Экзорцист

      Этот день настал. Сегодня Земля и небеса будут праздновать Новый Год. А в Преисподней будет проходить Истребление. Да, сегодня вечером я, Натаниель и Кэролайн, Адам и Лют и ещё сотни тысяч экзорцистов отправятся в Ад убивать грешников. Люди и жители Рая пробуждаются сегодня с предвкушением чего-то хорошего, Ада – ужасного. Я же проснулся переполненный волнением и нервным ожиданием неизбежного.       Ещё при жизни, в день своей первый отправки на фронт, меня не покидали чувства тревоги и страха. Я понимал, что вероятность моей смерти крайне мала, что я всего лишь буду охранять полевой госпиталь. Вряд ли по нему будут целенаправленно бить, хотя и такое случается. И в мирное время можно погибнуть от обстоятельств, от тебя не зависящих. А в военное количество подобных неприятных случайностей сильно увеличивается. Шальной снаряд или пуля, идиоты снабженцы, роняющие ящики со взрывчаткой, растяжки и мины, которые не заметили сапёры. У меня на одной такой однополчанин подорвался. Решил, значит, сходить в туалет по большому и посрал прямо на растяжку. Такой смерти и врагу не пожелаешь.       В общем, я человек уже с опытом, один раз уже умирал, и знаю, что это не больно, прекрасно помню, что грешники не могут нам навредить. Но всё равно страшно. Это не просто первое истребление, а первый поход в Ад. По сути, специальная военная операция по зачистке Преисподней от грешников. Через такое уже проходил. Не надо бороться с эмоциями, всё само пройдёт, когда начнутся активные действия. Просто не будет времени думать о происходящем.       Что-то замудрил я со всеми этими размышлениями. Прямо сейчас я нахожусь в соборе центрального района. На Небесах церквей гораздо меньше, чем на Земле. И люди с ангелами ходят сюда реже. «Руки, дарующие помощь, святее молящихся уст» как никак. Хочешь порадовать Бога? Тогда трудись, занимайся саморазвитием, добивайся успехов, оставаясь при этом хорошим человеком. А в собор я пришёл чтобы освятить свой меч. Местный ангел священник знает о всех тонкостях работы экзорцистов, поэтому не стал задавать вопросов.       Меч был почти целиком помещён в купель, лишь рукоять, с намотанным на неё моим крестом, выглядывали из воды. Ангел читал благословение. Я же не спускал глаз со своего оружия. На Земле перед битвой солдаты часто молятся, всегда надевают чистое бельё и освещают оружие. Что бы оружие было привязано к тебе, во время освещения солдаты клали на него свои иконки или кресты. Не знаю, от кого пошла эта традиция. Может даже от крестоносцев. Я следовал ей при жизни, и буду следовать после неё.       Последний куплет благословения закончился. Ангел извлёк меч и купели и аккуратно передал мне. Я так же аккуратно вставил его в ножны и спрятал оружие в чехол. Ещё раз поблагодарил священника и поздравил с наступающим Новым Годом. Он поздравил меня в ответ. Свечи за здравие живых и покой усопших я уже поставил. Молитву прочитал. Меч освятил. Больше мне здесь делать нечего.       Сейчас ранее утро, даже солнце не взошло целиком. Улицы освящали фонари и вывески, блестели украшения и цветные стёкла, всюду виднелась праздничная атрибутика. Не смотря на ранний час, многие заведения были заполнены людьми. Ведь сегодня самый лучший день в году. Можно веселиться от всей души, и даже блюстители не столь строги. Были слышны песни, весёлые возгласы и даже пьяная ругань. Люди стремились отметить наступающий праздник с друзьями и коллегами, чтобы весь вечер провести в кругу семьи. И семья у каждого будет огромной. Среди родственников будет те, кого ты даже при жизни не застал. Жил, например, несколько веков назад. Прабабушка твоей прабабушка. Естественно, будут и те, кто предпочтёт более скромную компанию. Или те, кто будет сегодня работать, как я.       Моё любимое кафе тоже преобразилось к празднику. Официанты носили одежду испанских священников с капиротами, красными остроконечными колпаками. Не знающий человек мог принять их за членов Ку-Клукс-Клана, я сразу понял, кто они, но не понял, почему именно испанские священники? Заказал только чая. Голод есть, но аппетита нет. Медленно попивая горячий напиток и слушая рождественские песни из начала прошлого века, разглядывал прохожих.       Вот пара победителей, обычный парень и девушка гарпия, идут и кокетничают, не обращая внимания на окружающих. Вот ещё пара. Парень похож на тряпичную куклу, с пуговицами вместо глаз, а девушка выглядит как мультяшка, всё тело и одежда чёрно-белые. Но эта пара оделась под стать празднику. Девушка в свитере со снеговиками, оленями и карамельными тростями. Парень более избирательный, его карнавальный костюм отдаёт XIX веком и смотрится очень вальяжно. Одинокий мужчина с деловым портфелем, останавливается возле бара напротив, несколько секунд стоит, рассматривает вывеску и затем уходит. Пара ангелов, у каждого по четыре крыла, идёт и что-то бурно обсуждает, возможно даже спорит. Девушка волк стала прямо на против кафе, общаясь по телефону и активно жестикулируя. Когда она посмотрела в мою сторону, я отвернулся.       