Lighthouse Chaos

Тэхён в свои 23 всё ещё мечтал о большой и чистой. Со своим соулмейтом. Жизненные неурядицы и одиночество как привычный спутник не уничтожили его веру в лучшее. Ведь он знал, что где-то там, далеко, есть его соулмейт. И когда они встретятся, всё точно будет хорошо. Бывали времена, когда только на одной этой вере он и выезжал. Только благодаря ей открывал глаза утром. Видел золотую нить, идущую из сердца, и улыбался. Делал шаг, и ещё, и ещё. Ведь где-то там его ждёт предназначенный самой судьбой родной человек. И они обязательно встретятся. Встретились. И теперь Тэхён был в шаге от пропасти отчаяния. Думал, что лучше вообще никогда не найти своего соулмейта, чем найти и понять, что он выбирает не тебя. Да, Хосок уделял внимание Тэхёну, но как своего партнёра и любовника он выделял Юнги. Логично, они же давно вместе. Получается, Хосок… выбирает Юнги? Вся эта ситуация взрывала Тэхёну мозг и сжимала сердце. Если бы это был какой-то случайный незнакомый человек, Тэхён не постеснялся бы отбить у него Хосока. Ну а что? Тэхён прекрасно осознавал свою привлекательность и манкость, умел её подчеркнуть. А с соулмейтами притяжение автоматически встроено, так что тут всего лишь нужно качнуть чашу весов в свою сторону. Если бы это был какой-то левый человек со стороны… Но это был Агуст Ди. Тэхён чуть ли не молился на его работы и бесконечно им восхищался. И никак не ожидал, что Агуст Ди окажется соулмейтом его соулмейта. Тэхён не хотел делать ему больно. Не хотел, чтобы он страдал. Но и сам страдать больше не хотел. «Я ведь такой же соулмейт Хосока, как и Юнги! — думал Тэхён. — Я имею такое же право быть с Хосоком, как и он! То, что им повезло встретиться раньше, ничего не меняет. Ну ладно, это меняет всё. Но разве я не имею права любить? И быть любимым? Кого мне ещё любить, как не своего соулмейта? Я могу остаться одиноким или попробовать быть с кем-то другим, но я слишком много знаю о том, что потом происходит. Я видел слишком много чужих историй. И я не хочу так. Я тоже хочу греться о свет Хосока. Я тоже хочу, чтобы он мне улыбался. Я тоже хочу, чтобы он обнимал меня во сне. Я тоже хочу любить и быть любимым. Я так устал от одиночества. Я так устал быть чужим. Мне так нравится Хосок. Мой Хосок. Мой соулмейт». После того поцелуя у ручья они больше не целовались. Хосок ласков с ним, он очень тактильный, но это нежность, а не страсть. Он часто обнимал Тэхёна, брал за руку, целовал в макушку или в щёку (и ни разу в губы с того раза), гладил по спине и плечам. Но все эти прикосновения не выходили за рамки, которые хотелось бы пересечь Тэхёну. Ему хотелось большего. Снова почувствовать вкус губ Хосока, его руки на своей талии. И под одеждой. Хотелось, чтобы Хосок смотрел на него с вожделением, раздевал глазами и трахал взглядом. И не только взглядом. Он уже сходил с ума от этих мыслей. Тэхёна тянуло к Хосоку как магнитом. Он хотел, чтобы Хосок смотрел на него так, как он смотрит на Юнги. Да, он понимает, что они с Юнги уже давно вместе, прошли через многое, их чувства глубоко проросли. А с Тэхёном они знакомы всего несколько дней. И всё же… Тэхён догадывался, что у них там какой-то кризис в отношениях, который они пытаются преодолеть. Хосок и Юнги относились друг к другу с таким трепетом, будто всё может рассыпаться в следующую секунду, и важно удержать, сохранить, успеть долюбить. Эти их взгляды, какое-то телепатическое общение, эти их касания, улыбки… Всё это оставляло какое-то сладко-горькое ощущение. Тэхён хотел так же. И ненавидел себя за это. За то, что хотел вклиниться в эту устоявшуюся пару, воспользоваться этой хрупкостью и