Там, где занимается заря

Утро всегда начинается в тишине. Едва-едва слышен только шепот ветра в бамбуковых зарослях и шорох многочисленных одежд. Всегда благородно, всегда отточенно, всегда идеально. Иначе и быть не может, ведь ошибки грозят карой, которую лучше не знать никогда. Не с проста на пик Цинцзин редко берут девушек, они слишком часто не переживали это боевое крещение. Второй по счету пик школы цанцюн является ее лицом. И это лицо должно показывать себя с наилучшей стороны. Когда на отборе лорд Цинцзин указывает на тебя, он не говорит, что принял тебя. Он предлагает вызов. С момента восхождения начинается испытание на выдержку. Истинный учённый муж не будет вступать в спор, он будет тактичен, покажет свое превосходство, будет цвести, как снежный лотос среди демонических земель. Из этих соображений первым испытанием пика является приготовление чая для принятия ученичества. Не раз и не два выливается чай на головы нерадивых детей неспособных держать себя в руках, пока ученик не достигнет верной грани между спокойствием и почтением, скрывая свой гнев или, в некоторых, особых случаях, страх. Так будущий шизцунь понимает, насколько устойчив новый ученик. Даже вкус чая не так важен, как способность держать лицо в экстремальных обстоятельствах. Стратег должен всегда держать голову холодной, иначе эта неспособность приведёт к смертям, а такому не научишь без должной жестокости. Так считают все на пике цинцзин. Не все приходящие в качестве будущих адептов проходят "испытание закипанием", тот, кто вскипел удаляется с пика, тот, кто остался холоден проходит на цинцзин. После этого начинается самое интересное. В борьбу вступают ученики, которые ни за что не отдадут свое место под солнцем какому-то новичку. Даже место в апартаментах учеников необходимо заслужить своим трудом. Подобное не заходит слишком далеко, потому что, конечно, наставники приглядывают за подконтрольными им детьми. Но вся соль в том, что единственное что не допускалось - умышленное нападение и убийство. А зачем убивать шисюна, если можно загрузить его работой так, что он сам будет молить о смерти или переводе на другой пик. Но однажды все испытания заканчиваются. Все прекращается в тот момент, когда ты доказал Шицзуню и наставникам, что ты чего-то стоишь. На данный момент на пике цинцзин было только два ученика, которые вышли из борьбы, стали выше, достойнее. Этими детьми были главный ученик Мин Фань и Шицзе Нин Инъинь. О первом ходило много нелестных слухов среди мастеров и учеников всех пиков, но большинство из них было домыслами, вызваными простым несоответствием ожиданий с реальностью. Мудрость ученного приходит с годами, а Мин Фань лишь недавно справил восемнадцателетие. Поговаривали, что даже Байдзянь, с их отсутствием главного ученика, лучше. Однако же, Мин Фань, действительно, заслужил место главного ученика. Третий сын мог не надеятся на наследство, но шицзунь дал ему шанс, он не подвел. Был сильнее, был изворотливее, его интриги вели к победе. Так, шаг за шагом, он победил. Нин Инъинь, казалось, просто повезло. На неё наложили вето, как только она попала на пик дурной малышкой. Никто не знал, чего ей это стоило, слава вовремя подсуетившемуся Шицзуню, всем, кто мог рассказать, пресекли слишком длинные языки. Она была невольницей, шутка ли, даже имела клеймо. Уродливый шрам немного сошёл с годами и уже не бросался в глаза, но кожу жег неизменно. Он был немного похож на шрам Шицзуня, но не совсем таким же. Когда она задумывалась об этом, её переставало тошнить от себя. На цинцзин положено минимум шесть слоев ученических одежд. Нин Инъинь неизменно надевала девять. Они, одни из немногих, были действительно преданы учителю.