Чай кончился. Заказал себе мороженное в виде снеговика. Людей на улице прибавилось. Мимо пролетел стихийный оркестр. Несколько ярко одетых (возможно пьяных) победителей летели впереди и пели недетские песни. За ними летело ещё человек тридцать, кто-то подпевал, кто-то играл на инструментах. Успел заметить лишь флейту, скрипку, гавайскую гитару и ещё один непонятный струнный инструмент. Прохожие задирали головы в поисках источника громкого песнопения. Пара мужчин взлетела и присоединились к шествию, тут же запев. Из бара выскочила девушка и не долго сомневаясь, тоже присоединилась. Оркестр полетел дальше по улице. Песни были ещё слышны, когда в сторону музыкантов полетели белые фигуры блюстителей.       Дедушка с бабушкой предлагали мне отметить Новый год у них. И я бы согласился, если бы не работа. Может, в каком-нибудь году я смогу пропустить истребление и провести время с семьёй? А как ангелы это переживают? У них ведь наверняка по-другому устроены семейные отношения. Но думать об этом сейчас совершенно не хочется.       - Ваш заказ. С наступающим!       - С новым годом!       Аппетит так и не появился. Сладкий холодный десерт с трудом пережёвывается. Глотать ещё сложнее. Как же всё это раздражает. Я не про, безусловно отличное, мороженное, не про праздничную атмосферу и весёлый люд. Я про себя, своё волнение. Я уже воевал, убивал, умер один раз при жизни, много после жизни. Меня это уже не должно пугать какое-то истребление, где даже синяк получить невозможно. Но всё равно волнуюсь! Меня буквально тошнит из-за апатии, и морально из-за осознания, что я ей сейчас страдаю. Мерзость!       «Поскорее бы уже началось истребление.»       После кафе я решительно полетел к мосту, с опор которого сейчас свисали мои ноги. Я уже посещал его, когда только вознёсся. Великолепное сооружения из белого металла и стекла. Первый раз посетил его случайно, сейчас же специально. Под мостом находиться живописный каньон, по каньону течёт река, в эту реку я прыгну. Задолбало это чувство обречённости. Будет искоренять его радикально. Ведь в фильмах люди часто осознают ценность жизни в момент, когда смерть неизбежна. Но ведь я не осознавать ценность жизни сюда пришёл, как мне это поможет? Да не важно! Просто отталкиваюсь руками и падаю головой вниз.       - И камнем вни-и-из, с крыши дома, как та девочка в Москве! Это плохая шутка. Люблю чёрный юмор. Ничего не могу с собой подел…       ХРУСТЬ!       Вместо всплесков воды слышу треск собственных шейных позвонков. Судя по часам. Проспал всего пятнадцать минут. И уплыл не очень далеко. Течение быстро вынесло моё тело на берег. Прыгнул, умер, промок, проснулся. Не сделал ничего особенного, но мне действительно стало легче. Волнение пропало, настроение улучшилось, аппетит появился. Пойду что ли нормально позавтракаю в каком-нибудь ресторане. Затем зайду в тот бар напротив Sinatra и последние часы до истребления проведу в компании весёлых разговорчивых людей под градусом. Хорошо, что я уже мёртв, и могу отправиться на битву вместе с белочкой.       - Господи, как же Рай меня испортил! Хе…       

***

      Среди всех мест на Небесах самым известным является Эдемский сад. Место, где Бог сотворил первых людей, дав им имена Адам и Лилит. Эдемский сад и по сей день цветёт и пустует среди Небес. Его редко посещают. Но сегодня его покой нарушает ласковая мелодия. Среди тысячелетних деревьев, на молодой зелёной траве сидел человек.       Его рука спокойно играла на гитаре, на которую он даже не смотрел. Мелодия была простой, содержала всего пару аккордов. Но звучала так, будто её исполняют сразу десяток гитаристов. Или человек, что оттачивал её тысячи лет. Который был рождён в этом саду. Чей пустой взгляд золотых глаз был устремлён в глубины сада. Высматривал кого-то. Без надежды на результат. Скорее мечтая услышать, как мелодию нарушит шелест листвы. Увидеть, как ветки деревьев впереди раздвинуться. Улыбнуться, выходящей из зарослей прекрасной женщине. Не первой, но любимой, сотворённой из его собственного ребра.       Несбыточная мечта.       Он часто посещает этот сад, когда ему необходимо побыть одному. Поразмышлять, обдумать важные решения. Здесь его никто не может потревожить. Высшие серафимы старее сада, но до сих пор в нём путаются. А Бог никогда не прерывал его одиночества здесь. Единственный, кому он мог позволить прервать себя, никогда больше здесь не появиться. Он понимает, но продолжает мечтать, даже с мёртвой надеждой.       Тысячелетия ни что не могло прервать эту мелодию. Не может сейчас, не сможет и в будущем. Ему не нравилось это постоянство, он хочет его изменить. Но как? Можно лишь размышлять и мечтать. Но один человек однажды сказал: «Есть только две вечные вещи: Вселенная и глупость, хотя насчёт вселенной я не вполне уверен.». Может ли хоть что-то измениться в этом неизменном мире, чтобы надежда сменила мечты?       Последний аккорд стих, мелодия прекратилась. Со звоном пришло сообщение. Как жаль, приди на пару секунд раньше, и оно действительно прервало бы мелодию. Но увы, всё осталось на своих местах. Но содержимое самого сообщения, бесспорно было крайне важным и интересным.       - Пора.       Отброшенная гитара растворилась блестящей пылью. Два золотых крыла расправились за спиной. На светодиодной маске образовалась злая улыбка. Мечты и надежды подождут до завтра. Сегодня ведь Новый Год. Праздник, в который можно забыть обо всех проблемах и повеселиться от души. Этим он и собирается заняться. Для наивысших результатов, нужно получать удовольствие от работы. Особенно когда она приносит пользу.       - С наступающим Новым Годом, детишки!       Он воспарил и покинул Эдем.       

