Любовь. Моя любовь.

Чонин медленно и нехотя разомкнул глаза, на удивление увидев перед собой спящего Чана, такой красивый, такой… такой идеальный, даже во сне идеален. Длинные ресницы, которые подрагивались, аккуратный нос, пухлые розовые губы, к которые так и хочется вцепиться, черные запутавшиеся волосы. Чонин лежал на животе и просто наблюдал за тем, как же красота Чана сияла под светлыми лучами солнца, которые падали на его лицо и делали его ангелом во плоти. Чонин не помнил, как Чан принес его в свой дом, как укатал одеялом, как Чан чмокнул его на ночь тоже не помнит. Чонин аккуратно встал, чтобы не разбудить Чана, накинул на себя большое одеяло и вышел из дома Чана. На улице увидел, как на поляне сидит целая компания, издалека разглядел Хана и Феликса. Он медленно шагая босиком, поплелся к ним, попутно вздрагивая от утреннего холода. Проснулся он довольно рано, часов 6 утра, оборотни давно не спали, спят они всего лишь часа 4, не более. Зевая, он подошёл к ним и Хан, повернувшись увидел сзади себя Чонина, который выглядел помято, но довольно улыбался. — Доброе утро, солнце. Как спалось нашей красавице в доме у вожака? — Хан довольно хмыкает и подмечает, что Чонин довольно часто бывает и ночует у Чана. Чонин на это лишь огрызнулся и уселся рядом с Ханом, на поляне оказалось ещё пару человек. Из них Джейк, Ники и Сону, Чонин поприветствовал всех, а Сону лишь рукой помахал, мол не утруждайся и садись. — Я честно совсем не помню, как оказался у него. Походу нашел меня и отнес. — Лисенок лишь пожал плечами и хмыкнул, что якобы опустим эту ситуацию. — Чонин, ты завтракал? — Спасибо, аппетита что-то нет. — Как себя чувствуешь? Не болит ничего? Как тебе здесь у нас? — Спасибо за заботу, у меня хорошие самочувствие. Мне нравится у вас в поселении, здесь хорошо и кругом природа, здешний свежий воздух улучшает мое здоровье. — Чонин мило общался со всеми, правда Джейк странно на него косился, может надо, что? Позже Джейк покинул их и ушел в сторону озера, им уже скоро покидать деревню, поэтому готовятся. И тут начались омежьи темы. — Ну так, что, у вас уже есть те, кого вы будете наставлять и подготавливать к обряду? — поинтересовался беременный Сону. — Я буду наставлять Кихона, помнишь же его??? — Да, да, помню. Милый такой, выбери ему красивый наряд, чтобы его будущий альфа дар речи потерял. — громко хихикали Сону с Ники. — Я буду наставлять Нао, он такой высокий и красивой внешностью своего альфу ну просто очарует. — Сону похвастался самым красивым омегой на деревне из молодых. Нао и вправду считался самым красивым из молодняка. — Хан, а у тебя уже есть наставник? Небось красавчик какой? — Нее, у меня как раз таки его нету. Хотел выбрать Чонина, но тот не хочет, или же передумал? — все омеги поворачиваются к нему, а тот смотрит себе на ноги и травку выдирает по листочку, ну ей богу. — Чонин, почему ты не хочешь участвовать в ритуале?! Знаешь как это чудесно выбирать себе альфу, а потом вы с ним целую ночь проводите вместе, в очень даже интересном смысле. — громко хихикнул Сону. — От, нет. Даже не думайте, я не буду выбирать себе альфу из вашей стаи, может если только помогу например тебе Сону, или Ники, или же тебе Хан. Буду как помощник наставника. — Чонин все также отмахивается от предложений, но хочет больше об этом расспросить. — Но даже, если я не буду участвовать, то хочу услышать как проходит весь ритуал. — Ооо, давай я тебе расскажу об этом, у меня день Лунного света прошел ну чудесно! — яро похвастался Ники. — Подготовка к празднику начинается за месяц, готовят и засаливают мясо, к этому времени урожай уже созревает и собирают его. День Лунного света празднуют в конце августа, до него идут пиршество, танцы и всякое разное. — Ну, а сам ритуал как? — Да, подожди ты! Щас расскажу. У омег и альф утром в день ритуала начинается подготовка. Омега должна помыться, привести в порядок волосы, также за недели две до дня Лунного света они делают украшения