You know it all (you're my best friend)

— На, возьми еще клецку.       Шиын открыл рот, и Сухо осторожно поднёс клецку со свининой к его губам, поддерживая ладонью под подбородком, чтобы не пролить. Шиын старательно жевал.       Шиын старательно жует.       С тех пор как они пришли в ресторан, Сухо кормил его клецками. Сначала он хотел немного подразнить друга и посмотреть, сколько тот сможет выдержать, но Шиын съел всё без лишних слов. Даже когда Сухо случайно попал соусом ему на щеку, тот просто… повернул подбородок к Сухо и позволил ему вытереть его большим пальцем. «Этот ресторан на самом деле может быть раем,» — подумал Сухо.       Клецки со свининой были восхитительны на вкус. Они были наполнены тофу, стеклянной лапшой, ростками фасоли и гочугару в идеальном сочетании, чтобы у Шиына не слезились глаза. В открытые окна проникал прохладный ветерок, наполненный ароматами морской соли и осенних листьев.       Официантка усадила их за столик на четверых, но Шиын снова сел рядом с Сухо, как это было в железнодорожном вагоне.       Сухо не знал, как реагировать на это. В его груди разливалось тепло и стеснение, и он не поднимал эту тему, опасаясь, что Шиын может уйти и сесть подальше.       Сухо попытался засунуть следующую клецку между сомкнутыми губами друга, но Шиын запротестовал: — Прекрати! У меня полон рот! Дай мне сначала прожевать. — Извини, — рассмеялся Сухо, откладывая палочки для еды. — Я просто хочу, чтобы ты хорошо питался. К тому же, ты так мило выглядишь с полными щеками.       Шиын покраснел и начал жевать быстрее, что заставило Сухо смеяться громче. Наконец, он проглотил кусок клецек и запил ячменным чаем. — Вот, съешь ещё немного. — Сухо пододвинул к нему через стол салат из огурцов.       Шиын тщательно перебрал ломтики огурца, а затем, найдя кусочек, который ему понравился, отправил его в рот.       Сухо был поражён. Что ещё он мог заставить его делать? Танцевать? Петь? Попрыгать на одной ноге?       Самодовольно он был готов поспорить, что Джэен никогда не кормил Шиына с ложечки. Такой чести удостоен только лучший друг Ан Сухо. — Что ты собираешься делать, когда я поступлю на службу? — спросил Шиын, слизывая соевый соус с кончиков своих палочек для еды, и от этого у Сухо внутри всё сжалось, как будто он выпил слишком много газировки за один присест. — Что? — Когда я поступлю на службу, — повторил Шиын, — что ты собираешься делать?       Сухо нахмурился, он совсем забыл об этом. Шиын тоже должен будет служить в армии восемнадцать месяцев. Это означает, что им предстоит полтора года общения на расстоянии. Полтора года писем, бессвязных разговоров в тесных телефонных будках, украденных моментов между долгими рабочими днями и экзаменами в колледже.       Тогда возникает вопрос: кто будет присматривать за Шиыном там?       Сухо не мог думать об этом сейчас, иначе он расплачется. А он так старался больше не плакать. — Сухо?       Выражение лица Сухо внезапно разглаживается, становясь совершенно пустым. — Ты не пойдешь, — просто говорит он, затем наклоняется, чтобы отпить еще немного супа из бычьих костей. Дело закрыто. Разговор окончен. Вся корейская армия может спорить с ним по этому поводу — он победит. — Каким должно быть мое оправдание, когда они спросят, почему я не могу поступить на службу? — уголки рта Шиына подергиваются. — Ан Сухо будет слишком сильно скучать по мне? — Именно это, — бормочет Сухо. — Правительство поймет.       Губы Шиына снова вытворяют странные штуки. Как будто они пытаются улыбнуться без его разрешения, а он с этим борется. Сухо считает, что почти улыбка должна считаться национальным достоянием. — Ну и как тебе? Учебный лагерь? — Шиын теребил салфетку на столе, складывая её пополам, потом ещё раз пополам. — Физические нагрузки утомляют, но все не так уж плохо. — отвечает Сухо. Он помешивает суп, позвякивая ложкой о фарфоровую миску. — «Хотя я скучаю по своей кровати. И домашней еде. И тебе. Но это данность. Они приближаются к территории " Я люблю тебя, пока"". — Шиын ни разу не поднял эту тему. Сухо одновременно благодарен и огорчен. — Ты там с кем-нибудь близок? — задумчиво спросил Шиын. — Ю и Чан. Это соседи, о которых я рассказывал тебе в письме, — говорит Сухо. — Они классные. Ну, Ю классный, а Чан — мудак. — У тебя проблемы с другими парнями?       