знал, что идеально круглая грудь встречалась не так уж и часто. — Она выглядит слишком кукольно, — пожаловался он. — Предпочитаешь более естественные фото? — Гай протянул ему Плейбой, от которого ощутимо отдавало ретро. — Предпочитаю мужчин, — пожал плечами Барри. Гай оторвался от журнала и оценивающе оглядел его. — Что? В руки лег журнал с мужскими моделями нижнего белья. Барри закатил глаза и положил его обратно. — Не люблю рандомные мужские задницы. — Это должен быть кто-то конкретный? — Усмехнулся Гай. Похоже, тема гомосексуальности его не напрягала, но сам Барри не привык говорить об этом с натуралами. Он неуверенно кивнул, не зная, как закончить этот разговор. — И кто это в Корпусе? — Тут же развеселился Гай. — Я, конечно, понимаю, что я там самый горячий мужчина, но это Хэл, не так ли? Барри удивленно посмотрел на него, потому что такой вариант ответа не приходил ему в голову. — Почему это должен быть Джордан? — Удивленно спросил он. — Вы ругаетесь так, что аж искры летят, — рассмеялся Гай. — Даже я чувствую это неразрешенное сексуальное напряжение. Барри пихнул его локтем: — То, что он решил, что я подходящая жертва для травли, не значит, что он мне нравится. И если мы говорим о самом горячем Фонаре с Земли, то это Джон. Спокоен, уверен в себе, его суровый взгляд вызывает мурашки по коже. Но все равно не мой тип. Гай пораженно замолчал, переваривая полученную информацию. Барри же пытался успокоиться, потому что щекотливая тема вбросила адреналина в кровь, и он чувствовал, как сердце заполошно бьется. — Я не собираюсь покупать порно, — прервал он тишину. — И при всей нашей дружбе, свою зарплату на порно для тебя я тоже тратить не буду. На самом деле получалось, что Барри мог позволить себе не так уж и много с тех денег, что заплатил ему Джон. Не то, что бы он жаловался, в конце концов в товарах первой необходимости он не нуждался, у него была своя комната, трехразовое питание и деньги за работу он все равно мог потратить только здесь, в спейс-молле. — Да я бы и не попросил, — вздохнул Гай. — Если бы Салаак был хоть чуточку добрее, он бы давно разрешил покупку журналов для одиноких землян… — Если тебе нужно эссе на шести страницах на максимально канцелярском языке о пользе дрочки в свободное время, то я могу написать его на обратной дороге, — отозвался Барри и тут же почувствовал крепкие объятия. — Я тебя люблю. Платонически. — Ха-ха, — невпечатленно отозвался он, аккуратно снимая с себя любвеобильного Гая. — А если честно, помимо дрочки в душе что вы еще делаете? Ну, с кем спите? — Когда припрет, иду в какой-нибудь из знакомых баров и цепляю человекоподобную цыпочку, — пожал плечами тот. — Главное, чтоб у нее в трусах члена не оказалось, а то у меня была пара казусных случаев. Хотя тебе бы это было в плюс? Слишком дурацкая шутка, да? Извини. Барри тихо фыркнул. — Зубы на сосках тоже хрень полная, — невозмутимо продолжил Гай. — Ты вроде начинаешь посасывать красивую мягкую грудь, а тут тебя что-то кусает за язык… Я в первый раз думал, что в ужастик попал. Так что если соберешься кого-то снять, сначала изучи энциклопедию различных рас. Джон, мне кажется, одиноко дрочит в душе, потому что в его мировосприятии есть только его работа. Кайл встречается с Сораник. И если они забывают поставить заглушку, их слышит весь этаж, если ты понимаешь, о чем я. Хэл… Хрен его знает, если честно, я иногда не понимаю, что у него в голове творится. Возможно, он дрочит на фантазии о самолетах. Что насчет тебя? Ты выглядишь таким пай-мальчиком, когда дело не касается Хэла, что я удивлен, что ты ну… — Что я гей? — Удивился Барри. — Или что я спокойно обсуждаю с тобой секс? — Второе. На первое мы спорили с ребятами и я, кстати, получается выиграл. — Вы спорили на мою ориентацию? — Не впечатленно спросил Барри. — Ну конечно, просто признай, что ты остался с нами из-за четырех прекрасных Фонарей с Земли, а не потому, что тебе страшно начинать новую жизнь на другой планете. Тем более ты признал симпатию к Джону! — Ну задницы действительно ничего так, — не остался в долгу он. — Особенно у тебя. Гай оценил шутку и не стал на него кидаться с кулаками, а только похлопал по плечу. — Прости, друг, только платонически, — с придыханием произнес он, и они оба рассмеялись. — А