на голову, браслеты, ожерелья или же на ноги. На теле рисуют древние знаки и линии, они светятся в темноте подобно Луне. Выглядит это все супер красиво и нежно, омеги цепляют на себя браслеты и украшения на голову. — Альфы же также намываются, только втирают в себя более тяжёлые и холодные запахи, когда омеги же втирают в себя нежные запахи по типу цветов или фруктов. Альфы ходят с голосом торсом, лишь только на пояснице у них одета накидка из шкуры животного, будь то олень, медведь или лиса. Вожак обычно надевает медвежью шкуру, ведь она знак сильного альфы, потому как медведя победить очень сложно. За неделю до этого альфы идут на охоту и добывают шкуру диких зверей. Расскажу как происходит сам ритуал. — В тот самый момент вся стая собираются на поляне возле Древа, старейшины становятся в полу круг возле корней Древа, а посередине стоит самый главный старейшина и обычно стоит старший омега. Все молодые омеги и альфы стоят порознь на поляне, а вокруг вся остальная стая. В момент Х Луна, которая не светила на поляну, начинает двигаться и поляна купается в лунном свете. Когда лунный свет падает на молодых омег и альф у них на руках появляется красная веревка, связывающая их с их истинной парой. Когда пары находят друг друга и встают рядом старейшина взывает к Древу и Луне, благодарит их. После начинается самая заключительная часть ритуала. Молодые омеги дарят своим новоиспеченный альфа пояса из шкуры животных, после в лесу просыпается ужасное чудовище, омеги его никогда не видели, а альфы после ритуала не могут никому рассказать о том, что происходило той ночью в лесу. Альфы должны были не превращаясь в волка выжить в лесу целую ночь, их главная цель — достать драгоценный камень, которых у него много во рту. В день ритуала у всех молодых омег начинается предтечное состояние, а у Альф начинается предгон. — Да, да. А ещё на протяжении всей последующей недели в стае полное затишье, ведь все молодые пары проводят неделю вместе. — ещё раз тихо хихикнул Сону. — Не пойму, вместе это как? — Ну как это как? Вместе, значит, что у омеги начинается течка, а у альфы гон. Они вместе проводят их. Вот например ты Чонин, у вас с Чаном уже было? — и тут Чонин резко замолчал и Сону, Ники и Хан уставились на него, ожидая ответа. — Нет, у нас ничего не было. Не придумывайте. — все разочарованно вздохнули, все ожидали, что Чонин ответит да, но не получилось. — Ладно, мы не будем тебя заставлять, но приодеть тебя должны. Чтоб ты был самой красивой и недосягаемой жемчужиной. — Хан подмигнул Чонину, а тот засмущался. Что правда, то правда и Чонин это знал, не отрицал попросту. Все рассмеялись с того, как Хан шустро флиртовал с младшим, а тому лишь бы покраснеть и выглядеть помидором. Их идиллию нарушил вожак, который будто с дубу рухнувший, выбежал из дома, натягивая на себя штаны. Чонин увидев его усмехнулся, пока другие омеги были готовы заржать. Все омеги косо посмотрели на него, мол чего он, в шутку конечно. Чан яростно искал глазами кого-то, увидев его, подбежал к омегам и бросился к Чонину. Он схватил его и обнял, крепко прижав к себе. Чонин был в шоке, да и остальные были в очень приятном удивлении. Чонин обнял альфу, крепко сжимая его тело. — Чан, ты чего? — Да так, ничего. Давай просто стоять так, молча, ок? — Чонин все понял и Чан не удержавшись, поднял его на руки и как «принцессу» унес дальше от омег. Чонин слышал как те хихикали и обсуждали это, поэтому развернулся к ним и без звука сказал: «Видите? Вот и смотрите!», и усмехнулся, указывая на Чаном указательным пальцем так, чтобы он не видел. Он то ли машинально, то ли так захотелось, но прижался к альфе, вдыхая его морозный запах и наслаждался свежестью, которая отдавалась от него. Чан чмокнул его в лобик, когда они подходили к дому. — Чан, что же на тебя нашло? Взял и выкрал меня из круга друзей? — Мне захотелось, Чонин. Прошу, помолчи чуть-чуть, я щас очень сильно сдерживаюсь, хочу зацеловать тебя, чтоб на