Досье Мёртвого Короля

– Пожалуйста, остановите здесь. Дальше я пойду пешком. – Вы уверены, сэр? Территория Канцелярии очень большая. – Как раз хочу осмотреться, – кивнул Ник. Он открыл дверцу автомобиля и вышел на тихую холмистую улицу. После прохладного салона воздух тут казался горячим и влажным. Элегантный черный седан бесшумно поехал дальше: шорох колес был таким деликатным, что не перекрывал звуки птичьего пения. Через пару дней Эмберсон сам сядет за руль, но пока что в комплекте с выданным им Канцелярией автомобилем шел водитель. Сегодня он явился на порог Ника еще до того, как тот успел как следует проснуться, и тем самым оказался первым человеком в королевстве, увидевшим знаменитого спецагента с зубной щеткой за щекой и в пижамных штанах. Прислушиваясь к ору двух разноцветных попугаев, что-то не поделивших в зарослях рододендрона, Ник зевнул и потянулся. В Альфирии было уже четыре часа пополудни, тогда как его внутренние часы считали, что сейчас раннее утро. Джетлаг так сходу не отступает. В этом плане со стороны его новых коллег было очень мило назначить знакомство на день. Интересно, а Шиониске там оклемался? Вчера они поужинали в «Матушке Моцарелле», а потом, по настоянию Ника, перешли в соседний бар, где просидели до рассвета. Эмберсон был жесток, так сильно задерживая Шиона, но считал свое поведение оправданным. Ему нужно было знать, кто и что ждет его на новой работе. Предсказания Пифии могут касаться практически чего угодно, но она всегда видит Зло. То самое, с большой буквы. Письма, растянутые на полгода… Значит, это будет что-то, что назревает достаточно долго. Точек бифуркации – о которых обычно и сообщает Пифия в своих письмах – много. Вероятнее всего, речь идет не о катаклизме, а о деле рук человеческих. Которое он постарается предотвратить. И постольку поскольку его направили прямо во Второе Отделение, велик шанс, что корни будущего зла произрастают отсюда. Николасу стоит быть чертовски наблюдательным. Больше дотошным, чем дружелюбным. Больше опасным, чем хорошим. И больше раздражающим, чем популярным. Впрочем, надо признать, что Шиониске держался молодцом во время неофициального, но коварного допроса, проходившего под ароматную пиццу с прошутто и грибами, сыр на которой плавился так упоительно, что тянулся длинными нитями каждый раз, когда кто-нибудь из них брал новый кусочек. Было видно, что господин Варока подготовился к встрече. Он явно заранее прикидывал, какие вещи можно рассказывать, а какие не стоит. Специально учился изображать человека, у которого развязался язык от яблочного сидра. Николас с тайным весельем заметил, что его визави даже оттренировал применение собственного дара – управления иллюзиями – таким образом, чтобы с его помощью придать себе веселенький румянец и блеск глаз. Хорошая попытка, Варока, так держать!.. Жаль, что Эмберсон всё заметил. Тем не менее, Шион мог бы с гордостью сказать, что приготовления не прошли зря: по итогам той ночи счет оказался один-один. Варока преуспел в том, чтобы не сказать Нику ничего лишнего. Но провалился в том, чтобы самому хоть что-нибудь узнать о спецагенте Эмберсоне и о том, почему же все-таки его так спешно отправили в Альфирию. Размышляя обо всём этом, сейчас Николас шел вдоль высокого кованого забора на улице Застывшей Стрелки, расположенной в самом сердце старого города. Можно было подумать, что по ту сторону располагается просто парк, но на самом деле за густо посаженными баньянами скрывалась штаб-квартира Канцелярии по Делам Одаренных. Подойдя к воротам со шлагбаумом, Ник показал документы и прошел проверку: прижал палец к считывателю отпечатков, приблизил лицо к сканеру сетчатки глаза. Обменявшись пожеланиями хорошего дня с охраной, он шагнул во владения Канцелярии. Сначала подъездная дорога, посыпанная белыми камешками, вела его сквозь тенистую пальмовую рощу. А потом деревья резко закончились – и открылся вид на истинное содержание поместья, на карте занимающего чуть ли не шестую часть района Ортус Реджус. Обширные лужайки с идеальными подстриженным газоном, рощицы с уединенными