Папина дочка

С понедельника София приступила к операции под кодовым названием «Стань Идеальной, Чтобы Впечатлить Отца». Пахать на уроках, как проклятая, идеально выполнять домашние задания, не нарушать школьных правил — что может быть проще, верно? Но, конечно, всё оказалось не так-то легко. В плане обнаружилась большая прореха — занятия по полётам на метле. М-да. Об этом София совсем забыла. Как стать идеальной ученицей, если как минимум один предмет она стопроцентно завалит? Остаётся лишь надеяться, что ей удастся-таки перебороть свою боязнь высоты. Другого выхода всё равно нет. Во вторник София проснулась в отвратительном настроении, потому что в этот день у Слизерина было первое занятие по полётам. Совместно с Гриффиндором, ещё лучше. Мало того, что предстоит позориться, так ещё и на глазах у Гарри и Рона, которые наверняка не упустят случая позлорадствовать. И ладно бы, на мнение других плевать, в общем-то, а вот перспектива получить штрафные очки за худший в истории Хогвартса полёт на метле по-настоящему пугала. Весь день София не могла думать ни о чём, кроме злополучного урока. И вот настал час икс. К площадке для полётов София плелась медленно и печально, будто на казнь. Ей казалось, что к ногам привязали две гири, так сложно было отрывать их от земли. Чем меньше оставалось расстояния до цели, тем сильнее кружилась голова. Хотелось сбежать, но, увы, это было невозможно. Отступать нельзя. Почти все гриффиндорцы и слизеринцы уже были в сборе. Перед первокурсниками на земле лежали в ряд двадцать мётел. София подошла и встала справа от одной из них. Украдкой бросила взгляд на гриффиндорцев, — ни Гарри, ни Рон, конечно, не обращали на неё внимания — потом снова перевела его на метлу. Она выглядела совсем ненадёжной и не подходящей для полётов. Торчащие в разные стороны прутья, тонкое древко. Интересно, такое вообще способно выдержать человеческий вес? Способно, наверное, в школе же как-то обучали полётам. Здесь в конце концов не идиоты работают. Хотя это ещё вопрос спорный… Ну кто вот придумал летать на метле?! Это же дико неудобно! В промежности наверняка будет давить, поднимешься чуть повыше — ветром сдувает (физику всё-таки никто не отменял). Да и свалиться с этой палки как раз плюнуть. Неужели маги… Додумать София не успела. Из невесёлых мыслей её выдернуло появление профессора. Мадам Трюк была спортивной пожилой женщиной с короткими седыми волосами, торчащими ёжиком в разные стороны, и по-ястребиному жёлтыми глазами. Подойдя к первокурсникам, она громко сказала: — Здравствуйте, класс! — и, подождав, пока утихнут ответные приветствия, продолжила: — Сегодня ваш первый урок полётов. Итак, для начала вытяните правую руку над метлой и скажите: «Вверх!» Началось… София обречённо вздохнула и тихонько, будто вовсе не хотела, чтобы метла её услышала (хотя будто деревяшка может слышать) произнесла: — Вверх! Метла и не сдвинулась с места. София почувствовала себя так, словно у неё гора с плеч свалилась. Ну и отлично! Просто замечательно! И не надо подниматься! Давайте все останемся на земле, целыми и невредимыми. Конечно, это не прокатило. Мадам Трюк заставляла всех произносить: «Вверх!» — до тех пор, пока у каждого первокурсника не оказалась метла в руке. Затем она показала, как правильно садиться, и пошла между рядов, проверяя, верно ли студенты выполняют указания. Так, пока неплохо… София перекинула одну ногу через метлу и сжала древко коленями. То есть, они всё равно на земле, верно? Если так пойдёт и дальше, ей даже удастся без потерь пережить этот урок. Но едва София подумала об этом, как мадам Трюк сказала: — А теперь, когда я дуну в свисток, вы с силой оттолкнётесь от земли. Поднимитесь на метр-полтора и опуститесь обратно. Готовы? По моему свистку. Три, два, один… И мадам Трюк свистнула. София зажмурила глаза, приготовившись резко толкнуться. Крепко-крепко