если честно, у тебя был кто-то на Земле? — Эм… — Барри немного смутился, но потом вспомнил, что ни Земли, ни всех тех людей уже не было, и ответил. — Я встречался с мафиозным боссом Централ-сити… — Ох ты ж ежики… — присвистнул Гай. — Серьезно? — Барри кивнул. — И как это все укладывается в историю о пай-мальчике-наследнике семейной клиники в каком там поколении? Третьем? — Четвертом, — поправил его Барри. — Так и укладывается. У нас же самый криминализированный город в стране был. Отец по молодости штопал местных авторитетов назло дедушке, так что у него была определенная репутация в некоторых кругах. Пока я катался по заграницам один из авторитетов подмел всех остальных под себя, и отец занимался только его группировкой. Самое смешное, что дед не был в курсе такой «халтурки». Лицо Гая так смешно вытянулось, что Барри смущенно хихикнул. — В общем, потом вернулся я, случайно встретился с новым боссом и в какой-то момент понял, что лежу в его постели в одних носках и со связанными руками, и мне это абсолютно по кайфу. Гай поперхнулся и покачал головой: — Спасибо, ТАКИЕ подробности можно и опустить. — Хорошо, — рассмеялся Барри. — Самое забавное, что отец не был в курсе этой интрижки достаточно долго. Я боялся, что будет, если он узнает, но он только головой покачал и сказал осторожнее быть, типа дикие животные не приручабельны и все такое. Думаю, это была его версия монолога про пестики, тычинки и безопасный секс с опасными мужчинами. В груди неприятно потянуло — вспоминать про отца и любовника оказалось гораздо тяжелее, чем он думал. — До того, как стать Фонарем, я работал копом в Балтиморе, — строго сказал Гай. — Так вот скажу тебе, что мафиозные боссы, натягивающие таких миленьких мальчиков как ты, действительно опасны и неприручабельны. Пристрелили бы тебя, и дело с концом. Барри закатил глаза: — Серьезно, Гай? Ты думаешь, я не понимал, что я для него красивая временная игрушка? И я понимал, и он понимал, что я к нему за определенными ощущениями прихожу, все было честно. Все было честно, повторил он про себя, но хотелось, конечно, немного большего, чем острых ощущений. К сожалению, Лен был старше него на двадцать лет, не верил в любовь, а перед тем, как Барри смог переубедить его, прилетели инопланетяне и разломали всю планету на кусочки, похоронив его мечты и желания. Впрочем, время лечит, и сейчас Барри чувствовал себя гораздо лучше, тем более теперь он знал, что его жертва была не напрасна. — Ладно, выбирай свои журналы, — вздохнул он, решив, что спор стоит закончить. — Я хочу посмотреть, что тут еще есть. На самом деле «магазинчик» был вполне себе полноценной пещерой сокровищ. Все здесь выглядело так до боли знакомо, что Барри не знал, за что хвататься. Он решил начать с еды, тем более чай, подаренный Гаем, уже заканчивался. Полки пестрели названиями на разных языках, а разные упаковки были просто красиво расставлены без какой-либо привязки к типу товара. Даже на большинстве ценников было от руки написано «земная еда» без конкретики, видимо, хозяин магазинчика не разбирался в своем товаре, либо был слишком ленив, чтобы писать нормальные названия.　 Забавно, но много товаров было не из США, а из Японии. Барри не был уверен с чем это связано, но сам он провел в этой стране четыре года, неплохо знал язык, так что многие названия были ему знакомы. Он подцепил листовой чай Lupicia и крохотную банку традиционной сенча одного из местных мелких производителей. Заметил какао и смел его тоже, решив порадовать малышку Сомар-Ле. Побродив еще немного, он заметил упаковку смеси для панкейков откуда-то из Европы. Молоко можно было заменить водой, а яйца местного аналога куриц у них на кухне были, так что Барри не сомневался в своем выборе. Подхватив с полки банку Нутеллы, он прошел через развал одежды, придирчиво выбрал одну футболку и задумался, не зря ли он это делает. Пересчитав стоимость покупок, он решил не слишком задумываться о своих порывах и направился дальше между полок. Времени у них оставалось не так много, чтобы осмотреть все, так что он остановился у развала с электроникой. Многое было явно в употреблении, но лежали и запаянные коробки. Он улыбнулся, погладив проигрыватель виниловых пластинок. Самих пластинок рядом не наблюдалось, а у него не