Загадывай осторожно

1. Намджун сидел на узкой софе в крошечном холле, листая бессмысленный журнал. Мысли никак не хотели фокусироваться на тексте. Сегодня был его последний день. Деньги за работу получены, все дела завершены. Осталось только довезти Сокджина до дома, а уже завтра тот сядет в машину к другому водителю. Джун понятия не имел, что случится дальше. После происшествия с Чимином взаимодействие между ними ухудшилось. Нам прекрасно понимал мотивы Джина и последствия несвоевременно сказанной правды, но все существующие обиды и проблемы прилепились к этому, образуя снежный ком и делая ситуацию острее. Он много чего хотел и должен был сказать Сокджину уже давно, но только вот все не решался. Потому что знал, что есть огромный риск все потерять, а он не был к этому готов. Каждый день он шел против своих собственных принципов, правил и желаний, но ничего не мог с этим поделать. Начать такой сложный и важный разговор казалось ему практически невозможным. Но Намджун был доведен до ручки, качался где-то на грани. Нужно было что-то делать со всей этой ситуацией. С их отношениями. Вечеринка наверху подходила к концу, гости небольшими группками начинали спускаться по главной лестнице. Вдали появился Сокджин. Он шел вниз, ведя неспешный разговор с какой-то женщиной в шикарном платье. Намджуну было плохо, он чувствовал себя не в своей тарелке, переживал. Но… Как можно самому оттолкнуть настолько прекрасное чудо? В такие минуты казалось, что он готов терпеть все, что угодно, лишь бы продолжать просто смотреть на Джина. Джун поднялся, забрал его пальто и вдруг застыл. - Хынсу никогда не скажет об этом прямо, – голос у него за спиной, – но этот мальчик – просто позор семьи. Похоже, он совершенно не хочет участвовать в деле отца. Порхает с цветка на цветок, как бабочка. - Ох уж эти золотые дети. Занимаются, чем вздумается. А этот… Мало того, что актеришка посредственный, так и еще и, по слухам, гомосексуалист. Мерзость. - Фу. Какой ужас! Если бы мой сын… - Прошу прощения, – Намджун, приторно улыбаясь, развернулся к двум мужчинам, что переговаривались позади него, – но не могли бы вы завалить ваши милые лица, пожалуйста? Спасибо. - Да кто ты такой?! И что себе позволяешь? – мужчина взвизгнул как-то слишком громко. На них начали оглядываться. - Человек, о котором вы говорили, прекрасный профессиональный актер. А с кем он спит, это не ваше собачье дело. Вы же вроде позиционируете себя как высшее общество, а поведение как у базарных старух. Вы не достойны даже дышать рядом с ним. - А ты что, – презрительно хмыкнул второй, – один из его голубков? И сколько он тебе платит, чтобы ты раздвигал перед ним ноги? Намджун старался, правда, старался быть спокойным. Не выпускать демонов наружу. Дышать глубоко и ровно. Все это время он хотел быть хорошим человеком и вести себя благопристойно. Но, в конце концов, это ведь его последний день. Он занес кулак и прописал мужчине прямо по лицу. Тот рухнул на пол, толпа вокруг загомонила. К нему бросилась охрана. - Что здесь происходит? – Джин показался за его спиной. - Это сраное быдло посмело меня коснуться! – завопил поверженный. – Это надо изолировать! Запереть! Вызовите полицию! - Давайте обойдемся без полиции, – рядом материализовался один из распорядителей вечера. – Мы просто выбросим его отсюда и покроем весь ущерб. - Я хочу, чтобы на него надели наручники! – бушевал мужчина. - А я хочу, – выкрикнул Намджун, – затолкать кулак в твою задницу так глубоко, чтобы ты им поперхнулся, паскуда! - Вышвырните это вон! – скомандовал распорядитель. Джун взглянул на Сокджина, но тот просто стоял неподвижно, словно статуя. Охрана поволокла парня на улицу, толпа направилась