Истории

      Экзорцисты отдыхают, после истребления им дают отпуск на два месяца. Принимают его, конечно же, не все: кто-то тренируется дальше, кто-то просто остаётся в общежитии истребителей, а кто-то — Лют, которой просто незачем уходить в отпуск. А Адам? Адам? Серьёзно? Думаете, он что-то делает и во время тренировок?       В принципе, сегодня солнечный день, как и всегда, все сейчас кто где: на пляже, дома, в кафе, в парке развлечений, в саду, в библиотеке и так далее.       — Сэр, — лейтенант осторожно положила папку на стол, — не знаю, куда это деть, думаю, вы найдёте этому место, и оно не потеряется.       — Ой, да ладно тебе. Называй меня Адам, — архангел хихикнул и улыбнулся, положив голову на ладони. Его маска снята и аккуратно лежит на столе, как и маска его правой руки. Они уже привыкли друг к другу настолько, что не стеснялись ходить без масок.       — Сэр.       — Адам.       — Сэр?       — Адам!       — Сэр! — конечно, Лют может и умеет звать его по имени, но всё же мужчина по статусу выше, поэтому как-то на автомате она называет его «сэр». Ладно, она просто хочет его подстебать как можно жёстче.       — Ой, всему тебя учить! Давай со мной. А…       — А.       — Д…       —Д.       — А…       — А.       — М…       — М.       — Адам!       — Сэр! — девушка старалась сохранить хладнокровие, чтобы не показывать свои истинные намерения. Это было сложно, ещё немного и она и вправду засмеётся.       — ДА НЕ-Е-ЕТ! — архангел уже смеялся сам, окончательно рухнув на стол. — Меня зовут Адам! Давай: А-Д-А-М.       — Сэр! — всё же окончательно сломавшись и засмеявшись, ответила Лют. Забавно, она та ещё безэмоциональная, строгая, суровая девушка, но как-то ему удаётся довести её до смеха. Уже не в первый раз.       — Ну Лют! Ну скажи «Адам»! Вот дети первое слово говорят: «мама» там, «папа», а ты скажи «Адам», — первый человек уже искрился от смеха, передавая Лют своё веселье через прикосновения. Подошёл к ней только ради этого и даже аккуратно потряс её за плечи, чтобы она назвала, наконец, его имя.       — Сэээээр! — со смехом протянула девушка. Её уже трясло от смеха, а живот сводило. Ситуация принимала всё более уморительный оборот. — И вообще, у нас рабочие отношения, я обязана соблюдать рамки.       Лицо Адама буквально за секунду сменилось самой серьёзной, а после и удивлённой миной, какую только можно представить. Это вызвало ещё большую волну смеха со стороны истребительницы.       — Да?! — архангел вытянулся в струнку, прижав руки к груди. — Только рабочие?! Серьёзно? Ага, блин, я даже не заметил! — он коверкал свой голос, словно подражая голосу девушки. Мимика активно сопровождала речь, и Лют на секунду испугалась, что сейчас задохнётся от смеха. — Так, давай вместе со мной посчитаем, — он выставил перед собой ладони, растопырив пальцы. Ангел, хихикая, повторила за ним. — Пикники вместе, чаепития, приходы на суды, ночёвки, посиделки с гитарой… — он, цокая, перечислил всё это, активно загибая пальцы. — Знаешь, не хватает только поебушек, ну так, чтоб совсем комбо.       Теперь оба совсем уже разразились смехом. Адам почти пропел:       — Не захлебнись, милашка, — тут уже лейтенант вытянулась в струну, состроив самое удивлённое лицо на свете.       — Что-о-о? Милашка?! — она спародировала «дамский обморок», конечно же, никуда не падая, и невольно перешла на «ты». — Ты что, знаешь такие слова? Что? Я сплю?       — Да-а-а-а, знаю! Представляешь?       — Я поражена, — всё так же наигранно коверкая голос, продолжила девушка, хотя и Адам тоже. Прошла секунда, и оба сложились пополам от хохота. Смех длился ещё пару минут, но начал затихать, в хорошем смысле, конечно же.       — Актриса из тебя шедевральная.       — Из тебя актёр тоже.       Они пожали друг другу руки в некоем знаке уважения и проявлении похвалы. Руки первого человека были больше рук Лют в два раза и теплее.       — Ох, живот пиздец болит.       — У-у-у, сквернословие.       — Кто бы говорил.       Архангел аккуратно погладил Лют. Честно говоря, в последнее время он всё тактильнее, постоянно ищет повод прикоснуться. Умиляло ли её это? Да. Льстило? Ещё как.       — Так, сегодня ты уже отдохни. Серьёзно, ты и так часто работаешь! Это похвально, но всё же, щади себя, милая.       — Ты обо мне заботишься?       Пойманный с поличным, Адам прокашлялся и, скрыв всё за своей фирменной улыбкой, проговорил:       — Может быть.       За время их работы Адам начал вести себя иначе. Стал более тихим, мягким и даже слегка заботливым, хотя и пытался скрыть это от Лют, очень херово скрыть. Мужчина сделался более ласковым, что ли, даже чуть меньше материться стал. А ещё он часто стремился проводить с ней время, и Лют заметила ещё одну деталь…       — До скорой встречи, — она уже вышла за дверь, но специально громко, чтобы он её услышал, добавила: — Адам.       Украдкой подглядев за первым из людей, Лют увидела мягкую улыбку и лёгкий румянец. Парень аккуратно сел за стол и так же аккуратно опёрся спиной о спинку кресла, сильно сжимая свою униформу командира у сердца. Теперь его лицо полностью горело от смущения. Почему-то сердце замерло и у Лют. «Такой милый, смешной и лёгкий, словно пёрышко. Хочу снова увидеть тебя таким».       «Теперь я буду чаще звать тебя по имени. Я вижу, почему ты так этого желаешь».