Θεότητα | Божество

Пожирающая тьма. Нет ни образов ни вкусов. Лишь чувства и звуки. Порой в моменты затишья, можно было услышать как она скребется, маняще желая поглотить тебя. Этой черни когда то удалось проникнуть и взять верх в сущности Кроноса, пожирая его изнутри как зараза. Ее так тянуло к энергии Аида, поджидая когда же настанет момент его навеки вечные растворить в себе. Самой главной ошибкой парня было присоединиться к отцу, срастаясь с его силой. Тьма втихушку глумилась, по кусочку надкусывая и растягивала удовольствие. Лишь ее медлительность сыграла роль того, что Бог смерти еще жив и лишился лишь кусочка, на месте которого зияющая скверна. Этот мрак донимал всех поглощенных детей. Аид часто слышал как терзали до изнеможения его младшего брата Посейдона. Если старший показывал клыки, то его младший мог лишь налить море слез... по крайней мере в детстве так было всегда. — Все хорошо Дон-я, я тут — эхом раздавался спокойный тон Аида, который ощутил панику брата — Я слышу ты море льешь... я если что лодку с собой захватить не успел — отшучивался старший, медленно продвигаясь на звук. Приблизившись совсем близко, он ощутил нападки тьмы на Бога морских стихий. Сконцентрировавшись, он сокрыл брата ограждая его от тьмы ощущая греющую отдачу. "Так вот какого это..." подумал младший, получая в ответ краткий вздох. Старший не впервой это слышал, каждый раз одни и те же фразы. Посейдон хоть и являлся средним сыном, но для Бога смерти он все равно был младшенький. Раньше, как старший брат, он всегда заступался за свою малышню. Жалел, помогал регенерировать отбитые коленки, прикрывал и заступался. Из-за того что он первый из братьев, на него взяли и скинули младших, часто повышая спрос с их поведения и неуспехов. Аид очень любил их, но в момент когда он стал созревать, становиться краше и сильнее, ему в большей мере стало предпочтительней крутить романы и строить козни. *** Грозно шагая по напичканным самыми разными предметами коридорам, Аид напрягался все больше. Совсем не было ощущения того, словно он дома. Все слишком вырвиглаз. Его дом теперь в другом месте, и его компания состояла лишь из мертвых душ, разных тварей и Цербера. Остановившись перед дверью, мужчина грозно кинул взгляд через плечо на преследовавших его измученных юношей. — Если будет нужно - позову... А теперь потеряйтесь. Навестите семью там, друзей, обрадуйте своим видом — махнув рукой, Бог смерти влетел в покои, которые еще считал своими. Все было точно так же как как и множество времени назад. Он бывало находился тут, во время войны. Но прочувствовать это место ему не удавалось. На его диване сидел шатен, с волнистыми волосами спадающими на лопатки. Тело олимпийца было сильное, подтянутое а в руке красовался трезубец. Посейдон тут же расплылся в радостной улыбке, вставая с места. Аид слегка улыбнувшись склонил голову на бок. Его ладонь крепко сжали, выдавая волнующие чувства встречи. — Дон-и — расплылся он в более теплой улыбке — Надо же кто вынырнул из своих глубин прямиком ко мне в покои — Я знал что ты придешь. Мы так желали тебя видеть — глаза сверкали и переливались как морская гладь под солнцем — Я постоянно ждал тебя тут — Прям уж желали... — по-доброму закатив глаза, они оба приземлились на диван — Что... что между вами случилось? Зевс так трепетно ждал тебя каждый раз, а тут весь обоженный летел пуская молнии из глаз — мягким тоном спрашивал Бог морей, поддерживая тактильный контакт, опуская свою ладонь на чужое ледяное плечо — Еще и весь крсный как помидор, словно напился до упаду — Я случайно... Но из за папаши он тут просиживал без управы, а теперь