следом. Снаружи нещадно полоскал ливень, люди столпились под козырьком. - У тебя отвратительный водитель, Сокджин! – посетовал кто-то. – Куда только смотрел отец?! Все взгляды сейчас были обращены на Джина. Давили, ждали решающего слова. А у того внутри происходила буря. Намджун поймет, обязательно поймет. И простит, как прощал каждый раз до этого. Джин все ему объяснит. Ведь они не могут жить друг без друга. Их любовь – самое сильное чувство во всех существующих мирах. Он поймет. - Пожалуйста, – прошептал Джун. – Я просто хотел тебя защитить. - Бывший водитель. Я у себя такого не держу, – Сокджин манерно вскинул подбородок. – Уберите. Нам мог бы сопротивляться, но все мышцы как-то сразу ослабли. Охранники толкнули его вниз, спуская по лестнице. Гранитные ступеньки больно били по костям и коже. Он грохнулся на асфальт и съежился от боли. - ВЫ С УМА СОШЛИ?! – раздался крик. - Мистер Чон, – замямлил распорядитель. - Закрой рот! – рявкнул Юнги, спускаясь по ступеням прямо под проливной дождь. – Джуни, – он присел рядом с парнем, – слышишь меня? Ты как? Ничего не сломал? - Этот человек пришел со мной, – Чонгук выглядел сейчас так устрашающе, что распорядитель сжался. - Я не знал, мистер Чон. Простите… - Как вы посмели так с ним обращаться?! Я уничтожу ваш отель, вашу компанию и вас лично. Передайте своему начальству, что они будут на коленях умолять о прощении. - Гук, – Намджун медленно поднялся, опираясь на плечо Юнги, – не надо. Они того не стоят. - Это самый настоящий зверь! Он меня ударил! – вперед вышел пострадавший мужчина. – Благо хоть нос не сломал. Чонгук медленно выдохнул, а затем замахнулся кулаком. Раздался противный хруст, мужчина упал на землю, хватаясь ладонями за лицо. - Зато сломал я. Еще раз тебя увижу, – сквозь зубы прорычал Чонгук, – убью. Он начал спускаться вниз. - Ты как? – парень подошел к Джуну. - Вроде ничего не сломано, – ответил за того Юнги. – Давай мы отвезем тебя в больницу, – он перевел взгляд под козырек, где по-прежнему недвижимо стоял Сокджин. Сокрушенно покачал головой. Джин не мог пошевелиться, все в голове смешалось. Ему было плохо. Так плохо, как никогда до этого. И этот разочарованный взгляд Мина добил его окончательно. - Не надо. Я в порядке, правда, – сказал Намджун. – И спасибо, что заступились. Не стоило. - Все эти уроды и мизинца твоего не стоят, – фыркнул Чонгук. – Если не хочешь в больницу, тогда отвезем к тетушке. Она о тебе позаботиться. Или к ребятам. Они уже звонят. - Да прекрати верещать, Тэхён! – выкрикнул в трубку Юнги. – Он скоро будет дома. Да в порядке он, господи боже! Хватит разговаривать на ультразвуке! Да, я с ним. Никуда не отойду. Джуни, – парень протянул трубку. - Я видел фотографии!!! – Тэ кричал так, что зазвенело в ухе. – Я их прикончу! Они у меня еще поплатятся! Суки! Твари! - Успокойся. Я скоро буду. Только вот кое-куда заеду. - Ты в порядке, Нам?! – ворвался в разговор голос Чимина. - Если нет, я их испепелю! – орал Хосок. - Полегче. Мне просто нужно решить один вопрос, и я вернусь домой. Он отдал телефон Юнги. - Подбросите? – Джун сел в машину. – Тут недалеко. - Да без проблем, – хмыкнул Чонгук. Машина шелестела по мокрым, одолеваемым дождем улицам, пока не остановилась у престижного жилого дома. - Мы будем ждать, сколько понадобиться, – кивнул Юнги, – а потом отвезем тебя домой. - Спасибо, – морщась от боли, Намджун вылез наружу. - И Джуни, – произнес Чонгук, – он не хотел причинить тебе боль. Он хороший человек и любит тебя. - Любовь это еще не все. И вы двое знаете это лучше меня. 2. Джин вошел в спальню и привалился лбом к двери. - Вызвал такси? Парень резко обернулся. Намджун сидел на кровати. Грязный, промокший до