кризисом. Но как он может? Ведь эти двое — его соулмейт и кумир! Тот самый Агуст Ди с Ютуба, по видеороликам которого Тэхён тащился уже несколько лет. И этот Агуст Ди оказался соулмейтом Хосока — соулмейта Тэхёна. Какая ирония. Он не хотел делать им больно. Но и себе тоже не хотел. А ему было больно. Больно смотреть, как они целуются, когда думают, что Тэхён их не видит. Как руки Юнги заползают под кофту Хосока, как сжимают его ягодицы. Как Хосок запрокидывает голову и смеётся, а Юнги кусает его за шею. Да, Тэхён подглядывал. Злился на себя за это, но не мог остановиться. Кажется, Хосок и Юнги не занимались сексом в эти дни на острове — были слишком уставшими и быстро засыпали. Тэхён, с одной стороны, был рад этому. Он бы не вынес. А с другой стороны, ему хотелось, чтобы они всё-таки потрахались при нём. Он бы притворился спящим. Ему так хотелось услышать, как Хосок стонет во время секса. Да и Юнги тоже… Тэхён фантазировал. Ему было стыдно и горячо от этих мыслей, но он не мог перестать об этом думать. А ещё он хотел… присоединиться. Стать частью всего этого. Чтобы они впустили его в свой мир. И Тэхён решил бороться за своё счастье. Выбрать себя, а не кого угодно ещё, как делал обычно. «Я помогу ещё сотне человек, и меня отпустит». Не отпускало. Да гори оно всё! Тэхён понимал, что с Юнги ему не сравниться. Где Юнги, а где Тэхён! Юнги такой взрослый, брутальный, успешный и вообще… Это же сам Агуст Ди, он такой крутой! А Тэхён кто? Ноунейм, бедный студент и совсем малолетний пацан по сравнению с Юнги. А ещё между Юнги и Хосоком такая химия… Вот как туда влезть вообще? Но он хотя бы попробует. Иначе будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Он не для того проделал весь этот путь на остров, чтобы сдаться. Нет, только не теперь. Тэхён надел свежую кофту из тонкой шерсти, орехового цвета. Она плотно облегала тело и выгодно подчёркивала фигуру. Он брал эту вещь с собой, чтобы надеть на свидание с соулмейтом. Он же не знал, что придётся ехать на остров, в походные условия. Здесь эта кофта кажется неуместной, но всё же пригодилась. Тэхён весь день пытался уединиться с Хосоком, чтобы… поцеловать? прикоснуться там, где можно только Юнги? ощутить его дыхание на своей коже? Но Хосок будто чувствовал желание Тэхёна и каждый раз ускользал, как рыбка из сети. «Тэ, пойдём вернёмся к костру, там Юнги сегодня готовит, я хочу помочь». «Тэ, а где Юнги, ты его видел?». «Давай Юнги позовём и сходим все вместе». И улыбается так широко, и руки Тэхёна со своей талии аккуратно снимает, и приобнимает его за плечи так… по-дружески. И от поцелуев уклоняется. И Юнги, Юнги, Юнги, только о Юнги и говорит. Тэхён был близок к отчаянию. Его не хочет его соулмейт. Очевидно, выбрали не его. Но что делать с тем огнём, что разгорается внутри Тэхёна всё сильнее с каждым взглядом на Хосока? Что делать с этим желанием? А с ревностью? День клонился к вечеру. Они сидели у костра возле руин и ели самый дешёвый рамён. Но Хосок выглядел так, будто он сейчас не на необитаемом острове и в грязной одежде, а в самом дорогом ресторане и в шикарном наряде ест какой-нибудь деликатес. То, как он держал палочки, поворот его головы, осанка. Он даже жевал красиво, а потом довольно мычал, как будто ест сейчас самую вкусную еду в мире. Тэхён чувствовал, что наедается, просто наблюдая за ним. И видимо он слишком надолго залип на созерцании губ Хосока, потому что его вдруг окликнул Юнги: — Эй, Тэ, тебе ещё положить? Не наелся? «Этот голод не утолить рамёном», — подумал Тэхён. А вслух сказал: — Нет-нет, всё в порядке, я просто задумался, у меня ещё есть. — Ну смотри, а то там ещё кипяток