Все в твоих руках.

Дин уже погрузился в блаженную дремоту, как из сладких объятий Морфея его выдернул телефонный звонок. Он ворча поднялся и, сев на кровати, пошарил рукой вокруг себя в поисках мобильника. Писк настойчиво шёл со стороны. Вот зараза! Телефон в барсетке, а барсетку он кинул на тумбочку у двери. Дин встал и поплелся к тумбочке, по пути задев маленький столик. Комната тихо погружалась во мрак. Надо же! Уже надвигается вечер? Дин бросил взгляд на часы. Да нет. Ещё только шесть. Почему так темно? Он посмотрел в окно. Серые тучи свинцовым покрывалом затянули небо. Ветер с силой гнул ветки деревьев. Гроза. Скоро начнётся гроза. Дин взял барсетку и, порывшись в ней, выудил уже успевший замолчать мобильник. Так. Пропущенный. Кастиэль Новак. Дин нажал зелёную. Поплыли гудки. — Мистер Винчестер. Я прошу прощения, что звоню в столь неурочное время. У меня есть один вопрос. И мне бы не хотелось откладывать его решение надолго. Разрешите? — снова этот голос. Вплывает в уши сквозь мембрану мобильника, завораживая. — Да, конечно, мистер Новак. Какой вопрос? — Дин прошёл к кровати и, плюхнувшись на неё с размаху, вытянул ноги. Вот ведь зануда! Ну что завтра что-ли не будет? Он так чудно спал. А впрочем, все равно нужно просыпаться. Дин состряпал заинтересованную мину, вслушиваясь в голос, льющийся из телефона. — Понимаете. Я только освободился и увидел смс из мастерской. Мне написали довольно большое сообщение, но я мало что понял из текста. Простите, но для меня Ваши автомеханические термины, как для Вас — медицинские. Я попытался позвонить туда, но мне никто не ответил. — Правильно. Рабочий день уже закончился, и парни мирно разошлись по домам, — Дин ехидно ухмыльнулся. Ага, мистер Сама Безупречность! Вот в тебе и ещё один недостаток, помимо твоей всклокоченной шевелюры при полном лоске общей картины. Впрочем, эта твоя черта, скорее плюс, ведь ты так мило выглядишь с взъерошенными в беспорядке волосами. Мило? Ну чего, скажите на милость, ему сдалась эта его шевелюра? Да пусть хоть ирокез на голове носит! Ему-то какая разница! — Так какой у Вас вопрос? Кастиэль, неловко запинаясь, зачитал сообщение. — Вот. Какие-то колодки, шланги и прочие неизвестные мне приборы. И все это требует замены. Так они говорят. И спрашивают, согласен ли я на их замену. А я, ей-богу, не знаю, что им ответить. Потому что ничего в этом не понимаю. Не поможете ли мне разобраться? Нет, Вы не подумайте. Если это действительно нужно — я готов подождать и оплатить запчасти и работу. Проясните мне ситуацию. Пожалуйста. — Хорошо. Давайте я сейчас свяжусь с Бобби и все выясню, а потом наберу Вас, — Дин вполне понял, о чем это. В особенности про тормоза. Ещё в первое посещение Новаком автомастерской Бобби заметил страшный свист колодок и сказал, что они накрылись. Вполне вероятно, что все сложнее, чем он думал. Кастиэль поблагодарил его и пообещал не отходить от телефона и ждать его звонка. Дин быстро набрал Бобби. — Бобби, привет! Объясни-ка мне, что там за странное смс этому Новаку. Теперь он звонит мне с желанием выяснить подробности — сейчас Дин даже засомневался в правильности своего поступка. Ну, насчёт данной клиенту визитки с контактами. — Вечерочка, Дин, — Бобби зевнул. Он уже пришёл домой и успел выпить бутылочку пива с намерением растянуться на диване и посмотреть кино. — Ничего особенного. Как я и говорил, у него накрылись колодки. А еще на ладан дышат шланги. И просто на грани диски. Педаль тормоза разболтана и непонятно как работает. И это только по тормозной системе. А ещё… Бобби пустился в технические объяснения. Дин внимательно выслушал его. — Ну это я понял. Но зачем смс? Этот «мистер зануда» ровным счётом ничего не понимает в автомобилях. Представляешь его степень охренения, когда он прочёл твоё сообщение? Он подумал, что его машину впору везти на металлолом. А ведь