Воспоминания

Глава 30.

− Самоуверенность порождается невежеством.

Властелин.

− Сказал летающий тостер, словивший синий экран смерти, когда пытался понять, как работает «ВААААГХ!» у орков.

Нелкарион Несломленный.

.

Терранский Доминион. Планета-крепость Шанси. Кестар Азрим обозревал творение своего сумрачного гения. Голограмма планеты, показывала множество оборонительных станций, зашкаливающее количество систем ПКО и ПВО на квадратный метр, мощный космический флот, готовый биться до последнего, гарнизон из Астартес и смертных, мотивированных на убийство различного рода вторженцев с особой жестокостью… Магистр Азрим был доволен своей работой, однако вопрос с его политическим противостоянием Лютеру оставался открытым. Лорд-протектор прислал ему воинов, Серый Легион соответствовал стандартам Астартес, однако учитывая методы их создания… они не прослужат столь долго, как те, кто получил стандартные импланты геносемени, пара столетий – и их ждёт судьба Громовых Воинов. А необходимые технологии для создания подобных солдат, как и существенный запас геносемени, хранился у Лютера. Конечно, Астральные Когти под командованием Азрима тоже имели свои запасы, но во-первых, они существенно уступали запасам Лютера и его Падших, которые неизвестно как, для Азрима во всяком случае, проникли в это измерение, а во-вторых, он, в отличии от Лютера, который каким-то образом связался со своими сторонниками по другую сторону разрыва, так поступить не мог, ввиду отсутствия оных. Даже Красные Корсары были не более чем инструментом, расходным материалом, который он не погнушается выбросить, по использованию. Кстати об инструментах. Грохоча своим терминаторским доспехом, он направился в апотекарион, где сейчас находился сержант Лаэс, единственный выживший из истребительной команды «Альфа», отправленной на Иллиум. Да. Глупо даже предполагать, что только Лютер имеет свою истребительную команду, ведомую его «сынком». Нет, его воины, рассеянные по галактике, уже вступили в бой с отродьями пришельцев и ксенолюбов. Изначальный запас геносемени, а также новообращённые неофиты и предусмотрительное умалчивание истинной численности количества боевых братьев отправившихся за Кестаром в это новое измерение, позволили создать своеобразную «Теневую Роту», состоящую из десяти истребительных команд. И вот теперь, фактически десятая часть «Теневой Роты» пала в бою. Будь на месте единственного выжившего какой-нибудь зелёный новичок, который наверняка праздновал труса, Кестрим отправил бы его к погибшим товарищам. Однако сержанта Лаэса он знал много лет, тот был дисциплинированным и компетентным командиром и великолепным воином. Он не мог поверить, что он и его отряд были побеждены. К счастью, на планете присутствовал второй отряд, «Дельта», чей командир, проверив наличие в эфире Лаэса и убедившись в его отсутствии, отправился не его поиски. Благодаря этому, удалось забрать не только геносемя и спасти жизнь сержанта Лаэса, но и уничтожить все доказательства о причастности Астральных Когтей, к тому, что произошло на Иллиуме. Учитывая, что там произошло что-то подозрительно напоминающее прорыв Варпа, Он должен был как можно тщательнее опросить сержантов, ведших свои истребительные команды. Однако всё это были дела ближайшего будущего. Он не мог начать опрашивать Лаэса, пока тот в коме. Потому, его путь лежал в апотекарион, к огромной стеклянной цистерне, в которой, подключённый ко множеству аппаратов жизнеобеспечения, плавал вышеупомянутый сержант, находясь в целебной коме. Химические жидкости, используемые в качестве лекарств, ускорят заживление его ран, магистр не хотел рисковать единственным свидетелем. Около самой цистерны суетился апотекарий Амит, колдуя над панелью управления. − Как он? – спросил Кестар, наблюдая за старым другом. Из-под его маски вырывались пузырьки воздуха и Азрим зашипел: было бы позорно, если бы он