остался, можно ещё пачку заварить, если что. — Ты такой заботливый, Юнги! — сказал Хосок и потянулся к нему, чтобы заправить выбившуюся прядь за ухо. А как он нежно на него посмотрел… Тэхён не выдержит. Он, блять, это всё не выдержит. — Я пойду прогуляюсь, — он встал и пошёл в сторону моря. Оказалось, за теми зубчатыми скалами был выход к берегу. Они обнаружили его этим утром. И туда гораздо ближе идти, чем пробираться к морю через лес, как они делали раньше. Тэхён облокотился на одиноко стоящее дерево на берегу («Такое же неприкаянное, как я», — с горечью подумал он) и смотрел на волны. Близился предзакатный «золотой час», который так любят фотографы. — Тэ! — внезапно голос Юнги. Он подошёл к Тэхёну с камерой в руках. — Можно я тебя поснимаю? Ты сегодня просто невероятный. Ну, вообще всегда, но сегодня особенно… Тэхён покраснел и смущённо кивнул. Ему предложил съёмку сам Агуст Ди? Это не сон? — Ты когда-нибудь пробовал себя в качестве модели? — спросил Юнги, пока настраивал камеру. — Нет, даже мыслей не было. — Значит, у тебя сегодня со мной первый раз, — усмехнулся Юнги. У Тэхёна покраснели уши, а сердце забилось быстрее. Юнги что… флиртует с ним? Сам Агуст Ди? И вообще, он реально хочет его поснимать? Тэхён даже и не мечтал о таком! — Хён, это для твоего канала? — Может, и для канала, а может, и для домашнего архива, как пойдёт. Почему в этот момент Тэхён подумал, снимал ли Юнги с Хосоком домашнее порно? И если да, то он хотел бы посмотреть… Юнги поснимал Тэхёна у того самого дерева и на фоне моря. Потом они нашли живописный дрифтвуд — корягу, омытую водой, выброшенную на берег и высушенную солнцем. — Тэ, а ты можешь… снять кофту? — осторожно спросил Юнги. — Эээ… — Если не хочешь, я не заставляю, всё нормально. Но тут такие кадры классные получились бы! — Без проблем, хён, уже снимаю. Тэхён медленно начал стягивать кофту через голову, обнажая кожу сантиметр за сантиметром. Скинул кофту под ноги. Одной рукой зарылся в волосы на затылке. Другой рукой медленно повёл вниз по животу, пока не добрался до кармана штанов. Приподнял подбородок, посмотрел в камеру сверху вниз, закусил губу. Закатный свет мягко ласкал его смуглую кожу, ветер слегка развевал синие пряди, а Тэхён чувствовал себя суперзвездой. Он видел, как Юнги смотрит на него через объектив камеры, и ему это нравилось. Он знал, что кадры получатся просто космические, Агуст Ди по-другому не снимает. И Тэхён не знал, что ему больше льстит — что он попадёт в видео своего кумира или что Юнги смотрит на него сейчас ТАК. Скорее всего, это просто его любовь к искусству, и Тэхёна он сейчас видит как арт-объект, который можно органично вплести в своё произведение. Но, может быть, он смотрит на Тэхёна сейчас как на… Тэхёна? Может ли такое быть, что Тэхён ему… интересен? А если эти кадры не пойдут на канал, будет ли он их пересматривать дома с Хосоком? — Ты точно делал это в первый раз? — спросил Юнги, когда они закончили. — Что делал? — Позировал. У тебя очень хорошо получается, — Юнги улыбнулся. — Правда в первый, — Тэхён улыбнулся в ответ. — На твоём месте я бы присмотрелся к карьере модели. — Юнги, ты меня сейчас засмущаешь. — А перед камерой ты не смущался. Тэхён покраснел и начал натягивать на себя кофту, путаясь в рукавах. Солнце почти зашло, стало заметно холоднее. — Ты очень красивый, Тэ. — Спасибо, — Тэхён уже вообще не знал, куда себя деть от смущения. — Да чё ты, как будто комплименты никогда не слышал, а? Наверное, поклонники толпами за тобой бегают? — Ну, вообще-то нет… Я типа… это… ну, изгой как бы. — Оу. Серьёзно, что ли? — удивился Юнги. — Ну да. У меня даже друзей нет. Я