Deus ex machina

Много чего Кроули мог представить в своей жизни. Много странных ситуаций он переживал — и один, и с ангелом. Выпутывался из самых любопытных передряг. Но чего он точно никогда не мог вообразить — что когда-либо будет пробуждаться из обморока и увидит перед собой обеспокоенное лицо бывшего Князя Ада, которая после Падения выбрала себе имя Вельзевул, а над ней из дыры в потолке (из дыры в потолке?) будет выглядывать лицо бывшего Верховного Архангела Габриэля, не менее обеспокоенное. Картина перед его глазами была фантасмагоричной даже для существа, который провел 6000 лет, работая на Ад. Настолько фантасмагоричной, что Кроули не сразу оценил обстановку вокруг. Сначала пришли звуки и запахи — гарь, пыль и тихие всхлипывания кого-то, кого Кроули пока не видел. Он резко сел, голова закружилась. — Наконец-то, — удовлетворенно воскликнула Вельзевул. Кроули понял, что они находятся в каком-то заброшенном школьном классе — на стене доска, повсюду валяются опрокинутые парты и стулья, все в пыли и паутине. Спиной к ним перед открытым дверным проемом, не оборачиваясь, сидел Азирафаэль. Одежда на нем была запачкана, где-то порвана. И даже со спины Кроули видел, что он дрожал. Демон вскочил, чуть не упал на внезапно слабых ногах и подлетел-подполз к нему. — Ангел, что с тобой! Азирафаэль! — он обошел его и замер, пораженный. Перед Азирафаэлем, на полу, закрывая дверной проем, была вычерчена пентаграмма — она была нарисована впопыхах, но грамотно. Пентаграмма печати и уничтожения. Это был рисунок Ада, который использовался для проклятых помещений, которые демоны хотели оградить от ангелов. Любой белокрылый, вступивший на нее, мгновенно развоплощался. Пентаграмма была странного цвета. Мел и что-то красное. Кровь. И демон с ужасом понял, что это кровь из человеческого тела Азирафаэля. Он сидел перед пентаграммой, сложив ноги по турецки, мелко дрожал всем телом и всхлипывал. Казалось, он не понимал, где находится. В правой руке ангел сжимал мел, который был уже весь красный от его крови. Она шла из глубоких порезов на руке, как будто Азирафаэля подрал какой-то дикий зверь. Раны шли дальше по руке — вплоть до локтей были порваны рукава, ткань также набухла от красного. — Ангел, что за хрень! — закричал Кроули, — что ты сделал?! Азирафаэль вдруг словно очнулся, посмотрел на него и как будто успокоился — он даже слабо улыбнулся. — Хвала Всевышней! — вполголоса воскликнул он, — ты в порядке! Кроули всего скрутило от страха. Он никогда не видел Азирафаэля в настолько плохом физическом состоянии — любые раны они лечили обычно по мановению руки. — Нет времени, Кроули, — его пихнула в спину Вельзевул, — помоги мне и давай убираться отсюда. Демон обернулся на бывшего начальника. — Что за нахрен тут вообще происходит?! — завопил он. Азирафаэль поморщился от громкого звука, но не встал и не подвинулся, как будто у него не было сил на то, чтобы шевелиться. Он все еще чуть дрожал. — Твой ненаглядный запечатал комнату, — зашипела Вельвезул, — поэтому давай-ка мы быстро разберемся с этим и свалим, а потом уже будем вести беседы, — и она кивнула головой в сторону прохода. Через выход из комнаты было видно большой темный холл. В глубине его Кроули смог разглядеть чуть светящиеся двери лифта. Они внезапно с позвякиваем открылись. Свет лифта осветил пространство холла. На полу в беспорядке валялось приличное количество белых перьев, как будто чуть обгорелых. Про это Кроули решил подумать попозже, потому что сейчас надо было подумать про пять вооруженных мечами (зачем?) ангелов, выходящих из лифта. — Боже, какой пафос, — присвистнула Вельзевул. Она вступила на пентаграмму, оставив Азирафаэля за своей спиной. — Прости, мушка моя, — раздался сверху голос Габриэля, — я не могу помочь. — Ничего, мы справимся, — с каким-то предвкушением в голосе демон вывела руки перед собой в боевом жесте, — Кроули, не спи. Тот дернулся, выходя из оцепенения, и встал рядом с ней. Теперь они полностью загораживали проход в комнату и его ангела, который все так же сидел на месте, сжимая несчастный мел в руках. — На счет три — оглушаем пернатых, просто оглушаем, не возимся. Я снимаю печать, ты тащишь Азирафаэля наверх, — демон говорила тихо, спокойно и четко. Кроули вдруг вспомнил изначальные времена Ада, когда они только Пали и Вельзевул по собственной инициативе взялась организовывать разбитых и потерянных теперь-уже-не-ангелов в их новом пристанище. Она ходила тогда среди них в совсем другом обличии, говорила так же спокойно и уверенно и дарила ощущение порядка в общем безумии. Тогда