Детективное агентство «Бойцовский клуб»

      У демонов есть одна присквернейшая привычка — не считая способности спутывать планы смертным, и портить с самого утра настроение — ублажать. Впрочем, в самом, столь занятном, умении нет ничего плохого; хотя, многие бы заявили, что в нём столько же услады, сколько и коварства. Причём последнее, несомненно, преобладает. Особенно когда речь идёт о врагах. Угождать и баловать их демоны могут так искусно, что порой даже самые внимательные не замечают опасности пока не станет слишком поздно. Именно с такой попыткой улестить, столкнулась Дельмира, когда с самого утра проснулась под настойчивый стук смертисвистника в окно.       — «Сообщаем Вам, что благодаря Вашей скрупулёзной работе и следованию власти закона, преступник был арестован. Дело считается закрытым. Благодарим вас, итрун Дельмира Лориллис, за расследование и награждаем, за особые заслуги, вторым разрядом. Ждём вашего присутствия на заседании Консилиума завтра в двадцать один час дня, в Зале Собраний Департамента Контроля». — Прочитала демоница.       Она раздражённо скомкала благодарственное письмо и бросила его куда-то в сторону. Резко встала с кресла. Сердито затянула пояс домашнего халата и нервно прошлась по своей комнате в попытке успокоить негодование. Не помогло.       Остановившись у широкого арочного окна, Дельмира хмурым взглядом посмотрела во двор особняка. Там, как раз, Бальтазар общался с вертоградарем. Дворецкий, со свойственным ему бесстрастьем обсуждал с садовником новую стрижку вяльнмедис. Дерево, наклонив свою пышную крону на бок, внимательно прислушивалось к разговору, переодически радостно шелестя своими ребристыми четырёхугольными листьями. Чуть вдали, каменные статуи, что обычно украшали одну из беседок, устроили банный день. Было забавно наблюдать за тем, как эти неповоротливые изваяния очищали себя импровизированной, сделанной из травы и веток, мочалкой от мха и жёсткой паутины клыкастых аранаев. То тут, то там, вальяжно расхаживали по идеально выстриженной, источающей изумрудную дымку, траве сада фениксы и соластрайи. Идиллия. Как же сильно она разрушиться, если она, Дельмира откажется от столь сладостного предложения Департамента? Несомненно демоны умеют угождать. Они отчётливо улавливают самые сокровенные желания своих собеседников и, в качестве вынужденной меры, преподносят их исполнение, как дар, от которого сложно отказаться.       «Награждаем вторым разрядом.» Второй разряд. Дельмира мечтала о нём с момента работы в Департаменте. Высший ранг среди агентов контроля и с почётной возможностью избираться в Консилиум Департамента. Это власть, уважение и серьёзное преимущество действовать без предварительного согласования с Главой Департамента. Конечно, с такой свободой появляется и большая ответственность. Самодурство жёстко наказывается. Вплоть до потери своего разряда, без права занимать должность любого агента на протяжении всего существования. Дельмира с силой обняла себя за плечи. Если она продолжит расследование, может лишиться всего; и даже души ангелов не помогут её семье скрыть такой позор.       На другой чаше весов — ответственность перед жертвами и их семьями. Настоящие преступники на свободе и они не остановятся. Количество жертв будет только увеличиваться и Лориллис понимала это так же отчётливо, как и то, что не может идти против своих принципов.       Очередной тяжёлый вздох сорвался с губ девушки. Она тряхнула головой и отошла от окна. Села на край круглой кровати и рассеянным взглядом проскользила по всей комнате. Дельмира вновь нахмурилась, когда заметила письмо Департамента. Оно валялось скомканным шариком у бронзовой, выполненной в форме крылатого волка, ножки торшера. Его содержание — сладостная ловушка. Разум твердил Лориллис: согласись она на повышение — станет соучастницей. Было бы глупо с её стороны полагать, что Глава Департамента неожиданно смягчится и великодушно преподнесёт столь щедрый «подарок». Особенно после того, как сынициировала запрет перемещаться между слоями Мироздания.       — Это же очевидно. Она пытается надавить на меня. — Вполголоса проговорила Дельмира часть своих мыслей. — Мы на верном пути.       Девушка невольно бросила короткий взгляд на доску с уликами. «На верном пути»? Как бы не так. На лице демоницы появилась холодная ухмылка. Расследованию невидно ни конца, ни края. Орудия убийства нет. Местонахождение базы преступников нет. Данных по мобильной операционной тоже нет. У них ничего нет. Одни лишь догадки и косвенные улики. Демоница тихо выругалась загробными ругательствами. Может быть, в самом деле, взять это повышение? Переключиться на другое дело и, когда страсти улягутся, втихаря продолжить?       — «А как же бойцовский клуб?» — Так не вовремя и вкрадчиво заговорил внутренний голос. — «Как же работа ребят? И Гаара? Что ты ему скажешь? «Прости, солнце, но может остановимся»? Ты ведь сама настаивала на продолжении расследования.»       — Молоховы клоаки. — Прошипела себе под нос Дельмира. Темы Гаары и Огненного Цветка были ещё одной личной проблемой демоницы, решать которую она откровенно боялась. Сколько раз она видела как суккубы и инкубы топили очередную неразделённую любовь к смертным в кубке с Пойлом Огров? «Любовь — смертельный яд для демонов.» — говорили они. В такие моменты Дельмира всегда себя убеждала, что с ней такое не произойдёт. Она же наследница высшей аристократии. Влюбиться в человека — значит запятнать честь рода Лориллис. Вот только, столь возвышенное чувство, как любовь, благородно плевало с высокой колокольни на заморочки существ Мироздания. Огненный Цветок в душе демоницы — яркое тому подтверждение.       — «А как ты млеешь рядом с ним.» — Вторил размышлениям девушки внутренний голос, сидя в кресле и мастеря из какого-то заявления бумажный самолётик. — «С нетерпением зюзика, ждёшь когда он тебе позвонит или напишет. А вспомни как переживала, что из-за запрета не сможешь его видеть.»       — Мрак, прародитель мой… — Простонала Дельмира, уткнувшись лицом себе в колени и схватившись за волосы на затылке. Она и в самом деле переживала из-за запрета перемещаться, но в тоже время её не покидала мысль, что, возможно, это и правильно. Что если это сама судьба против их общения?       — «Ну да, судьба с голосом Ядвиги Слогутайте.» — Тут же последовал ехидный комментарий внутреннего голоса, заставляя пробудиться хвалёное упрямство Лориллис.       — «Именно судьба! И именно голосом Главы Департамента Контроля! В конце концов, она — Дельмира Лориллис — демон, а он — человек. Что у них может быть общего?»       — «Огненный Цветок, расследование и тот факт, что этот смертный имеет определённое влияние на неё.» — Невозмутимо заявил очевидное внутренний голос, заставляя Дельмиру криво усмехнуться. Кажется, теперь она начала понимать суккубов и инкубов, которые «залечивали» терзания сердец Пойлом. В любом случае, у неё есть время принять окончательное решение — по всем пунктам — до обеда завтрашнего дня. Потом это решение уже примут за неё.       Раздумья девушки прервал лёгкий стук. Дельмира, всё ещё терзаемая своими думами, не сразу осознала, что гость стучался в дверь её комнаты. Тряхнув головой и, тем самым, вывев себя из своеобразного состояния транса, девушка проговорила:       — Да?       — Уже не спишь. — Раздался в ответ тихий голос Даяны Лориллис. Она шире приоткрыла дверь и бесшумно прошла в глубь комнаты. Её длинная, тёмно-фиолетовая мантия, надетая поверх утончённого брючного костюма, мягко шелестела в такт шагов.       — Да, недавно проснулась. — Улыбнулась Дельмира, как ей показалось, приветливой улыбкой. Вот только от внимательного материнского взгляда, не скрылась тень озадаченности и некой растерянности на лице девушки. — А ты, погляжу, собираешься уходить?       — Сегодня будет заседание купцов. — В свою очередь утвердительно кивнула женщина. — Меня попросили выступить с докладом.       Она с нескрываемым неодобрением огляделась по сторонам. В комнате, по строгому убеждению итрун Даяны, царил настоящий хаос. Он, конечно, был естественным для рабочего процесса, но совершенно неподобающим для представительницы высшей аристократии. О последнем, к слову, красноречиво говорило выражение лица Даяны Лориллис.       — Я работаю. — Лаконично отозвалась Дельмира, заметив этот выразительный взгляд.       — Это заметно. — Кивнула женщина и, аккуратно переступая, разложенные тонким слоем на полу, бумаги, подошла к доске с уликами. — Это то дело?       — Да. — Сдержанно отозвалась Дельмира, замечая любопытство на лице матери с которым она рассматривала фотографии и записи. Девушка медленно встала со своего места и подошла к доске. — Запутанное дело.       — Это объясняет почему ты такая отстранённая в последнее время. Может быть я могу чем-нибудь помочь? — Спросила Даяна, обеспокоенно посмотрев на дочь. Несомненно, любой любящий родитель испытывал бы тревогу, если бы его ребёнок, уже какой день подряд, ходил угрюмым, практически ничего не ел, а мешки под глазами стали неотъемлемой частью его внешнего вида.       — Не стоит. Сама справлюсь. — Тем временем отмахнулась Дельмира, заставляя Даяну нахмуриться пуще прежнего. Несмотря на умиротворённые видения, которые преследовали женщину с самого возвращения Дельмиры в родовое поместье, она никак не могла унять растущее в её душе беспокойство. Особенно после того, как увидела буйство Огненного Цветка дочери.       — Ты что-то хотела? — Вопрос Дельмиры вырвал Даяну из омута размышлений.       — Я не могу зайти к дочери? — С насмешкой в голосе спросила она, но заметив неловкость на лице девушки, смягчилась и примирительно проговорила: — Ты пропустила завтрак. Я пришла узнать всё ли хорошо?       — В самом деле? — Опешила Дельмира, бросив взгляд на часы. Время, оказывается, летит не только в Царстве Людей. Она и не заметила, что за размышлениями провела практически всё утро. — Прости. Задумалась.       — Это, и впрямь, серьёзное оправдание. — Проворчала Даяна, смерив Дельмиру скептическим взглядом. После чего шумно выдохнула и, приобняв дочь за плечи, участливо проговорила: — Это уже не первый раз. Последнее время ты сама не своя. Что тебя беспокоит? Ты же знаешь, ты всегда можешь мне всё рассказать.       — Да так. Работа. Не обращай внимание. — Попыталась отмахнуться Дельмира, но заметив пытливый взгляд матери, сдалась. В любом случае, она, рано или поздно, сама всё узнает. — Мне предложили повышение до второго разряда и… у меня расцвёл Огненный Цветок к человеку.       — Это же замечательно! — Воскликнула Даяна, заставляя Дельмиру опешить.       — Что?       — Ты, разве, так не считаешь?       — Не знаю. — Честно отозвалась Дельмира. — А как же честь рода?       — Всегда подозревала, что столь рьяное стремление защитить честь семьи в тебе воспитала мама. — Неодобрительно поджала губы Даяна. — Даже боюсь представить, что бы ты мне сказала, окажись на её месте, когда я сообщила, что желаю заключить договор марьяжа с Астаротом.       — Бабушка была против? — Несколько отстранённо спросила Дельмира, открывая родителей с совершенно новой стороны.       — Против? — Вскинула бровь Даяна, а потом воскликнула: — Да она была в ярости и грозилась отравить Астарота всеми фамильными ядами, которые копила на протяжении существования. Видишь ли, её дочь «родовитого бедняка» выбрала.       