Шиын уже задавал этот вопрос однажды во время их телефонного разговора. Если бы Сухо не знал его, то подумал бы, что друг беспокоится о нем. — Да ладно, Шиын, мы говорим обо мне, — сухо легонько толкнул его локтем. — Эти подонки знают, что я надеру им задницу, если они попытаются что-нибудь сделать. — Он уже надрал несколько задниц, но не стал говорить об этом Шиыну.       Шиын с энтузиазмом жевал клецки, не утруждая себя ответом. Сухо почти хотелось ущипнуть его за щёчки, похожие на щёчки бурундука. Неужели так сложно признать, что он беспокоится о своём друге? Не нужно стесняться своих чувств. Давайте любить друг друга без всякого стыда.       Однако нельзя давить на Шиына. Если так сделать, он может замкнуться в себе. Нужно дождаться подходящего момента, протянуть руку и позволить Шиыну самому подойти к нему. — А как насчёт тебя? Ты близок с кем-нибудь в университете? — как бы невзначай спросил Сухо. — Ким Джэен — твой новый друг? — он внимательно посмотрел на него, ожидая ответа.       Шиын выдохнул через нос, словно говоря: «Опять это?» — И откуда он знает мой аккаунт в Instagram? И почему он хочет знать твой? — Я рассказал ему о тебе, — ответил Шиын. — Так что он, вероятно, потом разыскал тебя. — Я понимаю это, но… — Сухо замер и моргнул. — Подожди. Ты говорил обо мне?       Шиын кивнул, не глядя на него. «Я рассказал ему о тебе.»       Сухо всегда думал, что Шиын не обращал на него внимания. Не в том жестоком, безразличном смысле, а просто как практичный и серьёзный парень, который не тратит время на легкомысленные эмоции.       Он похож на младенца, у которого еще не выработалась привычка к постоянству объекта. Если вы спрячете игрушку под одеялом, ребенок забудет, что она там. С глаз долой, из сердца вон. Если Ан Сухо не будет рядом с Ен Шиыном, он перестанет существовать. Не тогда, когда у Шиына есть более важные дела: книги, учеба, уравнения, лабораторные отчеты. Сухо верил в это.       Но теперь Шиын заявляет, что говорит о нем, что должно означать, что он тоже думает о Сухо.       Сухо позволил себе представить:«У меня есть лучший друг по имени Ан Сухо».       Он не мог пойти дальше этого. Одного этого предложения было достаточно.       Приливная волна эмоций захлестнула Сухо с головой, готовая обрушиться и уничтожить всё, что осталось от его залитого слезами сердца. — Шиын-а. — говорит дрожащим голосом Сухо. — Ты правда говоришь обо мне? — Он мог бы поцеловать его в губы прямо сейчас. Серьезно. — Почему ты корчишь такое лицо? — На лице парня появляется паника. Он смущенно пробормотал, — Брат Джэена тоже военный, так что я просто…       Но Сухо не дал ему закончить. Он крепко обнял Шиына за талию и усадил к себе на колени, зажав между столом и своей грудью. «Он говорил обо мне, он говорил обо мне, он говорил обо мне.»       Шиын издал сдавленный, смущенный звук из глубины горла: — Сухо… — Мне тебя съесть? Нам больше никогда не придется разлучаться, ты знаешь? — напевает Сухо, потираясь щекой о щеку Шиына, словно пытаясь вызвать электрический разряд. — Ты просто будешь жить в моем животе вечно. — Отпусти меня, — выдавливает Шиын, пытаясь вырваться из объятий Сухо, но безуспешно.       Для Сухо Шиын был словно любимый дикий котенок. Он утыкается носом в изгиб шеи друга, ощущая его сладость, как сахарное печенье. — Тогда всего один кусочек?       Шиын стонет, словно умирая от унижения. Но всё в порядке. Сухо полон решимости воскресить его своей любовью.       