сжала древко ладонями, напрягла бёдра, чуть присела, и… Ничего не сделала. Не смогла. София просто стояла с закрытыми глазами. Было страшно распахнуть веки, увидеть остальных первокурсников, радостно парящих в воздухе, и сердитое лицо профессора. Страшно признать свой провал. — Вы почему ещё на земле? — послышался строгий голос мадам Трюк. София открыла глаза. Всё было так, как ей и представлялось: ученики выполняли задание, а преподавательница выглядела невероятно рассерженной. — Разве не слышали свистка? — сказала она. — Н-нет, мадам, слышала, — шёпотом произнесла София. — Тогда почему не взлетели? — прищурилась мадам Трюк. — Вам что, особое приглашение нужно? — Нет, не нужно, мадам. Я просто не смогла. — Что это значит — не смогла? Почему? София молчала. Она понимала, что влипла в неприятности, понимала, что нужно как-то выходить из ситуации, но не могла вымолвить и слова. Мадам Трюк быстро подошла к ней и сказала: — Отвечайте на мой вопрос! Ну! София лишь опустила голову. Она не знала, как объяснить, что отмалчивается не из дерзости, не из упрямства, просто у неё от страха язык к нёбу прилип. Гриффиндорцы тихо перешёптывались, наверное, обсуждали неудачницу-слизеринку, насмехались над ней. Большинство слизеринцев стояли молча, а вот Малфой от души радовался провалу Софии. Он буквально давился, едва сдерживая хохот. Не дождавшись ответа, мадам Трюк сурово произнесла: — Значит так, либо вы сейчас же взлетаете, либо я вас накажу! Нет! Ей никак нельзя получать наказание, отец будет разочарован! Этот страх пересилил предыдущий, и София мигом оттолкнулась от земли. К счастью, метла действительно поднялась только на метр. Но даже на такой высоте у Софии начала кружиться голова. Её зашатало из стороны в сторону. Не удивительно, у неё всегда были проблемы с вестибулярным аппаратом. Она даже стоя на бордюре — и то шаталась. София попыталась выровнять равновесие, но лишь сильнее завалилась на правый бок, соскользнула с метлы и с тихим ойком шлёпнулась на траву. И тут первокурсники разразились хохотом. Гоготали все — и свои, и чужие. Но гриффиндорцы всё-таки громче. Какой позор! Сильнее высоты София боялась лишь оказаться посмешищем. И вот, два худших страха воплотились в реальность в один день… София сидела на земле, глотая слёзы обиды и горечи. — Вставайте, — коротко бросила мадам Трюк. София проигнорировала этот приказ. Она смотрела на ряд гриффиндорцев. На тыкающие в её сторону пальцы, на искажённые в смехе рты. И вдруг у неё в голове что-то щёлкнуло. София уже не думала ни о возможном наказании, ни о гневе отца, лишь об этом моменте, о насмешках, которые резали больнее ножей. «Неудачница! Неудачница! Неудачница!» — будто слышалось в слитном хохоте. София вскочила и побежала прочь. — Стойте! — слышался сзади голос мадам Трюк. — Вернитесь немедленно! Ученикам запрещено покидать занятие без уважительной причины! Вернитесь! Минус тридцать очков Слизерину! Но София не слушала её. И не останавливалась до самого замка. *** Конечно, происшествие на уроке полётов не осталось незамеченным. Мадам Трюк сразу же после занятия доложила обо всём декану Слизерина. Вечером отец вызвал Софию на ковёр. София шла в подземелья, как на гильотину. Она понимала, что разговор сейчас состоится очень и очень неприятный. Отец наверняка жутко злился. Он уже был зол из-за пятничной истории, а теперь ещё это… София подвела его. Из-за неё у факультета отняли столько очков! А хотела ведь быть идеальной, не нарушать правила Хогвартса… Ага, три раза. София постучала, сделала глубокий вдох и приоткрыла дверь кабинета зельеварения. — Можно? — Вы здесь, — Снейп, читавший «Волшебный пророк», отбросил газету на край стола и откинулся на спинку кресла. — Подойдите. София на носочках, будто желая этим жестом как-то загладить, уменьшить свою вину, приблизилась к отцу и замерла, опустив