она у него вполне новая, — Дин хмыкнул, представив себе выражение лица Новака, когда он читал всю эту абсолютно непонятную для него абракадабру. — Вот поэтому и смс! — Бобби фыркнул в трубку. — Дин, я с ним уже пообщался. Мне хватило! Представь, как он изящно совокупит мой мозг, попытайся я объяснить ему все это на словах! Да это же трах мозга в самом извращенном виде! Без наркоза! Нет уж, увольте! — Ага, и ты решил, что пусть уж лучше он вынесет мозг мне, чем тебе? Очень удобная позиция! — Дин даже разозлился. Но злиться на Бобби он не умел. — Конечно! Во-первых, я всего лишь служащий, а ты, как — никак — хозяин. Во-вторых, это ты сам дал ему свою визитку и велел со всеми вопросами обращаться к тебе лично. Ну а в-третьих… — Бобби замолчал. — Что, в третьих, Сингер? — А в-третьих, вы с ним удивительным образом нашли общий язык. Ты, я слышал, даже лечиться к нему пошёл. Я бы не рискнул. И не потому, что он плохой специалист, нет! Я читал в интернете отзывы о его клинике. Только положительные! Я бы даже сказал — восторженные. Но я бы не пошёл просто потому, что ещё одной беседы с этим душнилой я просто не вынесу. А уж если она будет проходить на его вотчине и по вопросам, в которых он — спец! Уууу! Дин заливисто захохотал. — Бобби? Как странно, но, походу, ты его боишься? — Я?! Боюсь?! — неловкая тишина. — Черт, боюсь. До дрожи в коленках. Это какой-то колдун, чесслово! Я боюсь его голоса — он будто гипнотизирует. Я боюсь его глаз — они как вьюгой затягивают. Дин, ты поаккуратнее там. А то может он сектант какой. Заманит тебя в секту и обберет до нитки. Дин только посмеялся. Бобби под старость лет стал очень сентиментален и не в меру подозрителен. Он любил смотреть фильмы про инопланетян и всякую нечисть, читал газеты, откровенную «желтуху» со статьями о гномах, троллях, барабашках и прочей мути, якобы наводнившей наш мир. И обвесил весь дом крестами и иконами, желая защититься от дьявола и бесов. Вот и сейчас этот нежданный посетитель внушил ему уверенность, что он — ведьмак. Как минимум. А теперь ещё и гипнотизер и сектант. Впрочем, он не стал осуждать или переубеждать Бобби. Ну во-первых — это абсолютно бессмысленно, потому что, если тот что-то втемяшил себе в голову, то это все! Клещами не вытащить. А во-вторых… Он в чем-то был согласен с Робертом. Этот человек действительно был особенным. Было в нем что-то такое, что манило, притягивало. Вот и сегодня на консультации. Дин вспомнил, как Кастиэль провел по его бокам руками, зашёл вперёд и легко коснулся сосков. То, что испытал Дин, просто не передавалось словами. Яркий прострел, ток по телу. Его соски сжались моментально. От этих импульсов его унесло так глубоко, что он сам вывернул голову, ожидая поцелуя. Да, черт возьми! Он хотел, чтобы эти горячие губы, шептавшие ему на ухо: «Тебе нравится, Дин?» просто прикоснулись к его шее, оставляя на ней следы от поцелуя. Чтобы они прошлись дальше, обласкали лицо, дотронулись до губ и захватили в плен его возбужденный сосок, щекоча его. Что это было? Он не понял. Чтобы мужчина? Мужчина, твою мать, возбуждал его одной только мимолётной фантазией, как он зарывается в его волосы? Чтобы, сжимая в руках огненную красотку в баре, входя в неё, как в бреду стонать его имя? Да никогда в жизни с Дином такого не было! Из размышлений его вывел голос Бобби. — Дин? Эй, Дин? Ты чего там, уснул что-ли? Тфу ты! Вот точно он колдун! О нем даже говорить опасно. Прости, Дин. Но решай с ним вопросы сам, а меня избавь от общения с этим демоном! — Бобби положил трубку.

«Очень жаль, что ты тогда Мне поверить не смогла, В то, что новый твой приятель Не такой, как все!

Ты осталась с ним вдвоём, Не зная ничего о нём. Что для всех опасен он, Наплевать тебе!

И ты попала! К настоящему колдуну, Он загубил таких, как ты, не одну! Словно куклой в час ночной Теперь он может управлять тобой!»