каждом участке твоего тела стояли мои поцелуи. — Чонин аж смутился от этих слов, но стало очень приятно слышать такое от того, кого вроде как любишь. Чан занёс его домой и аккуратно уронил его на кровать, Чонин лежал на кровати такой красивый и открытый, что Чан терял терпение. Он присягнул к нему и нежно поцеловал сначала в щеку, потом в лоб, а уже потом нежно, слегка касаясь мягких губ, а Чонин равно выдыхал в губы Чана. — Ты такой, как бы тебя описать? Вкусный, сладкий, невообразимо мною желанный. — Чан наблюдал за тем, как лицо омеги становилось красным из-за его слов, именно такая реакция заставляла сердце Чана стучать сильнее. — Ну хватит тебе, смущаешь же! — А что, если мне нравится тебя смущать, если моя основная цель смущать тебя? — Ладно, мне нравится, продолжай меня целовать, одних красивых слов мне не хватит. — после этих слов Чан впился ему в губу и заставлял младшего обнимать его сильнее сзади, пока Чан не поднялся, утаскивая за собой и младшего. И вот уже Чонин сидел на его руках, губы были заняты другими губами, оба наслаждались этим. Все же приятно получать взаимность от друг друга. Чан игрался с его языком, Чонин отвечал тем же, альфа отстранился от губ, пошел вниз по шее, нюхая и облизывая шею омеги. Водил носом вдоль шеи и не мог надышаться запахом ванили, которым прям так и несло от Чонина. Чан крепко сжимал его ягодицы, отчего у Чонина звёздочки перед глазами. — Чан, мне щекотно, перестань! — по телу Чонина пошли мурашки, от чего тот поежился и недовольно цокнул на альфу. — Чан, отлипни от меня, все! Мне надо идти. Ну же, Чан! — Чонин взвизгнул от того, что Чан лизнул его шею. Чан все же выпустил Чонина из объятий и поставил на пол, пока тот держался за шею и недовольным взглядом прожигал его лицо. — Ну все, прости. — не успел Чонин цокнуть, как тут же их прервали громким голосом. — Чан, Чан, выходи! У меня новости для тебя! — это был Минхо, он явно был обеспокоен. — Чонин, подожди меня здесь, ок? — Хорошо. — Чан вышел из дома, подальше отведя Минхо от дома, чтобы Чонин не слышал. Чонин решил убежать, точнее уже превратившись в волка, он выпрыгнул из окна и убежал в совершенно незнакомую сторону от поселения. Чонину смешно от того, что Чан зайдет в комнату, да не найдет его. Будто волчонок бежит белый волк по лесной опушке, да наслаждается природой. Чонин с недавних пор принял своего волка обратно, кстати, его волка звали Чон, просто Чон. Обычно волки с рождения дают сами себе имя, в основном это сокращение от имени хозяина. Чонина зовут Чонин, а его волка Чон. Так вот сейчас они оба в полной гармонии друг с другом, Чонин бежит к водоёму, оттуда слышатся голоса. — Хан, прекрати же! Мне неприятно от твоих брызгав! — кричал недовольнвй Феликс, — Ой, там кто-то стоит. Когда Чонин добежал до водоема увидел перед собой Феликса и Хана, плескающихся в воде. Друзья, когда увидели его, помахали ему. — Чонин! Беги к нам, искупаешься! — кричал ему Феликс, а потом завизжал, ведь снова брызги накрыли его. Волк побежал к водоёму и прыгнул, превращаясь в полете в человека. Он с громкими и большими всплесками нырнул под воду, пока Хан смеялся, а Феликс снова отчаянно стонал, снова брызги. — А я смотрю ты хорошо принял своего волка, рад за вас. — Хан похлопал Чонина по плечу, а тот засмеялся. Весело им было. — Давайте на перегонки, кто быстрее доплывет до того камня и обратно? — Чонин предложил эту идею, указывая на большой камень, стоящий в метрах десяти от них. Феликс согласился, а Хан не хотел, ведь живот большой, переживает за малыша. Ребята веселились, купались, бедного Феликса постоянно топили, обрызгивали водой, кидали в воду и всячески издевались Чонин и Хан. — Чонин! — из леса донёсся голос Чана, он был в шоке, когда не увидел Чонина в комнате. Побежал в лес, поймав запах омеги, искал минут 15, а потом уже поймал запах, ведущий к озеру. — Ого, это чего он? — спросил Феликс. — Ой, там кто-то в кустах. — приметил Хан, услышав шуршание