***

      За почти тридцать лет брака, это первый раз, когда я так нагло вру. Я врал и до этого, говоря, что меня перевели в другой отдел Канцелярии. Тогда было лишь несколько лживых предложений. В тот раз удалось убедить Молли, что ничего нового особенного на моей работе нет. Сегодня я соврал ей уже больше десяти раз. И все последние недели до этого врал. Как бы мне не хотелось всё объяснить, раскрыть истину я не мог. Приходилось врать.       - Всё-равно это настоящее скотство, заставлять тебя работать в Новый Год.       - Дорогая, я ведь уже говорил. Новая должность накладывает новые обязательства. Моя работа позволяет другим людям спокойно сегодня праздновать.       - Лучше бы твоя работа позволила нам спокойно праздновать.       - Это всего на один день. Зато целую половину января я буду полностью свободен.       - Был бы Новый Год в этой половине января, жалоб моих не было.       Молли помогла мне надеть пиджак и подала шляпу. Пиджак было идеально отглаженным, не имели ни складок, ни катышков, а золотые пуговицы блестели от чистоты. Как жаль, что весь праздник ему придётся висеть в сером шкафчике.       - И не надо жаловаться. Теперь я работаю по праздникам, зато больше выходных в году, больше времени вместе! И новая должность мне нравится.       Ложь.       - Работа практически не изменилась. Всё такая же нудная, как ты любишь говорить.       Ложь.       - Удивляюсь, как тебе не надоедает пол века перекладывать бумажки.       - Если тебя это успокоит, то мои новые коллеги не многословные, но довольно приятные люди.       Ложь.       - Даже подружился с некоторыми. Хотел вас познакомить.       - Правда?       В ответ лишь кивнул. Правда.       - Ну и ну, не коллеги, а именно друзья! Надеюсь, мы познакомимся в твою свободную половину января. Как кстати зовут твоих друзей?       - Александр и Кэролайн.       - Александр значит. У моей кузины как-раз недавно вознеслась праправнучка. У Александра сейчас никого нет?       - Ну что за привычка сватать всех! Даже после смерти не даёшь людям отдохнуть.       - Ах, то же самое я думала о тебе, когда после нашей первой встречи в Канцелярии ты никак не хотел от меня отставать.       - В тот день я так же работал сверхурочно. Мой трудоголизмом свёл нас вместе.       - Скорее моя неспособность заполнить простейших бланк, которая вынудила меня обратиться за помощью к недавно-вознёсшемуся победителю.       - Сойдёмся на том, что нас свела Небесная бюрократия.       Молли улыбнулась. Она надвинула шляпу мне на глаза и поцеловала, прижав к себе сразу двумя ногами из четырёх. Рука сама легло её на лицо. Такая приятная кожа, такие мягкие губы. А я стою и боюсь пошевелиться, боюсь прервать этот момент. Увы, спустя минуту Молли сама отстраняется. Шляпа медленно поднимается, моему взору предстают восемь миленьких глаз. На лице появляться глупая улыбка. Хочется полностью закрыть лицо шляпой, чтобы не смущаться.       Затем следует прощание, которое я старался не запоминать, ещё один короткий поцелуй, и вот, я сижу в такси, которое везёт меня прямо к штабу экзорцистов. Солнце уже ушло за горизонт. Сегодня и без него улицы буквально купаются в свете и блеске. Голоса, радостные и энергичные, кажутся далёким эхом. На тротуаре в метре от меня спокойно идут люди. Но этот метр сейчас представляется мне непреодолимой пропастью. Никто из прохожих, ни водитель такси, ни моя жена не знают, где я окажусь уже через пару часов. У них всех сегодня праздник, мне придётся отправиться в Ад. А завтра вновь врать своей жене, своим родственникам, близким.       - Можете сделать музыку громче.       - Конечно.       Таксист не докучает разговорами. За это я ему очень благодарен. Не хочется врать и говорить, что у меня всё хорошо, что сегодня лучший день в году. Единственное, чего хочется, это поскорее начать это проклятое истребление. Начать и закончить с ним, этой работой и ложью. Пережить этот ужасный день.       На радио заиграла новая песня:       O happy day, that fixed my choice       On Thee, my Savior and my God!       Well may this glowing heart rejoice,       And tell its raptures all abroad.       Happy day, happy day,       When Jesus washed my sins away!       