было настроения искать. Перебирая коробку с плеерами и диктофонами, он случайно вытащил старенький черный айпод и хмыкнул. У него когда-то был такой же. Экранчик был обтерт, а корпус втиснут в чехол из дешевой кожи. Старенькие наушники торчали из гнезда и были аккуратно связаны. Барри нажал на кнопку включения, но ему предсказуемо высветился экран разряженной батареи. Он оглянулся, но хозяин магазина не смотрел в его сторону. Так что Барри аккуратно подцепил лежавшую рядом нераспечатанную коробку с зарядным устройством, надеясь, что там еще остался заряд. Аккуратно поддев скотч, он достал устройство и подсоединил его к плееру. Снова поднял глаза, но ни хозяин, ни Гай не обращали на него внимания. Экранчик засветился, а через минуту перед ним уже было меню на английском языке. Он покрутил колесико, выбирая папку с музыкой, и замер, разглядывая название верхнего трека. Дрожащими пальцами он сунул наушники в уши и включил его. Электронные аккорды, популярные в конце девяностых, но давно вышедшие из моды, тихо заиграли у него в ушах, а затем женский голос запел: I feel your love reflection Mitsume kaesu hitomi ni Kaite harukana Never Ending Story В одно мгновение он перенесся в собственное прошлое, в небольшой домик семьи Кидо в спальном районе Токио. Кидо были старыми друзьями семьи Барри, и когда он закатил истерику и сказал, что уезжает куда подальше, отец позвонил отцу Джо и попросил приютить его, когда Барри приедет в Японию. Джо Кидо был этакой азиатской версией Барри Аллена. Тоже семья врачей в четвертом поколении с теми же заморочками на тему преемственности профессии. Вот только Джо еще имел и старших успешных братьев, что давило на него только сильнее. Барри только что вырвался из постоянной учебы, поставив свое студенчество на паузу, проехался по бедным азиатским странам, понял, что никакое гостеприимство не перевесит постоянное ощущение грязи на руках, ногах и одежде. Он остановился на Японии, потому что в то время страна была очень популярна среди американской молодежи, да и вообще за границей. Виза ему не требовалась, а вежливые старшие члены семьи Кидо не лезли ему в душу. Джо познакомил его со своими друзьями, и в какой-то момент Барри обнаружил себя на диване в окружении других молодых парней и девушек на марафоне по мультфильму Гандам. Японцы выросли на нем, а сам Барри смотрел его впервые. И сейчас он уже не мог сказать о чем был сюжет, но песня тогда запала ему в душу и долго крутилась в его собственном плеере. Это было вечность назад. Он был счастлив. Он был свободен. Он чувствовал себя в безопасности. — Эй, Док? — Он вздрогнул и моргнул, поняв, что перед глазами стоит пелена. Две горячие слезы дорожками стекли по щекам. — Док, ты плачешь, — осуждающе сказал Гай и взглянул на экран плеера. — White Reflection? Никогда не слышал. Барри потер глаза рукавом куртки и снял наушники. — Это Two-Mix, — улыбнулся он. — Японская группа. Просто… Вызвало ностальгию. Гай задумчиво взял свободный наушник и сунул себе в ухо, прислушиваясь. — Вроде переводчик работает, но ни слова не понимаю, кроме двух фраз на английском, — сказал он. — Ну, это песня про молодость, любовь и безрассудность, — хмыкнул Барри. — Я бы вломил кому-нибудь из Корпуса Синестро под такую музыку, — задумчиво кивнул Гай, вызвав смешок у Барри. — Разве их не в такие моменты в фильмах вставляют? — Да, пожалуй, — улыбнулся Барри. — Главный герой надирает задницу главному злодею, а на фоне поет красивая девушка. Прямо-таки символ надежды на светлое будущее. Гай похлопал его по плечу. — Мы еще дойдем до этого сражения, — сказал он. — Я набрал журналов. А у тебя что? Возьмешь этот плеер? Думаю, Айя сможет с ним что-нибудь сделать. — Думаю, да, — Барри сверился с ценой, денег как раз хватало. — И еще я нашел смесь под панкейки, можем попробовать сделать. Гай счастливо застонал. — Панкейки. Я ел панкейки вечность назад. Но нам, правда, пора. Думаю, остальные уже закончили с провизией, — он прошел на кассу и бесстрастно бухнул стопку порножурналов под нос продавцу. — И кассовый чек, пожалуйста. *** — Звучит абсолютно не сексуально, — разочарованно вздохнул Гай, выключая планшет. Он сдался на второй странице опуса для Салаака. — Ты гениален. — Спасибо, — усмехнулся Барри и отвернулся