Вода камень точит

      Томительные минуты в ожидании скорого отъезда заставляли сердце юноши метаться в груди из стороны в сторону. Голова кружилась от нескончаемых мыслей и переживаний, руки тряслись, а ноги не желали ни на минуту присесть и отдохнуть. Он не мог так просто оставить жизнь своей невесты, не мог ждать своей лошади и сопровождающего его патруля, но и сорваться с места тоже было невозможно. Принцу была положена защита, принцу нельзя отправляться за пределы двора без охраны, да и помощь добровольцев будет как никогда кстати.       Джинси отправил Рикусона на обыск комнаты, но в той не нашлось ничего странного и необычного. Только открытая банка, из которой вылетели пчёлы и кружили по полу. Наступить на них было проще простого, и это пугало. Что ещё взволновало юношу — пчёлы были достаточно агрессивными и сразу же бросились на него, потому пришлось поджигать траву под дверью девушки и выкуривать пчёл прежде, чем заходить во внутрь. Окно было открыто, ставни никто не выламывал, бардака в комнате не было. Нашёлся и дневник под подушкой, но в том были только записи об экспериментах. Принца не отпускала мысль о том, что Рикусон что-то упустил при обыске, но не мог явиться лично в дом клана Ла.       Пчёлы давали не так много информации, сколько бы хотел Джинси. Если бы он был пасечником, то мог бы предугадать, сколько по времени отсутствует его девушка. В сердце таилась надежда, что она пропала не больше получаса назад, и своим шагом ещё не дошла до выхода со двора. Но пока он передал приказ, пока лошади добрались до охраны, пока каждый офицер во дворе узнал о пропаже принцессы клана Ла, прошло также не менее тридцати минут. И вот уже за час Мао Мао вполне себе могла преодолеть ворота, найти лазейку и уже совершенно без каких-либо проблем добраться до квартала Удовольствий.       — Господин, я поеду с вами! — к принцу на своей лошади прискакал хорошо знакомый Рикаху. Позади него вырос также небольшой отряд из пяти офицеров, один из которых спрыгнул со своего скакуна и передал его с поклоном Джинси.       — Я останусь здесь и сразу же сообщу вам о новостях, если найдётся Мао Мао, — его почти чёрные даже при свете луны глаза сузились в тонкую полоску. Этот малец был не знаком принцу, но сейчас ему было не до того, чтобы обдумывать каких-то новичков в лагере.       Юноша вскочил на рысака, ударил поводьями и сорвался с места, разряжая воздух впереди. Душа рвалась на части от мыслей о том, что с его дорогой травницей может произойти что-то страшное. И пустые улицы Ли одновременно успокаивали и тревожили, ведь именно в такой глуши, обычно, зарождаются самые страшные преступники. И, к сожалению, от них не спасут даже стены двора.       Случайные пьяные прохожие оступались и едва ли не попадали под копыта поискового отряда, затем поднимали вверх свои ослабленные кулаки, и некоторые из них всё же падали на каменную дорожку. Прохожие, что неторопливо шли по своим домам после поздних работ не замечали вокруг себя никакой суматохи, а потому не могли и рассказать, видели ли они фигуру, похожую на Мао Мао или нет. Некоторые жильцы домов от шума выглядывали из своих окон и злобно кричали вслед офицерам. Их можно было понять, бедолагам было необходимо выспаться перед тяжелым днём впереди, однако принц не проявлял к ним ни капли сочувствия.       Подъезжая уже к воротам, им попался дом рабочих — тех самых иностранцев, которые были организаторами праздника Пятого Лунного Дня. На пороге его стояла фигура большого и ранее знакомого бородатого мужчины — Бахора, а рядом с ним, держась за нос, на своём диалекте злобно ругался худой небольшой паренёк. Джинси потянул поводья, спрыгнул с лошади и бесцеремонно влез в их разговор.       — Бахор, что с ним? — требовательный тон принца вызвал у мужчины явное недовольство, ведь его густые брови свелись к переносице, а губы скривились, обнажая небольшой оскал. Но сказать что-то грубое в ответ он не имел права. Появление чужака также раззадорило и паренька, нос которого был сильно перекошен, и с того стекала тёмная кровь.       — Какая-то шлюха ударила, когда мой дорогой Тур решил подойти и познакомиться, — Бахор похлопал паренька по спине и закрыл его своей спиной.       — Она была низкой, с длинными волосами, голубыми глазами, а от одежды пахло травами?! — на Джинси будто бы снизошло озарение. Он взял мужчину за плечи и притянул к себе, выкрикивая все эти слова ему в лицо. Сначала Бахор недоверчиво отвернул голову, затем на родном языке передал слова принца своему подопечному, и в ответ получил недовольный кивок. — Это она! Она проходила здесь!       — Господин, я передам остальным! — один из офицеров развернул коня и в ту же минуту отправился в обратную сторону.       — Мы совсем близко к вашей невесте, Лунный принц, — Рикаху соскочил с лошади и подошёл к Джинси. Для поддержки он положил руку ему на плечо и кивнул.       Оба чиновника тут же перевели свои взгляды на иностранцев и стали свидетелями невероятного: лицо Бахора сначала побледнело настолько, что даже при свете луны кожа казалась синей, затем позеленело и в тот же момент покраснело от гнева. Мужчина освободился от хватки принца, подошёл к подопечному и с гневными криками ударил того кулаками и бросил в сторону дома. Их диалог останется тайной для жителей другой страны, однако детали тут было знать совсем не обязательно. И так понятно — сегодняшнюю ночь за такое унижение и приставание к невесте самого Лунного принца Тур может не пережить.       Рикаху помог своему господину подняться на лошадь, и вот оставшийся отряд соскочил с мест, дабы как можно быстрее найти Мао Мао. Кровь с носа Тура текла хорошей струёй, а значит девушка ударила его совершенно недавно. Возможно, друг от друга их отделяют какие-то минуты езды, и чем скорее Джинси найдёт травницу, тем спокойнее на его душе станет. Конечно, сейчас он был зол на подопечного Бахора, и мысленно пообещал больше никогда не связываться с иностранцами, однако осознание, что его любимая находится совсем рядом, согревало и успокаивало сердце.       «Не ожидал, что она может оказаться настолько бойкой!» — Джинси стоило бы бояться самому однажды получить оплеуху или удар от Мао Мао, но сейчас он крайне восхищался её поступком.       Однако ни при осмотре улиц за пределами двора, ни по пути к Медяному дому самой травницы так и не нашлось. Острый нюх не смог уловить запаха лекарств, зоркий взгляд не нашёл привычной зелёной кофты и фиолетовой юбки, сердце не указало ни на одну похожую фигуру, у которой могла быть похожая походка, а до слуха не дошёл знакомый голос. Район Удовольствий жил даже по ночам, по его улицам слонялись тысячи девушек в компании мужчин. Позади Джинси и рядом с ним ехали приближённые и доверенные им офицеры. Однако, парень без своей Мао Мао чувствовал, как его душу оттягивало невероятно тяжелое одиночество. Он не мог позволить себе и мысли, что его Мао Мао может навсегда покинуть двор, исчезнуть и уехать туда, где он её уже никогда не найдёт. Только лишь глупая случайность помогла найти её в прошлый раз при похищении. И нельзя было терять девушку снова.       В прочем, появление офицеров встревожило также и обычных жителей. И чем ближе они подъезжали к Медяному дому, тем больше случайных прохожих забегало туда с испуганными выражениями лиц. Джинси поднял свой тяжелый взгляд наверх в надежде, что там он сможет увидеть знакомое любопытное личико с веснушками на щеках и ясными голубыми глазками. Но на удивление, на него сверху вниз смотрела другая девушка, которую раньше он видел лишь при личных с Мао Мао встречах — её некогда злобный карий взгляд будто бы выражал сочувствие, а чёрные локоны длинных волос падали вниз и скрывали без того хорошо скрытую одеждой грудь. Она кивнула принцу, затем отвернула голову и с особо пристальным вниманием стала изучать пейзаж вдали. Когда мужчины спрыгнули с лошадей, Джинси попросил Рикаху проверить по карте дорогу в той стороне и узнать, какие дома будут находиться там.       — Побег — это не черта Мао Мао, — вот уже некоторое время между принцем и хозяйкой Медяного дома вёлся диалог ни о чём. Она не говорила конкретных деталей, уводила тему в другую сторону и даже выпустила из-за ворот привлекательных девочек, дабы рассеять внимание мужчин. Главной жертвой стал Рикаху, перед которым выставили его любимую Пайрин. — Её здесь нет, так что проваливай.       — Тогда скажите мне, где её дом, в котором она жила с Луоменем, — но и сам Джинси был непреклонен. Он стойко стоял перед старухой и смотрел исключительно на неё. Однако женщина снова увела разговор, заговорила об аптеке и пожаловалась, как без Мао Мао та пала в убыток. Юноша закатил глаза, поднял голову вверх и вновь заметил на балконе ту же женщину, смотрящую неизменно в одну точку.       Принц отобрал у Рикаху карту, покрутил её в руках и с гениальной мыслью взял своего подопечного за локоть. Он разрешил оставшимся офицерам войти внутрь, пока сам же под шумок скрылся с чиновником за ближайшим углом. Пара пощёчин, недовольный взгляд и обещание повысить жалование привели мужчину в себя. Он тряхнул головой, выпрямился и увёл свой взгляд в противоположную от Медяного дома сторону.       — Тебе Мао Мао ничего не говорила про аптекаря, случайно? — Джинси задал вопрос, раскрыл карту и вновь указал на направление взгляда принцессы Медяного дома.       — Было такое, но аптека находится при самом доме, — Рикаху почесал затылок и опустил взгляд. Можно было бы услышать, как в его голове крутятся шестерёнки. — Я один раз заходил к нему, он попросил в крайних случаях идти сразу в дом.       — Где этот дом? — голос принца стал обогащаться нотками раздражения. Ответ был так близко, но почему никто не хотел говорить о нём напрямую? Почему он должен выпытывать ответы из других?       Только Рикаху указал пальцем на карте, Джинси тут же повернул её к себе и пошёл по улицам в ту сторону. Направление совпадало с направлением взгляда женщины, и вот все красные ниточки на его невидимом полотне сошлись. Оставалось узнать только, пришла ли Мао Мао уже домой или была по пути туда. Наверняка, старуха ей расскажет о прибытии важных господ. И вот Рикаху раскрыл самое важное — место нахождение её прежнего дома. Для того, чтобы замести свои же следы, Джинси отправил чиновника обратно в Медяный дом.       Идти в компании с кем-то ещё было опасно. Принц мысленно прочертил себе путь, и теперь огибал короткий путь более длинным, дабы его не заметил кто-то знакомый или же сама травница. Он не хотел преждевременно пугать её, ведь впереди их ждал тяжелый чувственный разговор, в котором юноша будет обязан победить. Он должен найти новый подход к невесте, уговорить вернуться обратно и сделать всё, чтобы не подорвать её доверия.       Случайные зеваки из бедного района засматривались на богатого господина и о чём-то шептались за его спинами. Для безопасности у Джинси висел на поясе меч, однако тот он планировал использовать только в крайнем случае. Вряд ли бедняки решат напасть на знатного человека, который зашёл сюда абсолютно не случайно. Исчезновение, ограбление и убийство высокопоставленного чина вызовет огромный диссонанс и проблемы у всего бедного района. Так что только безумец решит нарушить покой в ночи чужим болезненным криком. В прочем, даже с этими мыслями принц не прекращал озираться по сторонам, прислушиваться к любому лишнему шуму и присматриваться к любой тени.       И вот он достиг небольшого, одноэтажного белого домика с маленьким окошком, деревянной дверью, территория которого была ограждена высоким забором. Даже за версту от него тянуло запахом трав, что оказал успокаивающий эффект для разума юноши и позволил немного расслабить свои плечи. Этот невзрачный дом был прежним жилищем дворцовых лекарей, и ничто не заставит Джинси переубедить себя. Он осмотрелся по сторонам, не нашёл ни одной знакомой фигуры и тяжело выдохнул. Как только он подошёл ближе, свет в маленьком окошке погас, а округа погрузилась в подозрительную, гнетущую тишину.       — Мне нужна помощь! — его тяжелый кулак несколько раз постучал по двери, но в ответ юноша получил только тишину. Он и не знал, как лучше всего было обратиться к жильцам этого дома, не знал как подойти к вопросу с Мао Мао правильно, дабы его с позором не выгнали так же, как выгнала Мадам. — У нас есть раненые! Мне сказали, в этом доме живут аптекари!       