они дружили. Кроули кивнул. Краем сознания попробовал поймать ту штуку с новой энергией, которую нашел на Небесах — и да, тепло эфира все так же было с ним. — Три! — скомандовала Вельзевул. Они синхронно выставили руки к приближающимся ангелам (те, естественно, шли к ним медленно, с чувством собственного превосходства). — Требуем выдать нам преда… — тот, что был впереди, начал речь, однако его смела волна демонических Проклятий. Трое упали, подкошенные, два ангела успели выставить защиту, но Кроули быстро перекрыл ее новым выбросом своей смешанной энергии. Вельзевул на секунду замерла, удивленно посмотрев на него. Она все почувствовала. — Мы обсудим это, — нахмурилась она, — потом. И Вельзевул обернулась к печати, начиная быстро выводить пассы левой кистью. — Ну и наворотил ты делов, ангел, — хмыкнула она Азирафаэлю. Тот слабо улыбнулся и попытался отодвинуться от пентаграммы. — Кроули, утаскивай его, почти готово. Гэб, помогай уже, ленивая задница! — кивнула демон. Под ее методичными движениями линии становились бледнее, несколько из них исчезли напрочь, делая заклятие пентаграммы недействительным. — Меня не расщепит, демон мой? — голова высунулась из дырки в потолке чуть сильнее. — Нихрена с тобой не будет, пернатый! — выплюнула демон с нежностью. Если бы не острота ситуации, Кроули бы уже стошнило от умиления. Меж тем надо было торопиться — пентаграмма уже не защищала их, а боевые ангелы могли очнуться в любой момент. Кроули осмотрел Азирафаэля. — Ты ведь не можешь исцелить себя, так? — спросил он ангела. Тот покачал головой. — Ладно, импровизируем. Протаскивать Азирафаэля через то отверстие в полу было бы неправильным в таком состоянии. — Гэб! — Кроули поднял голову, — убери пола побольше! Мне нужно место, чтобы взлететь. — Позер, — фыркнула Вельвезул. — А как ты представляешь мне его поднять? — посмотрел на нее бывший подчиненный. Габриэль понял его идею. Его лицо пропало из отверстия в полу. Тут же сверху все пришло в движение — половицы на их глазах, словно живые, стали расходиться в сторону, быстро образуя большое круглое отверстие. Кроули присел около ангела и подложил одну руку под его спину, а вторую — под одну ногу. — Положи вторую, пожалуйста. Я подниму тебя, и молю, никаких шуток про то, что ты тяжелый. Азирафаэль только слабо улыбнулся и послушно вверил себя рукам демона. Кроули аккуратно поднял его и быстро осмотрел все раны. Те, что были в районе рукавов, оказались неглубокими и скорее царапинами, они уже не кровоточили, но все в районе ладоней и кистей выглядело ужасно, особенно правая рука. Раны были такими, словно Азирафаэль вручную дрался с диким зверем с длинными когтями, и помимо ран кожа была словно обожжена. Кровь текла уже не сильно, но текла, и демон всерьез задумался о том, может ли тело развоплотиться от потери этой столь важной для людей жидкости. Вельзевул уничтожила круг, и от этого ангелу явно стало легче — он перестал дрожать в руках Кроули, но дышал часто и сжимал губы, явно испытывая боль. Кроули прижал его к себе. Он встретил глаза ангела — небо и свет. Руки Азирафаэль аккуратно сложил перед собой, стараясь сохранять в максимальном покое. Черные крылья распахнулись в тесной комнате. Один взмах — и Кроули оказался наверху, аккуратно приземлившись около Габриэля. Эта комната выглядела не менее фантасмагорично. Чуть в отдалении от огромной дыры в полу, на краю которой завис Кроули со своей драгоценной ношей, в пустоте стояла дверь. Дверной проем и распахнутая створка, в которой была видна другая комната — стояли просто посреди комнаты, не опираясь ни на что. Рядом приземлилась Вельзевул. Кроули, который сложил свои крылья в тот же момент, как поднялся, с интересом оглядел ее. Крылья бывшего Владыки Ада были меньше в размахе, но с более богатым оперением и чуть отдавали в зеленовато-бутылочный оттенок. — Валим, — Вельзевул тоже сложила крылья и кивнула на дверь. Габриэль едва заметно крутанул кистью и пол быстро принял изначальный вид. Вельзевул сделала шаг в дверной проем, следом за ней шагнул Кроули — ангела он так и не отпустил, хотя тот и предпринял слабую попытку сойти на пол. Последним шагнул Габриэль. *** Они оказались в небольшой комнате, заставленной стеллажами и коробками. Большую часть пространства занимала довольно большая кровать, и Кроули тут же аккуратно помог лечь на нее Азирафаэлю. Габриэль сделал еще один аккуратный пасс рукой (вот уж кто позер!), и дверной проем, через который они попали сюда, исчез. После этой манипуляции Габриэль, не задавая лишних вопросов, быстро приблизился к