беседками-переговорками, тренировочные площадки, спортивные поля и беговые дорожки для агентов. Небольшая больница, конференц-холл, другие постройки с четким функционалом и, конечно, три главных здания: здоровенные особняки на разных концах территории, по штуке на каждое из трех отделений КДО . Первое отделение специализировалось на всевозможных научных и медицинских исследованиях. Второе являлось, по сути, детективным агентством на службе у государства и работало в тесном контакте с полицией. А третье занималось законотворческой и судебной деятельностью. Ник убрал руки в карманы темных брюк и, качнувшись с пяток на мыски, присвистнул, оглядывая всю эту роскошь. Изящные питьевые фонтанчики, азиатские каменные фонари, шезлонги у искусственных водоемов… – Господи помилуй, – цокнул языком он. – И это я думал, что у Часовой Башни внушительная территория!.. С любопытством крутя головой, он проследовал к особняку Второго Отделения. Трехэтажное белое здание, выполненное в португальском колониальном стиле издали манило широким полукруглым крыльцом. Часть окон была открыта по случаю хорошей погоды, почти все – раззанавешены. Как и филиалы Часовой Башни, особняк Второго Отделения украшали звукозащитные амулеты, которые умели создавать неоланты с ведьмовскими дарами – даже подойдя к открытому окну вплотную, ты не смог бы услышать разговоры внутри. Но Ник видел, как по особняку ходят и беседуют сотрудники отделения. Там кипела жизнь. Эмберсон поднялся по мраморным ступеням. Не успел он подойти к массивным двустворчатым дверям, как они сами торжественно распахнулись ему навстречу. Та-да!.. В показавшемся в проёме просторном холле стояли, вытянувшись в шеренгу, полторы дюжины агентов в синих мундирах. У всех было холодное оружие в ножнах. При виде Эмберсона они дружно отдали честь. – Добрый день, сэр! – звонко и радушно воскликнул Шион и сделал шаг вперед из строя. – Имеем честь официально приветствовать вас в стенах Канцелярии! В его ягодно-малиновых глазах читало две безмолвные мольбы. Первая: «Пожалуйста, не говорите сейчас, чтобы я не называл вас сэром». Вторая: «Господи, вот бы мне воды попить…». Николас кивнул. – Рад быть здесь. Рассчитываю на вас, – сказал он и козырнул в ответ. Было странно делать это в штатском. Точнее, вообще было странно делать. Никакой другой формы, кроме модненьких костюмов и, по настроению, смокингов у Эмберсона никогда не водилось. Несмотря на то, что он носил ранг полковника, на самом деле никто из агентов Часовой Башни не имел прямого отношения к вооруженным силам. Они все-таки колдуны, а не военные, хотя часто работают сообща с последними. Если честно, те, кто неплохо знают Часовую Башню, признают, что на самом деле она больше похожа на тайный масонский орден, чем на госструктуру. Особенно благодаря элегантным лордам-ученым вроде Вейвера или безумным Пифиям, живущим в озаренныз зелеными огнями подземельях под Темзой. Однако стоящие перед Николасом сотрудники Канцелярии были в первую очередь детективами, магической полицией, а не колдунами. Значит, нужно играть по их правилам – со всеми этими суровыми штуками вроде стояния по струнке и «сэров» по делу и без. – Мастер Исайя Лой Назаре примет вас в своем кабинете, – сообщил Шиониске. «Вот как, – мысленно хмыкнул Ник. – Кажется, кое-кто хочет сходу указать мне моё место, раз даже не вышел поздороваться». Да, пусть в глазах Канцелярии Николас – крыса, подосланная врагами, всё же удивительно, насколько прямолинейно и дерзко глава Второго Отделения дал понять, что не рад ему. Зараза. – С удовольствием проследую в кабинет мастера Исайи Лой Назаре, – улыбнулся Эмберсон самой обаятельной из арсенала своих улыбок. Одновременно с этим он скользил взглядом по ряду агентов. Конечно, они были очень разными. И смотрели на него – каждый по-своему. Особенно впечатлял взгляд парня с зелеными волосами – темными у корней и светлыми на кончиках – который стоял слева от Шиона. Один его желтый глаз был скрыт под падающими вперед прядями, а вот второй оставался на виду. Щуплый и угловатый, с тонкими чертами лица и горбинкой на