утонул в цистерне с лекарствами, после того, как пережил что-то, что устранило всю его команду. Никаких записей, всё подчищено. А вернуться и провести расследование невозможно – на планете долбаный орочий ВААААГХ! Когда-то, в дни былой славы, Кестар не раздумывая отправился бы туда, чтобы предать мечу зелёных ксеносов. Однако, сейчас на его плечах лежала ответственность за весь Орден. Амбиции Гурона дорого обошлись Астральным Когтям, хотя, как многие верили, или хотели верить, им двигала благая цель, подобные намерения часто ведут к вечному проклятью, а он не мог позволить себе ошибиться. − Состояние стабильно тяжёлое, магистр. – ответил Амит. – Ему пронзили сердце, а это тяжёлое ранение, даже для космического десантника, однако он продолжил сражаться, получил ещё несколько ран, множественные переломы костей, потерял глаз и… едва не умер. Ему надо дать отлежаться, и он будет, как огурец. − Я не уверен, что подобное сравнение уместно, апотекарий. – заметил Кестар. – Вы можете определить, с кем столкнулась группа «Альфа», по характеру ран? − С Астартес, разумеется. – ответил Амит. – Могу даже объяснить почему. − Не откажусь. − Пройдёмте. Сияющие руны на внутренней стороне шлема Азрима, сообщили ему о смене температуры, когда он вощёл в морг, следуя за апотекарием. Девять искалеченных трупов лежали на столах, к счастью, их прогеноиды не были потеряны, однако характер ран быстро рассказал ему всё и без отчёта медика, уж слищком характерными они были. Такие оставляли на своих жертвах и его подчинённые. Болтерные снаряды и рваные раны от цепного меча. Работа Астартес, без сомнения. Нет, конечно обычные смертные тоже могли победить Астартес, в отличии от большинства своих братьев, Кестар был реалистом, и понимал, что бытие космодесантником, не давало иммуннитета к атакам обычных людей. Однако, чтобы убить целую истребительную команду и обороть такого ветерана в бою один на один, надо обладать существенным боевым опытом, да и цепной меч – оружие специфическое, требующее долгих и постоянных тренировок и практики. Никто из этой галактики такими навыками не обладал. Все здесь, за исключением кроганов, и в меньшей степени – азари, с высока смотрели на ближний бой. Будто на пережиток прошлого. Что же, у этого прошлого очень мощные челюсти, и оно всё ещё могло кусаться, что не раз доказывали воины Кестара, когда они врывались в строй турианцев, пытавшихся прорваться через их кордоны после того, как Альянс Систем был расколот на части. − Обратите внимание на останки брата Кеплара. – сказал апотекарий, подходя к столу на котором лежало тело покойного боевого брата. Сломанные руки, почти разрублен напополам цепным мечом, как Кестар узнал из отчёта – своим же, на месте черепа – фарш из Керамита, мяса, костей и мозгового вещества… и судя по оставшимся отпечаткам на ещё надетом шлеме – это сделали голыми руками. Нет, обычный человек на такое определённо не способен. − Я обнаружил на перчатках брата Кеплара частички краски. – заметил апотекарий. – Судя по всему, даже тяжело раненый, он продолжал сопротивляться. Должно быть они с брони нападавшего. − И как это нам поможет? – разочарованно спросил Кестар. Краска была нередкой вещью, особенно для Астартес, привыкших красить свою броню в различные цвета, в зависимости от геральдики. − Цвет брони иссиня-чёрный, мастерское проникновение на охраняемый объект, безупречное снятие часовых уничтожение противника с неимоверной безжалостностью и безудержной жестокостью. – ответил апотекарий. – Какой можно сделать вывод? − Предварительно? – отозвался Кестар. – Повелители Ночи. И этот ответ магистру не понравился, даже если дал его он сам. Ужасающая репутация детей Кёрза была известна повсеместна, как среди врагов, так и временных союзников. Более того – она была оправданна и заслуженна – бывшие солдаты Восьмого Легиона, были воплощениями ужаса, и вели себя