костей, на лице ссадины. - Джуни, – тихо проговорил он, – я не хотел. Я… - Ты приказал им спустить меня с лестницы, Сокджин, – он поднялся, – как помойную собаку. - Зачем ты это сделал? Зачем полез в драку? - Они оскорбляли тебя. А я не могу терпеть, когда унижают моего любимого человека. Я не такой как ты. - Прости, – он задрожал, – пожалуйста, прости. Парень поднялся, на пару мгновений скрылся в гардеробной и вышел оттуда с чемоданом. - Собирай вещи, Джин. Идем со мной, – твердо произнес Нам. – Я прощу тебя. Я все для тебя сделаю. Только давай уйдем отсюда. Навсегда. Ты и я. Долгую невыносимую минуту Сокджин смотрел на злосчастный чемодан, а затем опустил голову. - Ты же знаешь, я не могу. Намджун зажал рот ладонью. Было больно. Намного больнее, чем падать с лестницы. - Мне страшно, Джуни. Безумно. Я не могу… – он бросился к нему, – не сейчас. - Отойди от меня! – выкрикнул Нам. - Пожалуйста, давай оставим все, как есть! Умоляю, не уходи. Прости меня, – его немилосердно трясло. - Прекрати! С меня хватит. Унижения, лжи, притворства. Достаточно. - Нет, – забормотал парень, – нет, Джун, пожалуйста. Я люблю тебя. - Тогда сделай что-нибудь!!! – заорал он. – Хоть что-то! Джин никогда не видел его таким. Всегда собранный, невозмутимый, уверенный в себе. Сейчас он был разбит. Сломан. И глядя на него сейчас, парень испытывал жуткую боль, но вместе с ней кое-что совершенно неожиданное. Он снова перевел взгляд на чемодан. Возмущение, нарастающее с каждой секундой. Вот что это было. - Джун, ты вообще понимаешь, о чем просишь? – проговорил Сокджин. – Ты буквально ставишь мне ультиматум. Заставляешь выбирать между тобой и моим будущим. - Твоим будущим? Да пока я был рядом, ты сделал для своего будущего больше, чем за всю жизнь! - Серьезно, Намджун?! – воскликнул парень. – Что еще скажешь? Что я ничего без тебя не стою? Что никто не будет любить меня также? - Пытаешься выставить меня абьюзером? Ты что, мать твою, издеваешься?! - У меня наконец-то появился шанс. Мой отец… - Твой отец что? Волшебным образом взял и изменил на тебя планы? - Я хочу в это верить! – выкрикнул Ким. – Это моя семья, Джун! Кто я без них? - Вот именно, – Нам покачал головой. – В этом и есть самый главный вопрос. - С ними у меня больше возможностей. Согласись, путь к мечте становится гораздо проще, когда у тебя есть огромный трастовый фонд. Намджун сделал пару шагов назад и вдруг рассмеялся. Слезы полились по лицу. Он то ли, хохотал, то ли ревел от нестерпимой боли. Сокджину казалось, что с него живьем сдирают кожу, но слез почему-то не было. Словно психика поставила мощную защиту, чтобы не разлететься вдребезги. - Ты ведь понимал все с самого начала. Знал, что имеет для тебя первостепенное значение. Если ты не был готов по-настоящему быть со мной, зачем ты все это делал, Джин?! – Джун буквально захлебывался. Эмоции хлестали так мощно, как никогда в жизни. – Почему подпустил так близко?! За что?! Разве я это заслужил?! - Только не делай вид, что не понимал этого сам. Ты все видел, знал, на что шел. Сейчас из твоих уст все слышится так, словно я добивался тебя, двигался напролом, влезал в самую душу. Но это был не я, Нам. Это был ты. Мы будем говорить. И обязательно что-нибудь придумаем. - Я устал это слушать. Когда ты говоришь «мы что-нибудь придумаем», это значит, что мы будем делать все, как захочешь ты. - Я люблю тебя. - Хватит это повторять!!! – выкрикнул он. – Это я люблю тебя, Джин! Я отдавал тебе всю свою поддержку, время и свое гребаное сердце! А что сделал ты? Унизил меня, чтобы сохранить лицо. - Я тебя не отпущу! – с надломом воскликнул Сокджин. – Ты не уйдешь из этой комнаты, пока мы все не решим. - Уже все решено. - Нет, – на лице парня отразился неподдельный ужин. – Умоляю, не говори этого. - Джин, все… - Я СКАЗАЛ НЕТ!!! – заорал он. – Ты не можешь меня бросить, Джун. Я не смогу жить без тебя. - Тебе придется, – жестко произнес Намджун. – Потому что между нами все кончено. В последний раз взглянул на Джина, он развернулся и пошел прочь. Спустился вниз и столкнулся с Юнги. Они обменялись короткими взглядами. Намджун вышел на улицу, сел в машину и все силы разом его оставили. Он словно впал в кому, пока Чонгук гнал автомобиль по улицам. 