от него, глядя в иллюминатор в бесконечную космическую ночь. Спейс-молл оказался просто огромным, а у него не хватило времени даже обойти один магазинчик. Это была его первая вылазка с Мого, так что он очень переживал, хоть и не показывал этого. Сораник как раз сменила его в медотсеке, а Гай очень удачно дежурил на закупках, так что он просто присоединился к остальным. Так как ездили они достаточно редко, то брали с собой корабль для груза, а сопровождающих было под двадцать Фонарей. Они все еще были в меньшинстве, и приходилось опасаться нападений. А Барри и Гай еще были представителями недавно уничтоженной расы, что делало их привлекательными для охоты. Но Гай хотя бы мог себя и окружающих защитить. Несмотря на то, что прогулка выдалась приятной, мыслями Барри был уже снова в медотсеке. Джордан просыпался один раз утром, но практически тут же уснул. Барри было стыдно за вчерашнюю злость и совершенно непрофессиональное поведение. Даже если Джордан решил строить из себя героя и страдать, он не имел права бить его прямо по больному месту. Но он запаниковал и сделал так, как сделал. Он мог бы воспользоваться восстановительной капсулой и вообще не трогать Джордана, но по их общему с Джоном решению капсулы стоило использовать только тогда, когда счет шел на минуты. Как потом оказалось, его спонтанное решение было правильным — патруль нашел двух других Фонарей, возвращавшихся с миссии и атакованных Красными Фонарями. Вот у них счет действительно шел на минуты, а теперь из трех капсул была свободна только одна. Никто до сих пор не знал, что именно случилось с Джорданом. Он искал Синих Фонарей, и вернулся с последнего поиска несолоно хлебавши. Возможно, что-то произошло на обратной дороге или на той планете, где он был. Нужно было дождаться, когда он придет в более вменяемое состояние, чтобы спросить. Самого Барри ждал целый консилиум из Гансета, Саид, Айи и Джона, которые встретили его на выходе из палаты Джордана. От них не укрылся всплеск синей энергии от кольца. Следующие пару часов вся компания сидела в его кабинете и слушала о том, что на самом деле произошло с Барри и Землей. Рассказ давался ему сложно, но он не встретил отторжения. — Теперь понятно, почему оно повреждено, — покивал головой Гансет, который совершенно не был удивлен тем, что Барри оказался Синим Фонарем. — Понимаешь, надежда не работает без силы воли, все, что она может дать — это поддержку в космосе и полет. Но ты умудрился направить кольцо и открыть им портал к Зеленым Фонарям. Произошла перегрузка, но я думаю, что со временем кольцо восстановит свои способности. Ты должен носить его при себе. Барри с неудовольствием посмотрел на кольцо, которое принесло ему достаточно бед в прошлом. — Вы не можете сказать Джордану, что я тот самый Фонарь, — медленно произнес он. — Это добьет его. Гансет нахмурился. — Я не понимаю. — Разве вы не видите, что он ведет себя безрассудно? — Закатил глаза Барри. — Это Хэл, — встрял в разговор Джон. — Он всегда ведет себя безрассудно. — Безрассудно и агрессивно? — Приподнял бровь Барри. — Возможно, вы просто привыкли к его выкидонам, но он… — Он взмахнул рукой, не зная как объяснить. — Я пытаюсь сказать… Из того, что вы мне сами рассказывали, Корпус попал в ловушку из-за Джордана. Вас практически уничтожили из-за его ошибки, разве нет? Так вот, он как будто пытается исправить эту ошибку, но происходящее гораздо больше, чем может удержать один Хэл Джордан, — он увидел понимание в глазах Джона. — Он загоняет себя, бесится из-за своих неудач и загоняет еще больше, вот как это выглядит. Если он узнает, что это мое кольцо, а все это время он вел себя со мной как со своим личным врагом, это его уничтожит. — Ты же понимаешь, что мы не можем скрывать это вечно? — Вздохнул Джон. — Вечно и не нужно, — пожал плечами Барри. — Нужно вывести его из этого состояния. Слушай, если бы по Корпусу летало красное кольцо, то Хэл уже был бы его владельцем. — Я согласна, — подала голос Айя. — Показатели Хэла действительно немного необычны. — Вот, — взмахнул Барри рукой. — Вы вообще пробовали поговорить с ним о произошедшем? — Джон отвел глаза. — Слушай, ну вы же друзья? Почему вы позволяете ему одному тащить это бремя вины? В кабинете повисло тяжелое молчание. Джон стоял, глядя