к кустах. Все обернулись к кустам, из кустов вышло двое волков. — Да это же, Минхо! Минхо, мы здесь! — Хан приметил в одном из волков Минхо, а в другом Хёнджина, — Ооо, и Хёнджин тоже! Идите к нам! Минхо и Хёнджин переглянулись между собой и кивнув, они на перегонки побежали к озеру. К этому времени из уже других кустов выпрыгнул большой черный волк, весь запыхавшийся правда. Все трое Альф подошли к озеру и обратились в людей, стояли все напрочь голые. Только лишь Чонин отвернулся в другую сторону, а Хан и Феликс же стояли и пялились на голый торс альф, совсем не стесняясь. — Да ладно тебе, Чонин! Что мы там у них не видели? — усмехнулся Хан, с чего все засмеялись, кроме Чана и Чонина, которые были красными от стыда и смущения. Всем было смешно с них, оба такие неопытные, оба такие смущённые. У Чана отношений ещё не было, а вот у Чонина был опыт в отношениях, вправду не очень хорошо закончившийся. — Ладно тебе, Хан. Чего смущать всех присутствующих, давайте уже расходиться, Феликс выходи из воды. Пойдем домой, солнце. — яро подметил Хёнджин и ласково обратился к своей омеге, а тот быстро выбежал из воды, приняв обличие волка. Минхо превратился в волка и позвал Хана, а тот трусцой пошел догонять своего альфу, и вот снова они остались вдвоем. Когда на горизонте никого не осталось Чонин вышел из воды и подошёл к Чану. — Ты чего по всему лесу бегал и орал? Меня искал? — Чонин ухмыльнулся, а Чан просто обнял его. — Да, тебя искал, кого же ещё? — Чан уткнулся в плечо младшему, а Чонин гладил по волосам Чана. — Чонин. — Чонин поднял голову и посмотрел на Чана, а тот затянул омегу в страстный поцелуй. Чонин сначала опешил, но вырываться не стал, а наоборот ещё больше впился в губы старшему. Чан ещё больше прижал к себе младшего, целовал, можно сказать пожирал целиком, что аж воздуха не хватало. Чан резко отстранился от омеги и наклонился к его уху, пока тот пытался привести дыхание в норму. — Я хотел бы провести эту ночь с тобой. — шепнул на ушко Чан, так ласково, так страстно. У Чонина аж лицо покраснело, — У тебя покраснели ушки, значит ты не против? — Я не против, давай проведём эту ночь вместе. — Чонин сначала замешкался, но приняв решение, чмокнул старшего в ухо, от чего тот поежился и улыбнулся. — Тогда, как зайдет солнце на закате, я хочу, чтобы первым, что я увидел ты лежащий на моей кровати, открытый, возбуждённый и желанный. Постарайся ради меня. — Чонина аж в дрожь бросило от предвкушения. Чан на последок чмокнув его, ушел делать дела вожака, а Чонин так и остался стоять истуканом. 🌙 — Чонин, расскажи немного о своем мире. Я например там никогда не был. — сказал Хан. И вправду он, Минхо, Хёнджин и другие из возраста никогда не были в человеческом мире. Запрет на аметисты был введен бывшим вожаком после побега Ян Чонвона. — Ну я даже не знаю, что тебе сказать. — Ну пожалуйста! — Ладно, ладно. Расскажу тебе только о двух городах, ведь в других я не бывал, про Пусан и Сеул. Я учился в Сеуле, но переехал обратно в Пусан, к своим родителям, — на этом моменте при упоминании слова «родители» Хан поперхнулся, — Я работал учителем в школе, но я в основном работал няней в детском саду. Полгода проработал в оричинибе, это ясли для самых маленьких детей, от трёх месяцев до трёх лет. Остальное время работал в ючивоне. — А вот почему ты так ладишь с волчатами, теперь понятно. Расскажи ещё, расскажи про того, как вы проводите свободное время. — Обычно я проводил свой досуг по разному, мог спать целыми днями, ходить по магазинам и скупать одежду. Ходить по кафе, особенно там где работает Сынмин-хен. — Ой, а кто такой Сынмин-хен? — ой-ой, вот Чонин и замечтался. — Да так, знакомый. — Да ну нет, Чонин! Я вообще не знаю ничего о твоей жизни в человеческом мире, ты ничего не рассказываешь! Мне это не нравится, я твой друг, но ничего не знаю о тебе! — после этих слов Хан встал и ушел искать Минхо, видимо он обиделся и Чонину было слегка стыдно, но Хан же не настолько обидчив. Он успокоится, наверно. 