3. Юнги вылетел из лифта, забежал в пентхаус, распахнул дверь спальни и на мгновение растерялся. Сокджина нигде не было видно. - Джини! – позвал он. - Я здесь, – парень вышел из гардеробной. – Убирал чемодан. - Ты в порядке? – осторожно протянул Мин. - В полном, – улыбнулся Джин. – Зачем ты пришел? Его глаза бешено блестели, нижняя губа дрожала. Он явно был на грани срыва. - Ты же понимаешь, что только что произошло? - Конечно, понимаю. Мы с Джуном немного повздорили. Бывает. Он замельтешил по комнате, словно пытался навести порядок. Брал вещи и тут же ставил на место, поправлял шторы и покрывало. И так по кругу, как заведенный. - Сокджин, остановись, – с дрожью в голосе попросил Юнги. Никогда прежде он не видел друга таким. Тот словно сошел с ума. - Тут все должно быть идеально к тому времени, как вернется Намджун. Он скоро придет, – парень коротко взглянул на часы. – Уже совсем скоро. Наверное, нужно сменить постельное белье. Оно какое-то мятое. Я, правда, никогда раньше этого не делал. Ты поможешь мне, Юн? - Конечно, – парень подходил к нему аккуратно, словно к бомбе. - Намджун скоро придет, – слова наскакивали друг на друга в ускоряющемся потоке. – Можешь ему позвонить? Он что-то задерживается. У меня где-то был ароматический диффузор. Хвойный. Недавно купил. Где же он? Я уже говорил тебе? Джун придет с минуты на минуту. - Джин, пожалуйста, – Мина потихоньку накрывал ужас, – присядь. Мы подождем его вместе, ты и я. Сокджин рывком открыл прикроватную тумбочку и замер. Медленно вытащил коробку с часами, повертел в руках. - Где он? – пролепетал еле слышно. – Юнги, где Намджун? - Джини, все в порядке. - ГДЕ ОН?! – вдруг заорал парень. Он был совершенно не в себе. В его пылающих болью глазах Мин не видел ничего человеческого. И это пугало до мурашек. - Ничего не будет идеально, – его голос стремительно набирал громкость. – Он не придет. Не вернется. Это все моя вина. Моя вина! И Джин вдруг, подорвавшись с места, начал крушить все вокруг. Юнги кинулся к другу, но тот оттолкнул его с силой будто бы трех человек. Это была зверская, немыслимая агония. Он скидывал все на пол, опрокидывал мебель, рвал тонкие шелковые наволочки. - Это я сделал! Все это моя вина! Моя вина! Черт! – выкрикнул он. – Пусть все закончится! Мне больно! Сокджин схватил стул и швырнул в зеркало. С грохотом осколки посыпались на пол. - Хватит! – парень упал на колени и обхватил голову руками. – Пусть все кончится, пусть кончится!!! Юнги подошел к нему и только протянул руку, как Джин вскочил на ноги и отшвырнул его так, что парень отлетел на пол, больно ударившись локтем. А Сокджин тем временем, быстро схватил осколок зеркала. - Джин, нет! – заорал Мин. Но было поздно. Не медля ни секунды, Ким полоснул себя по предплечью, потом еще раз и еще. - Мне больно! – всхлипывал он. – Больно, больно, больно… Юнги подбежал к нему, выбил зеркало из рук. Стащил с кровати покрывало, закрыл раны. С каждой секундой все вокруг окрашивалось в красный. Сокджин обмяк у него на руках, продолжая что-то несвязно бормотать. А Мин уже набирал номер дрожащими пальцами. - Девять один один, что у вас произошло? - Мой друг, – парень пытался