Загадывай осторожно

Два года после возвращения 1. Ким Сокджин был рожден, чтобы стать звездой. Это общеизвестный факт, странно, что его до сих пор не прописали в «Википедии». Он никогда не был скромным, даже слова такого не знал. И никто из нынеживущих никогда не слышал, чтобы понятия «скромность» и «Ким Сокджин» стояли рядом в одном утвердительном высказывании. Поэтому огромный зал роскошного отеля был наполнен гостями, празднующими главное событие сезона. Все было украшено белыми цветами и маленькими красивыми лампочками. Сосчитать людей не представлялось возможным, вспышки камер появлялись то тут, то там, а вышколенные журналисты сновали вокруг, чтобы запечатлеть именитых гостей. Сегодня Ким Сокджин выходил замуж за самого великолепного мужчину во вселенной. И все должны были об этом знать. После церемонии, на которой только совсем уж черствый не стал бы обливаться умилительными слезами, начался банкет. Поздравления, танцы и снова поздравления. Чудесный, исключительно счастливый день для двоих, который год по уши влюбленных друг в друга, парней. Распорядитель незаметно прошмыгнул по залу и подошел к главному столу. - Мистер Ким, пришел гость, хочет вас видеть. - Все гости, которых я, – надавил Джин, – хочу видеть уже здесь. - Кто? – спросил Намджун, чуть хмурясь. - Он настоятельно просил его не представлять. Сказал, тогда вы и с места не сдвинетесь. Сокджин в один глоток допил шампанское и поднялся. - Сходить с тобой? – Нам обеспокоенно тронул его руку. - Не надо. Но на всякий случай помни, что мы теперь женаты. А значит, если я кого-нибудь убью, ты не сможешь свидетельствовать против меня в суде. Твердым шагом парень покинул зал, выходя в холл. Мужчина, ожидавший его, обернулся, и у Джина неприятно кольнуло сердце. - Здравствуй, Тоюн. Брат неуверенно протянул ему букет красных кустовых роз в красивой обертке. - Поздравляю, братишка. - Спасибо. У тебя все? - Сокджин, погоди, – он остановил Кима, который уже было собрался развернуться. – Ты не пригласил никого из семьи. - Моя оплошность, – Джин огрызнулся. – Нужно было позвать отца, который обливал меня грязью на каждом углу, или мать, что недавно заявила, что собирается написать книгу, где раскроет всю правду о своем ужасном сыне. - Ты бросил их. Они злятся. - Шесть лет? Они не злятся, Тоюн, а паразитируют на моей славе. И хоть ты ничего подобного не делал, тебе стоит уйти. - Прости меня, – выпалил мужчина, на что Сокджин удивленно вскинул брови. – Я твой старший брат. И всегда должен был поддерживать тебя, быть рядом. Но оказался слишком глупым и гордым, чтобы бороться за своего маленького братишку. - Ты, – Джин запнулся. Ему вдруг стало так горько от того, что семья от него отвернулась, и как сильно на самом деле это было сложно, – выглядишь не очень хорошо. Что-то случилось? - Я развелся пару дней назад. - Что?! – воскликнул парень. – Почему? - Если родители всю жизнь пудрили мозги тебе, почему ты думал, что они не могли делать того же самого со мной, – грустно усмехнулся Тоюн. – Ты знаешь, что отношения с женой у меня всегда были не очень. Это отец с матерью были от неё без ума, а я нет. И несколько месяцев назад я влюбился. В девушку из кофейни рядом с офисом. Сначала мы лишь перекидывались парой слов, когда она наливала мне американо. Потом я случайно столкнулся с ней, когда она закрывала кафе. Мы разговорились. И все. Думаю, ты хорошо меня понимаешь. И подозреваешь, что произошло потом. - Она – никто. Слишком бедна для такого как ты, – Сокджин покачал головой. – И ты обязан сохранить брак, у тебя же дети. - Почти слово в слово. Только с большим количеством оскорблений и унижения. И все еще не закончилось. Мы судимся за опеку. - Мне так жаль, – абсолютно искренне произнес Джин. – Погоди. Но если ты развелся и судишься… Тоюн, ты что, разорвал связи с семьей? - Да. Уволился из отцовской компании, нашел другую работу. Переехал к Элизабет. Теперь у меня нет никого кроме неё. И надеюсь, тебя. Сокджин замолчал на минуту, внимательно и сочувственно глядя на Тоюна. А затем вдруг хлопнул того по плечу. - Идем. Тебе сейчас нужно выпить и хорошенько отжечь на свадьбе своего младшего брата. Такое только раз в жизни бывает. - Судя по моему опыту, не раз, – без злости хмыкнул мужчина. - Мой муж – Намджун. Никакие силы в этом мире не заставят меня с ним развестись. 