Король и Шут «Кукла колдуна»

Колдун? А ведь и верно! Как ещё объяснить все то, что с ним творилось? Дин минуту подумал, сбросил наваждение и набрал номер Новака. Трубку сняли почти мгновенно. — Да, мистер Винчестер! Я внимательно Вас слушаю. Каков Ваш вердикт? — Понимаете, мистер Новак. Я поговорил с Робертом. К сожалению, это правда. В Вашем автомобиле полно проблем, которые следует «лечить кардинально». — И чем же это вызвано? Ведь машина совсем новая. Я бережно с ней обращаюсь. — Ну, как Вам сказать. Это Вы так считаете. Однако водите Вы не всегда правильно. Вот например сбой тормозной системы. Простите, конечно, но Вы же стартуете, как Шумахер на «Формуле — 1». Вы ни разу не замечали, что когда трогаетесь, колодки свистят как резанные? У меня есть предположение, что Вы не совсем верно управляетесь с педалями. Мне бы стоило посмотреть на это. Возможно, Вас стоит немного подучить более плавному старту. Да и в пути. Я знаю, что Вы иногда ездите очень аккуратно и уверенно. Но часто Вы просто гоняете, как ведьма на помеле. Это не я сказал. Это говорят люди, которые видели Вас, так сказать в деле. — Дин ожидал поток возмущений на свою довольно смелую критику клиента, но вместо этого… — Вы интересовались мной, Дин? Расспрашивали обо мне людей? — голос стал низким, слегка с хрипотцой. — И что же Вас интересует? Я бы мог сам ответить на Ваши вопросы. В спокойной обстановке, за бутылочкой отличного виски. — Нет, что Вы! Я просто чисто случайно слышал разные мнения разных людей, — Дин вспыхнул. Сердце, гулко стукнув, на секунду замолчало и заколотилось с бешеной силой. Этот голос, черт его побери! Внезапно захотелось слушать его снова и снова. Но как же он сейчас глупо врет. Слышал от разных людей? Да по такой логике, все люди только и делают, что обсуждают манеру вождения мистера Новака. Кретин! Получше ничего придумать не мог? — Вы же сами запретили мне пить, пока я лечусь. За окном, рассекая темноту неба, сверкнула молния. — Конечно. Сперва я поправлю Ваше здоровье, а уж потом, если Вам все ещё будет интересно узнать меня поближе, я с удовольствием скоротаю вечер с Вами в баре или в бильярдной, — он ещё понизил голос, подсыпав песка, — за стаканчиком виски, Дин. Кстати, Вы просили разрешение называть меня по имени. Я не против. Можно просто Кастиэль. — Спасибо, Кастиэль, — голос Дина задрожал. Слушая его речь, он плавно погружался в приятную негу. Но она не успокаивала, как должна бы. Она возбуждала. Дин посмотрел вниз. Штаны довольно здорово оттянулись под тяжестью почти наполненного ствола. — В бильярде было бы неплохо. «Он что, сейчас, приглашает меня на свидание? Да ну нахер! Если два нормальных мужика выпьют в баре или сыграют партию на бильярде — это же не означает свидание? Конечно нет! » Резкий раскат грома. Такой мощный, что кажется, будто даже стены содрогаются. — Но если Ваше любопытство столь сильно… Не стоит узнавать информацию от посторонних, она может быть недостоверной. Что Вы хотите узнать обо мне, Диииин? — мягко, мурлыча, слегка потянув гласные. А имя?! Он будто выдохнул его в порыве наслаждения. Снова отблески молний на небосклоне. Так угрожающе, страшно, но, парадоксальным образом, притягательно. «Всё!!! Черт, все! Какой ты? Что ты любишь? Сколько тебе лет? Какую музыку слушаешь? И… Есть ли у тебя девушка?» — Да ну, как бы… Я… — замялся Дин. Ну не мог же он этого сказать, о чем подумал. — Ну что Вы! Не стесняйтесь. В конце концов я — Ваш врач. А пациент имеет право знать о своём враче. Хорошо, раз Вы такой стеснительный — я немного расскажу Вам сам. Хотите? — вроде вопрос, но задан он таким тоном, будто уже все решено. И сейчас Дина вообще не спрашивают, чего он хочет. — Ддда… — Хочет ли? Да!!! Пусть говорит все что угодно, лишь бы говорил. Дин чувствует как токи наслаждения несутся по телу. Грохот грома слишком близко. Раскаты катятся по небу. — Тогда слушайте, Дин, — голос плывёт нежно, завораживая. — Мне 34. И