Боль в колене

Часть 1. Год 1642. Париж, Франция.         - Больно? - Гелла вскинула голову, заглядывая в блестящие от слёз серые глаза.       - Нет, - девушка стискивала зубы и время от времени тихо шипела, но так и не проронила ни слезы, ни вскрика.       Воланд с нечитаемым выражением лица наблюдал за своей горничной. С вампиршей творилось что-то неладное, что заставляло его кидать на нее беспокойные взгляды, которые она, что тоже было поразительно, игнорировала. Гелла заботилась об их гостье с небывалым энтузиазмом, подпиливая острые края короны, сопровождая ее на балу, ведя как можно дальше от самых беспокойных личностей. Смазывая теперь уже проявившиеся порезы Маргариты бесценной мазью своего господина. Все это было возмутительно странно.       Во Франции подходила к концу весна 1642 года. Бал удался на славу, новая хозяйка была прекрасна, словно этот дикий цветок вырос среди своих истинных предков, а не в доме прачки, к которой ее подкинули. Не самая легкая для поиска была Маргарита, но Гелла настояла, чтоб это была именно она. Странно, дьявол их забери.       - Итак, любезная Донна. Вы знаете правила, моя дорогая. Нам предстоит расстаться, - Воланд бросил переменчивый взгляд на свою служанку, которая от этой фразы побледнела будто бы еще сильнее, чем обычно, - так чего же вы у меня попросите?       Маргарита с вопиющей нежностью убрала руку Геллы, по которой - да неужели?! - пробежала дрожь. Небывалая чувствительность для такой древней нежити!       - Мессир, мне не о чем вас просить…       Воланд отбросил бокал и быстро подошел к женщине. Рука на подбородок, неизменный первородный страх в глазах…       - Прекрати. У тебя есть одно желание, и изволь высказать его прямо сейчас.       - Я… - Маргарита с трудом проглотила слюну и вздрогнула, - желаю быть на вашем следующем балу, Мессир.       Хриплый вздох, неуловимое движение зрачков…       - Нет, мой господин, я не смею просить Вас снова быть хозяйкой бала. Прошу вас, Monsieur, позвольте присутствовать на вашем балу как гостья. Каждый год, позвольте, Monsieur…       - Ты понимаешь, безумная, о чем просишь? - от неожиданного содержания этой речи Воланд отпрянул от нее и шагнул назад, убрав руку, - вечность в аду? Ты представляешь, где обитают эти души, куда они возвращаются после бала?       - Я понимаю, господин. И все же… - Марго бросила рассеянный взгляд на будто посеревшую Геллу.       - И что я должен, по-твоему, думать?! - теперь тяжелая рука Зла легла на подбородок его прекрасной, как лунная ночь, служанки.       Взгляд - тяжелый, острый, как игла, которая, минуя радужку и зрачки, минуя кожу, ткани и кости черепа, попадает…       Он видел ее память за последние месяцы как свою собственную. И картина, разумеется, стала проясняться. Геллу связывало с его новой Маргаритой намного большее, чем он мог представить. Влюбленная вампирша, видано ли? Маргарита тоже любила ее всем своим глупым, добрым – словом, человеческим - сердцем. Два месяца любви, признания и тревоги. И вот, Она - его королева на балу. И у нее есть право на одно желание. Такова традиция.       Гелла безвольно упала на пол, и взволнованная королева Бала бросилась к ней. Что ж, этого следовало ожидать.       - Я исполню твое желание, безумная женщина.       Невесть откуда взявшая трость стукнула о пол очаровательной Парижской гостиной. Маргарита исчезла, будто призрак вечерней тревоги после сна.       Гелла открыла глаза спустя три дня. Шелковые простыни, прикроватная тумба в позолоте. Память вгрызалась обратно в голову.       - Итак, моя дорогая. У тебя будут ко мне какие-нибудь просьбы? - человек в черном спрашивал тоном, которым выносят приговор. В комнате пахло серой.       - Нет, мой господин. Позволите ли вы…       - Да, - он резко встал и в мгновение оказался у двери, - ты все еще можешь служить мне, и сможешь видеть ее ночь в году. Но чтоб я больше не видел такой растерянности, Гелла. Перед человеком! Дьявол и преисподняя, Гелла!       - Да, мой господин, - вампирша встала с кровати и склонила голову.