везде… ну, лишний, — в глазах предательски защипало. Тяжёлые ладони опустились на его плечи, и Тэхён не выдержал и разревелся. — Прости, хён, я что-то совсем… — Всё в порядке, Тэ, тебе не за что извиняться, — Юнги прижал его к груди, крепко обнял. — Я… я всегда один… я привык… Но, знаешь, так иногда выть хочется от одиночества, — Тэхён рыдал в плечо Юнги. А Юнги поглаживал его по спине и давал выплакаться и выговориться. — Я сюда приехал за Хосоком, — продолжал Тэхён. — Ну, то есть я не знал, что это Хосок, я ехал за соулмейтом. И я не знал, что у него есть ещё один соулмейт. И что это окажешься ты… И… я… я так запутался, хён… я так… — совсем разрыдался и не мог больше говорить. Юнги обнимал его и шептал: — Ты больше не один, Тэ. Всё в порядке, ты больше не один. Когда Тэхён успокоился, солнце почти закатилось за горизонт. Они вернулись в лагерь. Костёр догорал, а Хосок занимался вечерним уходом за кожей. Он даже на острове умудрялся находить на это время. Взял с собой какой-то тоник, патчи, крема… «Кожа сама себя не увлажнит!» — сказал он Тэхёну, когда тот впервые застал его за этим занятием днём ранее. — Хоби, иди сюда, я тебе твоего Тэхёна покажу! Таким ты его ещё не видел! — крикнул Юнги. И вот они втроём сели просматривать отснятый материал, с двух сторон облепив Юнги. — Вау, Тэ! Ты где такому научился? — восхищённо воскликнул Хосок. — Нигде… Тэхён сам был в шоке, что может быть таким. А ещё он заметил огоньки, которые зажглись в глазах Хосока. Возможно, ему нужно было посмотреть на Тэхёна глазами Юнги, через его объектив, чтобы увидеть его по-новому? Стемнело, парни начали готовиться ко сну. Хосок и Юнги разлеглись на своих спальниках, держась за руки, о чём-то перешёптывались, тихо смеялись. У них там своя атмосфера. Тэхён хотел было забиться в свой угол и спрятаться, как обычно, но вместо этого схватил спальник и перенёс к ребятам. Разложил его со стороны Хосока и лёг, прислонившись к нему боком, как будто так и надо. К его удивлению, никто его не прогнал. Наоборот. Хосок тепло улыбнулся ему, потрепал по волосам, потом обнял одной рукой и сказал: — Давно бы так. А то что ты как не родной, на отшибе. — Я и есть не родной. — Да ну, что ты, конечно родной. Ты же мой соулмейт. Вы с Юнги моя семья, самые родные для меня люди, — Хосок поцеловал Тэхёна в висок. — Но мы же с тобой только недавно познакомились… — Тэхён теснее прижался к нему. — Ну и что? Разве у тебя нет ощущения, что мы знакомы всю жизнь? — Есть. — Ну и вот, — Хосок улыбнулся и закрыл глаза. Тэхён ещё плотнее прижался к соулмейту и закинул на него руку. Тот дышал ровно и глубоко. Уснул. Юнги вроде тоже посапывал с другой стороны. Тэхён начал тихонько водить рукой по телу Хосока. Провёл ладонью по крепкой груди. Поднялся вверх к ключицам. Коснулся шеи. Потом повёл руку вниз, к животу. Погладил круговыми движениями. Потом ещё ниже. Когда его ладонь легла на пах, Хосок слегка шевельнулся и что-то промычал. Тэхён замер на минуту, а потом продолжил движения. Гладил его член сквозь штаны, надавливая всё интенсивнее. Бугорок под тканью начал увеличиваться, Хосок слегка двинул бёдрами вверх, запрокинул голову и простонал: — Юнгиии… Тэхёна как ледяной водой облили. Он вскочил и хотел уже убежать со своим спальником в лес. Но потом взглянул ещё раз на Хосока — на его раскрытые губы, разметавшиеся по спальнику волосы, стояк в штанах, в конце концов… — К чёрту всё, сейчас или никогда! Тэхён вернулся на прежнее место. Уткнулся носом в шею Хосока, вдыхая его запах. Снова провёл рукой от его груди к паху. Тэхёна вело, голова кружилась, он был будто пьян. Пьян Хосоком. Плевать, что он