Сейчас он чувствует себя немного глупо из-за того, что так сильно беспокоится. Шиын говорил о нём.       Еще через минуту Шиын перестал сопротивляться. Мало того, Сухо клянется, что тот расслабился — его плечи опустились, и он прислонился спиной к груди Сухо.       Это так удивляет Сухо, что он почти отпускает руку, думая, что Шиын — первый человек на Земле, который действительно умер от смущения. Но нет, Шиын всё ещё дышит. Он просто сидит на коленях Сухо.       Сухо только что поймал легендарного покемона. Милого Шиына? Приятного Шиына? Его сердце бешено колотится.       Сухо не упускает возможность, которая выпадает раз в жизни. Он крепко обнимает друга, слегка покачивая его из стороны в сторону, потому что Шиын позволяет ему это. Это лучшее чувство на свете. Сухо чувствует, как заряжается батарейка Ен Шиына. — Сухо, — произносит Шиын. — Я должен тебе кое-что сказать. — Его рука касается руки Сухо, которая всё ещё обнимает его талию. — Мм? — щебечет Сухо, его губы снова касаются разгоряченной шеи Шиына. Мягкая кожа была тёплой под его ртом, как можно так вкусно пахнуть?       Дыхание Шиына учащается.       Сухо тоже это чувствует. Его грудь резко расширяется с каждым вдохом, а затем быстрыми рывками сжимается обратно. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Вдох, выдох.       Руки Сухо ослабевают хватку на талии. Ровно настолько, чтобы он мог отстраниться и посмотреть другу в лицо. Его сердце трепещет в груди.       Шиын был ярко-красным. — Я… — произносит он. — Мне нужно в туалет. — Шиын вскакивает с колен Сухо и, не оглядываясь, бросается в сторону мужского туалета. «Он стеснялся?»— Сухо хихикает и откидывается на спинку дивана. —«Шиын такой милый».И он говорит о нём. Он милый и говорит о Сухо, когда его нет рядом. Сухо собирается начать пинаться ногами, когда его рука наталкивается на что-то на диване.       Это был телефон Шиына. Должно быть, он выпал из заднего кармана, когда Сухо усадил его к себе на колени.       Сухо берёт телефон и фотографирует еду на столе, стараясь получить хороший ракурс, чтобы всё поместилось в кадр. Он добавляет это в историю: «От чистого сердца: 💙».       Похоже, Джэен тоже опубликовал новую историю. Сухо не может удержаться. Он нажимает на аватарку ублюдка…       Сухо замирает.       Он не может поверить в то, что видит.       Это фотография Шиына. В этом самом ресторане. Он даже находится в той же кабинке, рядом с открытым окном. Он склонился над столом, записывая что-то в блокноте ручкой, которую купил для него Сухо. На нем также старая футболка Сухо по ММА. «Местоположение помечено: Пусан.»       У Сухо отказывают мозги. «Зачем Шиыну быть в Пусане с Джэеном? Конкретно в этом ресторане? Почему в моей футболке?»       Это самое ужасное. Сухо знает, что отдал футболку Шиыну. Но это похоже на обман. Вы не надеваете одежду своего лучшего друга, когда обедаете с кем-то другим.       Сухо понимал, что это звучит глупо, но сейчас он слишком зол, чтобы рассуждать логически.       Его пальцы запорхали по клавиатуре. suh.o006: когда это было?       Он сразу получил ответ. «Этот парень, должно быть, живет в Instagram.» jaejae14: Понедельник! Отличный ресторан! Мы с Шиыном съели так много, ха-ха, я и не знал, что он такой большой гурман       Сухо перечитывает сообщение снова и снова. Понедельник, понедельник… В то время как Сухо переживал 5 стадий горя, потому что он сказал Шиыну, «я люблю тебя» по телефону, он тусовался с Ким Джэен в том же городе? suh.o006: вы были в Пусане с Шиыном в понедельник? jaejae14: да, он заказал все из меню и оценил на 10, он так серьезно к этому относился ㅋㅋㅋ suh.o006: действительно       Сухо задался вопросом, чувствует ли Джэен его гнев, который словно просачивается через экран телефона. Шиын теперь, вероятно, стал кулинарным критиком или кем-то подобным? Путешествует по Корее, составляя рейтинги ресторанов с пародистами BTS? Ему почти захотелось проверить YouTube, чтобы узнать, не публикует ли Шиын видеоблоги о еде в путешествиях. Это имело бы больше смысла, чем то, что, черт возьми, происходит. jaejae14: Подожди. Шиын тебе не сказал?       