куда-то в пол, а Стражи делали вид, что они вообще не причем. — Хорошо, — наконец сказал Гансет. — Я скажу, что забрал кольцо для исследований. — Спасибо, — вздохнул Барри. — А теперь вы можете все уйти и дать мне отдохнуть? Посетители молча потянулись к выходу. Джон, шедший последним, обернулся, придержав дверь: — Мне кажется, Хэл не единственный, кто пытается взять на себя вину за произошедшее. Так вот, Док, с момента, как Атроцитус запустил таймер своего разрушителя планет, у тебя не было ни шанса. А как ты сказал, он великодушно поставил таймер за месяц до того, как кольцо нашло тебя, — Барри отвел взгляд от него. — Ты не виноват в произошедшем. Ты спас нас. Мы все обязаны тебе жизнью. Ты выбрал наилучшее решение. — Спасибо… — пробормотал он, глядя как закрывается дверь его кабинета. Легче ему, конечно, не стало. Он медленно моргнул, возвращаясь в реальность. Нужно было отвлечься, потому что в последнее время он чувствовал себя особенно уязвимым. Он достал свою новую игрушку и начал крутить колесико, читая список песен. Их было что-то около пятиста: в основном хиты прошлых лет на английском языке, достаточно большая подборка песен из аниме, и редкие незнакомые песни на других языках. Прошлый хозяин плеера, видимо, был всеяден, и подбирал музыку под настроение. И хоть Барри очень хотелось включить что-нибудь грустное, он нашел альбом перепевок из диснеевских мультфильмов и остановился на них. Нежный женский голос затянул A Dream Is a Wish Your Heart Makes, и Барри закрыл глаза, ожидая, когда они вернутся на Мого. *** Хэл открыл глаза, мутным взглядом уставившись в потолок. Кажется, это было его третье пробуждение. Бок неприятно ныл, и он готов был поспорить, что это всё вина Дока. Вообще-то он собирался отлежаться ночь и прийти с повинной к Сораник, тем более на общей доске с объявлениями висело расписание смен, и ее была как раз на следующий день. Сейчас он понимал, что надежда на то, что никто не заметит его состояние, была глупой — Айя подключила его кольцо к общей системе, а значит, состояние его здоровья не было секретом для Дока. Очень хотелось пить, так что он повернулся к тумбочке и обрадовался, увидев на ней закрытый пластиковый стакан с трубочкой. Рядом лежала запечатанная одежда, а на ней была банка Нутеллы и его кольцо. Видимо, Гай решил принести ему небольшой утешительный подарок. Шторка с шумом отодвинулась, и в проеме показалась Сораник. Он слабо улыбнулся ей. — Выглядишь так себе, — хмыкнула она и подошла к нему. — Чувствую себя так же, — улыбнулся Хэл. — Спорим, ты бы провела операцию лучше? — Вряд ли, — покачала головой она. — Но тебе все равно придется отдохнуть дня три. И если ты будешь сопротивляться, то Джон разрешил конфисковать твое кольцо. Под его недовольный стон она начала осмотр, и, похоже, была вполне довольна его состоянием. — Сора? — Позвал ее Хэл. — Ммм?.. — Я попал на засаду Желтых, — признался он. — Похоже, они начали собираться обратно. — Ты должен был сказать об этом вчера Джону, — вздохнула она, пряча удивление за маской профессионализма. — А не устраивать спектакль. Там был… Он? — Нет, — покачал головой Хэл. — Но я на сто процентов уверен, что Синестро жив. Сораник грустно покачала головой, но ничего не ответила. Она закончила осмотр и, тихо вздохнув, сказала: — Тебе нужно еще поспать. Но если голоден, я принесу что-нибудь с кухни. Эта штука, которую принес Док, не выглядит особо полезной, — она взяла банку Нутеллы в руки и начала внимательно читать состав. — Это что, Док принес? Я думал, Гай, — нахмурился Хэл. — Они около часа назад вернулись с молла, — пожала плечами Сораник. — Он приходил проверить тебя и оставил банку и футболку. Слышала про вчерашнюю борьбу за твою куртку, — девушка расплылась в улыбке. — Думаю, что одежду он тебе купил в качестве извинения. Хэл снова сел, глядя на подарки и хмурясь. Док таким образом решил позаботиться о нем? Чушь какая… Это что, ему теперь тоже придется подойти к нему и извиниться? Поговорить? Голова начала неприятно болеть, так что Хэл отбросил ненужные мысли — в конце концов прямо сейчас решать проблемы он не собирался. Он протянул руку к банке и, забрав ее у Сораник, прижал к груди. — Ложку принеси, пожалуйста. Девушка смешливо фыркнула и, кивнув, вышла из палаты.