***

Кроме прочих на пике были мастера. Пик ученных и стратегов готовил много ускоспециализированных специалистов, которые объединялись в коалиции. На севере - коалиция демонологов, из под пера которых вышло бесчисленное число бестиариев. Они были заняты подсчётом видов, вели учёт разумных особей, составляли систематические таблицы с информацией о размножении, местах обитания и привычках неразумных. На западе - коалиция стратегов, которые прогнозировали возможные войны и сражения между сектами и внешним миром. Их задачей было предугадать урон и вывести секту из под удара. На юге - коалиция исследователей, которые получали специализацию в науке некурируемой ни одной коалицией. Энтузиасты, непотерявшие веру в неоткрытую истину науки. Они были скорее местными сумасшедшими. Все твердили о какой-то альхимии, физике. Только вот упразднить их не могли - счетоводы от туда выходили отменные. На востоке - коалиция историков. Они собирали и копировали хроники со всего континента, пытались добраться до скрытого в древности, потому что история крайне циклична. Необходимо только отыскать этот цикл, который повторится. Эти коалиции в той или иной степени вынуждены контактировать. Конечно, все их встречи проходят чинно и благородно, а ядовитые комментарии скорее дань годам ученичества. Взрослые люди, давно позабыли былые распри, тем более, борьба поколения заканчивается при принятии нового лорда. С тех пор как Шень Цинцю получил корону забылась вражда и начались ставки. Все-таки не зря лорд пика цинцзин обычно не доживает до восхождения нового поколения. Так принято, что в качестве главной интриги, которая позволит всем будущим мастерам, а пока ещё адептам, подчинится будущему лорду, главный ученик убивает своего Шицзуня. Доказывая, что он лучше, что новая кровь уже кипит. Иногда ученики не справлялись, иногда, как Шень Цинцю, отказывались. Тогда они теряли шанс подчинить пик. Поэтому главного ученика не назначали до самого момента смены поколений. Лет до ста пятидесяти нынешний лорд должен был смолчать. Так, Шень Цинцю нарушил ещё одно правило.

***

Этот пик не был основан человеком, вернее он был основан не совсем человеком. Школа цанцюн в прошлом - это объединение двенадцати других, более мелких школ. Среди них была одна примечательная, основанная полукровкой ледяного демона, который стремился найти баланс культур, стремился найти способ ужиться двум расам. Для этого были собраны великие учёные и философы того времени, которые искали ответы в разных уголках континента. Были найдены и отобраны дети, которые обучались по смешанным техникам. Казалось, однажды эти звезды засияют на мирном небе. Этим мечтам было не суждено сбыться. Ученики восстали против своего учителя, тот, кто нанёс финальный удар, стал новым главой. Позже он принял приглашение одиннадцати других школ и демоническое наследие осталось лишь в правилах обучения. Но демонические практики воспитания потомства нельзя применять к человеческим детенышам. Эту истину пик учёных так и не смог выяснить за годы своего существования.

***

Пик цинцзин всегда тих, но нет ничего действительно постоянного. Бывали на пике неспокойные ночи, когда гремел гром. Тогда всю ночь пик, словно нежным облаком, окутывали звуки циня. Многие адепты пускают слухи о небесной фее, которая благославила их пик. Но правду знают лишь несколько человек. Хрупкие пальчики перебирали струны, пока в соседней спальне засыпал беспокойным сном лорд. Нин Инъинь всегда играла так, словно от этого зависела её жизнь, потому что дороже её шицзуня, её отца, у неё никого не было, даже если она никогда не произнесет этого в слух. За ночь струны инструмента становятся мокрыми. Слезы капают на инструмент из глаз каждый раз, когда Инъинь слышит чужие хриплые крики и стоны боли. Кровь стекает с пальцев, которые прижимают стальные струны бесконечно долго. Нин Инъинь никогда не назовёт это благословением. Она знает, небожители никогда бы не помогли, единственный настоящий плачет в беспамятстве от кошмаров в соседней спальне. Она мечтает, чтобы ее шицзуню стало легче, мечтает, чтобы он обрёл покой в жизни, но мелочно, как любой ребенок прошедший через улицы, рада, что нужна. Порой она ненавидит себя за это.