соответствующе. Через три дня, когда сержант вышел из своей исцеляющей комы, худшие предположения магистра оправдались – за нападением стоял Повелитель Ночи. Один. Иными словами, один Астартес в одиночку положил истребительную команду, каждый член которой был ветераном множества сражений, заточенный под противостояние ксеносам, тварям Хаоса и другим Астартес. А по словам Лаэса, этот ублюдок положил всю группу, даже глазом не моргнув. Это означало одно – против них был опытный ветеран, а не едва-едва выпущенный из лабораторий полукровка. Среди сбежавших в Око Ужаса находились воины всё ещё помнившие Осаду Терры и времена, когда Примархи лично вели армии в бой. Повелители Ночи, в отличии от других Легионов, раскололись на небольшие варбанды, которые продолжили щипать Империум даже после Эры Тьмы и Великого Очищения, проклятье, да до того, как Гурон поднял восстание, Кестару приходилось сражаться с этими ублюдками и среди них встречались хорошие бойцы, как среди молодняка, получившего прогеноиды павших ветеранов, так и среди тех, кто пережил сражения Ереси Хоруса и Великую Чистку. Как будто этого было мало, шпионы донесли, что азари ищут кого-то, кто по описанию очень походил на Повелителя Ночи, однако вот оружие из описания… не соответствовало тому, которое было у напавшего на истребительную команду. Цепная глефа. Оружие офицера или чемпиона из Восьмого, абы кто право носить такое не зарабатывал. Возможно ублюдок просто сменил оружие, но Кестар был реалистом – где один, там и двое, и трое найдутся, а то и целая Великая Рота. Также стоял вопрос, что делать с сержантом Лаэсом? Его вина была неоспорима – под его руководством погибла вся истребительная команда. Однако, Кестар был уверен, что любой другой на его месте не сумел бы исправить ситуацию, или не допустить её возникновения. Тем не менее, совсем не наказать Лаэса он не мог, это могло создать прецедент внутри Ордена, а потому, по полному восстановлению, сержанту будет вручен Клинок Клятвы, и вернуться он должен с головой убийцы своих людей, либо умереть пытаясь выполнить задание. Цитадель. Доки. Несколько недель спустя. Сержант Лаэс аккуратно завёл своё судно в док. Всю дорогу он едва сдерживал эмоции, гнев кипел в нём, но он, чудовищным усилием воли, сдерживал его. Его мысли вновь и вновь возвращались к тому единственному моменту, когда он, вступив в бой с Повелителем Ночи, проиграл его. Он убивал псайкеров и раньше, но этот был особенно опасен, его способности нельзя было сравнить ни с чем, что он видел до этого. Скорость реакции сильно превосходила любую, которую он видел у других Астартес, словно он сражался не с живым человеком, а с неуязвимой тенью, что предугадывала его движения и могла атаковать. Он ума не мог приложить, как ему бороться с чем-то подобным. Лаэс качнулся в кресле. Магнитные захваты схватили его маленький корабль. Пора было выходить. Он отправился к трапу, где его уже ждала его проводница. Её серебряные глаза бесстрашно уставились в кровавые линзы его шлема, на миловидном лице застыла улыбка, иссиня-чёрные волосы рассыпались по плечам, а броня с маркировкой N7, облегала фигуру, выгодно подчёркивая её во всех местах. Они уставились друг на друга – необычная женщина и живое оружие, ни один не спешил поприветствовать другого. Молчание затягивалось. − Хилея, я полагаю? – наконец выдавил из себя Лаэс. Взаимодействие со смертными никогда не было сильной стороной Астральных Когтей. Они презирали обычных людей. За их слабость, за их трусость, за хрупкость, за недолговечность, за их человечность… Они знали, что когда-то были такими же, но их презрение к своим прошлым «я», лишь разжигало ненависть к человечеству, которое они должны были защищать. Однако женщина перед ним вызывала лишь неясное чувство опасности, а не омерзения, которое он испытывал, смотря на обычных людей. Это напрягало. − Сержант Лаэс, я полагаю? – очередная