Сухо заскрипел зубами. — «Он сейчас пытается выпендриться?» suh.o006: он не упомянул об этом jaejae14: ах, может быть это был секрет? Притворись, что я ничего не говорил ㅋㅋ       Секрет. Значит, Шиын теперь тоже хранит секреты от Сухо. И лжет. Он сказал, что не был близок с Джэеном, но они были достаточно близки, чтобы совершить четырехчасовую поездку на поезде в Пусан для… Чего? Просто пообедать?       Сухо зол. Но разочарование словно обжигает его глаза, подобно слезам, которые он не может сдержать. Не то чтобы Сухо не хотел, чтобы у Шиына были другие друзья. Дело не в этом. Он просто хочет быть главным другом. Лучшим. Разве это так неправильно? Возможно, Шиын действительно сводит его с ума — медленно и постепенно отдаляясь от него, пока Сухо не станет просто тем парнем, с которым он вроде как дружил в старшей школе. Через пятнадцать лет он позволит Сухо добавить его на Facebook. Затем Сухо будет проводить бесчисленные часы, просматривая мемы Шиына о миньонах, шутки отцов и размытые видео футбольных матчей его детей в малой лиге.       Честно говоря, Сухо предпочел бы, чтобы его застрелили. — На что ты смотришь? — раздался голос Шиына, и он быстро выключил экран телефона.       Шиын стоял за его плечом, одной рукой опираясь на стол. Он был так близко, что Сухо даже не слышал, как он подошёл. Он быстро поднялся, чуть не опрокинув чайник и тарелки. — Футбольный матч, — ответил Сухо, прочистив горло. — Корея играет против Сингапура.       Это только что вырвалось у него из задницы, но Шиын, кажется, поверил в это. Его лицо было влажным и блестящим, а крошечные капельки воды прилипали к тонким волоскам, обрамляющим щеки и лоб. «Неужели предательство Шиына так встревожило его, что ему пришлось плеснуть водой на лицо?» — Я собирался сказать тебе раньше, — начал Шиын, нервно облизывая губы. — Пока ты был в учебном лагере, я… — Да? Ты что? Ты пошел дальше и начал тусоваться с Джэеном? Теперь ты ездишь на заднем сиденье его мотоцикла? Теперь ты позволяешь ему кормить себя листьями салата и клецками? Теперь ты снимаешь комнаты для вечеринок и играешь с ним в видеоигры? — Сухо сложил руки на груди.       Шиын смотрел на него снизу вверх, его лицо всё ещё было розовым. Он был похож на водяную фею, такую нежную и эльфоподобную, словно мог наложить магическое заклятие на Сухо или вынырнуть из пруда, держа в руках меч короля Артура. Тьфу. — Сухо, ты неправильно… — Шиын с трудом сглотнул.       Двери ресторана распахнулись, ударившись о петли. Шиын подпрыгнул и тихо выдохнул себе под нос. Сухо захотелось встряхнуть его. «Я что? Что ты собирался сказать?»       В дверях появились двое мужчин: один — тощий и высокий, другой — мускулистый и невысокий. Они были похожи на комедийный дуэт: Большой и Маленький. Траляля и Задира. Ю и Чан. — Вот он! — воскликнул Ю, указывая на Сухо с другого конца ресторана. — Я говорил тебе, что он здесь, Чан. — Поздравляю, мы наконец-то добрались, — парировал Чан. — Клянусь, мы только что прошли пешком от Пусана до Гонконга и обратно.       Шиын выгнул бровь: «Твои друзья?»       Сухо провел рукой по лицу: «К сожалению, да».       Ю и Чан шумно пробирались через столовую, препираясь из-за неисправного GPS и плохого чувства направления у Ю. — Что вы двое здесь делаете? — спросил Сухо, смирившись. Должно быть, они отследили местоположение его телефона.       Он любит своих друзей, но Ен Шиын собирался признаться во всех своих грехах, если бы они не помешали. — Почему ты не выглядишь счастливым, видя нас, а? — Чан ударил кулаком по столу, сотрясая фарфоровую посуду. — Ты знаешь, сколько времени нам потребовалось, чтобы найти тебя? Ю целый час водил меня кругами с этим чертовым GPS и…       Шиын посмотрел на Чана в своей немигающей, созерцательной манере, когда он оценивает кого-то, кого не знает. Взгляд Чана задержался на лице Шиына. Он не закончил предложение. Оно исчезло в никуда. «Что с ним? Чан любит болтать языком, а теперь он тихий, как мышка.» — Вау, — сказал Ю, нарушая молчание Чана. — Это действительно ты. Ен Шиын во плоти.       