носу, этот агент смотрел на Рэна с выражением крайнего отвращения и некоторым вызовом, исподлобья. Казалось, от него даже поднимается тёмный дымок подозрительности. Ух ты, какой замкнутый и недовольный юноша!.. Похож на змею, недобро зыркающую на мир из тени под боком у виляющего хвостом лабрадора. С другой стороны от Шиона тоже стоял примечательный персонаж: на этот раз девушка. Она была похожа на добрую главную героиню какого-нибудь симулятора свиданий: мягкая, как зефирка, с большой грудью, распахнутыми голубыми глазами и лицом-сердечком. Ее волнистые, длиной по плечо волосы были розовыми, как попа фламинго, и украшенными ободком с ромашкой. Взгляд – наивный и детский. Ник мысленно кивнул. Понятно. Так вот они – трое агентов ранга А, находящихся в личном подчинении у главы Второго Отделения. Шиониске Варока. Мияхи Кейн. Рэйчел Олара. С ними нужно быть особенно начеку. – Я провожу вас к мастеру, – сказал Шион и обернулся в коллегам: – Вольно! Те стали расходиться, но то и дело оборачивались, чтобы кинуть на Николаса любопытные взгляды. Зеленоволосый угрюмый Мияхи что-то тихо пробормотал, и стоявшая рядом с ним Рейчел громко хихикнула, а потом прикрыла рот руками. Эмберсон вслед за Варокой пошел на второй этаж по парадной лестнице. Однако они не успели пройти и половины пути, как вдруг у Шиона завибрировал смартфон. Характерные «вж-ж-ж» звуки раздались со всех сторон – и агенты один за другим стали выхватывать устройства, чьи экраны мигали ярким белым цветом. Ник заглянул Шиону через плечо. СИТИ. БАНКОВСКИЙ ПЕРЕУЛОК. ДВА НЕОЛАНТА. БИТВА. ЖЕРТВЫ СРЕДИ МИРНОГО НАСЕЛЕНИЯ. РАЗРУШЕНИЯ ЗДАНИЙ. КОД: ОРАНЖЕВЫЙ. ПОТЕНЦИАЛЬНО КРАСНЫЙ. Надписи выскакивали на телефоне одна за другой, прямо поверх экрана блокировки, такие крупные, что их нельзя было не заметить. Агенты в холле, явно отлично вымуштрованные, тотчас разделились на несколько групп. Кто-то выбежал на улицу. Кто-то – напротив, быстрым шагом отправился во внутренние помещения. Некоторые продолжили вести себя так, будто ничего не происходило – и это было правильно. Ведь никакой инцидент не должен парализовать работу целого отделения (по крайней мере, пока его код – не черный, как душа автора, убившего всех главных героев в своём романе). – Николас, пожалуйста, оставайтесь здесь: справа от лестницы расположена комфортабельная комната ожидания с кофе и десертами! – повернувшись к Эмберсону, быстро проговорил Шион. – При оранжевом коде я должен немедленно выехать на место преступления. Через пару минут меня при вас сменит кто-то другой, прошу прощения за случившуюся накладку! И Шиониске бросился вниз по лестнице. – Я что, дитя малое, что меня нельзя оставлять без присмотра? – не удержался от тихого вздоха Ник. И едва не дернулся от неожиданности, когда ему на плечо вдруг легла рука в беЛой перчатке. – Что вы, полковник Эмберсон!.. – с тонкой улыбкой и безупречной вежливостью сказал черноволосый молодой мужчина в очках, подошедший со спины так тихо, что, дикое дело, Ник его не заметил. – Вы наш дорогой консультант, поэтому мы стараемся принять вас со всем радушием. Однако прошу меня простить, сейчас мне также нужно быть в Сити. И, не дожидаясь ответа, мужчина – а это был Исайя Лой Назаре собственной персоной – побежал вниз по ступеням вслед за своими агентами. – Я с вами! – крикнул Николас, кидаясь за ним. Лой Назаре оглянулся. Темно-синие глаза пронзительно сверкнули за стеклами узких очков. – Простите, но нет, – сказал он и выбежал из здания. Николас, нахмурившись, все равно попробовал открыть дверь и присоединиться к операции, но… Успевший щелкнуть металлический замок оказался заперт. Глава Второго Отделения просто закрыл гостя в своем особняке, чтобы тот не путался под ногами. «Вот это наглость!» – ахнул Эмберсон с невольным восхищением. Оставшиеся внутри агенты зашушукались и поспешно скрыться кто куда. Николас задумчиво подошел к одному из распхнутых окон и, сложив руки на груди, проследил за тем, как два ретро-автомобиля на полной скорости уносятся прочь из парка. О, да. Ближайшие полгода обещают быть очень увлекательными.