взгляд в пол. — Мадам Трюк сообщила, что вы сбежали с урока полётов. Это так? — Д-да, сэр, — еле слышно прошептала София. — Простите меня. Я не хотела… — Не хотели?! Здесь всем плевать, чего вы хотите или не хотите! Вы должны! — последнее слово Снейп особенно выделил голосом. Он встал, обошёл стол и навис над Софией. Прямо как в тот раз… — Возомнили себя привилегированной особой? Думаете, тот факт, что вы являетесь моей… Что этот факт меняет ваш статус в школе? Голос отца звучал тихо, но пугал сильнее, чем крик. София уже едва не плакала. — Нет, нет, сэр, я… — Молчать! Не сметь говорить без разрешения! Запомните раз и навсегда: вы никакая не особенная! — Снейп схватил Софию за плечи и крепко сжал. — Поняли? Поняли? Поняли? При каждом слове Снейп встряхивал Софию, будто тряпичную куклу, да так сильно, что у неё голова моталась из стороны в сторону. Потом он опомнился и резко разжал руки. Отступил на шаг и повторил уже спокойнее: — Поняли? — Да, да, сэр, — у Софии по щекам всё же потекли слёзы. — Я исправлюсь! Я не подведу вас, клянусь! — Подите вон, — устало сказал Снейп. София кивнула и опрометью бросилась из кабинета. *** София бесцельно бродила по замку. В гостиную возвращаться не хотелось, там наверняка Малфой со своей компашкой до сих пор обсасывает подробности произошедшего на уроке полётов. Ещё опять насмехаться начнут… Нет, туда Софию решительно не тянуло. Ей было совершенно некуда податься, не с кем поговорить, некому излить свою печаль… Хотя нет, почему? Недавно появился такой человек! Хагрид! Он ведь говорил, что будет рад видеть её в любое время. Как помощника по борьбе с жуками, но всё же. Сейчас Софии ой как не помешало бы прибить парочку вредителей. Авось полегчает. Когда София подошла к жилищу Хагрида, уже начало темнеть. Но она всё равно постучала в дверь. Из хижины сразу послышался заливистый лай и строгий голос: — Назад, Клык! Фу! Потом створка распахнулась. Увидев перед собой Софию, Хагрид очень удивился. — Э-э-э, ты чего тут? — Привет, Хагрид, — радостно улыбнулась София, стараясь не подавать виду, что её задела такая реакция. — Вот, пришла помочь вам по огороду. Как договаривались. — Дык ведь темно же ж. Какая работа? Ни одного сорняка не видать. — Да… Да, вы правы… Я пойду, наверное… — пробормотала София. Её глаза снова наполнились слезами. Хагрид смотрел на плачущую девчонку на своём пороге, и ему было невыносимо жаль её. Интересно, чего она хоть рыдает? Случилось чтоль чё? Тьфу ты, и связался ведь на свою голову… — Да ладно, — буркнул он, — заходи уж. Раз пришла. Просто чай попьём. София улыбнулась — на этот раз искренне, с благодарностью — и прошла внутрь мимо хозяина. Быстро осмотрелась. Комнат у Хагрида, судя по всему, было всего две. Первая служила сразу и спальней, и кухней, и гостиной. Здесь были и камин, и большая кровать, застеленная лоскутным покрывалом, и круглый стол с четырьмя стульями, и шкафы для посуды. Ещё одна дверь вела, видимо, в кладовую. София села на стул. Клык тут же подбежал, положил морду ей на колени и начал пускать слюни на мантию. София обхватила пса, нагнулась, уткнулась лицом ему в макушку и зарыдала. Плакала она долго. Вместе со слезами выходили все переживания, вся горечь и унижения сегодняшнего дня. Хагрид молчал. Наверное, не знал, что вообще можно сказать разнывшейся девчонке. — Ну, хватит, — нарочито грубовато проворчал он в конце концов. — Прекрати. Уже всего Клыка соплями залила. — А он меня слюнями, так что мы квиты, — усмехнулась София. Она выпрямилась, вытерла глаза. — Ну, а теперь расскажешь хоть, чего стряслось? Из-за какой такой печали ты мне тут болото развела? София вздохнула и начала говорить. Рассказ получился довольно долгим. Хагрид слушал внимательно, не перебивал, лишь всё сильнее хмурился. Когда София замолчала, он сердито рыкнул: — Снейп, ну вот же ж… — Хагрид бросил быстрый