Заявление итрун, казалось, в одночасье, уничтожило всю основу, на которой столько лет строились принципы самой Дельмиры. Казалось, что все старания, которые она прикладывала для того чтобы оправдать ожидания своего рода; все решения которые она принимала на протяжении своего существования, оказались ненужными. Всего за доли секунды в голове девушки молниями пронеслись сотни мыслей, страхов, переживаний и осознание, что всего этого можно было не делать. Никто бы не осудил. Столь внезапное прозрение и опустошение, невольно вернуло Дельмиру в детство, когда единственной основой в принятии правильного решения были слова поддержки матери. Девушка молчала пару минут, а потом, не выдержав, сумбурно затараторила:       — Огненный Цветок это так смущающе и ново. — Говорила демоница, при этом, меряя комнату нервными шагами. — Он свалился на меня как снег на голову. Хотя, по сути, это я на него свалилась. Точнее спряталась. Он же нашёл меня под своей машиной и выхаживал пока я была ранена и в образе кошки… Но всё же… Он распустился совсем недавно и только пару дней назад Шун сказал, что Огненный Цветок — демоническая любовь. А повышение… Это всего лишь ловушка. Мне его дают только в обмен на требование закрыть это дело. Преступник сидит у самой верхушки и пытается таким образом повлиять на ход расследования. У меня есть время подумать об этом до обеда завтрашнего дня, но потом…       — Я в растерянности. — Выдохнула Дельмира, без сил осев в кресло и обхватив голову руками. — Если возьму повышение — перечеркну всё наше расследование. Вряд ли Гаара мне это простит. Откажусь — лишусь власти и влияния, которые дарует это повышение.       — Я рада, что ты, наконец-то выговорилась. — После продолжительной паузы мягко проговорила Даяна. Она ещё какое-то время молчала, а потом подошла к дочери и присела перед ней, взяв при этом за руку.       — Ты же знаешь, мы с Астаротом поддержим любое твоё решение. Но прежде чем его принять, хорошенько подумай, что после его принятия измениться в твоём существовании? И измениться ли? Сможешь ли ты спокойно существовать дальше, зная, что твоё бездействие поспособствует новым жертвам?       — Нет. — Тихо отозвалась Дельмира. — Эти преступники опасны не только для Царства Людей, но и для Аханзтуры. Если соглашусь на это повышение, на всём расследовании можно ставить жирный крест. Гаара может распрощаться со своей карьерой главного редактора, ведь тогда ему не дадут покоя ни его читатели, ни другие издательства. Меня окончательно запрут в Аханзтуре, а материалы дела, скорее всего, уничтожат.       — И что думаешь делать? — Тихо спросила Даяна, в надежде услышать окончательное решение дочери, но в ответ Дельмира лишь пожала плечами и неуверенно прошептала:       — Я не знаю. Это ведь второй разряд. Как я могу отказаться от такой возможности? Разве мне ещё когда-нибудь предложат такое повышение?       — Вот, что в действительности всегда безжалостно наказывалось нашим родом, так это малодушие. — Скрывая за поучительным тоном недовольство, проговорила итрун. — Ты принадлежишь древнейшему роду Лориллис и его символом не просто так является пламя. Неужели твоя гордость позволит тебе прогибаться под желаниями преступников? К тому же, почему ты так уверена, что тебе больше никогда не предложат подобного повышения? Предложили один раз, предложат и во второй. Пока они тебя не «купили», у тебя есть пространство для манёвра. Как только они будут иметь компромат на тебя, считай ты проиграла им.       — У них и так есть компромат на меня. — Тяжело вздохнула Дельмира, понимая правоту матери, но всё ещё, в глубине души, не желая просто так отказываться от столь «сладкого подарка».       — Какой?       — Огненный Цветок к человеку. — С горькой улыбкой на лице отозвалась Дельмира.       — А разве это проблема? — Вскинула бровь Даяна, наблюдая за метаниями дочери. — Разве тот факт, что у тебя к нему распустился Огненный Цветок не является причиной по которой тебя пытаются подкупить повышением?       — В смысле? — Удивлённо посмотрела на мать Дельмира.       — В прямом. Может быть они бояться вашего тандема? Видя как вы постоянно делитесь информацией по делу и как вы взаимодействуете… Разве вы бы продвинулись в этом расследовании так далеко, если бы работали в одиночку? Или именно этого ты и добиваешься? Не видеть его, а сам факт расцвета Цветка тебя пугает?       — А тебя бы это не пугало? — Вскинула бровь Дельмира, на что женщина на доли секунды отвела взгляд, а потом смущённо улыбнувшись, проговорила:       — Пугало раньше. Когда я была в твоём возрасте.       — Что?       — Огненный Цветок распускается не только к человеку, но и к демону. — Кивнула Даяна, тем самым подтверждая предположения Дельмиры. — Демоны считают, что Огненный Цветок относиться исключительно к любви по отношению к человеку, но это не так. Есть масса примеров, когда Цветок распускался к демонам. Просто, почему-то, так повелось, что на это не обращают внимание и не считают чем-то особенным. А зря.       — Почему?       — Огненный Цветок может очень быстро иссушить демона, если он был слишком беспечен к его цвету. — Пожала плечами Даяна. — Взаимность среди демонов крайне редка. Ты и сама это знаешь. Мы привыкли заключать союзы по обоюдной выгоде и на основе взаимоуважения, но это не значит, что мы испытываем древнейшее из чувств. Смертные в этом плане более честны.       — Так значит у тебя к папе…       — Да. Мы оба знаем какого это носить в душе, как говорят смертные, «бомбу замедленного действия». — Мечтательно и, в то же время, смущённо проговорила Даяна.       — Почему бомбу? — Совсем растерялась Дельмира от такого сравнения.       — Потому что, нужно быть искусным мастером человеческой магии, чтобы смочь потушить буйство Огненного Цветка, когда его цвет распустился только для одного. — Отозвалась Даяна, а потом строго посмотрела на дочь и проговорила: — Смертные поэтому и сильны, потому что могут справиться с этим чувством. Иногда несколько раз за свою короткую жизнь. Мы же не всегда в состоянии пережить и один порыв Огненного Цветка.       — Это всё так сложно… — Прошептала Дельмира. — Почему тогда суккубы и инкубы не истончаются? Они то во всех красках испытывают этот жар Огненного Цветка.       — С чего ты взяла, что они не истончаются? — Удивлённо вскинула бровь Даяна. — Вспомни статистику. Кто из жителей Аханзтуры отличается самой короткой продолжительностью жизни?       — Это… — Осеклась Дельмира, поражённая догадкой и во все глаза уставилась на родительницу. — Не может быть.       — Единственное средство, которое способно заглушить боль от ожогов Огненного Цветка — залпом выпитое Пойло Огров. Ну, или физическая боль.       — Это объясняет почему они такие… странные. — Выдохнула Дельмира, ощущая как начинает испытывать жалость по отношению к этим существам. Вот только это не была той пренебрежительной жалостью, которую испытывают при разочаровании кем-то. Нет. Это чувство было более глубоким и искренним. Сейчас Дельмира откровенно сожалела, что не обладает даром исцеления. Ведь, тогда можно было уменьшить боль от ожогов и вернуть те года жизни, что отнял Огненный Цветок.       — Даже не думай. — Вдруг строгий голос Даяны вырвал Дельмиру из омута размышлений. — Это их дар и их проклятье. Даже среди суккубов встречаются исключения, когда они живут душа в душу со своими смертными.       — Знаю. Но это такая редкость, что больше похожа на приятную сагу. — Усмехнулась Дельмира, а потом с горечью прошептала. — Всё так запуталось. Это должно было быть обычным сотрудничеством. Да и разногласий родов аристократии теперь не избежать.       — Что-то не припомню, чтобы тебя когда-либо останавливали трудности. — Даяна лукаво посмотрела на дочь, а потом хитро добавила: — К тому же, разве тот факт, что он не сбежал от тебя, когда узнал о твоей сущности, не говорит о серьёзности его намерений по отношению к тебе?       — А что если это всего лишь любопытство? — В свою очередь спросила Дельмира. — Наше дело связано с демонами. Это часть его работы интересоваться всем, что может принести ему сенсацию. К тому же, на кону стоит его жизнь. При таких — экстремальных — обстоятельствах мозг смертных разве не работает в сторону выживания? Если рядом есть девушка, отвечающая симпатией, то мужчина, как самец, чувствующий, что может умереть в любой момент, будет стремиться оставить после себя потомство.       — Никогда не думала, что моя дочь будет орудовать таким примитивизмом в обсуждении столь высокого чувства, как демоническая любовь. — Брезгливо скривилась Даяна от столь грубых слов дочери. — Неужто ты до такой степени ему не доверяешь?       — Смертные весьма непостоянные существа.       — И при этом остаются сильнейшими. — Строго отозвалась Даяна, укоризненно посмотрев на дочь. — Разве он не доказал тебе это, когда выдержал удар демона?       — А ты откуда об этом знаешь? — Опешила Дельмира и тут же задалась вопросом: что ещё знает её родительница?       — Я — мама. — Проговорила Даяна таким тоном, словно этот ответ объяснял если не всё, то многое.       — Это теперь так ясновиденье называется? — Едко проворчала Дельмира, подозрительно сощурившись.       — Ясновидение — всего лишь игра образов. — Поучительно ответила женщина. — Как их интерпретировать зависит от ясновидца, его жизненного опыта и уровня развития. Материнское чутьё — более глубокое. Я чувствую тебя. Подсознательно. Словно мы связаны крепкой нитью, которую не способны разорвать ни один заговор или магия. Это сложно объяснить, но, думаю, ты поймёшь это когда у тебя появятся свои дети.       — Весьма убедительно. — Недоверчиво проворчала Дельмира, отведя взгляд в сторону.       — Каким бы сложным не было дело, я уверена, что у тебя есть, как минимум, один вариант его решения. — Усмехнулась в свою очередь Даяна, возвращая их к основной проблеме.       — Он есть. Но на нём одном далеко не уедешь. Да и опасно.       — Так тебя это останавливает? — Вдруг спросила Даяна, внимательно посмотрев на девушку, заставляя её непонимающе вскинуть бровь.       — Что именно?       — Страх перед опасностью?       — Нет! — Воскликнула Дельмира, но тут же замолчала, глубоко задумавшись. А действительно ли «нет»? Она ведь, и в правду, боится идти дальше, потому что на кон поставлена не только её репутация, но, что самое важное, и жизнь смертного. Что если они больше никогда не увидятся? Что если за это время пока она в Аханзтуре его убьют? Что если то, что происходит между ними — недопонимание?       — Разве будучи вместе, вы не сильнее? — Проницательно поинтересовалась Даяна, тем самым нарушая затянувшуюся паузу. — Будешь рядом с ним — сможешь защитить. Да и он присмотрит за тобой. Сама ведь говорила, что он ухаживал за тобой пока ты была в образе кошки.       — Было бы не плохо, наверное. — Прошептала себе под нос Дельмира в одночасье смутившись, вспомнив как Гаара защищал её от демонов. — Вот только есть одна проблема. — Добавила она более сдержанно. — Мне запрещено покидать Аханзтуру.       — Это, конечно, ожидаемо. Особенно если учесть, что тебе предложили повышение до второго разряда. — Понимающе кивнула Даяна, с видом будто пытается решить серьёзную проблему, но уже через секунду её мимика изменилась и она многозначительно проговорила: — Но… Когда тебя это останавливало? Мне напомнить, как ты в детстве раздобыла транспортирующий порошок и переместилась в Царство Людей?       — Не надо. — Взмолилась Дельмира, вспомнив этот случай и какой скандал в семье он вызвал. — Мне папа его до сих пор вспоминает.       — Потому что мы тогда оба испугались. И он больше всех. — С примирительной улыбкой на губах проговорила Даяна, погладив дочь по руке. — Но сейчас, я уверена, если ты скажешь ему о проблеме, он сам добудет тебе нужные артефакты. Вот только… Тебя это не особо убеждает? Я права?       — Если откажусь от назначения и продолжу расследование — потеряю всё и могу лишиться возможности быть агентом до конца своего существования. А ведь это — единственная ниточка которая связывает нас. Я уже молчу о том позоре, который может принести в нашу семью моё решение.       — Знаешь, тебе стоит меньше об этом думать. Худшего позора чем принёс нашему роду твой прапрадед вряд ли суждено найти…       — Наследница влиятельного рода высшей аристократии предпочла чувства и уважение смертного к себе, а не укрепление собственной власти и статустность. — Ляпнула Дельмира, ловя себя на мысли, что, если бы от её повышения зависело принятие Гаары демонами, она бы согласилась на него не раздумывая. В конце концов, она демон и личная выгода всегда будет стоять у неё на первом месте. Хотя, в последнее время она начала сомневаться в этой уверенности.       — Думаю, это не такая уж и проблема. — Усмехнулась Даяна, испытывая в глубине души и страх, и гордость за дочь. Смертный уже начал менять её, смещая фокус внимания с «я и только я» на «мы вместе». Даже в том, как выглядит этот новый, хоть и робкий, принцип, уже чувствуется его сила.       — К тому же, ты всегда можешь представить его, как своего личного раба. Кто знает, что на самом деле между вами происходит. — Добавила она, лукаво подмигнув Дельмире и, тем самым, заставляя её покрыться краской смущения. — Не переживай из-за этого. К тому же, вряд ли вас объединяет только лишь расследование. Будь это так, он бы не звонил тебе каждый день и не беспокоился о твоём самочувствии.       — Этому — любопытству — можно найти массу объяснений. Самое банальное — ему выгодно чтобы я была здорова. Тогда расследование не застопориться. — Буркнула Дельмира, скрывая за своим упрямством смущение и откровенный страх перед принятием этого, казалось бы, незначительного решения.       — Никогда не думала, что моя дочь будет способна столь бездарно перекрутить очевидное. — Строго и жёстко проговорила Даяна, заставляя девушку внутренне напрячься. Кажется, она в своих внутренних терзаниях и родовом упрямстве начала упускать главное. — Ты всегда гордилась тем, что можешь бесстрастно анализировать факты. Но, видимо это не распространяется на критическое мышление по отношению к самой себе.       — Но, что если…       — Он уже начал менять тебя. — Жёстко оборвала на полуслове дочь Даяна. — Ты полностью отдаёшься этому делу, потому что впервые искренне хочешь поймать преступников, а не гонишься за наградами от Главы своего Департамента, как это было раньше. Ты начала думать о жертвах, как и подобает настоящему агенту контроля. Твоя задача найти преступника и наказать его. Так занимайся этим, вместе со своим человеком. Твоя душа горит из-за буйства Огненного Цветка, а ты этого даже не замечаешь. Ты не протянешь долго, если будешь столь беспечной. Огненный Цветок не терпит игр из области «буду его избегать, лишь бы его демоны не учуяли». Не будь человеком! Слушай свою душу. Разве её голос, хоть раз в жизни, тебя подводил?       — Нет. — Прошептала Дельмира, чувствуя себя весьма странно. Она и не догадывалась, что в глазах других она так сильно изменилась. Возможно, именно по этой причине демоны ощущают присутствие Огненного Цветка в других? Из-за того, что он ненавязчиво, совершенно незаметно для своего носителя, меняет его. Просто в какой-то момент наступает осознание, что привычные вещи уступили новым. Более важным. Более ценным. И это осознание откровенно пугало своей новизной.       — Просто, что если я не права? — Прохрипела Дельмира, более мене собрав свои мысли и постаравшись посмотреть в лицо этому «новому» и «пугающему». — Вся эта ситуация впервые происходит со мной.       — Именно поэтому, сейчас как никогда, тебе стоит следовать голосу твоей души. — Уверенно проговорила Даяна, крепко обнимая при этом дочь. — Огненный Цветок хоть и делает нас уязвимыми перед другими, но он так же дарует нам силу, которая редко встречается у демонов и она куда сильнее всей нашей магии.       — И что это за сила?       — У каждой пары она индивидуальная.       — И какая же у вас с папой?       — Исцеление.       — И как вы её пробудили? — Опешила Дельмира. Оказывается, её родители и в самом деле, одни из сильнейших демонов Аханзтуры. Неужели эту силу, и впрямь, способен подарить Огненный Цветок?       — Вы сами поймёте это, когда придёт время. Но, твоё решение, принятое сейчас, уже является первым шагом к определению, что это будет за сила.       — Ладно… — Протянула Дельмира, набрав побольше воздуха в грудь и окончательно взвесив все «за» и «против». — Я пойду до самого конца.       — Вот и молодец. — Довольно кивнула Даяна и хитро добавила: — И не забудь передать привет своему человеку.       — Мама!       — Что? Мне любопытно, какой он?       — В следующий раз заявлюсь сюда с ним.       — Я не против. Только держи его подальше от Анабель. — Невозмутимо отозвалась Даяна. — Да и отца предупреди, чтобы он успел выучить пару-тройку человеческих терминов.       — Я подумаю.       С уходом матери, Дельмира по новому посмотрела на сложившуюся ситуацию. Возможно, не будь той истории с похищением, она бы больше доверяла Гааре и своим чувствам. Как, если бы у них было больше улик по делу, она бы и вовсе не переживала из-за этой попытки Главы Департамента подкупить её. Сразу бы отказалась не раздумывая; а так… А так у неё есть одно большое «но», которое она не может игнорировать и ясное осознание того, что, в действительности, она искренне скучает по своему человеку. Ещё раз всё обдумав и признавшись самой себе в очевидном, Дельмира уверенно подошла к доске с уликами. Они должны закрыть это дело, а уже после этого она будет надеяться на благосклонность судьбы и уповать, что не повторит участь суккубов.       Глядя на улики, Дельмиру не покидало ощущение, что это дело напоминает ей хитроумный лабиринт. Куда бы они не пошли, везде натыкаются на глухую стену из сплошных неизвестных и тупиков. Им, явно, не помешала бы нить Ариадны. Вот только где бы найти её? В этот момент взгляд девушки упал на фотографии детских рисунков. Дочь Матильды! И как только она могла забыть об этом? Видимо, иногда получать выволочку от родителей весьма полезно. Это стимулирует мозг на лучшую работу. Кажется, теперь, она знает чем займётся, пока в Демонической Академии Исцеления и Снадобий выходной.       