слишком высокого самомнения. Он молнию клал на мои чувства — Начальный дрогнувший сочувствием голос, вернулся в язвительное русло — Нам всем не сладко пришлось. Но это же мелкий Зевс, просто навидался слишком многого со своей то расположенностью "я первый и лучший" — утешительно похлопав старшего, они оба слегка усмехнулись — ты наверное больше сотни лет не ел мусаку на олимпе. Отведаешь со мной? На заинтересованный взгляд и кивок, Посейдон постучал своим трезубцем и в покои занесли подносы с едой. Усевшись удобней, мужчины вознесли бокалы с вином над головами, выпивая за все лучшее. Аид блаженно улыбался, вспоминая тот самый вкус мусаки. Отведав различных угощений и закусок, мужчины приятно проводили время за беседой, запивая все вкуснейшим вином. Им было много что обсудить. Детство, пустота, война и правление. У старшего и среднего брата казалось складывались самые теплые чувства из всей семейки, которая была как на мечах. Морской Бог кажется единственный остается лучших мыслей и надежд, получая оклик лишь в глазах Аида. — Я бы хотел тебя попросить Аид... — неловко начал шатен, допивая вино Мужчина вскинул брови, с интересом заглядывая в смущенные и опьяневшие глаза брата — Для моего брата что угодно — ехидно улыбнулся брюнет — Помнишь, ты ... тогда в пустоте, э... ну успокаивал меня, защищал? — глаза с морским переливом нервно забегали. Принимать это для Посейдона теперь как мужчины было тяжело. — Само собой помню — просто ответил старший, так же допивая вино и наливая себе еще — Пожалуйста, я хочу снова это ощутить — пересилив себя он посмотрел в глаза Богу смерти На секунду замерев, Аид задумчиво поставил бутыль, глотая еще вина — Нууу, тут все не так просто... как тебе кажется... — Я знаю, я хотел бы — Посейдон коснулся руки брата, что держала бокал. Немного ее склонив младший отпил а после приподнимаясь, утянул старшего в поцелуй. Губы и языки, пропитанные вкусом вина, сливались в поцелуе. Он становился еще больше опьяняющим и страстным, когда не разрывая его Посейдон пересел на колени Бога. Морской Бог поглаживал одной рукой щеку и скулу брата, а второй перебирал его локоны. Это было так необычно расслабляюще, доверительно и тепло. Давно Аид забыл это чувство, довольствуясь лишь мертвыми душами и перепуганными послами Зевса. Они стали прерывать поцелуй, чтобы глотнуть вина для большей страсти, обливаясь им и слизывая красные капли алкоголя друг с друга. От поцелуя разум стало дурманить. Посейдон словно облачился в энергию брата, которая струилась по его телу как бегущая вода, подчеркивая и задевая каждый изгиб. К ней добавились прохладные руки, блуждающие по спине, бокам и ребрам, оставляя легкие царапины от ногтей. Касания будоражили, опускаясь на чужие бедра, сжимая их вызывая блаженный стон в поцелуй. Ноги Посейдона стиснули под собой правителя загробного мира, ощутив у того стоящее напряжение. Опустив руку под чужие ткани, младший обхватил напряженную плоть что отозвалась усилившейся твердостью. Старший томно простонал, ощущая как палец нежно размазывает по его головке выступившую прозрачную капельку. Аид закусил чужую губу клыками, и по их подбородкам разделяясь побежали струйки крови. Из винного поцелуя он перешел в кровавый, отдающий железом. Спустившись, шатен встал на колени вбирая член брата себе в рот. Так сразу, глубоко и страстно погружая его в тесное горло. Аид откинул голову блаженно простонав от такой узости, царапая диван ногтями. Глотка так узко обхватывала чужое возбуждение, туго пропуская налитую кровью плоть вперед и обратно. Обильно пуская по всей длине слюней, он стал проходить более приятно и