🌙 Ночь, тишина, лишь только сверчки играли на своих скрипках и создавали эффект тишины. Чан за весь день устал, его вымотали заботы вожака, но это все стоило того, чтобы зайти к себе домой, отворить дверь, подняться по деревянной скрипучей лестнице и увидеть на своей кровати, лежащего омегу, чье лицо было освещено светом Луны. Омега открыл глаза и его взору было представлены янтарные глаза, светящиеся в темноте. Чан постепенно подходил, снимая с себя одежду, дыхание потихоньку сбивалось, возбуждения росло в каждой клетке тела альфы. Запах ванили становился сильнее с каждый разом, когда Чан подходил на шаг ближе и ближе. Омега лежит открытый, страстный и желанный, но напуганный? Чан осторожно лег возле него и поцеловал в щёчку, пока Чонин прижимался к нему все сильнее. — Чего ты боишься, маленький? Это твой первый раз? — Чан спрашивал его с нежностью, осторожностью и лаской в голосе, чтобы Чонин понимал, что Чан неопасен. — Я, боюсь. Это не мой первый раз, но я боюсь. — Почему боишься? — Я не могу сказать тебе. — И почему? — Чан понял, что Чонин не скажет, обнял его крепче и поцеловал в лоб, щёчку, а потом и страстно в губы. Он целовал его нежно, глубоко, но достаточно осторожно, пытаясь расслабить омегу. Он перевернулся так, чтобы Чонин оказался под ним, он продолжал целовать его, играясь с языком, чувствуя как омега расслаблялся. Он отстранился под тяжёлые выдохи Чонина, стянул с себя футболку. Он сел рядом с Чонином и погладил его по плечу, привлекая к себе внимание омеги. — Чонин, поможешь снять штаны? Я сегодня повредил ногу, когда охотился на оленя, самому никак. — Чан врал, конечно же он не повредил ногу, но захотелось слегка приврать. — Хорошо. — Чонин спустился на пол и аккуратно попытался снять. Под актерские крики Чана он все-таки снял штаны. — А трусы? — А что трусы? Ты сказал же только штаны. — ехидно улыбнулся младший, он более-менее расслабился и возбудился, шутил и подшутил над старшим. Старший же тоже не промах, встал и отошёл, сняв свои трусы сам, светя своим достоинством перед омегой. — Ээй, Чан. Что же ты делаешь?! — Чонин визжал, закрывая руками глаза. Чан подбежал к нему и повалил на кровать, целуя в щёчку. Он был сверху, но одним ловким и точным движением оказался внизу. Чонин сидел наездником на нем и явно был смущён этим. — Чонин, сделаешь все сам? — Сделаю. — ночь была длинной для них, они любили друг друга всю ночь и до утра. 🌙 Жизнь снова кипит в стае, вон где-то старейшины решили помочь молодым омегам в готовке, а те сразу их отговаривать начинали. Волчата уже немного подросли, выводок с весны этого года вышел хорошим, на поляне видно около шестерых альф волчат и около четырех омег. Волчата альфы кусают друг друга за уши, за лапы, за спину, да вообще за что угодно. Омеги тихо наблюдают за ними, лишь только один омега также играется с альфами, Енсан. Он очень хотел играть с альфами наравне, а не просто наблюдать из стороны. Также видно Хана, который кричит на Минхо, слышатся недовольные нотки в голосе омеги. Видимо Минхо снова провинился перед своим омегой и сейчас отхватывает по полной. Где-то видать Феликса и Хёнджина, которые лежат на поляне, Хёнджин берет по одной ягодке из корзины и кладет в рот любимому. Со дня, когда выпустили Хёнджина любовь их стала неразрушимой и они не отлипали от друг друга ни на секунду. Жизнь кипела, пока Чонин лежал на самой удобной кровати в мире, голый, открытый и красный от стыда. С того момента, как он проснулся в голове стали всплывать воспоминания из ночи. Сцены их, мхм, любви, много любви, очень много. Чонин хотел было встать, но кто-то обнял его сзади, крепко обхватывая руками, притягивая обратно к кровати. Чан промолчал что-то, после чего прижал Чонина ещё крепче к себе, нюхая белоснежные волосы на затылке. — Чан. — Мм? — Мне щекотно, перестань пожалуй дышать в затылок. — Чонин лежал спиной к Чану, нащупав рукой его затылок почесал по волосам, от чего