взгляд на Софию и оборвал себя. Кашлянул. — Н-да, неприятная ситуация. А ты, значитца, высоты боишься? — Очень, — поникла София. — Хм… Хагрид крепко о чём-то задумался. Через несколько минут он вынырнул из размышлений и хлопнул себя ладонями по бёдрам. — Что это я расселся? Обещал ведь тебя чаем напоить. Сейчас всё будет. К чаю кексики и варенье. Только варенье нужно будет достать. — Откуда? — спросила София, не чуя подвоха. — Пойдём, покажу. Хагрид вывел девочку на улицу. София думала, что её попросят спуститься в погреб, но нет. Хагрид остановился перед приставной лестницей и указал на чердачную дверцу. — Вон туда надо слазить. София посмотрела на хлипкую лестницу, на дверку в нескольких метрах над землёй. Снова на Хагрида. Он, верно, шутит? Она же только что сказала, что боится высоты! Да для неё залезть на чердак или на дерево всегда было смерти подобно! Поэтому тётя Элиза и не заставляла, зная о фобии племянницы. А Хагрид неужели станет заставлять? Великан улыбался, как ни в чём не бывало. — Хочешь варенье, лезь наверх, — хитро сказал он, поймав взгляд девочки. — М-м-м, знаете, я не так уж сильно люблю варенье. София попыталась прошмыгнуть обратно в дом, но Хагрид ловко перехватил её. — Не-а! Никаких отговорок не принимается! Лезь. — Я не могу! Не могу! Мне страшно! — Лезь! — У меня не получится! — Всё получится, — гудел Хагрид. — Лезь давай! София вздохнула. Кажется, она начала понимать, что происходит. Хагрид, наверное, хотел помочь ей побороть страх. Как говорится, клин клином вышибают. Но это так не работает! Хагрид, увидев, что девчонка и не собирается двигаться с места, вдруг подхватил её под мышки, поднял над головой и поставил на самый верх лестницы, у чердачной двери. — Хагрид! — взвизгнула София. Она вцепилась в перекладины. Лестница оказалась жутко неустойчивой, ступени дрожали под ногами. Или это так мерещилось со страху? София взглянула вниз, и у неё сразу закружилась голова. — Снимите меня отсюда! Хагрид с улыбкой смотрел на неё. — Не, давай-ка сама. Можешь вниз, можешь вверх, но двигаться тебе точно придётся. Если решишься залезть на чердак, варенье захвати. Оно там, в банках у самой двери. София вздохнула. Вот же ж… Ладно, делать нечего. Придётся полагаться на себя. Дурацкая высота! София попыталась поставить ногу на ступеньку ниже. Лестница опасно зашаталась. Ой! Нет, лучше наверх! Да, туда ближе. София распахнула дверь, подтянулась и перевалилась на чердак. Замерла, прижавшись к полу. Твёрдая опора! О, счастье! О, блаженство! София села и огляделась. Где это чёртово варенье? Ага, у стены справа от двери и правда стоит ящик. София взяла одну банку. Сейчас бы запустить её Хагриду прямо в голову! Нет, фу, нельзя так думать. Он ведь помочь пытался. София вздохнула. И как, интересно, теперь спускаться? Она и со свободными-то руками по лестнице карабкаться боялась, а теперь одна ещё занята. Но делать что-то надо, нельзя же сидеть здесь вечно. София выглянула на улицу — голова опять резко закружилась — и увидела, что лестницы больше нет. Она теперь лежала недалеко от хижины. Ну и что это значит? Зачем Хагрид её убрал? — Хагрид, — позвала София, — верните лестницу. — Не-а, — беспечно ответил он. — М-м-м, а как же я тогда спущусь? Хагрид поднял руки. Неужели он хочет, чтобы?.. — Прыгай, — подтвердил её опасения великан. — Не бойся, я поймаю. Не расшибёшься. Да он издевается! Это что, изощрённая пытка? А не бойся — это сарказм?! — Ни за что! — выпалила София. — Я лучше тут останусь! — Навсегда? — хмыкнул Хагрид. — Рано или поздно тебе придётся слезть. — По лестнице слезу. А до тех пор и не шелохнусь! — Думаешь переупрямить меня? Ну попробуй. Я подожду. София сердито фыркнула, отошла от двери и плюхнулась на пол. Решено, будет сидеть тут! Даже неделю, если понадобится! Так издеваться над людьми… Неслыханно! Хотя на самом деле Хагрид, конечно, хочет