я всего лишь на 4 с небольшим года старше Вас. Я не женат и не имею постоянной девушки. И не спрашивайте, почему. Наверное, пока не встретил. Но это отнюдь не обозначает, что живу затворником, нет. У меня не бывает недостатка в партнёрах…ршах. Почти все свое время я провожу на работе. Но совсем не против заглянуть иногда в бар поразвлечься. Музыка? Чаще классика. Обожаю Бетховена и Вивальди. Еда? В основном что-то лёгкое. Машины? Просто выбираю понравившуюся. В основном внешне. Я, как Вы поняли, не разбираюсь в технике, если это не медицинская техника. А вообще, я довольно занудлив. Это правда. Не каждый выдерживает общение со мной. Это мой минус. Что Вам ещё рассказать? — Ну, не такой уж Вы и зануда! Просто грамотный, начитанный интеллектуал, — Дин попытался вывернуться с опасной тропы. Но его упроно преследовала случайная оговорка. «Партнёров, … рш». Он что? Би? Но не спросишь же открыто. Это немного напугало. Но в силу своих странных фантазий и желаний, рождающихся, в нем, Дин уже несколько по-другому смотрел на это. Вот ведь странно. Раньше это вызывало в нем только чувство брезгливости. Сейчас же, он стал лояльнее что-ли? — Ну, что есть, то есть. Я люблю много читать, изучать разное, интересное. Вот сейчас, познакомившись с Вами, я бы, пожалуй, посерьёзнее изучил автомобили. Может Вы станете моим учителем по вождению? Поверьте, обещаю Вам быть послушным учеником, — он тихо выдохнул в трубку, заставив Дина задрожать. Послушным учеником? Ты? Который пригвождает взглядом? — Да, Дин. Обычно я веду себя по-другому. Профессия, видите ли, обязывает. Я — главврач. И обязан быть строгим начальником. Молнии, одна за одной рвут тёмный бархат неба. Нет, он точно Зевс! Дин закатил глаза. Как это двусмысленно звучит. Но от одной мысли об этом у него внутри все застывает. — Это Ваша работа, быть строгим, — рука сама сползает вниз и ложится на член, сжимая его прямо через ткань брюк. Хочется застонать прямо в трубку. И попросить его. «Да, будь сейчас строгим начальником. Говори, что я должен сделать, повелитель молний!» Дин проглатывает вырывающийся наружу стон. Отведя чуть в сторону трубу, чтобы он не услышал. Бесшумный выдох в темноту перекрывается мощным ударом грома. — Да, конечно. И у меня это отлично получается. Мои подчинённые уважают и слушают меня. Но самое главное, меня слушают пациенты. Вы, Дин, не исключение. Послууушный пациент, — он слегка тянет гласные произнося это. — И это радует. Я люблю, когда пациенты… — голос понижается до шепота. — такие послушные и исполнительные. Молния и прямо следом за ней гром. Ещё немного и ливень обрушится стеной. Черт! Член нервно дёргается в штанах. Почему это звучит так сексуально? В голове мелькают странные картинки. Мистер Новак, стоящий посреди своего кабинета. Его халат расстегнут. Он легко манит пальцем, и Дин, как сомнамбула, идёт к нему и встаёт на колени. Покорный взгляд снизу вверх. — Приказывай. Что ты хочешь, повелитель молний? — Ты знаешь, что надо делать. Просто будь хорошим мальчиком, — халат сползает с плеч и белой пеленой падает на пол. Пуговицы на рубашке расстегиваются удивительно быстро. Обнажённый и прекрасный торс с висящим на нем галстуком. Руки тянутся к ремню. Несколько простых действий. Дин стягивает с него штаны с бельем и прикасается губами к стоящему колом члену. — Послууушный мальчик! — стонет Кас, прижимая его ближе. Рот открывается, принимая его внутрь. Разряд тока по телу. Глаза вверх. Рот, захлебываясь в слюне, окутывает его член. Дин на секунду замирает в таком положении, а потом начинает интенсивно посасывать его, стараясь взять глубже. — Я — послушный. Смотри. Я, все правильно делаю? — Да, малыш. Ты такой исполнительный пациент, — Кас, возвышаясь над ним, гладит по волосам, слегка надавливая на затылок. — Хороший мальчик. Черт! Что за фантазии! О, боже! Не остановиться. Рука нервно расстегивает брюки и, стянув их вместе с боксерами охватывает член. — Дххааа! Я