Чан невольно улыбнулся. — Прошу, давай полежим так чуть-чуть. — Хорошо. — так они и лежали, пока не пришел названный гость. — Чонин! Чонин, ты тут?! — это был Феликс, он кричал с улицы, Чонин невольно отлип от Чана, подошёл к окну и открыл его, выглядывая. В окне увидел Феликса и Хана, который отвернулся в другую сторону от дома. — Чонин, выходи! — Чонин обернулся на Чана посмотреть не проснулся ли он, он все так же убито спал. Чонин решил выйти, подбежал к своей одежде, но резко остановившись, схватился за поясницу. — Ай ай, моя спина. — негромко прошипел Чонин. Он все же оделся кое-как и вышел к своим друзьям, на него сразу налетел Феликс, но Хан стоял в сторонке. Чонин подошёл к нему, но тот лишь ещё больше отстранился. — Хан, ну что же ты, до сих пор обижаешься? — Феликс спросил его, он знал, что Хан обижен на Чонина, но за что он не знал. — Хан, прости. — но Хан даже не посмотрел в его сторону, тогда Чонин решил сказать ему кое-что интересное. Он подошёл к нему и обнял посильнее, чтоб Хан не вырывался, наклонился к уху и произнес такое. — Мы с Чаном переспали. — шепотом он сказал Хану, от чего у того глаза на лоб полезли. Он резко отстранился от Чонина. — Да ну?!!! Афигееееть! Чонин-аааа, я в шокеее! — он кричал так, что было слышно на всю округу, Чонин попытался заткнуть ему рот, но Хан бегал от него кругами, пока Феликс стоял в недоумении. — Ээй, что ты ему сказал?! А почему мне не сказал?! Чонин, это же не честно! Стойте, куда вы?! — Феликс побежал за Чонином, Чонин побежал за Ханом, а Хан убежал куда глаза глядят, вроде как в сторону леса. — Мдаа, не омеги, а дети какие-то. — ловко подметил Минхо, стоящий вдали с Хёнджином. — Да ладно, главное им весело, а если им весело, то я счастлив. — Я тоже счастлив. — Я тоже. — также присоединился к ним Чан. — А чего они так шумели, Чан? — Самому бы знать. — и хмыкнул, от чего друзья странно покосились на него. — Вожак! Вожак! У нас проблемы! — какие-то альфы бежали к ним издалека и кричали. — Что случилось, Джей? — Там, это, стая Ким узнала про месторождение аметистов! Они намерены раздобыть аметистов и отправиться в мир людей, и у них очень плохие намерения. Если они узнают о том, что в нашей стае находится человек, они придут к нам с войной. — Блять, созывайте совет старейшин, срочно! — альфы стояли и тупо смотрели на него. — Я сказал живо! — Чан не вытерпел и наорал на них, Хёнджин и Минхо знают его давно и давно привыкли, что он может быть серьезным, жестоким и злым, а вот если Чонин увидит эту его сторону, то точно не выдержит такого. — А ещё, вожак! — Что ещё?! — Ваш папа… он возвращается в стаю. 🌙 Вот и прошла неделя с той ночи, Чонин полностью отошёл от нее, поясница не болела. Он сидит на поляне вместе с друзьями, они насобирали себе ягод в корзины и теперь сидят на мягкой траве, поедая всю свои добычу. Через неделю уже будет день Лунного света, начинаются заготовки мяса, овощей и других вещей. Омеги начнут шить пояс для будущего альфы уже завтра, поэтому все готовятся, но никто никому не должен говорить о том, какой же он сделает пояс. Чонину помогли сделать ритуальную одежду, не для ритуала, а для праздника! Наряд состоял из штанов цвета жемчужины, сверху на нем будет белая рубашка посередине которой были завязки, грудь его должна будет слегка приоткрыта, также были украшения, кольца, браслет и ожерелье, которое ему подарил Чан. Это был довольно неожиданный и приятный сюрприз от альфы, Чан очень хотел, чтобы он участвовал в ритуале, ведь именно Чонин ему был нужен, но Чонин сомневался. Так и пролетели дни, ребята веселились и игрались, развлекались от отдыхали. Омеги как-то раз были на осмотре у лекарей из другой стаи, которые приезжают во все стаи и осматривают всех жителей, в особенности омег и в особенности беременных. Хану сказали, что малыш в порядке, растет здоровым, сказали, что он уже на шестом месяце беременности и через месяц-полтора ему рожать. У оборотней беременность протекает семь-восемь месяцев, может рождаться за раз максимум два-три волчонка. Лекари также проверили всех молодых омег, которые должны были участвовать в ритуале и Чонина туда же утянули. Слава богу лекарями было омеги и не нужно было так стесняться. Сказали, что у Чонина все хорошо, что он здоровый, молодой омега, сказали, что у него довольно хорошее строение тела и тазовое положение, что довольно хорошо, ведь это обозначает плодовитость омеги. Чонину это показалось странным, вот сказать незамужнему омеге, что он идеален для того, чтобы рожать детей. Ну да ладно, Феликсу же сказали, что его организм полностью готов, чтобы понести. Феликс очень этому обрадовался, они с Хёнджином как-то раз говорили об этом, но всерьез не обсуждали такую тему. Омега очень сильно мечтал о малышах, хотел родить Хёнджину сначала альфу, а потом двойняшек омег. Был очень рад, узнав, что Хан ждёт малыша, помнил как Минхо радовался малышу и на месте его представлял своего альфу. 🌙 Чонин шел в сторону деревни, сегодня все были заняты, Чана не видать целыми днями, друзья заняты своими делами и своей семьей, лишь один Чонин ходит как отшельник. Он решил добраться до деревни волком, ведь ноги жутко устали от ходьбы. Белым волком он направлялся к деревне, но услышал чьи-то голоса, где-то в стороне. Почему-то загорелось желание пойти и послушать о чем там говорят. Он пошел в сторону звука, спрятался незаметно в кустах и стал подслушивать омег, которые сидели на полянах. — Ах, знаешь, что я услышал? — Что именно? — Короче, я ненароком около недели назад услышал такое. Помнишь как вели запреты на аметисты? — Ну да. — Так вот, наша группа разведчиков месяц назад нашла новое месторождение аметистов! — Не может быть! Афигеть! — Даа, а помнишь тот день, когда в поселении появился этот омега, ну чужак из мира людей. — Чонин? — Да, вот он! Вожак же при всех сказал, что когда они найдут месторождение аметистов они отправят его обратно в человеческий мир. — А я слышал слух, что вожак переспал с этим омегой. — Ну и что? Переспал и переспал, этот омега всего лишь игрушка для Чана, ясен пень, что в день Лунного света я стану его истинным, мне предсказали это еще давно в детстве, помнишь же, что тогда сказал шаман? — А, да. Ну тогда и хорошо, что он уходит. Чан и вправду не стал бы любить такого как Чонин. Чонин обомлел, он совсем забыл про свою единственную цель вернуться домой. Совсем позабыл мы со всеми этими оборотнями, с этим альфой. И погодите, что? Аметисты они нашли месяц назад, то есть Чан все это время знал об этом, знал, что Чонин хочет вернуться домой, да и сам альфа собирался его выгнать. Тоесть он специально оставил его, чтобы воспользоваться телом омеги? Нет, да не может быть! Хотя, если подумать с рассказа Джейка, то именно его отец убил отца Чонина и именно из-за его родителей его папа сбежал с маленьким Чонином на руках. Именно из-за их семьи папе Чонина пришлось страдать все эти годы, а ведь Чонин даже и не знал своего происхождения, да даже семью свою не знал. Может у него есть бабушки, дедушки, двоюродные братья, тети, дяди? Он не знал почему, но на него такая злость и грусть нахлынула, вроде ему было хорошо здесь, он веселился и развлекался, но тут все напрочь ушло, вспомнив о папе. А ведь папа его ждёт, переживает за Чонина, ведь именно он рисковал своей жизнью, чтобы спасти жизнь своему ребенку. Чонин очень сильно разозлился на Чана, его нахлынула обида, злость и тот факт, что он скучает по папе. Он не задумываясь, побежал ещё быстрее к поселению, оставив позади тех омег. Чан подарил ему ожерелье, но зачем? А ведь Чан изначально был агрессивно настроен к Чонину, хотел было убить в их первую встречу, откуда у него взялась такая любовь и забота к омеге? Теперь всё стало по своим местам. Добегая до поселения, на поляне первым кого он видит из толпы это Чан, вокруг него стоят Минхо, Хан, Джейк, Феликс и Хёнджин. Они все о чем-то разговаривают, смеются. Чонин прежде чем выйти к