улыбка, но Лаэс не подаёт виду и остаётся невозмутим. Со вздохом, Хилея вернула своему лицу нейтральное выражение. – Пройдёмте со мной. Поговорим в безопасном месте. Кутаясь в свой плащ, Лаэс последовал за Хилеей, в перепутье обслуживающих туннелей, через которые перемещались Хранители. Сержант с отвращением рассматривал внутренности станции, Цитадель напоминала ему какие-то извращённые мощи – позолоченные, но всё ещё гниющие останки. Действительно, согласно анализам воздуха, предоставленным его бронёй, дышать, тем что курсировало в туннелях, для обычных людей было невозможно. Это вызывало ещё больше вопросов к его спутнице, которая шла без видимого респиратора, спокойно дыша ядовитым воздухом, от которого любой обычный человек давно бы выкашлял свои лёгкие. Возможно, она, как и Лаэс, была избрана и возвышена, однако космодесантник не был уверен в её верности его капитулу. Вполне возможно, она была агентом Лютера, использованным в тёмную, или игроком иной фракции, решившей воспользоваться щекотливым положением Астральных Когтей? Хотя, в щекотливом положении находился только он. Передвигаясь по туннелям, они иногда проходили мимо решётчатых люков вентиляции, проходя мимо одного из таких, Лаэс увидел огромный экран, на котором Доннел Удина, Посол Альянса Систем, торжественно пожимал руку послу Республик Азари, Тевос. Буря негодования и отвращения поднялась в его душе, однако всё это вытеснил праведный гнев, возникший при взгляде на это… предательство. Союз с ксеносами, да ещё и против государства своей расы! Он знал, что местные люди пали низко, однако никогда не ожидал узреть такого уровня падения. Неожиданно он почувствовал прикосновение к своему наплечнику. Хилея стояла рядом с ним, её большие серебряные глаза вновь всматривались в линзы его шлема. − Ксеносы, да? – спросила она. – Боюсь придётся привыкнуть. Ты тут надолго. − Счего бы это вдруг? − Спросил Лаэс. – Я здесь только чтобы найти добычу и уйти, забрав трофей. − Многие охотяться за Повелителем Ночи. – сузила свои глаза Хилея. – Я в том числе. Ты думаешь, что преуспеешь там, где профессиональные охотники со всей галактики провалилась? − Я не думаю, я – знаю. – он был высокомерен, однако Астартес, особенно ветераны, которым был Лаэс, имели на это право. Как-никак, он был работником со стажем там, где умирают молодыми. − Тем не менее, без посторонней помощи, твоя охота затянется на годы, а то и на столетия. – ухмыльнулась посланница. – Что ты тогда будешь делать? Лаэс задумался. Посланница была права. Ему не хотелось этого признавать, но искать мастера скрытных передвижений и засад по всей галактике будет весьма непросто. Ему понадобиться сеть шпионов и осведомителей, а не создание подобной уйдёт много лет. Однако создавать подобную структуру с нуля, времени у него не было. С другой стороны, он мог воспользоваться услугами Хилеи, однако её помощь не была безвозмездной. Хотя… выхода у него особо не было. − Ладно. – Наконей решился Коготь. – Говори, что ты хочешь, только быстро − у нас нет времени на лишние политесы. Губы Хилеи разошлись в широкой улыбке. Фел Прайм. Колония. Нелкариону не нравилась Эшли Вильямс, надо сказать, что чувства были взаимными. Однако, находясь в окружении генотварей, он затолкал свои чувства и гонор куда подальше, обустроившись в оружейной и облачившись в экспериментальный экзо-костюм, из тех, которые должны были поставить подразделениям N7. Эшли знала об этом, но она также благоразумно решила промолчать, учитывая, кто осаждал их поселение, а также, кто мог достать лучшее вооружение. Однако тот факт, что он был вооружён, как один из членов спецназа Альянса, а на броне была метка черепа с нетопыриными крыльями, были достаточными аргументами для его допроса. Тем не менее, она медлила, слишком сосредоточенная на предстоящей битве. Нелкарион, между тем, тренировал добровольцев. Многие жители Фел Прайм, поняв, что