как лучше. София вздохнула. Ладно, может он и прав. Может столь радикальные меры сработают. Перебарывать страх всё равно придётся. Занятия по полётам ведь никуда не денутся. А она больше не желает разочаровывать отца. Значит, нужно переломить себя. Сделать «прыжок веры». Если Софии удастся это, ей потом уже никакая метла будет не страшна. Вообще ничего будет не страшно. София встала, медленно подошла к двери. Чуть высунулась наружу, глядя вниз. Хагрид улыбнулся, увидев её. — Быстро ты сдалась. Ну давай, — он поднял руки, — прыгай, я ловлю. София посмотрела на его улыбающееся лицо, на большущие ладони, по размерам напоминающие крышки от мусорных баков, и вдруг поверила: он — поймает. Не подведёт. София прижала к груди банку. Ладно, на счёт три. Раз, два, три! Нет! Не получилось… Не может она заставить себя прыгнуть, не может! Но нужно! Давай же, соберись! Раз, два, три! С последним счётом София зажмурилась и резко прыгнула вперёд. В следующую секунду она почувствовала что-то мягкое — это были руки Хагрида, крепко державшие её тело. — Ну вот, говорил же, поймаю, — послышался бас над самым ухом. София открыла глаза. Цела! Надо же, до сих пор не верится. Хагрид поставил её на землю. София торжественно протянула ему банку. — Вот варенье. Хагрид засмеялся. — Тогда пойдём чай пить, — он развернулся и двинулся к хижине, но София не спешила следовать за ним. — Хагрид! — вдруг окликнула она. Великан остановился и обернулся. — Чегой? — Спасибо. *** На следующий день после уроков София пришла в кабинет мадам Трюк. Увидев её, профессор неприязненно поморщилась. — Мисс Снейп. Что вы хотели? — Добрый день, мадам Трюк, — вежливо сказала София. — Я хотела извиниться за… инцидент на уроке. Моё поведение было неприемлемым, недопустимым. Этого больше не повторится. — Штрафные очки не сниму, — ворчливо ответила мадам Трюк. — И не просите. — Нет-нет, я не собиралась, правда! Они абсолютно заслужены. Я не имела права вот так убегать с урока. Мне действительно лишь хотелось извиниться перед вами. Мадам Трюк некоторое время внимательно смотрела на студентку, будто пытаясь понять, можно ли верить раскаянию этой слизеринки. Потом взгляд её ястребиных глаз несколько смягчился. — Хорошо. Я прощаю вас. Но ещё хоть одно нарушение дисциплины на моём уроке… — Нарушений больше не будет! — выпалила София. — Обещаю. — Поверю вам на слово. Что-то ещё? — Да. Я хотела объяснить, почему вообще всё так получилось. Почему мне было сложно сесть на метлу. Дело в том, что у меня… акрофобия. — Что? — не поняла мадам Трюк. — Навязчивый страх высоты. — А! — профессор понимающе кивнула. — Что ж, прискорбно это слышать. Но вам всё равно придётся посещать мои уроки. И заниматься наравне со всеми. — Я понимаю, мадам. Поэтому хотела попросить вас кое о чём. — О чём же? — прищурилась профессор. — Не могли бы вы позаниматься со мной дополнительно? После уроков. Мадам Трюк удивлённо приподняла брови. — Хм. Неожиданная просьба. Вы боитесь высоты, поэтому хотите больше времени проводить на метле, я верно вас поняла? — Совершенно верно. Я хочу перебороть страх. Знаете, как говорят: «Клин клином вышибают». Мадам Трюк некоторое время пристально смотрела на эту девочку, до странности похожую на профессора зельеварения, а потом рассмеялась. — Вот это мне нравится! Не идти на поводу у страхов, а сражаться с ними, стараться стать лучше — людей с такими принципами я уважаю. София улыбнулась. — Спасибо, профессор. — Пока не за что. А чего нам, собственно, откладывать, м? Я сейчас свободна. Вы готовы начать тренировки? Вам ведь нужно нагонять пропущенное занятие. София смущённо вспыхнула, но ответила твёрдо: — Да, готова. — Тогда идите за мной. Мадам Трюк выдала Софии метлу и скомандовала проделать всё то же самое, что и на уроке. Перекидывая ногу через древко, София думала: «Ты будешь гордиться мной, отец!»