***

      Сегодня прекрасный день, как не посмотри. Неделю назад католики праздновали рождение сына Бога, через неделю будут праздновать православные. На самом деле День Рождение сегодня. И это праздник всего человечества. В который, вот ирония, все, кажется, забывают о самом имениннике. После вознесения я каждый Новый Год проводила в окружении своих сестёр и детей. Они мне не родные по крови, но люблю я их как своих собственных (которых у меня никогда не было). Праздник, это прекрасный повод порадовать детей. Весь день проводить в парках, на пляжах, развлекательных заведениях. Везде, где они могут познать счастье, которого не успели получить при жизни. Ближе к вечеру, мы все возвращаемся в приют. Провожаем старый и встречаем Новый год в кругу любящей семьи. Так было каждый год, до этого момента.       В день, когда меня арестовала инквизиция, сёстры боялись, что случилось что-то плохое. Но затем инквизиторы объяснили, что у меня появилась новая, более важная работа. Моя семья из приюта с радостью восприняла эту новость. Я – с лёгкой грустью. Теперь мы видимся гораздо реже, и Новый Год будет встречать врознь. Лишь эта отдалённость от близких угнетает меня. В остальном я довольна и даже счастлива. С божьего позволения карать грешников, это полезная и невероятно приятная работа. И новые братья оказались приятными людьми.       Александр приятный молодой человек. Мы очень схожи с ним характерами. Но в отличие от меня, его переполняет юношеский энтузиазм. Натаниель дорожит своей небольшой семьёй. В этом мы с ним похожи. Он самый старший из нас, но по-прежнему боится и сомневается. В этом нет ничего плохого. Уверена, скоро все его страхи и сомнения развесятся. У меня их уже давно нет.       С новой работой, я продолжаю жить в приюте вместе с детьми и сёстрами. Которые сейчас вместе радостно провожают меня. Желают мне удачи, благословляют, некоторые малыши даже дарят открытки с пожеланиями. Я благословляю всех в ответ и прощаюсь до завтрашнего дня. Эти любящие детские глаза сияют словно звёзды, пока смотрят на меня. Трагичная жизнь не позволила потухнуть огням веры и надежды в них. Я сделаю всё, чтобы эти огни никогда не погасли. Чтобы те, из-за кого эти души вознеслись так рано, страдали и каялись.       Короткие, но тёплые проводы кончились. Теперь я витаю над Золотым Городом. Никто не поднимается так высоко в небо. Городские улицы стали лишь яркими линиями на городском полотне. Снизу моя фигура даже не видна. Разве что покажется крохотной соринкой на ярком небосводе. Совершенно незаметна, порхая на глазах у всех. Здесь так тихо. Я не слышу ни криков, ни громкой музыки. Как и люди внизу меня ни за что не услышат.       Одиночество позволяет погрузиться в мысли. Я думаю об истреблении. Я не против в нём участвовать, наоборот, даже рада. Преподносить это как наказание, довольно странно. Как наказание за искреннюю любовь – преступление. Поступки, что привели меня на этот путь не грешны. Вера, надежда, любовь. Всё, как завещал Бог. Учу детей вере, наполняю их сердца надеждой, дарую свою любовь. Искреннюю любовь, которую испытывали Адам и Ева, до того, как стали стыдиться своей наготы после вкушения плода познания добра и зла.        Я помню каждого своего ребёнка. Каждого из сыновей, которому отдала всю себя. Лишь чистое стремление даровать любовь, и никакой похоти. Те моменты проходили в небезопасные дни, я не предохранялась, но близость не позволила мне стать матерью. Дева Мария родила, будучи невинной. Я же не смогла создать жизнь двадцать восемь раз. Мои цели и желания оказались выше природных процессов.       Даже инквизиция не сможет меня убедить, что я грешила. Ангелы могут ошибаться. Люцифер не единственный пример. Все эти мальчики выросли такими замечательными людьми. Мои труды были не напрасны. Теперь веру, надежду и любовь они передают своим родным детям. Сейчас эти воспоминания вызывают возбуждающий трепет, яркие эмоции, счастье и удовлетворение. В голову так и лезут фрагменты тех прекрасных ночей.       Помню, как они прижимались к моей груди, в поисках покоя и материнского тепла, кусали соски, словно младенцы, а я поглаживала их головы. Как они держали меня за руки, которыми я помогала им одеваться, причёсывала, кормила и вытирала лицо, залечивала раны. Как губы, читавшие сказки и напутствие, учившие доброту и любви, смыкались на их в глубоком поцелуе. Сейчас эти воспоминания вызывают не только любовь, но и иное чувство. Грешное, яркое, возбуждающее.       Пара рук проникла под одежду и легла на грудь. Начала медленно массировать. Мешавший бюстгалтер был вырван из-под одежды, и теперь медленно падает на оживлённые улицы. Третья рука прикрыла рот, приглушая сладострастные стоны. Четвёртая влезла под брюки, протиснулась между покрытой белым пухом кожей и узкой тканью трусиков, нащупывая разгорячённое лоно.       - Ха… Ха… Господи… Ха…       Бог всё видит и слышит. Неважно, как высоко на небосводе ты находишься, как сильно пытаешься скрыть звуки. Он об этом узнает. И не только он. Даже ангелы узнают. Они способны видеть будущее, почему они не могут увидеть меня, парящую над небесной столицей, похотливо удовлетворяющую себя. Эта мысль не вызывает страха, а наоборот, возбуждает.       Воспоминания чередовались в голове. Как в двадцать лет впервые завожу сына в свою комнату. Это был первый раз для нас обоих. В те же двадцать возлежала с ещё одним сыном. Расплакалась прямо во время любви, когда он назвал меня мамой. Теперь воспоминания с Небес. Замаскированный под блюстителя инквизитор прости меня пройти с ним, он отвёз меня в Инквизиторию.       Грудь становилась чувствительнее, киска буквально раскалилась и текла словно ручей, стоны уже невозможно было сдержать, с уголков губ падали слюни.       Двадцать два года, родная старшая сестра одного из сыновей стала открыто презирать меня. Возможно, она узнала об нашей тайне. Истинную причину мне узнать так и не удалось. В следующем году они покинула приют, а ещё через несколько месяцев забрала брата. Так я впервые рассталась с сыном. Это было неизбежно, но всё равно больно. Двадцать три года, возлежала с смертельно больным сыном. Через два месяца его болезнь была полностью излечена. В глазах сестёр я стала живой святой, хоть они и не знали главную тайну наших отношений. И снова Небеса. Первая встреча с Александром, затем вторая, третья. Тогда он испытывал презрение к моим отношениям с сыновьями, хоть и пытался его скрыть. Сейчас он не призирает, и отчасти понимает мою любовь. Приятно, когда кто-то тебя понимает.       Уже не могу себя сдерживать, я на пределе. Больше ничто не сдерживает громкие стоны, сразу две руки проникают в меня. Всё тело, особенно разгорячённую грудь, покрывает пот. Дыхание учащается вместе с пульсом.       Двадцать шесть лет, я узрела, каким замечательным, добрым и целеустремлённым вырос первый сын, которого я лишила невинности. В этот же год я в последний раз разделила ложе с одним из сыновей перед смертью. В ту последнюю ночь, лёжа рядом со спящим мальчиков, чьё семя заполнило мою матку, меня впервые посетила мысль, о рождении собственного ребёнка. Я хотела испытать не любовь между матерью и сыном, а романтическую, между мужчиной и женщиной. Хотела найти мужчину, в которому бы верила, который наполнял бы меня надеждой, которого бы любила. И хотела родить такому мужчине ребёнка. Но Бог решил иначе. В том же году меня убили, навсегда лишив возможности создать жизнь.       - Ах…       Последние воспоминания не помешали моему оргазму. После достижения пика настаёт полное расслабление. Крылья перестают удерживать меня в небе, я падаю вниз. От вида покрытых полупрозрачной жидкостью рук испытываю приятные эмоции. То, что я сделала сейчас с собой, приятно для тела, что я делала со своими сыновьями, приятно для души. В этот момент и душа, и тело испытывают блаженство. И пусть Бог всё видит и знает, мне не стыдно.       Салфеток, к сожалению, нет. Пришлось вытереть руки под одеждой о живот. Зря я, конечно, выкинула бюстгалтер. Соски торчат из-под одежды. И запасных трусиков с собой нет. Те, что на мне, полностью пропитались моими соками, даже брюки стали намокать. А ещё я падаю. Ну это поправимо. В последних десятках метрах над землёй, удаётся стабилизировать полёт. Я уже не высоко в небесах, а прямо на одной из оживлённых улиц. Среди золотых небоскрёбов, окружённая ангелами и победителями. Такими же потными и раскрасневшимися, но по другим причинам. И никто из них не знает, чем я занималась буквально минуту назад прямо над их головами.       

***

      - Как-так-то блин? Давай открывайся!       «НЕДОСТАТОЧНЫЙ УРОВЕНЬ ДОСТУПА»       - Угх!       Это проблема. Я ведь обещал Кэрол помочь прикончить её отца. А долбаный архив не хочет предоставлять мне досье на него. Я ищу информацию на ходу, прямо через интерфейс маски. Но звания сержанта для её получения недостаточно. Об её матери могу спокойно всё прочитать, а про отца – нет. Странно.       В очередном коридоре случайно встречаю Лют. Узнаю её по уникальной маске. Она что говорила тройке экзорцистов. Я подождал окончания беседы и подошёл к ней.       - Добрый день, лейтенант. – фразу дополнил театральным приветствием.       - И тебе добрый, сержант.       - Хотел задать вам вопрос…       - 43 586! Где тебя носит!? Это я по чату… До истребления сорок минут, а тебя даже в штабе нет! Ускоряйся! Алекс, какой у тебя вопрос?       - Можете помочь узнать информацию об одном умершем?       - Ты маской разучился пользоваться?       - Нет, просто она не хочет выдавать…       - Если у тебя недостаточный уровень доступа, то ничем не могу помочь. 200 145, где твоё оружие!?       - Ну шик… Кстати, ты не знаешь, чем сейчас занят Адам? Он не отвечает на сообщения.       - А он обязан писать ответ на каждый твой вопрос?       - Не так уж и часто я ему пишу. Тем более сегодня истребление, тем более я сержант, тем более вопрос по делу.       - Он появится в штабе максимум за десять минут до истребления.       - Чем он так занят?       - Проводит время с детьми.       - А! Точно.       «У него ведь их больше сотни. А сегодня семейный праздник»       Лют снова сфокусировалась на девчонках, а я теперь не знаю, что делать. У Адама на меня точно сейчас нет времени. Да и он, вероятно, тоже пошлёт меня. Впервые наткнулся на засекреченную информацию и не знаю, что делать. Что не так с отцом у Кэрол? Обещал ведь ей помочь. Как теперь быть? Ладно, в Аду разберёмся.       Наш штаб кипел как никогда. Коридоры переполняли девушки с серой форме с рогатыми масками. Они ходили и даже летали. Кто-то шёл в оружейную, кто-то, вооружившись, из неё. Допивали последний кофе перед истреблением, поправляли форму, о чём-то беседовали. Ну и конечно стояли в многометровых очередях в уборные. В районе моего кабинета экзорцистов было меньше. И на моё фигуру в золотой маске часто оборачивались. Не знаю, о чём они думают. Да и мне всё равно. Надоела эта дедовщина. И ведь им плевать, что я старше всех них по званию. Может хоть после истребления уважение повысится.       До истребления ещё есть время. Я решил провести его в кабинете, где возможно встречу Ната и Кэрол. Но, увы, их тут не оказалось. Поэтому я просто откинулся на своём кресле и читал новогодние новости с Земли через маску. В Индии мужик подорвался на самодельной петарде. «Классика». В Китае люди массово отравились плохо запечёнными пауками, местным праздничным блюдом. «Уже не удивляюсь». В Новосибирске Дед Мороз избил депутата. «Дошло всё-таки чьё-то письмо». А в Санкт-Петербурге полиция сорвала новогоднюю оргию, участники которой нарядились как на детский утренник. «Культурная, блядь, столица».       Это конечно интересно и смешно, но из головы не хотят уходить мысли о детях Адама. Если я правильно помню Библию, то он прожил девятьсот с чем-то лет и Ева для него нарожала больше сотни детей. Каин и Авель просто были первыми. Потом ещё был Сиф, дочери Азура и Аван. И да, их дети женились друг-на друге. Инцест, дело семейное. Впрочем, тогда выбирать не приходилось. Возможно, первые в истории кровосмесительные браки стали причиной проблем будущих поколений вроде короткой жизни, аутизма, иудаизма, онкологических заболеваний, менструаций. И почему я раньше об этом не задумывался? Но хватит думать, пора уже выдвигаться.       Естественно, никто из экзорцистов не планировал покидать штаб огромной толпой при оружии. У здания есть несколько цокольных этажей, а на них располагаются телепорты. Которые перенесут нас сначала за пределы Золотого Города. А мега-телепорт прямо в Ад. И вот она, одна из многих золотых арок, куда по очереди заходили экзорцисты. Предпоследний шаг перед преисподней. За ней уже виднелось синее небо, украшенное звёздами. В плотной очереди было тише, чем в коридорах. Крики и возгласы сменил гул тихих голосов. Разговаривали в основном по чату. Делились на группы для более эффективной деятельности, обсуждали возможные неприятности со стороны демонов.       Очередь дошла до меня. Пересекая арку, я не почувствовал ничего особенного. Вообще ничего. Будто сквозь обычную дверь прошёл, и взлетел. Комнаты и коридоры штаба остались позади. Всюду вокруг лишь белые облака, сверху – звёздное небо с полной луной. В нескольких десятках километрах от нас виднелись огни Золотого Города. Но вряд ли ангелам и победителям видно оттуда, как тут собирается армия из сотен тысяч экзорцистов. На этом облачном поле строились длинные шеренги в три этажа. Первая стояла, вторая третья парили над ними. У каждого было строго-определённое место. И интерфейс маски подсказывал, где твоя позиция и как к нему двигаться. Моя находится прямо между Натом и Кэрол, к которым я подлетел. Их фигуры, мужская и четырехрукая, сильно выделялись на фоне остальных. Кэрол более-менее спокойна. Стоит оперевшись на копьё и странно елозит ногами. Нат же стоит прямо, отстранённо смотря себе в ноги.       - Натаниель, Кэролайн, поздравляю вас с наступающим Новым Годом! Надеюсь, в следующем году жизнь преподнесёт вам множество приятных сюрпризов и много счастья!       - Очень приятно. Желаю тебе того же, Александр. – ответила Кэрол, прекратив елозить.       Нат молчал, никак не отреагировав на слова. Даже голову не поднял.       - Нат, с Новым годом! С тобой всё в порядке?       Он осел, уткнувшись в колени. Рядом стоящие экзорцисты посмотрели на него, но быстро потеряли интерес. Я переключил маску на локальный чат, что бы лишние уши не могли нас подслушать.       - Нет… не в порядке… Всё вообще не в порядке! – подал он голос, который слышал только я. – Как так вообще получилось? Я с Небес… должен спуститься в Ад… убивать грешников… Почему всё так происходит!? Почему я должен убивать… почему?       - Нат, ты…       - Да, я хотел убить бывшего начальника. Но он действительно провинился. Его Инквизиция наказала! – чуть ли не психовал он.       - Ты тоже провинился. Просто прими как факт, что ты виноват. И это твоя расплата.       Нат явно был готов расплакаться и впасть в истерию. К счастью, маска сейчас не показывает его настоящих эмоций и продолжает нервно улыбаться. Я никогда не был силён в подбадривании своих товарищей. Да и меня редко нужно было подбадривать. Поэтому присев рядом, не особо задумываясь, я стал нести всё, что приходит в голову.       - Перед моей первой битвой сердце так разогналось от адреналина, что меня аж вырвало. Во время самой битвы я обделался. А после неё понял, что всё было гораздо легче, чем изначально казалось. Ну а дальше я привык и страх притупился. Да, будучи живым человеком, мне удалось перестать бояться свиста пуль и артиллерии, жужжания дронов, агонизирующих криков раненных сослуживцев. Просто ко всему этому привык. А тут даже привыкать не надо. Ты убиваешь грешников, а они тебя не могут, даже если захотят. Просто повторяй себе: Ты для них как Бог. Бессмертный и всемогущий. Худшие из людей тебя боятся. Разве это не смешно? Вспомни всех тех, кого ненавидел при жизни. Да хоть ту сволочь из Канцелярии! И режь их не жалея. Отыграйся за все обиды своей жизни. Ты можешь делать с ними всё, что душе угодно, а они нет. Твой бывший начальник, из-за которого ты тут оказался, сейчас там, внизу, с ужасом ждёт часа, когда мы спустимся к ним. Когда ты спустишься к нему! И ты сможешь вновь заставить его страдать. Только на этот раз, никто тебя не остановит и не накажет.       Крайне сомнительная мотивирующая речь. Позволить Нату осознать его силу и спровоцировать решительность за счёт тех, кого он ненавидит. Ненависть и гнев, конечно, два разных понятия. Но я точно повёл себя не по-ангельски. Одно хорошо, Нату действительно полегчало. Сначала он слушал меня с тупым выражением лица, затем выглядел так, будто что-то обдумывал, а теперь в его безумных глазах и предвкушающей улыбке читается эйфория и жестокость. Тот самый тихий мальчик с задней парты принёс в школу винтовку и готов начать свою месть. Моя миссия выполнена, и неважно, каким методом.       Натаниель снова ушёл в себя. Только теперь он излучает не апатию, а уверенность. У них с Кэрол теперь похожая аура. Можно даже сказать, пугающая. Остаток времени мы простояли молча. Я лишь проверял список моих личных целей, занесённых в маску. Ровно сорок человек, которых я постараюсь убить в ближайшие двенадцать часов. Проверил радар, карту, сканер, камеру, рацию. Всё работает. Меч в ножнах за спиной. Выгляжу я не так круто, как Кэрол с копьём, двумя клинками и крыльями бабочки. Зато маска золотая.       Остались считанные минуты до истребления. Циферблат неумолимо приближался к нужной отметке. В этот самый момент на общий канал связи вышел Адам. Стоит сказать, что шеренги экзорцистов выстроились в огромный круг, в центре которого сейчас воспарил Адам. В новой чёрно-золотой робе с шипами и огромной секирой за спиной. Кажется, он даже немного светится.       - Мои дорогие сёстры! – начал он громогласно. – Настал наш с вами любимый и лучший день в году – День Истребления!       Боевые кличи пронеслись по серым рядам.       - Все мы с вами помним, как семь лет назад Ад решил воспротивиться воле Божьей и собрался поднять мятеж против Небес!       Нет, я не помню! Это что за новости!? За месяцы работы экзорцистом не разу об этом не слышал.       - Правители Ада не смогли укротить грешников и чуть не допустили войну между Небесами и Преисподней! А потому, мы, экзорцисты, взяли на себя обязанность контролировать Ад! Чтобы те, кто должны страдать за свои пороки, даже помыслить не мог об избежание своего наказания! Сегодня, мы в очередной раз напомним падшим в Ад, что Бог не отпустил их грехи! Что ангелы не забыли их дерзость! Что люди не простили их зло! Что мы – их наказание!       Боевые кличи усилились. Ночь засияла белизной от обнажённого оружия.       - Я их не прощу! – резко выкрикнул Нат, подняв топор.       - На всё воля божья! – необычайно сладко протянула Кэрол.       Я промолчал. Лишь поставил себе заметку, узнать об адском мятеже семилетней давности.       - Истребление-е-е… Началось!       Стоило Адаму закончить, как прямо над ним стал образовываться огромный портал. Из маленькой точки, его кольцо расширялось и расширялось. За несколько секунд достигнув в диаметре больше километра. В авангарде летел Адам, за ним поочерёдно устремлялись шеренги экзорцистов. Непроглядной волной, скрывающей даже небо, они ринулись к порталу. И вот моя очередь. Взмахи тысячи крыльев создали единый воздушный поток. Он втягивает, и не даёт выбраться. Можешь сопротивляться, но он всё равно унесёт тебя в Ад. Я не сопротивляюсь. Мне не надо, я не боюсь, наоборот, стремлюсь обогнать поток. Поскорее оказаться на той стороне. Я лечу вверх, к порталу. И в определённый момент чувствую, что изменилось направление гравитации. Теперь двигаюсь вниз. А значит портал пройден и я в Аду.       