отсидеться за барьерами и толстыми стенами убежищ не получиться, решили встретить неприятеля с оружием в руках. Блондин не мог порицать такое отношение, но большинство вчерашних гражданских будут просто смазкой для клинков генокултистов. Однако его мнения никто не спрашивал и лишний раз он рот не разевал, молчаливо тренируя рекрутов. Его отношения с группой «Дельта», были куда как более тёплыми, чем с теми, кто прибыл со спектром Уильямс. Из них всех, разговаривать он мог только с Мирандой, Брукс вызывала у него подозрения, учитывая, что он лично диагностировал её смерть, а Моринт – странное желание немедленно всадить ей пулю в голову. Это было довольно странно, ибо такую реакцию у него вызывали лишь тираниды и культисты генокрадов. Даже с Хаосом он не стрелял первым, привыкнув быть более осторожным, ведь иногда убийства пешек просто питали кукловода, вознося его на новые вершины силы. С тиранидами было проще – валишь огромных зверюг и синаптические связи рушатся. Загружаешь яд в артерии Флота-Улья и ждёшь пока он сдохнет. Конечно, чтобы осуществить последнее, требовалось пробиться через миллиарды тиранидов и удерживать позицию, пока ещё больше тварей осаждает тебя, пытаясь разорвать тебя на части. Тем не менее, его мнение не учитывалось, особенно, когда мисс Лоусон что-то потребовалось. − Нелкарион. – Мисс Совершенство выглядела, как всегда, ослепительно. Если бы только ему сейчас не хотелось задушить её, возможно он сумел бы получить хоть какое-то удовольствие от их разговора. – Мне кажется мы не договорили. − Возможно, агент Лоусон, возможно. – И он вновь улыбнулся, он знал, что это в равной мере и пугало и раздражало Миранду, а она не любила ни того, ни другого. – Давайте, задавайте ваши вопросы. Открытость Нелкариона, казалось сбила Миранду с толку, на секунду блондину показалось, что она в удивлении откроет рот, но Лоусон смогла совладать с собой. В этот момент Нелкарион не мог восхититься железной выдержкой этой женщины. Особенно учитывая в какой ситуации она находилась. − Что ты здесь делаешь? – этот вопрос волновал Лоусон с того самого момента, как она увидела своего знакомца и вписалась за него. Она не могла допустить Уильямс, с её никудышными навыками дипломата, до разговоров с Нелкарионом. Слишком свежи в её памяти были события на Омеге. Одно неверное слово – и колония превратиться в скотобойню, никто и ничто не сможет остановить Зверя, как уже было доказано на космической станции. – Я думала у тебя есть дела поважнее помощи колонистам. − Возможно. – кивнул Астартес под прикрытием. – А возможно всё дело в культистах, которые здесь обосновались? Скажи, ты уже видела их? Миранда замерла, вспоминая всё, что ей было известно. Однако, не смотря на обилие информации, у неё на руках не было тел культистов и не хватало какой-то важной детали, чтобы свести всё в единую картину. − Что если я скажу тебе, что за этим стоят наши старые друзья из Культа Детей Звёзд? – спросил Нелкарион, а его улыбка стала настолько широкой, что казалось, будто его лицо треснет, разорвавшись пополам. – Помнишь их? Миранда закрыла глаза. При всём своём желании, она не могла забыть их. Ни их, ни клацающие зубы и скрежет когтей по металлу. − Они… здесь? – Она надеялась, что Нелкарион просто пытался вывести её из себя, напомнить ей о временах ббеспомощности и отчаяния, когда ей пришлось положиться на ужасающее чудовище, чтобы выжить. Однако улыбка на его лице пропала и взглянув ему в глаза, она поняла, что он не шутит. − Да. – кивнул он. – Они здесь. Я не знаю как описать то, что творилось в Системах Сарабарик в то время. Я не могу винить во всём раскол Альянса Систем. Вся наша система насквозь была пронизана коррупцией, так что, ничего удивительного в том, что нашёлся кто-то, готовый сказать «Хватит!», не было, особенно при той поддержке, что обеспечил Орден. Орден. Да, многие говорят, что, мол, если