Дельмира быстрым шагом пересекла свою комнату и подошла к роскошному, выполненному из редкого чёрного дерева и отполированному до блеска, столу. Сев в рабочее кресло, Лориллис ещё раз задумалась. Овинрайте говорила, да и сама Дельмира это знала, иметь под своим крылышком человеческого ребёнка — весьма престижное и выгодное удовольствие.       — Она бы не стала в открытую держать у себя ребёнка. — Прошептала себе под нос Дельмира, внимательно всматриваясь в экран своего ноутбука. — Наверняка скрыла его от большинства ведомств. Возможно, попыталась создать ему новую личность.       — «Но она бы не скрыла его от Центра Заботы о Детских Душах.» — Резонно заметил внутренний голос, заставляя Дельмиру бросить на него задумчивый взгляд. — «Они детские души за километры чуят.»       — А соответственно будут требовать документы подтверждающие, что ребёнок — наследие демона. — Кивнула Дельмира и тут же перевела взгляд на ноутбук. — Наверняка попросила своего поверенного подготовить нужные документы. И ей понадобился бы тот, кто смог на длительный период замаскировать душу ребёнка под сущность взрослого демона.       Дельмира только занесла руки чтобы начать печатать нужные ей запросы, как резко остановилась. У неё есть время до завтрашнего обеда найти доказательства, безоговорочно подтверждающие, что дело ещё не закрыто. В противном случае ей придётся принять поражение и подать прошение об отставке. Если она пойдёт официальным путём — потеряет драгоценное время. Девушка откинулась на спинку кресла. Прикрыла глаза, взвешивая все «за» и «против». После чего уверенно кивнула своим мыслям и, протянув руку, надавила на панель стены. Послышался щелчок и часть деревянного декора отскочила, открывая за собой потайную нишу, где от любопытных глаз был спрятан небольшой деревянный сундучок. Вытащив его, Дельмира при помощи древнего заклинания и капельки своей крови, открыла крышку ларчика и принялась копошиться в своих «сокровищах». Там среди небольших разноцветных мешочков с редкими и, в основном, запретными артефактами, на самом дне, лежали небольшие зеркальца. Сделанные из теней и украшенные утончённой оправой из водяного метала, аиряулт ериим были единственной связью в Аханзтуре, которую нельзя было отследить ни одним ведомством или магией.       Взяв одно из зеркалец, Дельмира спрятала ларец обратно в тайник и внимательно посмотрела в неровную и треснутую поверхность артефакта. Теперь всё зависит от того, насколько её требования будут трудно выполнимы. Главное, чтобы нужную ей информацию она получила до обеда завтрашнего дня.       Время за работой летит незаметно во всём Мироздании. В следующий раз, когда Дельмира отвлеклась от поиска зацепок, было уже время полдника. О чём любезно сообщил девушке дворецкий. Он, со свойственным бесстрастием, чётко проговорил:       — Так же, сообщаю, что к вам пожаловал аотру Шун со своей рабыней. Мне провести их в столовую или вы предпочтёте сперва обсудить с ним дела?       — Проведи их сюда. — Отозвалась Дельмира, задаваясь вопросом, когда это у свободолюбивого наследника рода Амбраскас, появилась личная рабыня? Впрочем, эта новость показалась девушке знакомой. Кажется, фраза матери о том, что связь с человеком можно представить и под видом хозяин/раб, обрела визуальную форму.       — И, Бальтазар, — окликнула дворецкого Дельмира прежде чем он успел покинуть её комнату. — Позаботься чтобы ужин был приготовлен так же и для гостей. Думаю, наш разговор может затянуться.       — Как вам будет угодно.       Не успела Лориллис убрать с пола документы и исписанные бумаги, в попытке привести свою комнату в более-менее приличный вид, как в дверь вновь постучали. На пороге стоял Шун собственной персоной. В дорогих мантиях, надетых поверх элегантного делового костюма, он выглядел слишком официально, как для похода в гости к подруге детства.       — Привет. Как обычно, в последнюю секунду пытаешься скрыть свой вечный бедлам? — Поприветствовал он, бодрым голосом, Лориллис, пропуская перед собой свою спутницу и, при этом, кивком головы, указывая, на стопку бумаг в руках демоницы.       — Привет. Просто заработалась. — Проворчала девушка, недовольно поведя губами и, сгрузив свою ношу на свободную часть стола, любопытно посмотрела на незнакомку.       Девушка, Леора, как могла предположить Дельмира, на фоне своего мужа, выглядела миниатюрной и посредственной. На ней была надета самая обычная мантия, под которой скрывались, привычные для Царства Людей, джинсы и кеды. Мягкие черты лица делали Леору милой и явно моложе её лет, но прилизанные, волосинка к волосинке, и собранные в тугой узел светлые волосы девушки, портили всю её природную красоту. Впрочем, Дельмира была уверена, кто именно настоял на таком внешнем виде. Шун, как и все демоны Аханзтуры, прекрасно знал, что человек в роли личного раба имеет больше свободы, чем просто человек в мире демонов. Видимо он и вправду, безумно любил свою жену, что ради неё пожертвовал своим демоническим благополучием, променяв его на обычную жизнь заурядного прораба. В прочем, Леора несомненно ценила эту «жертву». Это было видно по тем взглядам, которые бросала она на мужа в перерывах между любопытным изучением комнаты Дельмиры; и по той ауре что витала между ними. Словно они проросли друг в друга до такой степени, что даже стали не только одним целым, но и чем-то похожи друг на друга.       — Это Леора. Моя же… рабыня. — В последнюю секунду исправился Шун, предпочитая скрывать в демоническом мире свою связь с человеком. — Леора, это Дельмира Лориллис, моя подруга детства. Сейчас мы с ней работаем над одним делом.       — Приятно наконец-то с вами познакомиться. Шун много о вас рассказывал. — Мягко и с приятным акцентом проговорила Леора на аханзтурийском, чем откровенно удивила и восхитила Дельмиру.       — Мне тоже очень приятно. — Приветливо отозвалась демоница и, перейдя на язык смертных, заговорщицки спросила: — Поделитесь секретом, как вам удалось покорить этого чопорного волка-одиночку?       — Боюсь, всё было с точностью да наоборот. Это Шун всячески пытался меня покорить. — Хохотнула Леора при этом с неподдельной нежностью посмотрев на мужа.       — Дельми, а это вопрос был на перспективу или из любопытства? — В свою очередь хитро спросил Шун.       — Не понимаю о чём ты. Только и ищешь повод чтобы демонов смутить. — Невозмутимо отозвалась Дельмира, стараясь скрыть румянец на щеках, в то время как сам Амбраскас хохотнул:       — Не волнуйся, Гаара о тебе не забывает не на секунду. До последнего рвался поехать со мной, но я убедил его, что ты сама проведёшь его сюда.       — И он согласился? — Скептически вскинула бровь Дельмира испытывая в душе приятное согревающее чувство.       — После часа дебатов. — Кивнул Шун и добавил уже более серьёзно: — Он хотел о чём-то поговорить, так что, когда появится свободная минутка, набери его.       — Он не говорил о чём именно? — Тут же навострилась Дельмира, забыв на какое-то время о присутствии рядом Леоры.       — Нет. Он не вдавался в подробности, но думаю, это что-то важное, раз он использовал этот аргумент, как причину по которой я должен был его взять с собой. — Отозвался Шун, своим привычным, в моменты задумчивости, грубым голосом. — Думаю, он как-то узнал о том, что не все демоны — белые и пушистые душки, и что в массе своей мы смертных любим видеть в роли персональных рабов.       — Понятно. — Проворчала Дельмира, чувствуя, что этот разговор может оказаться весьма сложным. Для них обоих. — Будет повод проверить его на вшивость.       — Женщины. — Многозначительно усмехнулся Шун и, став серьёзнее, проговорил: — Предлагаю на время оставить свои коварные планы по покорению нас, мужчин, и поговорить о деле. Тем более что у меня есть для тебя приятный сюрприз.       — Поэтому ты так вырядился? — Усмехнулась Дельмира, откладывая на потом свои переживания о смертном и становясь серьёзнее.       — Именно. Пришлось навестить старых знакомых. В последний раз. — Брезгливо скривился Шун, а Леора заметно напряглась.       — Что случилось? — Заметив эти перемены в поведении гостей, спросила Дельмира.       — Да так. Лишнее напоминание о том, почему я выбрал Царство Людей, а не Аханзтуру. — Отмахнулся Шун и добавил: — Но обо всём по порядку.       — Тогда, я внимательно слушаю. — Кивнула Дельмира, указывая гостям на мягкие кресла. — У меня пока ничего толком нет. Сижу в ожидании завтра. В Академии сегодня выходной.       — Понятно. — Кивнул Шун, помогая Леоре сесть в предложенное кресло, после чего вновь обернулся к Дельмире. — Гаара и Мацури были на медосмотре. Её слова подтвердились. Но теперь его донимает новый вопрос: как они удалили почку не повредив её при этом?       — Думаю, удаляли её как и обычно, просто воспользовались восстанавливающими снадобьями, которые очень быстро заживили рану. — Задумчиво протянула Дельмира. — Если преступники и в частности медики, напрямую контактируют с демонами, им не составило большого труда раздобыть такие снадобья.       — Именно. Я ему тоже самое сказал. — Кивнул Амбраскас, а в этот момент в дверь комнаты раздался лёгкий стук.       — Да? — Чуть растерянно спросила Дельмира, не ожидая, что в ближайшее время их кто-то будет беспокоить.       — Полдник. — Раздался деловитый тон Бальтазара, когда он зашёл в комнату и уверенно подошёл к уголку где сидела троица. Дворецкий поставил на журнальный столик накрытый поднос. — Я взял на себя смелость засервировать на троих. Домашняя выпечка. Травяные чаи для вас итрун и, спутницы аотру Шуна и крепкий кофе, для аотру, с двумя ложками сахара, если я ещё правильно помню ваши предпочтения.       — Всё верно, Бальтазар. Спасибо. — Кивнул Шун, ставя перед Леорой чашку травяного чая, пока сама Дельмира улыбнулась дворецкому:       — Спасибо. Ты лучший.       — Благодарю вас, итрун Дельмира. — Скрывая за сдержанностью мягкость по отношению к своей юной итрун, отозвался дворецкий. Он учтиво поклонился ей и быстро покинул комнату.       — Я и забыл какой он внимательный. — Усмехнулся Шун, когда за дворецким закрылись двери.       — Поэтому мы его и любим. — Отозвалась Дельмира, и вернулась к их прерванному разговору. — По крайней мере мы убедились, что показание Бараскайте верны.       — Именно и что все исчезновения — дело рук авторов проекта «Лояльные». -Кивнул Шун, с удовольствием потягивая свой кофе. — Должен признаться, я немного рассказал Леоре о нашем деле.       — Ну это логично, если учесть, что в последнее время мы все допоздна засиживались в клубе. — Проворчала Дельмира, в глубине души переживая, что такими темпами, о ходе их расследования могут узнать и преступники.       — Ну да, в общем, Леора подала отличную идею. Которую мы с парнями проверили.       — И что за идея? — Любопытно подняла бровь Лориллис, протягивая спутнице Шуна булочку с повидлом.       — Для начала скажи, как преступники похищают жертв? — Спросил Амбраскас, хитро изучая Дельмиру.       — Ну, предположительно, и согласно тому, что нам сказала Мацури, бесы принимают облик тех, кого больше всего хотели бы видеть жертвы. — Отозвалась демоница, невольно сведя брови на переносице.       — Верно. Богатый и успешный Доминик. Потому что образ Гаары нашу свидетельницу, на тот момент, уже не удовлетворял. — Кивнул Шун и повернулся к жене: — А теперь скажи ей то, что ты спросила у меня.       — Что именно? — Нетерпеливо спросила Дельмира, переводя взгляд с Шуна на Леору.       — Мне просто стало интересно. — Проговорила она, растерявшись под таким пытливым и пронзительным взглядом демоницы. — Откуда Доминик узнал об этом? Он же не мог уже зайти в клуб в таком виде и случайно найти Мацури.       — Намекаешь на то, что он следил за ней? — Уточнила Лориллис, заставляя девушку кивнуть и добавить:       — Или по крайней мере пересекаться с ней где-то. К тому же, разве пересадка органов не требует определённой дотошности? Преступники должны были знать, что органы похищаемых их людей — пригодны для трансплантации.       — А поскольку у нас данных о Доминике нет, мы воспользовались данными последней пропавшей жертвы. — Проговорил Шун, достав из кармана флешку и протянул её демонице.       — Они попались на камеру?       — Самый лучший ракурс. — Криво усмехнулся демон и добавил: — Мы посетили все места куда любила ходить последняя жертва и в её любимом кафе, рядом с местом её работы нам улыбнулась удача. Сотрудники с радостью дали нам возможность ознакомиться с этим видео.       Услышав это Дельмира быстро выхватила флешку из рук демона и, подбежав к рабочему столу, вставила её в компьютер. Пара кликов и на его экране уже во всю идёт запись недельной давности. Сначала ничего не происходило и демонице оставалось лишь ждать, пока в какой-то момент в кафе не зашла жертва и, сев за дальний столик принялась изучать меню. Именно в этот момент, спустя ещё какое-то время в кафе зашла пара. Мужчину Дельмира не узнала. Возможно, роль Доминика выполнял уже другой демон. Они ведь до сих пор так и не нашли никаких подтверждений, что бес уже мёртв; а вот женщину демоница очень быстро узнала.       — Это же Ядвига Слогутайте. — Выдохнула она, внимательно наблюдая за тем, как постепенно, что Ядвига, что её спутник, выбрав ближайший к жертве столик, увлекли её разговором. — Жаль, камера не пишет звук.       — Не всё квакозиле сыр головками жевать. — Выдал Шун и добавил указывая на Главу Департамента Контроля: — Но, тем не менее, у нас что-то, да есть.       — Этого недостаточно. — Хмуро выдала девушка, досмотрев запись до того момента как, преступники покинули кафе, и повернулась к демону.       — Разве? — Недоверчиво вскинул он бровь. — С этим их обоих можно брать.       — Не забывай, мы не в отделе зачистки работаем. У нас другие методы. — Терпеливо объяснила Дельмира. — На этом видео нет никаких доказательств того, что они причастны к преступлению. Слогутайте может заявить, что они проводили совместную операцию, или следили за потенциальной жертвой. У нас нет веских доказательств, что они причастны. С таким успехом мы можем обвинить Овинрайте в убийстве всех жертв, только потому что у неё был доступ к наркотику.       — Молоховы клоаки. — Выругался Шун, а потом добавил: — Но, то, что Слогутайте была в Царстве Людей, что она напрямую причастна к этому делу мы можем доказать. Как минимум вызвать её на допрос. К тому же у нас есть свидетель, утверждающий, что это она непосредственно отдавала приказы.       — Она будет всё отрицать. К тому же ордер на её арест может выдать только Владыка. — Помотала головой Дельмира. — Нам нужно больше улик, а ещё лучше, вложить нож ей в руки и быть уверенными на двести процентов, что это она. Мы близко, и они это знают. Нам нужно ещё надавить на них. Давай немного подождём.       — У тебя есть план? — Хмуро спросил Шун, понимая правоту подруги и вместе с тем недовольный очередной потерей драгоценного времени.       — Надеюсь, что он сработает. — Кивнула Дельмира, чувствуя, как в душе всё замирает при воспоминаниях о задуманном. — Это единственное, что мне остаётся.       — В каком смысле?       — Меня хотят наградить вторым разрядом и закрыть дело. — Не стала скрывать свою «радость» Лориллис от друга.       — Чтоб их Бездна поглатила.       — Не поможет. В любом случае, если не получу нужную информацию до обеда завтрашнего дня, пойду к Владыке с тем, что у нас есть, и буду надеяться на лучшее… Что-то в последнее время это стало моей движущей силой.       — Надежда — мать дураков. Ты в курсе?       — Да. Но она любит своих детей.       — Тогда позволь мне угостить тебя десертом. — Демон выдохнул усталость. Всё же это дело выпивало соки из них всех.       — Жену лучше угости. — Отозвалась Дельмира на что Шун отмахнулся.       — Я не об этом. — В следующий миг он протянул девушке ещё одну флешку и добавил: — Это причина по которой я в таком виде и почему с Неджи мы друзья.       — Вы что-то нашли? — Тут же навострилась Дельмира.       — Помнишь, Овинрайте дала Гааре снимок, который они сняли в Тракае?       — Да. Там ещё помимо Слогутайте и Доминика был Мортимер Киерман. — Кивнула Дельмира, вспоминая одну из главных улик.       — Так вот, я встретился со старыми знакомыми и навёл справки на Киермана. — Проговорил Шун и добавил: — В ответ они дали мне цифровой и буквенный номер. Неджи пробил его по своим каналам дешифровки и выяснилось, что это расчётный счёт. У нас есть выписки с Казначейства и банков смертных.       — Дай посмотреть. — Выдала Дельмира, открывая вторую флешку и погружаясь в ворох информации.       — Обрати внимание на эту сумму. — Указал Шун кончиком карандаша на четырёхзначную цифру. — Она повторяется каждый месяц на протяжении нескольких лет. Мы с Неджи так и не нашли никакой связи, но возможно это что-то связанное с нашим делом. Посмотри, шесть тысяч девяносто пять. Это странная сумма согласись.       — Очень. — Кивнула Дельмира и проворчала: — У меня может быть предполажение, но прежде чем его озвучивать, я должна всё проверить. Я сделаю себе копию?       — Конечно.       — Гаара знает?       — Все знают и голову ломают. — Отозвался Шун и добавил: — Он ищет подсказки в дневнике Сомерскаса, но без ключа к шифру всё без толку.       — Понятно. Я займусь этим. — Прошептала Дельмира, внимательно изучая данные. Возможно, у них не всё ещё потеряно. Главное, успеть найти нужное до обеда завтрашнего дня.