Шиын перевел взгляд с Чана на Ю. Сухо мог сказать, что он напряжен из-за внезапного вторжения. Он пытался расслабить свое лицо, но оно снова становилось хмурым. В результате Шиын выглядел необъяснимо разъяренным. Это было забавно. И очаровательно. Сухо хотел что-нибудь ударить. — Ах, извините, я надеюсь, мы не слишком навязываемся? — Ю рассмеялся. — Просто рядовой Ан говорит о тебе так, будто ты спас страну, поэтому мы умирали от желания встретиться с тобой лично. Я чувствую, что должен поклониться и поцеловать тебе ноги, или что-то в этом роде. — Пожалуйста, не надо. — Сурово сказал Шиын. — О, он милый, — Ю хихикнул, бросив на Сухо заговорщический взгляд.       Шиын напрягся при этих словах. Сухо старался не сиять так, словно он сам породил друга. Хоть он и лжец, но симпатичный. Это неоспоримо. — Ну, в любом случае, я Ю Сынхек, — сказал он. — Приятно наконец-то познакомиться с тобой. — Привет, — сказал Шиын, наклонив голову.       Тем временем Чан все еще пялился на Шиына. Его рот был приоткрыт, а лицо становилось все краснее и краснее, словно он бежал полосу препятствий в тренировочном центре. «У него инсульт? Или просто грубит?» — Почему ты просто стоишь разинув рот? — раздраженно сказал Сухо. — Давай, представься, раз уж ты проделал весь этот путь. Чан захлопнул рот. — П… Хорошо, извини, — он поклонился, наклонившись так сильно, что его туловище почти параллельно земле. — Я Чан Умин. — Он выглядел как евнух, кланяющийся королю Чосона. «Невероятно, блядь.» — Это ты смеялся над Сухо, — холодно сказал Шиын, — во время нашего телефонного разговора. Сухо поморщился: «Он помнит это?» «Ты там разговариваешь со своим парнем?» — О! Мы с Аном просто дурачились, — сказал Чан, почесывая в затылке. — Надеюсь, я тебя не обидел? Я действительно ничего такого не имел в виду. Мы постоянно так шутим. - Он посмотрел на Сухо широко раскрытыми глазами. — Верно, Ан?       Не правильно. Совсем не правильно. Чан сейчас слишком дерганый и нервный. По какой-то причине это серьезно бесит Сухо.       Шиын хмыкнул, все еще оглядывая Чана с ног до головы.       Чан смотрел. И смотрел. И смотрел. Сухо и Ю обменялись взглядами «какого черта.» — Чистый и мерцающий, — пробормотал Чан, не отрывая взгляда от глаз Шиына. — Как солнечный свет в океане.       Если бы Сухо что-нибудь пил, он бы это выплюнул. — Ни за что, — фыркнул Ю.       Голова Чана медленно повернулась к Сухо, но на это ушла целая вечность. Как будто он не хотел прекращать смотреть на Ен Шиына даже на секунду: — Теперь я понял, чувак. Я тебя понял. — Что ты понял? — У Сухо резко повысилось кровяное давление. — Я понимаю, почему ты типа влюблен в него, братан, — сказал Чан приглушенным тоном, но Шиын, очевидно, услышал это, потому что издал тихий звук удивления.       Лицо Сухо стало ядерным. Его тело было таким горячим, что он мог провалиться сквозь пол. — Да, — сказал он, не в силах поверить. Сухо не мог поверить, что Чан мог поставить его в такое неловкое положение. И он определенно не мог поверить, что после всех этих стонов о том, что Сухо — влюбленный дурак, Чан сразу же влюбился в Шиына, как будто это была любовь с первого гребаного взгляда.Как будто у него и так недостаточно проблем с джеджэ14. — Я что-то чувствую, — сказал Чан, прижимая руку к сердцу. — Здесь. — Это называется несварением желудка. Прекрати издеваться надо мной. — Сухо шлепнул его по руке.       Ю уже вовсю смеялся. Он согнулся, положив руки на колени, смеялся, в то время как зрение Сухо застилало красным. Чан — худший друг, который у него когда-либо был. — Думаю, я тоже хочу быть его лучшим другом. — Мечтательно сказал Чан. — Шиын-ши, ты любишь суши?       