2. - Остались только вы, – Юнги отправил в рот кусочек невероятно вкусного торта. - Сколько раз повторять, что мы не будем жениться, – фыркнул Тэхён. - Нас и так все устраивает, – Чонгук пожал плечами. - Почему мне кажется, – прищурился Чимин, – что вы уже поженились на каком-нибудь тропическом острове и просто не говорите нам. - Это правда. Хосок поперхнулся бурбоном, а Юнги с Чимином вытаращили глаза. - Когда мы летали в Индию, то прошли один местный обряд, – пояснил Тэ. - Поклялись друг другу в том, что всегда будем вместе, – подхватил Чон. – Сделали татуировки. Так что вся эта суета с подписанием бумаг и белым платьем нам не нужна. - Как жаль, – театрально вздохнул Мин. – А ты ведь всегда так мечтал его надеть. - Так может он и надел, – ухмыльнулся Пак. – Мы же не знаем, что твориться у них в спальне. - И слава богу. Не хочу получить психическую травму на всю жизнь. - Иди в задницу, Юн, – скривился Гук. - Оливия будет в шоке, когда узнает! – воскликнул Хосок. – Кстати, где она? - Когда мы закончили танцевать, она сказала, что пойдет в уборную, – ответил Тэхён. - Так это было полчаса назад! - И как ты умудрился потерять свою жену, Хоби? – протянул Чимин. - Пойду её искать. А вы пока расскажите нашим молодоженам об этих двух предателях. - Нет! – запротестовал Чонгук. – Джин меня убьет! - Он сегодня слишком счастлив, вдруг прокатит. - Это же Сокджин. Он в любую секунду почтет за великую честь кого-нибудь придушить! Оставляя перебранку друзей за спиной, Хосок покинул зал. Осторожно открыл дверь ближайшей уборной. - Детка, – позвал парень, – ты тут? - Да. Оливия вышла из одной из кабинок с таким лицом, словно её только что шибануло током. - Что-то случилось? – всполошился Хо. – Ты заболела? Не думай, что я не заметил, что в последнее время ты отвратительно чувствуешь. Даже не отпирайся. Холланд стала перед ним, подняв шокированный взгляд. - Я сделала то, что обычно не делают на свадьбе лучших друзей. И не спрашивай, почему именно сейчас, потому что я сама не понимаю. Просто подумала, что нужно прямо сейчас. Хотя это совершенно неуместно. Но мне так хотелось и… - Стоп, – Хосок прервал её почти бессвязную речь. – Давай спокойно. Что ты сделала? - Тест. - Какой тест? - Какая ты феечка Винкс! – воскликнула Оливия, всплеснув руками. - Мы же проходили его на прошлой неделе. Я – Блум, а ты Трикс. Не какая-то конкретная ведьма, а сразу три. Потому что ты очень злая. - Чон, не тупи! – рявкнула Холланд. - Детка, я не поним… - Я беременна. Хосок резко захлопнул рот, затем снова открыл и так ровно четыре раза. - Это невозможно, – пролепетал он. – Я же… - Человек, Хоби. Поэтому мы и оказались в этой ситуации. - О господи, – хрипло произнес Чон. – Ты… что… прям там ребенок? - Да, – процедила Оливия. – Один прям там. А второй прямо передо мной. - Так. Спокойно, – он заходил туда-сюда. – Дыши, Хосок. Просто дыши. Все, что она сказала, ты слышал на самом деле. Она бы не стала так шутить. Не стала бы? – Чон посмотрел на жену. - Нет, – та сложила руки на груди. - Ты же… ты хочешь оставить ребенка? - Конечно, хочу. На несколько мгновений Хосок замер как вкопанный, а затем бросился к Холланд, подхватил под ноги и закружил. - Я буду отцом! – воскликнул он. – Я мечтал об этом сотни лет! - Поставь меня, – рассмеялась Оливия, и парень тут же послушался. Вместо этого он обхватил её лицо ладонями и начал осыпать короткими поцелуями. - Я люблю тебя, детка, – бормотал Хосок. – Ты даже не представляешь, как я сильно я тебя люблю. - Хоби, отстань. Обслюнявил всю. - Ты что, не рада? – нахмурился он. - Разумеется, я не рада. Я просто охереть как счастлива, Чон! – воскликнула она с улыбкой. – Только не могу реагировать так бурно, как ты. - Это я-то бурно реагирую? Идем, – Хо схватил её за руку. – Посмотрим, как отреагирует Чимин. - Ну нет! Он же будет вопить, как будто его режут живьем. - Если хочешь, можем подождать с объявлением. Хотя сдерживаться мне будет невыносимо сложно. - Не нужно, – Оливия пожала плечами. – Я все равно уже не сдержалась. Позвонила Мухаммеду. - Что?! – возмутился парень. – Ты сказала старику раньше, чем мне?! - Он мой дедушка! - Он не твой дедушка, Холланд. - Нет, мой! И он был очень рад. Сразу же позвал нас в Мосул. Полетим через месяц? - Хорошо. Но учти, каждая поездка туда заставляет меня нервничать. - Тебе же нравится Мухаммед. - Да. Но мне не нравится Ирак. Они остановились у самых дверей, и Хосок вдруг притянул девушку к себе и нежно, глубоко поцеловал. Она тут же прижалась к нему, трепеща всем телом, словно он не целовал её миллион раз до этого. - Вот после такого и появляются дети, – выдохнула Оливия с улыбкой. - Мы будем самыми лучшими родителями в мире, обещаю. Пара вернулась в зал и через пару минут Чимин, и правда, завопил, как будто его режут живьем. Их семья становилась больше, что означало лишь еще большее количество невероятной, сияющей любви.