You know it all (you're my best friend)

      18 месяцев спустя.       Ен Шиын носит очки, которые делают его похожим на маленького профессора. Его образ дополняют чёрный галстук, белая рубашка на пуговицах и идеально выглаженные брюки. Сегодня у него была презентация для группы, и его заставили переодеться, к большому удовольствию Сухо.       Шиын носит очки только для чтения, но иногда, по просьбе Сухо, надевает их, чтобы тот мог восхищаться его красотой.       Сухо подошёл к стойке информации в библиотеке и, перегнувшись через неё, позвонил в маленький золотой колокольчик. Сначала один раз, затем два — просто чтобы подразнить. — Я подойду к тебе через минуту, — пробормотал Шиын. Он стоял на коленях за стеллажом, окружённый стопкой книг, с массивным томом, открытым в его тонких руках.       Он облизал большой палец и перевернул страницу. Его взгляд остановился на чём-то, и он слегка нахмурился. Его голова была наполовину повернута, словно он понимал, что должен обратить внимание на человека, который нуждался в его помощи, но что-то в книге действительно привлекло его, и он не мог оторвать взгляд.       Сухо был готов перепрыгнуть через стойку и целовать его до тех пор, пока тот не перестанет дышать. Бедный Шиын! Удушье от поцелуев Сухо, должно быть, ужасная смерть. — Но я не могу ждать ни минуты, господин, — сказал Сухо. — Я ищу книгу. — О, да? — Шиын поднял взгляд. Уголок его рта приподнялся, и он усмехнулся. — Как называется? — Я не помню названия, — продолжал Сухо, теперь уже ухмыляясь, как идиот. — Но это про двух мальчиков, которые встречаются в старшей школе. Они сражаются с плохими парнями и становятся лучшими друзьями, а теперь безумно влюблены и собираются вместе переехать в свой дом. Когда-нибудь слышали об этом? — Извините, — решительно сказал Шиын. — Ничего не припоминаю. — Он наконец отложил книгу и подошел к стойке, одарив Сухо одним из тех приводящих в бешенство взглядов, как будто он не мог быть менее впечатлён. — Подло, — сказал Сухо. Он схватил Шиына за галстук и потянул его через стойку, нежно целуя.       Он собирался по-настоящему увлечься этим, когда Шиын прервал поцелуй и потянул за синюю нейлоновую ветровку Сухо: — Я не видел тебя в этом целую вечность. — Я нашёл её в глубине своего шкафа, когда разбирал свою одежду, — сказал Сухо. Сейчас куртка немного мала, но всё ещё подходит. Его охватила ностальгия, когда он убирал свою спальню в доме Халмеони, поэтому он надел её, как в старые добрые времена. Она всё ещё пахла ночным воздухом и жареным мясом, выхлопными газами автомобилей и кунжутным маслом. — Разве она не пробуждает старые воспоминания? — Он ухмыльнулся. — Эй, книжный червь, можно мне стакан воды? Что, если я потеряю сознание от обезвоживания? Тогда твой…       Шиын перегнулся через стойку и снова поцеловал его. Он облизывал рот Сухо, крепко сжимая его шею сзади.       Шиын снова отстранился слишком быстро, и Сухо пришлось ухватиться за край стойки, чтобы не упасть. «Черт. Теперь я буду носить эту куртку каждый день.»       Шиын улыбнулся. Он знал о произведённом эффекте. — Ты готов идти? — Сухо пытался выровнять дыхание, но его голос всё равно срывался. Он поправил куртку. С ним всё в порядке. — Да, мне просто нужно очень быстро переодеться. — Шиын отвернулся и потянулся за своим рюкзаком за столом. «Бесстрастный. Дерзкий ублюдок.» — Но я думаю, что мне нужно немного дополнительных занятий после занятий, профессор Ен, — Сухо быстро пришел в себя. — Я ещё не усвоил свой урок. — Очки помогают развиваться его фантазиям. И галстук. В его голове возникли всевозможные сценарии. — Ты такой извращенец. — Шиын покачал головой и прошел мимо него, направляясь в туалет для персонала.       Сухо рассмеялся. Это правда.       Несколько минут спустя Шиын вернулся в своей обычной одежде: футболке, джинсах и замызганных кроссовках Converse.       Шиыну было двадцать один год, но он всё ещё выглядел, как мальчик, с которым Сухо столкнулся в классе пять лет назад.       Это… Это тоже хорошо.       На выходе из библиотеки Сухо обнял Шиына за плечи. — Сынхек, Вумин и Ени собираются встретиться с нами в квартире, — сказал Сухо. Всё ещё кажется странным называть Ю и Чана по именам после стольких лет, но Сухо постепенно привыкал к этому. — И бантанский ублюдок тоже будет там. — Добавил он. — Ты должен перестать так называть Джэена, — отчитал его Шиын. — Теперь мы все друзья. И он наш ближайший сосед. Что, если нам придётся одолжить у него сахар, или что-то в этом роде? — О, я уверен, Ким Джэен хочет дать тебе много-много сахара, — пробормотал Сухо. — Сухо, — сказал Шиын. Он протянул руку и коснулся подбородка Сухо, заставляя его посмотреть вниз, и их глаза встретились. — Веди себя хорошо, — его тон не оставлял места для споров. — Ладно, хорошо. Только в этот раз, — Сухо закатил глаза.       Его мопед стоял на обочине дороги перед библиотекой. Вчера Сухо провёл целый вечер, отмывая его, и теперь красная краска особенно ярко блестела на полуденном солнце.       Сухо схватил шлем и надел его на голову Шиына. Тот выглядел одновременно раздражённым и влюблённым. — Мило, — сказал Сухо. — Давай отправимся в путь, Шиын-а.       Они поехали живописным маршрутом. Сейчас конец марта, и Сеул в полном расцвете сил.       Улица с обеих сторон была окружена десятками цветущих вишневых деревьев. Каждый раз, когда дул ветер, новая волна лепестков срывалась с ветвей и розовыми завитками падала вокруг мотоцикла, кружась и делая пируэты в воздухе, как крошечные балерины.       Сухо медленно вёл мотоцикл. Мимо проходили девушки в шортах и сарафанах в цветочек, облизывая наполовину растаявшие рожки мороженого, их руки были полны пакетов с покупками. Дети шныряли между вишневыми деревьями, хихикая и перекликаясь друг с другом, на головах у них были кривые цветочные короны. Группа старшеклассников в знакомой белой форме переходила дорогу.       Сухо украдкой бросил взгляд на Шиына в боковое зеркало. Он смотрел, как розовые лепестки кружатся в воздухе, забрало шлема поднято, лицо было обращено к солнцу, как будто он тоже был цветком.       Шиын заметил, что Сухо смотрит в зеркало, и улыбнулся. Улыбка доходила до его щек, превращая глаза в счастливые полумесяцы.       Сухо начал смеяться. Он не знал почему, в этом не было ничего смешного, но теперь Шиын тоже смеялся. Это был яркий, солнечный звук, который разносился по всему его телу, согревая его изнутри.       Может быть, это потому, что зима наконец закончилась.       И Шиын крепко обнял Сухо за талию.       Но этот момент казался началом вечности.