Шиын отошел, приближаясь к Сухо. Сухо был готов либо сбежать, либо вступить в бой. — У моих родителей есть суши-бар в Сеуле, — продолжил Чан, — бесплатные суши на всю жизнь. Только для тебя. — Спасибо, я полагаю? — моргнул Шиын. — Я убью тебя, — сказал Сухо, хватая Чана за воротник, скручивая ткань в кулаке. — На глазах у всех. И я даже не буду дважды думать об этом. — Я бы позволил тебе, — самодовольно сказал Чан. — Тогда доктор Ен смог бы вернуть меня к жизни. — Ты маленький сопляк, — прошипел Сухо.       Он крепко держал Чана за голову. С Сухо уже хватит. Сначала Ким Джэен, теперь Чан Умин. Шиын притягивает мужчин, не так ли? Если он убьет Чана, останется только Джэен, а этот парень не умеет драться. Сухо мог сказать это с первого взгляда. — Отпусти меня, ты, ублюдок! — закричал Чан, пытаясь вырваться из хватки Сухо. Но его бицепс, словно железный прут, не давал ему шансов на свободу. — Ан, он багровеет, — сказал Ю, вытирая слезы с глаз. — Тебе лучше остановиться, пока Чан не потерял сознание.       В этом-то и смысл.       Сухо сжал руки еще сильнее.       Чан начал задыхаться. — Сухо, — произнес Шиын. — Да? — Сухо повернулся. Он сразу же отпустил Чана, и тот сделал глубокий, судорожный вдох. Кровь снова прилила к его лицу. — Не хотите ли вы с друзьями сыграть в бильярд? Здесь неподалеку есть бильярдная. «Бильярд? Шиын хочет поиграть в бильярд, пока мужчины бросаются к его ногам?» — Вообще-то, они как раз собирались уходить, но… — Абсолютно нет! У нас есть немного времени. — сказал Чан, потирая горло. — Верно, Ю? — Если вы, ребята, готовы, то и я готов. — Ю улыбнулся, как будто это было лучшее время в его жизни.       Сухо громко вздохнул. «Отлично. Просто великолепно.»       После того как он незаметно оплатил счет, пока Чан и Ю болтали с Шиыном об университете, они направились в бильярдную.       Сухо отставал от остальных, его руки были глубоко засунуты в карманы пальто. — Ан сказал нам, что ты собираешься стать врачом, — произнес Чан. — Ты, должно быть, действительно умный, да?       Шиын что-то пробормотал, не отвечая.       Ю спрашивал его о курсах, которые он посещает, и о том, нравятся ли ему профессора.       Шиыну действительно нравятся его профессора, а курсы вызывают у него интерес. И так далее.       Сухо понимает, что Чан просто шутит, но сегодня он действительно в растерянности. Если ещё один парень признается в вечной любви к его лучшему другу, он может потерять его.       Шиын оглядывается, затем останавливается, пока Сухо не присоединяется к нему. — Тебе весело? — спросил Шиын, и этот неожиданный вопрос застал Сухо врасплох. — Да, мне весело, — ответил он. — Знаешь, мы могли бы посмотреть, как сохнет краска, и мне было бы хорошо с тобой.       Глаза Шиына смягчились, и на его лице появилась довольная улыбка.       В самые жаркие летние дни они сидели на качелях Сухо на веранде и абсолютно ничего не делали. Иногда Халмеони нарезала для них драконий фрукт, и они ели его, наблюдая за проходящими мимо людьми.       Это было лучшее время. «Эта… эта история с Джэеном могла быть просто недоразумением, верно?» — думает Сухо, стараясь рассуждать разумно.       Это Шиын. Его лучший друг.       Сухо обнял его за плечи, как делал это раньше, когда они учились в старшей школе и вместе бродили по коридорам на переменах. Шиын наклонился к нему, и Сухо задался вопросом, не думает ли он о школе Боксан.       Они следуют за Ю и Чаном, шагая в ногу, пока их шаги не становятся синхронными. В основе всех этих слез, бессонных ночей и ревности лежит страх потерять Шиына.       Сейчас им по девятнадцать лет, и они стоят на пороге взрослой жизни. В этом возрасте люди начинают покидать дом, поступать в университет, учиться за границей, искать работу и заводить новые знакомства.       Родители Сухо родили его и оставили. Что же останавливает Шиына?