***

      Истребление уже началось. Экзорцисты спустились в Ад, а Небеса и Земля только готовятся встречать Новый Год. Но конкретно эти два молодых человека готовятся встречать уже третий Новый Год за этот день. Первый Новый Год они встретили на Кирибати. Той части Земли, где он наступает раньше всего. Второй Новый Год они встретили в Новосибирске, достаточно большом городе, чтобы люди в нём праздновали громко. Ну а третий они сейчас готовятся встречать в Санкт-Петербурге. Изначально второй Новый Год они хотели отпраздновать в Китае. Но, к сожалению, Китайцы не празднуют в сегодняшнюю дату.       - Как прекрасен этот город. Пожалуй, это один из лучших городов мира. Тут так много весёлых людей. А с каким размахом и креативом они празднуют, ух! – сказал молодой парень в светлой одежде, отпивая из большого пивного бокала.       - И где по-твоему веселее: тут или в Рио-де-Жанейро? – спросил мужчина постарше в тёмной одежде, пригубив коньяка.       - Вряд ли эти города можно сравнивать. В одном празднуют Карнавал, в другом Новый Год. В одном жара, пляж, волейбол. В другом холод, снег, лыжи. Но в обоих любят напиваться. Бармен, будьте любезны, добавки.       - Один момент.       Бармен налил пинту пива молодому парню. На вид юноше за двадцать, но подростки иногда выглядят старше своих лет. Однако бармен брыл твёрдо уверен, что гостю можно выпивать и крайне не хотел просить у него паспорт. Он сам не знал, откуда у него подобная уверенность.       - С наступающим!       - С наступающим.       Звон и недолгая тишина, пока гости опустошали бокалы. В Санкт-Петербурге пара друзей и коллег решила отмечать праздник в ресторане-пивоварне. Танцы, песни, пиво, красивые люди. Стрелка часов ещё не перешла за полночь, а треть празднующих уже была в той или иной степени пьяна. От этого становилось лишь веселее. Допив очередной бокал, светлый вклинился в толпу танцоров и начал отплясывать так, что остальным пришлось расступиться, освобождая танцпол энергичному юноше. Тёмный же развлекал себя светскими беседами за столом с интеллигенцией. Слишком старые, чтобы танцевать, но достаточно молодые, чтобы выпивать. Тёмному приятно общение с умными людьми. Нравилось узнавать их мировоззрение, истории из жизни, мнение о происходящем. В благодарность он делится фрагментами собственной долгой истории и её опытом.       - Вот изобрели люди колесо, теперь всё катится в пизду…       - Прошу меня простить, что вынужден вас прервать. Важный звонок.       Тёмный отошёл от стола и принял входящий вызов. После недолгого диалога его лицо ели заметно помрачнело. Он повернулся к своим собеседникам. Те сразу поняли, что их партнёру пора покинуть их, и подняли бокалы в знак прощания. Светлый к тому моменту уже прекратил свою хореографию и общался с молодой девушкой за барной стойкой. По выражению лица последней, её крайне веселили небылицы светлого.       - Даже не сомневайся, Бог любит рок-н-ролл! – сказал он, показывая козу. – А у Адама вообще есть собственная рок-группа на Небесах.       - Да ну?       - А то!       - Нам пора. – прервал беседу тёмный. – Опоздаем на концерт Адама, а нам ведь ещё надо Иисуса успеть встретить у Исаакиевского собора.       - Иисус не из обидчивых, подождёт и простит.       - А его отец – нет.       - Аргумент. – светлый горестно вздохнул. – Как видишь, мне пора. Но прощаюсь ненадолго. Я ведь обещал, что покажу тебе Эдемский Сад.       Тёмный схватил светлого за воротник и повёл выходу, а сердцеед продолжал прельщать даме, пока его волокли. Бармен хотел было остановить неплательщиков, но прямо там, куда он собирался поставить только что вымытый бокал, появилась стопка купюр. Полная оплата чека с чаевыми. Лишь покинув питейное заведение, светлый прекратил обольщать свою прекрасную девушку.       - Ну и что это было? – начал тёмный.       - Тот же вопрос, не рановато ли мы уходим? До полночи ещё долго.       Взгляд тёмного потяжелел.       - Ничего страшного я не сделал. Она подумала, что я музыкант. Вот и всё. Вторым её вариантом был наркоман.       - Это не повод на каждом углу трепаться о загробной жизни. А уж обещание показать Эдемский Сад. Такое даже на Небесах за шутку приняли бы.       - Надеюсь к моменту вознесения она об этом забудет. Душа у неё достаточно чистая. Так, теперь ты отвечаешь! Мы бы успели ещё трижды напиться до перехода в Варшаву. К чему спешка?       - Нас вызывают по работе. Очередных демонов засекли в США. Эта страна прям магнит для всякой нечисти.       Лицо светлого скривилось как у недовольного малыша.       - Да ёбанный Люцифер! Мы будем работать в Новый Год!?       - Да.       - Бля-а-а-а… Ебучие черти!       Тёмный похлопал по плечу товарища. У него также было не много желания работать в праздник. Но планы придётся изменить. Пройдя в ближайший двор и убедившись, что за ними не наблюдают, тёмный открыл портал. Не учли двое инквизиторов только одного, обрывающиеся в середине двора следи. Но новогодняя метель заметёт их к завтрашнему утру.       

Истребление началось.