бы не «Цербер», с его секретными проектами, ничего бы не случилось. Однако я напомню: «Цербер» был не один такой. Он просто был более известным и организованным, а из-за растущих известности и влияния Альянса, вступившего в конфронтацию с Цитаделью на некоторых направлениях, был на слуху. Если бы не «Цербер», то другие тыкнули бы в глаз спящего дракона, да и не будем забывать, что война против Жнецов и Покорителей, начавшаяся в 2186, Названная Войной Левиафанов, всё равно привела бы к похожим результатам, уничтожив наши планеты и разрушив нашу экономику. Однако, дорогой читатель, имей таковой место быть, ибо в наши дни, я не могу быть уверен не то что в завтрашнем дне, а даже в том, что не умру сегодня. Итак, сосредоточимся на том, что я хотел рассказать. Культы генокрадов. Зараза, пришедшая в наш мир из-за проекта «Врата», и обосновавшаяся на станции «Омега», выбившая оттуда предыдущих хозяев: группировки пиратов, контрабандистов, наёмников и просто искателей приключений. Что стало с мирными жителями упоминать не стоит, однако в большинстве своём, они стали членами культа, а затем, словно превращённые в горящие разрывные снаряды, были запущены в свои родные социумы, чтобы нести заразу генокрадов по ещё чистым мирам. Они распространялись подобно раковым клеткам, вгрызаясь в организм, что был обществом, и поражая здоровых членов генокрадовой чумой. Очень скоро, на каждой крупной колонии имелось небольшое отделение Культа Детей Звёзд. Тогда мы ещё не знали, что оставленные одни, в своих поисках покровителя, они нашли себе заступников и хозяев, столь же ужасных, как и Жнецы, и также любящих прятаться в темноте космоса. Следуя воле своих мрачных, бесконечно далёких от нас, владык, твари копили силы, захватывая для них миры, не делая ни единого выстрела, когда приходило время восстаний, или флот культа подходил к очередной планете, спящие ячейки активировались и просто нейтрализовали системы обороны планет. Сколько важных объектов мы потеряли так – не сосчитать. Более того, генокультисты открыли сезон охоты на азари. В отличии от других рас, проходящих полный цикл прежде чем в заражённом социуме появиться первый чистокровный генокрад, азари сразу рожали чистокровных, что означало, что каждая азари была потенциальной фабрикой генокрадов. Хм… довольно иронично, учитывая все их тенденции и мнения о «впустую потраченном генном потенциале». Учитывая сколько проституток и стриптизёрш азари было украдено для пополнения армии генкульта, и как легко это произошло, возможно им всё-таки следовало идти в десант, а не трясти своими синими задницами перед клиентами. Возвращаясь к генокультам, во время своих атак те часто использовали тактику, как говорили люди, «зерг раша»: орды генокрадов сметали любое сопротивления, в то время, как культисты проводили диверсии, или атаковали защитников с тыла, либо открывали пути для основных сил противника. Учитывая, что с помощью пленных азари они быстро восстанавливали свои штурмовые войска, многие военные командиры начали уничтожать азари, иногда даже вместе с гражданским населением, чтобы наверняка не дать культистам пополнить свои силы. Азари понесли самые огромные потери среди мирного населения, как от клыков и когтей генокрадов, так и от рук тех, кто должен был защищать их. Мы заплатили чудовищную цену за знание о культе, каждая крупинка новой информации оплачивалась кровью бойцов. В начале войны, когда все стычки казались нам лишь массированным пиратским набегом мы не отреагировали достаточно быстро и генокрады вгрызлись в наши незащищённые места, заслав своих агентов на наши планеты, с помощью беженцев, которые бежали от войны. Мы не были готовы. Не к такому. Не к такой войне. А ведь если подумать, по стандартам того места, откуда они пришли, наша война была лишь небольшой приграничной стычкой.

Из «Записок Солдата», под авторством Примарха Адриана Виктуса.