скользко. Утонченные бледные пальцы в перстнях, перехватили волнистые волосы шатена, больно стягивая в своем кулаке, проталкиваясь глубже и грубее. Попытки стонов морского Бога, затыкались чужим стволом вызывая в гортани не передаваемые вибрации, от которых у Аида срывались краткие вздохи и стоны. — Дон-я, как ты поразительно это делаешь ... — тяжело протянул Бог, наблюдая из под прикрытых век за братом Морские глаза так блистали смотря на брюнета снизу вверх. Картина так будоражила своей сексуальностью, играя с пьяным разумом богов. Что оба с глубинной дрожью любовались. Выпустив член изо рта, в рот погрузились когтистые пальцы, между которых блуждал такой разгоряченный умелый язык, тщательно все смачивая. Подняв парня себе вновь на колени, Бог задрал ткани одеяний, развел его половинки проникая сразу двумя пальцами внутрь. Тело ответило сладким стоном, прогибаясь в пояснице, сжимая широкие бледные плечи. Пальцы скользили, разрабатывая сжимающееся колечко мышц, которое встречно поддавалось и расслаблялось. Добавив третий палец, младший стал поскуливать и ныть, подвиливая ответно бедрами. — Какой ты податливый — бархатно шепнул Бог смерти на ухо шатену, пробивая того на мурашки. Подставляя член ко входу, он стал медленно проникать внутрь. Бледную шею сжали пальцы Посейдона, который прильнул своими припухшими губами к холодным чужим. Шею сдавливало все сильнее, соразмерно тому как член погружался глубже. Поцелуй выходил таким слюнявым и развратным, ощущая искрящуюся страсть. Эти двоим дано не хватало друг друга и простого равного контакта. Эта комната сейчас была наполнена по края похотью. В воздухе витал аромат секса, алкоголя, крови и пота. Не хуже чем в городских подворотнях, еще только не хватало шлепков и просто так стоящих блудниц. Войдя до основания, мышцы не хуже глотки обхватили его. Бог смерти просунул свою руку меж тел, обхватывая возбуждение братца для дополнительной стимуляции. Мягко и ритмично бледная рука гуляла по всей длине немного наращивая темп. — Ах... подожди-подожди — пошлый голос прошептал, замедляя чужую руку смотря на мужчину таким туманным взглядом. Сбитое дыхание младшего, украшенное лицо румянцем, он так сладко покусывал свои губы. Он желал слегка отдышаться, вновь толкаясь в руку Аида и привставая с члена. Брюнет полностью расслабился откинув голову назад, доверяя процесс братцу. Морской бог так же откинул голову, прикрывая глаза и самостоятельно двигаясь наращивая темп, не поспевая за своим желанием. Тело шатена двигалось так соблазнительно и гибко, выстанывая тихо имя брата — Аид...аид... — скулил измученно Посейдон. Бог хитро и довольно улыбался, придерживая второй рукой парня за поясницу. Их темп все нарастал, шлепки и стоны разгонялись. Становилось быстрее и развратнее. Все сводилось к невероятной разрядке. Ощущения и чувства притупленные алкоголем, сконцентрировались друг на друге. Энергия словно порывами кружилась, заплетаясь вокруг тел. Каждое сладостное действие парня на нем выражалось всплеском силы. Она начала неосязаемо сплетаться с чужой, усиливая ощущения. Аид прошипел, когда волосы стало неприятно тянуть. Случайно приоткрытые глаза Посейдона как у рыбы округлились, а сам парень застыл. Загробный правитель хотел взглянуть назад, но его резко дернули за волосы опрокидывая парней с диваном. Брюнет вскрикнул, хватаясь руками за волосы. Упав на пол он поднял свой красный разъяренный взгляд. Над ним стоял Зевс, у которого глаза искрились молниями. Волосы Аида медленно накрутились на большой кулак громовержца. В руках мелькнул выкованный персонально для Божества, меч-молния. Искрящийся как глаза Зевса.