кровати, сел рядом с Азирафаэлем и протянул руки к его ранам. Кроули встал около кровати, рядом с ним встала Вельзевул. Азирафаэль продолжал отрывисто дышать, явно чувствуя себя неважно. Габриэль покачал головой. — Я не могу его вылечить, — тихо сказал он. Кроули цыкнул и начал мерить шагами крошечное пространство вокруг кровати. Азирафаэль молчал, наблюдая за ними из-под полуоткрытых глаз. Демон не так много знал об устройстве человеческих тел, но понимал, что от потери крови можно потерять сознание, и ему начало казаться, что именно это и начинает происходить с его ангелом. — Так, — Кроули посмотрел на Габриэля и Вельзевул, — что вы видели? Надо понять что за хрень случилась, и быстро. — Опуская подробности, — заговорила демон, — мы пришли на выброс энергии. Попали в комнату. Гэб говорит — так и так, попасть в саму комнату внизу, где что-то происходит, не могу, блокировка, не входи убьет. Я вскрыла пол по-быстрому, а там картина в Аду не видывали — ты лежишь в углу в отключке, а этот, — она кивнула на Азирафаэля, — сидит перед пентаграммой, бормочет и рыдает. — Ты что, сам нарисовал пентаграмму Ада?! — взвыл демон, обращая взгляд к ангелу, лежащему на постели. Тот слабо кивнул. — М-м-мне нужно было время, — тихо заговорил Азирафаэль. У него дрожал голос и зуб на зуб не попадал, — но в-в-вышло не очень, — он опять устало улыбнулся. — Да уж, — невесело хмыкнула Вельзевул, — ты сам себя закрыл в комнате. В общем, мне пришлось тебя откачивать, — демон снова посмотрела на Кроули, — ты был перекачен Благодатью, хрен знает как тебя не развоплотило. — Не может ангел начертить пентаграмму Ада и не погибнуть, — Габриэль покачал головой. — Как видишь — может! — зашипел Кроули. Он с отчаянием оглядел фигуру на кровати и сел рядом. — Что же ты такое сделал, глупый ты ангел, — тихо сказал он. Азирафаэль смотрел на него, не отрываясь. Он чуть пожал плечами, как будто говоря «что сделано, то сделано». Кроули и правда не понимал, как могло получиться то, что получилось. И самое для него страшное в том, что он не понимал, как помочь другу, которому с каждым мгновением становилось все хуже. Он бледнел, снова начинал дрожать. На мгновение промелькнула мысль отправиться в настоящую больницу для людей, но Кроули тут же понял всю идиотичность такой идеи. Но не мог же он позволить ангелу развоплотиться и снова оказаться в лапах Небесного офиса! Надо было думать и пробовать. Кроули нахмурился. Стоило попытаться…. Он аккуратно прикоснулся к самой поврежденной руке. Его ладонь тут же испачкалась в крови. Демон грустно поморщился. — Пожалуйста, помолчите, — попросил он всех и закрыл глаза. Он искал. Раны Азирафаэля сияли оккультной энергией. Это был дикий, неприрученный хищный зверек, которого позвали из тьмы Ада. Почему он не уничтожил ангела — Кроули не понимал, но он попробовал мысленно протянуть к этому существу руку. Привычное оккультное тепло согрело его изнутри и Кроули пригласил всю эту силу к себе, отводя от небесной Благодати ангела. Зверек съежился и зашипел. Он не хотел уходить. Кроули чертыхнулся чуть слышно. «Тебе не надо быть именно тут» — мысленно сказал он оккультной энергии, которая окружала раны, — «Просто будь рядом, но не тут. Подвинься» — и попытался оттянуть зверька в другое место. Зверек съежился, скрутился и сдвинулся от правой ладони выше по руке. — Гэб! — быстро позвал Кроули, — попробуй снова! Габриэль, который продолжал сидеть рядом с Азирафаэлем на другой стороне кровати, тут же протянул руки и снова начал пытаться лечить ангела. — Правую руку, — проинструктировал Кроули, не открывая глаз и продолжая дрессировать тот комочек оккультной энергии, что нашел около Азирафаэля. — Отлично! — радостно констатировал бывший Верховный Архангел, — что ты сделал? Кроули не ответил — теплый оккультный зверек проскакал в мысленном поле Кроули, перескочив с рук в район солнечного сплетения ангела, и вдруг растворился, словно прыгнув внутрь. Кроули открыл глаза. Габриэль продолжал лечить, и раны под его руками затягивались, а с ними и возвращался цвет лица Азирафаэля, его дрожь унялась, дыхание выровнялось. Демон облегченно выдохнул. Габриэль убрал руки, удовлетворенно цыкнул языком, встал и подошел к Вельзевул. Азирафаэль осмотрелся с уже куда более осмысленным взглядом. — Где мы? — спросил он, и Кроули впервые услышал родной голос без боли, страха или отчаяния, услышал именно тот тон, который был так свойственен ангелу — деловитость и заинтересованность. — У нас дома, — хмыкнула Вельзевул, — на Альфе Центавра. И вы задолжали нам ооочень много объяснений.