Очень хочу… лечиться у Вас, Кастиэль, — удержать дрожь голоса не удаётся. Полувыдох в трубку. О, Господи! Сейчас он услышит этот полустон и все поймёт. Черт, как стыдно! Но как хорошо. Рука движется все быстрее. — Я непременно буду исполнительным пациентом. — Если Вы будете слушаться и выполнять все мои рекомендации, Дин, то Ваше лечение будет максимально комфортным и эффективным. Думаю, качественный массаж, — ударение на слове «качественный», — очень облегчит Ваше состояние, поможет расслабиться Вашим мышцам. Вам же понравились некоторые пробные приёмы, которые я провел на консультации? — Да! — в голове шумит, кровь всей массой стекает вниз живота. Ещё немного его такого рассказа ни о чем, и Дин просто не сдержится. — У Вас такая нежная кожа. И удивительно чувствительные соски. Наверное, я включу в комплекс дополнительные приёмы по их стимуляции. Знаете, если они так реагируют на пальцы, то что же будет, когда я коснусь их губами? Хотите это почувствовать, Дин? Хотите узнать, как реагирует тело, когда слегка прикусить сосок зубами? — Ддддааа! — Дин сейчас ощушает все это. Пальцы отпускают член и, обильно смазанные слюной, касаются соска. Он сам сжимает его и вздрагивает, прогнувшись вперёд. Гром уже гремит не переставая. Ветер за окном гнёт и выкручивает деревья. — Ну а потом я бы попробовал иглоукалывание. Знаете, когда тонкие острые иголочки втыкают в биологически активные точки на теле. О, Вы даже не представляете себе, какая это стимуляция всего организма! — мембрана телефона вибрирует, пропуская его голос. — Это… Наверное… Больно… — фраза, казалось бы простая, уже не встраивается в стройный ряд. Она, как разорванная в клочья газета, из кусков которой пытаются склеить текст. — Ну что Вы! Разве я — врач, буду делать Вам больно? Ну разве что самую малость, только по необходимости. Но эта боль потом принесёт облегчение. Ветки деревьев, как плети, со свистом рассекают воздух и ударяют в оконное стекло. И это поразительным образом чувствуется на коже. Дин тихо шипит, уткнувшись в подушку. Рука отпускает сосок и возвращается на член. К сожалению, его финал не предотвратить. — Хо-ро-шшшо! Пусть будут иглы, — «ох» в подушку. Черт! Только бы он не услышал. Нервный глоток. Чуть больше уверенности в голосе. — Вам, как врачу, виднее. — Ну это только малая толика того, чем я владею. Хотите, я покажу Вам гораздо более эффективные приёмы? Массаж спины, ног, стоп..... ягодиц? — голос почти шипящими перечисляет все эти места, заставляя Дина уже не просто дрожать. Он слишком близко. — Особенно хорош массаж ягодиц и внутренних поверхностей бёдер. Это не просто приятно. Это очень стимулирует половую функцию. Для этого применяют тёплое лавандовое масло. Я смазываю им руки, чтобы проще было скользить по телу, проникая в самые сокрытые места. — опять ударение голосом на словах «сокрытые места». Что он имеет ввиду? — Сначала лёгкие поглаживания, потом сжатия, шлепки. Все интенсивнее. Быстрее. И даже жёстче… А если при этом совсем расслабиться, позволить прикоснуться к самым чувствительным точкам… Хотите, чтоб я сделал Вам именно такой массаж, Дииин? — это просто край! Дин прекрасно понимает, о каких чувствительных точках идёт речь. Его мышцы непроизвольно сжимаются там. Он прямо сейчас чувствует эти прикосновения. И они доводят до исступления. А если коснуться не только с краю? Если его пальцы, смазанные лавандовым маслом, преодолев резкое напряжение мышц, проскользнут внутрь? С последним раскатом грома, дождь стеной обрушивается на город. Холодные капли колотят в стекло, заливая улицы. — О, да! — больше нет сил сдержаться. Дин с силой сжимает член и выплескивает сперму на живот. Каждый толчок прошибает до пяток. — Да, Кастиэль! Хочу! Стон, не в силах удержаться, вырывается наружу. Дин, оглушенный мощным экстазом, слышит его где-то далеко. О, нет! Он тоже услышит это в телефоне! Скрыть! Он сжимает зубами подушку и отводит в сторону руку с телефоном. — