Кошмар
9 февраля 2024 г., 22:21
— Поздравляю, наложница Жоу беременна! — сказал целитель, которого пригласили, поскольку женщине нездоровилось.
На лицах императора и наложницы появились радостные улыбки, Инь Синь с Лань Ань тоже обрадовались и поздравили будущую мать.
Следующие несколько месяцев император и наложница Жоу проводили вместе, готовясь к появлению малыша: они шили ему одежду, делали игрушки и гадали, кто будет, мальчик или девочка.
***
— Госпожа, держитесь! Женщина лежала на кровати и уже четыре часа мучилась в родах. Вокруг неё столпились лекари и служанки, не зная, что делать. — Приказ Его Величества: жизнь наложницы Жоу спасти любой ценой! — сказал посланный императором слуга и удалился. — Лань Ань, Инь Синь, нужно спасти ребёнка, не дайте ему умереть, ради меня! Прошу вас! — проговорила наложница, теряя сознание. Внезапно прогремел гром и ребёнок появился на свет, лекари и служанки тут же отпрянули, крича от ужаса, а принцесса клана Июэ потеряла сознание и замертво упала на подушку. — Госпожа! Кто-нибудь, помогите! Госпожа! — зарыдали служанки, пытаясь привести женщину в чувства. — Госпожа, очнитесь! Таньтай Цзинь стоял и с грустью смотрел на свою мать. Она была единственной, кто отдал жизнь за него, и кто любил его. Мне даже показалось, что в его холодных, как лёд, глазах появились слёзы. Желая хоть как-то поддержать, я протянула дрожащую от грусти и печали руку и аккуратно взяла его за запястье. Мы долго стояли так, слушая, как снаружи воет ветер, как шумит дождь и небо разрывается от грозы. Наши взгляды были устремлены на бледную женщину, недавно радующуюся и смеющуюся, а сейчас лежащую в крови с закрытыми глазами. Мать, отдавшую жизнь за своё дитя.***
— Его не должно быть на этом свете! Он убил мою любимую жену, свою мать! Это чудовище никогда не будет мне сыном, он заслуживает смерти! — с яростью кричал император, который хотел обречь своего некогда желанного и долгожданного сына, наследника престола, на верную смерть. — Ваше Величество, в нём течёт кровь принцессы Жоань Жоай, — служанки Лань Ань и Инь Синь стояли на коленях перед безжалостным императором и молили о пощаде принца. — Если ребёнок умрёт, то она исчезнет навсегда. Она умерла, отдав свою жизнь за сына, за вашего общего сына, неужели её жертва напрасна?! Если Вы и правда любили её, то сохраните принцу жизнь! Тут Лань Ань, вся в слезах, бросилась к ногам императора и зацепилась за подол его одеяний. — Прошу, Ваше Величество, сохраните жизнь мальчика! Я же посмотрела на холодное лицо императора, желая увидеть хоть немного милосердия и понимания, но в его взгляде были лишь ненависть и злоба. Таньтай Цзинь, стоявший рядом со мной, пристально разглядывал девушек, которые на коленях молили сохранить ему жизнь, которые будут воспитывать его следующие двадцать лет, но которые, когда наступят сложные времена, предадут его, бросят на произвол судьбы. — Раз так жаждете его защитить, тогда и опекайте его своими силами и за свой счёт, — всё же смилостивился император Цзин, я опять посмотрела в его глаза и вновь ничего не увидела, кроме безразличия, с которым он губил судьбу ненавистного сына. — Ваше Величество, спасибо большое, спасибо! — служанки с улыбками на лицах стали биться лбами о пол, не зная, как будет нелегко выжить, не зная, какими будут эти двадцать лет, и даже не подозревая, что растят сосуд зла, бога демонов, который убьёт их за предательство и уничтожит всё живое. Затем они встали и, ещё раз поклонившись, удалились. — Ваше величество, вот список счастливых имён из палаты ритуалов, выберите одно, — подошедший слуга протянул императору поднос, на котором лежали листья пергамента. Но правитель даже не взглянул, он просто взял первый попавшийся листок и закрыл глаза, а по его щеке покатилась, полная горечи и боли, слеза. Затем мужчина подошёл к подсвечнику, слепо смотря на алые лепестки пламени, такого прекрасного, теплого и манящего, но которое, как только начнёшь согреваться, погаснет в мгновение ока, и сердце вновь окутает мрак. Затем он поднёс лист пожелтевшего пергамента к свече, и такой красивый, но безжалостный огонь схватил бумагу в свои объятия. Пергамент сгорел и превратился в маленькие кусочки пепла, медленно кружащиеся в воздухе и опускающиеся на холодный мраморный пол. Таньтай Цзинь медленно подошёл и опустился на колени рядом с сожжённым, как его судьба, пергаментом. Пепел. Обычно имена детей оправдывают ожидания их родителей, но имя Таньтая было сродни проклятию. Вот она, судьба будущего бога демонов: унижения, ненависть, боль, злоба, месть и убийства. Судьба, ведущая его во тьму, судьба, созданная самим дьяволом, судьба, которую никому не суждено изменить. Внезапно император, министры и слуги превратились в фиолетовый туман и в мгновение ока исчезли. — Кто это тут у нас не спит? Как вы выбрались из удушающих лиан? — раздался холодный голос появившейся откуда-то демоницы. — Сколько же ты всего пережил: смерть матери, которую никогда не знал, потому что она умерла, сохранив твою жизнь, предательство отца, который возненавидел собственного сына, даже не взглянув на него ни разу, лишив его всего, что ему принадлежало по праву. Ты только появился на свет, а уже принёс столько несчастий и бед. Твоя судьба проклята. Из твоих кошмаров вырастут самые прекрасные цветы ужаса! — взвизгнула от радости нечисть и направила потоки тёмной ци на Таньтай Цзиня. Фиолетовый туман обвился вокруг принца, окутывая всё сильней, заставляя мужчину окунуться в него с головой, но не давая возможность выплыть из жуткой, тёмной, пробирающей до мурашек пучины вод, выбраться из цепких, с острыми ногтями, царапающими кожу, пальцев смерти. — Таньтай Цзинь, нет! — но мой муж уже исчез вместе с демоном кошмаров, а туман потихоньку стал рассеиваться, как и мои надежды выбраться отсюда.***
Жизнь Таньтай Цзиня была просто ужасна. Не было и дня, чтобы над ним не издевались, не били и не унижали. Служанки растили его как могли, стараясь дать ему всё, но деньги заканчивались и приходилось голодать. Мальчик рос, но так и не испытывал чувств и эмоций. Когда ему исполнилось шесть лет, Лань Ань устала от всего этого и ушла, оставив принца Июэ на свою подругу Инь Синь, которая стала бояться его и считать чудовищем. Затем отец мальчика «смилостивился» и отправил сына заложником в Шен, так как его государство проиграло в битве. В другой стране Таньтаю жилось не лучше: издевательства и оскорбления стали более изощрённее из-за статуса заложника из вражеского государства. Только один человек во дворце обращался с ним хорошо и даже защищал от обидчиков. Это был принц Сяо Линь, которого все уважали и любили. Таньтай Цзинь настолько хотел быть похожим на него, что стал подражать принцу во всём, лишь бы получить хоть немного любви, но взамен получал лишь ухмылки и презрение. Но я знала, что Сяо Линь не давал его в обиду только потому, что его сюда отправили для заключения мира, и если с заложником что-то случится, то Цзин может пойти на Шен войной. Со временем Инь Синь стала ещё больше сторониться Цзиня, каждый раз вела себя с ним холодно и вздрагивала, когда он с ней заговаривал, а затем предала его за возможность вернуться в клан Июэ. На этом воспоминание служанки заканчивалось, и я вернулась в реальность.***
Кое-как подняв тяжёлые веки, я обнаружила, что лежу на траве, демоницы поблизости не было, поэтому, встав с зелёной подстилки, я стала осматриваться. Нужно как можно быстрее найти Таньтай Цзиня. Насколько я помню, он попытаться совершить самоубийство, нужно срочно его остановить. Я вновь огляделась по сторонам. Мужчина был привязан лианами к дереву и крепко спал, наверное, это постарался демон кошмаров. Я быстро подбежала и стала рвать растения, стараясь освободить мужчину из этих удушающих пут, ловушки кошмаров, затягивающей в свои объятия всё глубже, не давая шанса на спасение. Разобравшись с лианами, я положила Цзиня на траву, взялась за острые плечи и стала трясти, стараясь разбудить, но ничего не выходило, сон был очень глубокий, наверное, демон был на высшей стадии совершенствования. Тут я заметила на Таньтае только что распустившийся, кроваво-красного, слово бархат, цвета, цветок ужаса. Но ведь ему не снятся кошмары! Так, нужно срочно проникнуть в его сон, пока не стало поздно! В прошлый раз я дотронулась до цветка, и фиолетовый дым перенёс меня в воспоминания Инь Синь. Недолго думая, я схватилась руками за нежные лепестки, и появившийся туман погрузил меня в глубокий сон.***
Я очутилась в императорских покоях, мой взгляд тут же упал на мёртвую, лежащую на кровати в крови, принцессу Июэ Жоань Жоай, мать демонёнка. Затем мой взгляд опустился вниз, и я от ужаса приросла к земле. Таньтай Цзинь лежал на полу, а пальцы его руки сомкнулись на рукояти кинжала, воткнутого в деревянный пол. Он был бледен, как полотно, тело его дрожало, а из глаз текли слёзы отчаяния. — Ты испытал всю боль мира и безграничную ненависть к себе. Твоя судьба проклята. Тебе уготован плохой конец. Когда твоя боль достигнет пика, когда твоя жизнь подойдёт к концу, я приду и приму твою жертву, — ледяной, как сталь, голос, от которого волосы встали дыбом, ноги потяжелели и приросли к полу, а по телу прошлась волна ужаса, огласил комнату, голос самого дьявола. Таньтай Цзинь не без усилий смог вытащить из прочной древесины кинжал и дрожащими руками приставил его к горлу. Его тело сотрясала судорога, глаза полные слёз и отчаяния смотрели в пропасть, мужчина стоял на краю обрыва, казалось, он вот-вот сорвётся и упадёт во тьму. Я тут же сорвалась с места, упала рядом с ним на колени и схватилась за лезвие кинжала, который уже оставил на шее мужчины царапину. — Таньтай Цзинь, нет, не делай этого! — Все близкие, все, кто дорог, ненавидят меня! — Это не так! Я не ненавижу тебя! — с лезвия кинжала, за которое я держалась рукой, соскользнула алая капля крови и с громким звуком ударилась об пол, а я смотрела в удивлённые глаза мужчины, в которых привычный холод и безразличие сменились на теплоту и нежность. Последнее, что я запомнила, перед тем как провалиться в объятия сна, был фиолетовый туман, что кружился вокруг нас.