справиться с тошнотой и подступающей панической атакой. – порезал руку осколком зеркала. - Он хотел покончить с собой? - Нет. Это больше похоже на аутоагрессию. - Зажмите рану, перевяжите покрепче. - Пожалуйста, скорее. Тут так много крови. - Назовите адрес. Медики скоро будут. Продиктовав данные, Юнги отбросил телефон. - Эй, Джин, ты меня слышишь? – нервно спросил он, перетягивая рану. – Все хорошо, помощь уже в пути. Парень поднял на друга затуманенные глаза и вдруг счастливо улыбнулся. - Намджун скоро придет, – пролепетал он. - Конечно, – слезы закапали из глаз, Юнги обнял его и осторожно начал покачивать на руках. – Конечно, Джини. Он скоро придет. И все будет в порядке. Обещаю, все наладится. Парамедики ворвались в комнату спустя десять минут. - Мистер Мин, – молодой парень схватил Юнги за плечи и медленно отвернул от Джина, которого уже осматривали. – как вы себя чувствуете? - Вы меня знаете? – вяло спросил он. - Конечно. Обожаю вашу музыку. Вы не ранены? - Нет. Что с ним? - Задета артерия, – отрывисто констатировала девушка. – Пульс шестьдесят четыре. Давление девяносто пять на семьдесят и падает. Вы наложили отличную повязку, мистер Мин. - Я старался. - Грузите его, осторожно! Словно во сне Юнги наблюдал за слаженной работой парамедиков. Джин, бледный как полотно, потерял сознание и выглядел будто тряпичная кукла. - Я могу поехать с вами? - Конечно. Расскажите все по дороге. Парень забрался в скорую и чуть не оглох от звука сирен. Он все никак не мог отвести взгляд от крови на собственных руках. А в голове все стоял крик Сокджина. Пусть все это закончится. 4. Чонгук с Намджуном наконец-то добрались до Сохо и вошли в квартиру. - Джуни, – Пак бросился вперед, – я рядом, слышишь? Рядом. Ноги подкосились, Джун начал падать. Его подхватили у самого пола. - Что с ним? – обеспокоенно спросил Хосок. - Я не знаю, – Чонгук нервно выдохнул. – Он не разговаривает, почти не двигается. Мне кажется, он даже не моргает. - Намджун, – Тэхён опустился перед другом, – ты меня слышишь? Но тот не реагировал. Лежал на полу, уставившись в одну точку. - Нужно отнести его в спальню, – скомандовал Чимин и вдруг Джун начал хрипеть. - Что происходит? – воскликнул Гук. - Его тошнит. Нужно поднять, – Хосок схватил парня под руки. – Вот так, Джуни, молодец. И он вдруг что-то пробормотал. - Я тебя не слышу, – Хоби вытер ему губы и заглянул в потухшие глаза. Снова бормотание. - Что он говорит? – с ужасом спросил Тэхён. - Что ему больно, – голос Хо дрогнул. – Давай, Чим. Я за руки, ты за ноги. Надо его переодеть и умыть. Будем дежурить всю ночь. Если его снова стошнит, пока он лежит без движения, он может захлебнуться. Они подхватили друга с пола и понесли вглубь квартиры, оставив Тэхёна и Чонгука в прихожей одних. - Спасибо, – тихо сказал Ким. Чонгук молчал. Ему казалось, что он смертельно устал, наблюдая за тем, как кирпичик за кирпичиком все вокруг рушиться. - Не уходи. Парень вздрогнул и перевел взгляд на Тэхёна. - Останься, – произнес тот и протянул руку. На мгновение Чон замер, глядя на повисшие в воздухе длинные изящные пальцы. А затем коснулся, переплел со своими. Они стояли так минуту, прежде чем в кармане Гука зазвонил телефон. Парень быстро высвободил руку. - Да, Юн. Что?! – заорал он. – «Ленокс Хилл», я понял. Скоро буду. Позвони Олив. - Что случилось? – обеспокоенно спросил Ким. – Кто в больнице? - Джин. Все левое предплечье себе раскроил. - Я поеду с тобой! - Нет, – Чон его остановил. – Останься с Джуном. Мы позвоним. Я… я позвоню. И он вдруг обхватил Тэхёна за шею, притянул к себе и поцеловал. Коротко, но до дрожи жадно. Парень даже не успел понять, что случилось, как Чонгук уже скрылся за дверью.