ним, забегает в кусты, где оставил свою одежду, одевается и бежит к ним. Чан поворачивается к нему и улыбается своей фальшивой улыбкой. Чонин подбегает к нему и Чан раскрывает руки, чтобы обнять Чонина, но не тут то было. Чонин замахиваясь со всей силы даёт Чану звонкую пощечину, от чего тот отшатывается и чуть ли не падает на Хёнджина. Все тут же заткнулись и уставились сначала на Чана, а потом на Чонина. Чан оклемавшись, подходит к Чонину и смотрит на него с непонимающим взглядом. — Чонин, что с тобой? За что ты дал мне пощечину? — За что?! За что, ты спрашиваешь?! Да я готов дать тебе несколько таких пощёчин! — все были в шоке от Чонина и его поведения. — Почему ты скрыл от меня, что вы нашли аметисты?! А, почему?! Не ты ли в самом начале говорил, что как только вы найдете аметисты я вернусь домой?! Да и тем более, что вы нашли аметисты не день назад, не два, а целый месяц назад! Ты не думал, что я хочу домой?! Что у меня есть своя жизнь дома, в своем мире, что меня там ждут друзья и семья?! Я по ошибке Феликс оказался здесь не по своей воле, а в первую нашу встречу ты так вообще чуть не убил меня, как и Феликс. В первые дни моего проживания здесь меня чуть не загрыз какой-то альфа из твоей поганной стаи. И ты! — указал он на Минхо, который крепко обнимал Хана, — ты так вообще готов был меня при любой удобной ситуации убить! Ты же так хочешь защитить Хана от меня, который мечтает зарезать его и вашего ребенка, не так ли?! — все стояли в шоке, по лицу Хана текли слезы. — Чонин, прошу успокойся, дай объяснить. — Нет, ты меня выслушаешь! Не зря говорили, что ты оставил меня лишь для того, чтобы переспать со мной. Оказывается это правда? Ты всего лишь хотел воспользоваться мною, да почему все хотят воспользоваться мною? Я всему миру проститутка, что ли?! Я устал от это, понимаешь?! Устроился работать в школу, так меня сам директор вызвал к себе в кабинет и пытался раздеть. Даже парень, которого я любил, насиловал меня и бил! Я устал от такого отношения к себе! Я каждый день до этого дня просыпался и видел перед собой лишь стену своей комнаты, и так каждый божий день! Я устал! — Чонин кричал так громко на Чана, что накричавшись он стал запыхаться, глотая слезы. — Чонин… — начал было Хан. — Нет! Не надо меня жалеть! Я просто хочу домой, нет, я не хочу домой, я хочу к папе. А ты лишил меня это. Я тебя ненавижу Чан! — Чонин, прошу успокойся. Кто тебе вбил в голову, что я воспользовался тобой? — Не надо оправдываться! Ты и твоя семья во всем виноваты! — Почему же ты так думаешь? — кто-то позади них всех сказал это достаточно громко, но достаточно тихо. Все обернулись к человеку и по открывали рты от удивления, лишь один Чонин стоял все так же непоколебимо. — А кто вы такой, так говорить? Мне все рассказали, я все знаю. Я знаю, что именно из-за бывшего вожака моему папе пришлось бежать из родных мест. — А как ты похож на своего папу. — Что? — Ты напоминаешь его очень сильно, что будто передо мной стоит не его сын, а ты. Помню как мы с ним были не разлей вода. — Погодите, еще раз, кто вы? — Я Ан Сан, старший омега, муж прошлого вожака Бан Чеджуна, папа, который родил на свет нового вожака, Бан Чана, которого ты кстати сейчас обвинял и оскорблял. А также, я друг твоего папы, Чонин и тот, кто возвратил его в родную стаю. — Всмысле? — и не успели все понять, как иза его спины выходит Ян Чонвон. — Привет, сынок. Я скучал по тебе, ты так вырос. — Чонин тут же побежал к своему папе, влетел в него, начал рыдать в плечо своему папе. Сан же оставив их, подошёл к своему сыну и обнял его. Поцеловал в щеку, пока Чан крепко крепко обнимал своего папу. — Ты молодец, Чан. Ты справился на ура. — Не со всем, что мне делать с Чонином? — У вас все будет хорошо, ты только подожди. Чонин плакал, обнимая своего папу, а Чан уткнулся в плечо своего папы, обнимая его, будто бы он уйдет, как тогда. Воссоединение сыновей и пап прошло удачно, так же, как и воссоединение лучших друзей.