Маленькое окошко приоткрылось, а из него выглянуло лицо, усыпанное язвенными шрамами. Сначала он прищурился, наклонил голову и попытался оценить стоящего перед ним чиновника, но в какой-то момент отвлёкся, посмотрел вниз и закрыл перед Джинси окошко. И почти сразу же то открылось обратно.       — Ты врёшь.       — Я пришёл за Мао Мао, — скрываться дальше было незачем. Причина была действительно глупой, однако аптекарь даже после признания не закрыл единственное между ними окно связи, продолжал оценивать незнакомца и одёргивался от подёргиваний в стороны. — Я её жених.       Конечно, он не был лично знаком с этим аптекарем, и надеяться на что-то было глупо. Но дверь рядом чуть приоткрылась, и оттуда уже выглянуло другое более знакомое лицо. Совсем ещё юный мальчишка с мягкими детскими щёчками, но по-настоящему страшным и суровым серым взглядом, какой не был свойственным ребятам его возраста. Джинси помнил каждую его встречу с Чоу-у, и, кажется, только их раннее знакомство сейчас приоткрыло путь к сокрытой за тысячей дверей Мао Мао.       — Я помню вас, дядька, — в его озорном голоске хорошо были слышны хитрые нотки. И глупцу было ясно, что просто так юношу не пропустят к его невесте, и главным в этом вопросе был именно Чоу-у. Несмотря на свой юный возраст, он показался отличным лидером, с лёгкостью управляющим взрослыми дядьками. Ведь после его команды мужчина закрыл окошко, за спиной послышался ещё один знакомый голос. Парнишка вышел на улицу и закрыл за собой дверь.       — Мао Мао у вас? — однако, даже прямой вопрос не помог Джинси приблизиться к разгадке тайны. Чоу-у потёр подбородок и оценил своего собеседника.       — А что вы дадите мне в обмен на информацию? — всё же парнишка научился у Мао Мао и Мадам лучшему — расчётливому уму и вытягиванию выгоды из всего, что может её выдать. Принц задал вопрос о цене. — Хм. Я хочу быть рядом с Мао Мао! Вы отобрали её во дворец и совсем не подумали обо мне. Я тоже могу быть полезен!       Этот вопрос не имел решения, ведь Чоу-у — сын преступников, который должен быть казнён вместе с теми. Но выжил только благодаря милосердию Императора и прочим, кто был в курсе всей истории. И жизнь этого парнишки могла продолжаться только за стенами двора. В то же время, никто не исключает, что когда-то он может попробовать податься самостоятельно в чиновники или армию Императора. Но что будет тогда? Никто не может дать точный ответ. Не мог свой ответ дать и Джинси, ведь прошло слишком мало времени с того дня, как семью Чоу-у казнили, а его вместе с братьями и сёстрами отправили в ссылку. Стать преемником А-Дуо и взять к себе в служение политического преступника принц тоже просто так не мог.       — Есть обстоятельства, из-за которых я не могу так просто принять тебя к себе, — Джинси присел перед парнишкой, и теперь смотрел на того снизу вверх. — Я обязательно придумаю что-нибудь, ведь не хочу подрывать твоё доверие.       — Пока я не получу ответ, я не пропущу вас внутрь! — к сожалению, у Мао Мао Чоу-у также взял и твёрдость характера и её баранье упорство.       — Ты опять к людям пристаёшь, паршивец? — усталый, но столь знакомый голос донёсся до принца с нежным дуновением ветра и заставил того вскочить на ноги.       Его лиловые глаза загорелись любовью, а в тех появились тоскливые искры. Сердце разрывалось от грусти и счастья, а маска предательски спала с лица, обнажала из-под себя все те ранее сокрытые эмоции и счастливую улыбку. Травница стояла с пакетом овощей, взгляд её был совершенно беспристрастным, выражающим явное недовольство. Джинси несколько широких шагов преодолел расстояние между ним и Мао Мао, и застыл, будто бы его тело резко обдало ледяным газом. Он не смел коснуться свой невесты, ведь боялся стать жертвой её гнева, однако сердце рвалось на части от желания зацеловать ту, обнять и больше никогда не отпускать.       — Чего пришёл? — скупой на эмоции вопрос мог бы разбить чувствительную юношескую душу, если бы он не знал характер своей избранницы. К ним подбежал обиженный Чоу-у, забрал пакет и вернулся в дом, из которого вышли двое мужчин. Вроде бы и компания девушки сильно не поменялась, но принц получил ревностный укол.       — Почему ты сбежала? — вопросом на вопрос мало каких ответов можно получить. Но у того был свой мотив. Мао Мао отвернула голову, её брови свелись к переносице, а пальцы взялись за подбородок. Обдумав, она вновь повернулась к жениху.       — Пошли за мной.       Травница прошла за спину Джинси, подошла к двери и кивком подозвала за собой. Мужчины расступились по сторонам, пропуская внутрь хозяйку и её ночного гостя. Внутри пахло сушёными травами, на небольшом столике стояла ступка, в которой замешивалось новое лекарство тем самым парнем с язвами на лице, а у печи недоверчиво следил за порядком Чоу-у. Был спокоен только один мужчина, что распаковывал пакет и заготавливал продукты для дальнейшего их приготовления. Сазен, вроде бы так звали его сейчас.       Когда они вышли из-за другой двери во внутренний небольшой дворик с полянкой зеленеющих кустов, то аромат лекарств усилился в стократ. Даже от простого дыхания возле них, все болезни разбегались в страхе и покидали без того крепкое и сильное тело принца. От компании с Мао Мао же вокруг него ещё и образовывался защитный щит, который оберегал от всех бед. Собственно, травница прошла к камню, села на его край и подозвала к себе Джинси. Предусмотрительно она освободила рядом место, дабы компаньон смог тоже расслабить ноги. И как только он сел рядом, прислонившись левым плечом к её маленькому хрупкому тему, перед глазами открылся красивый вид на сад и горящее звёздами ночное небо. Помимо тех, по ночному полотну плавал также совсем тонкий серп луны.       — Стратег перегнул палку, — уже в спокойной одинокой обстановке Мао Мао позволила себе расслабиться и положила голову на плечо Джинси. Былое напряжение в атмосфере ушло, и его место сменила даже некоторая нежность, совсем не свойственная девушке. — Сказал, одно его слово, и я навсегда останусь любимой маленькой дочуркой. Противно слушать это.       — А ты ему что ответила? — принц также позволил себе небольшую дерзость и коснулся своей головой макушки травницы. Она одёрнулась, но ничего не сказала против. Мечущееся сердце юноши успокоилось и начало отбивать ровный ритм.       — Что я не рабыня, и согласилась стать принцессой его клана только ради свадьбы, — она шумно выдохнула, поёжилась и устроилась удобнее. — Не хочу я с этим старым придурком жить и его сумасшедшим сыночком. Лучше отказаться от всего и вернуться обратно к старухе в аптеку.       — А почему ко мне не пришла?       Джинси не напирал и старался держаться, лишь бы случайно не вывалить на хрупкую девушку свои чувства в агрессивной форме. Всё же, он довольно сильно перенервничал. Но ответа на свой вопрос он не получил. Мао Мао только шумно дышала и смотрела куда-то вдаль. Она и сама не могла дать точный ответ своему поступку. Юноша почувствовал, как тело её едва задрожало, а краем уха он уловил усиливающееся сердцебиение. Его рука приобняла травницу, прижала ближе к себе, а подбородок лёг на макушку. Мао Мао также не выражала никаких эмоций и была сдержанной, но ей и не нужно было ничего говорить и показывать, чтобы принц её понял. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять её тревогу, смятение, чтобы прочитать сомнения насчёт всех их общих идей.       — Хочешь переехать ко мне? — его тихий, вкрадчивый голос разрезал тишину. — Я не стану ограничивать тебя. Ты можешь как жить у меня и заниматься ремеслом в своём кабинете, так и ходить на занятия в медицинский корпус. Уверен, за все эти дни заточения ты соскучилась по своим подругам.       Мао Мао снова промолчала. Однако она оторвалась от чужой груди, подняла свой взгляд и вцепилась им в аккуратное, нежное личико принца. В её небесных глазках летали небольшие облачка надежды, отражались яркие звёздочки, а губы чуть дрожали. Её жалкий вид чуть насмешил принца, и он с улыбкой на лице прикоснулся к мягким, любимым щекам, чуть сжал их и поцеловал травницу в лоб. На этот раз она не одёрнулась и стойко приняла своё наказание. Это можно было бы посчитать положительным ответом.       — Мне ещё та… дама передала предсказание, — из закромов кофты Мао Мао достала небольшой листок пергамента, сложенный в несколько раз и показала его Джинси. Речь шла о предсказательнице с Запада, история которой юноше была хорошо знакома. Но вместо того, чтобы читать чужое предсказание, он отодвинул от себя руки и наклонил голову.       — Магии не существует, ты ведь помнишь? — он не желал знакомиться с сомнительной литературой, которая также не предназначалась ему. В любой другой ситуации принц обязательно выпросил бы этот листок и с детским любопытством прочитал его от корки до корки. Но сейчас ему было важно показать свою надёжность. — Мы сами строим свою судьбу. И я здесь для того, чтобы построить её вместе с тобой.       Но в ответ на красивые речи Джинси получил недовольный взгляд и удар костяшкой по лбу. Кажется, он не смог точно угадать настроение Мао Мао и за это поплатился. Впрочем, она не сильно расстроилась этому. Представив гостя, травница пригласила его к ужину и поделилась со своими друзьями планами на будущее. Чоу-у всё ещё прожигал гостя взглядом и напоминал о своём требовании, за что получал оплеуху, а Кокуё — парень со шрамами, — осыпал Джинси вопросами о дворе и просьбами попасть туда в качестве помощника врача. И только Сазен, сидя в стороне, жалобно просил отказать всем, ведь не желал оставаться в аптеке один на один со старухой и кучей больных жителей. У каждого из них были свои большие амбиции, которые даже несколько вдохновляли.       Ужин состоял из лепёшки с овощами. Простая еда, которая не была обогащена приправами и изысканным мясом. Только пара скудных кусочком жареной курицы скрашивали вкус и делали блюдо немного более сытным. Джинси пришлось для этого снять свою маску, и его лицо как напугало Сазена, так и расстроило изуродованного Кокуё и привело в восторг Чоу-у. И только Мао Мао почти не смотрела в его сторону. Однако, иногда принц всё же чувствовал на себе редкие, но заинтересованные взгляды с её стороны.       «Вот бы мне проникнуть в её голову и узнать мысли».       Оживлённая беседа подошла к концу, и жильцы дома отправились в долгожданный сон. Джинси вместе с Мао Мао прошёл вдоль улиц к Медяному дому, позвал обратно офицеров и подготовил лошадей к обратной поездке. Во время прогулки они молчали, но уже с другими знакомыми офицерами Травница вела себя более открыто и свободно. Она рассказала про своё путешествие, похвасталась, как ударила наглого мужчину, который вместо знакомства решил перейти сразу на интимные отношения, и затем окольными путями побежала по улицам. Лишь бы тот не догнал её. Принца одновременно уколола ненависть и злоба. Тур абсолютно точно не выживет после таких подробностей, и Джинси найдёт способ, как его убрать.       Но когда он сел на лошадь, а впереди устроилась Мао Мао, вся злоба вмиг исчезла. Она выбрала именно своего жениха, и тем самым вызвала у него чувство гордости. Парень передал поводья девушке, положил голову ей на плечо и объяснил мягко, как управлять лошадью.       — Не бойся, я не позволю нам упасть, — с этим полушёпотом Джинси одарил щёку травницы лёгким поцелуем, от которого она отмахнулась. Перед отъездом он в последний раз поднял взгляд наверх, снова встретился с той самой женщиной взглядом и кивнул ей. В будущем ему обязательно стоит узнать у Мао Мао её имя и щедро отблагодарить за помощь.       Поездка обошлась без происшествий. Сам путь обратно занял в три раза меньше времени, и потому уже через считанные минуты парочка оказалась возле дворца принца. Мао Мао попрощалась с офицерами и Рикаху, Джинси передал им новые указания и тоже пожелал спокойной ночи. Также дом покинул и ожидавший их офицер, появление которого заставило травницу одёрнуться и ускорить свой шаг.       — Господин, он знаком с Цузи, — короткая фраза, брошенная Басеном.       Вдаваться в подробности глубокой ночью никто не желал, но намёк принц понял. Этой ночью он планировал выспаться. И пусть его невеста сейчас находилась в противоположном конце дома, его сердце успокаивал тот факт, что она оставалась именно с ним.       «И всё же, интересно, о чём было то предсказание?»