простонал чужое имя (но хотелось бы, чтобы его, Тэхёна). Главное, что это его, Тэхёна, руки сейчас ласкают его и становятся причиной этих стонов. У самого Тэхёна в штанах тоже становилось всё теснее. Он снова положил ладонь на пах Хосока. Пару минут колебался. А потом расстегнул его ремень и ширинку и проскользнул рукой в его трусы. Хосок выгнулся в пояснице и снова простонал, уже громче: — Юнги-я… Тэхёна это больше не смущало. Он уже вытащил член Хосока и нежно провёл по нему рукой. — Боже, хён, ты везде такой красивый… Я хочу тебя нарисовать. А ещё… я так хочу тебе отсосать… Тэхён коснулся языком головки, и с губ Хосока сорвался ещё один стон. Тэхён провёл языком по всей длине и вобрал член в рот наполовину. И вдруг почувствовал, как пальцы Хосока зарылись в его волосы. А стоны становились всё громче и откровеннее. Да Тэхён готов был кончить от одних только этих стонов! А ещё от члена Хосока у себя во рту. И от его рук, которые тянули за волосы. Тэхён вобрал всю длину и убыстрил темп. Хосок стонал уже неприлично громко, поддавал бёдрами, буквально трахал Тэхёна в рот, не просыпаясь. Тэхён старался не думать, что снится ему, конечно же, Юнги. Ещё несколько толчков — и Хосок кончил, а Тэхён проглотил всё до последней капли. Вытер губы от слюны и поднял голову — посмотреть, не проснулся ли Хосок. И встретился взглядом с Юнги. — Хён?.. Юнги молчал. — И давно ты… проснулся? — Хоби звал меня во сне, я на такое чутко реагирую, — он поцеловал Хосока в лоб. — То есть ты… всё видел… — Тэхёну никогда в жизни не было так стыдно. — Да. И судя по реакции Хоби, техника языка у тебя ничего такая, — он усмехнулся. — Ты меня теперь убьёшь? — Тэхён съёжился. — Я что, похож на убийцу? — Нуууу… как тебе сказать… — Тэхён отвёл взгляд. — Блять. Всё нормально, Тэ, не вздумай сбежать. Да и куда ты сбежишь на этом острове. — Я только что на твоих глазах отсосал твоему парню, если ты забыл. — Забудешь такое… — Вот и я о чём, — Тэхён немного пришёл в себя и принялся натягивать на Хосока штаны (а хотелось бы себя на его член, кхм). — Погоди… Тут осталось чуть-чуть, — Юнги приблизился к лицу Тэхёна, взял его за подбородок и слизнул с уголка его губ сперму Хосока. — А, ой, — Тэхён был в шоке от всего происходящего. — Я не злюсь, Тэ, — Юнги поймал его взгляд. — Понимаешь, Хоби заслуживает всей любви этого мира. А я не могу ему дать её в том объёме, в каком ему нужно. Я очень его люблю, словами не описать, насколько сильно. Но этого недостаточно, понимаешь? Тэхён не понимал. Юнги вздохнул и продолжил: — Я рад, что кто-то ещё тоже любит его. И может дать ему то, чего не могу я. Меня одного слишком мало для него. У него такое большое сердце, что я в нём тону, но этого мало, понимаешь? Тэхён вообще перестал что-либо понимать. А ещё ему стало очень стыдно за то, какой он эгоист. И он начал догадываться, за что Хосок любит Юнги. — Хён… Ты святой? — Что? Нет! Ахаха, — Юнги так громко засмеялся, что проснулся Хосок. — Ммм, что это вы тут смеётесь без меня, м? — голос хриплый после сна и после стонов, о которых он не помнит. — Мы уже ложимся, — улыбнулся Юнги. — Тэхён, айда сюда! Они улеглись втроём, Хосок посередине, Юнги и Тэхён по краям. Но теперь они лежали теснее. Хосок лицом к Юнги на боку, обвивая его всеми конечностями (его любимая поза для сна). Тэхён обнял Хосока со спины. Юнги перекинул руку через Хосока и сплёл свои пальцы с пальцами Тэхёна. Это было что-то новое и волнительное. Кажется, этой ночью произошло что-то очень важное. И впервые за долгое время Тэхён почувствовал себя не отвергнутым. Не одиноким. Его принимают. Он нашёл… своих? Он давно не был так счастлив.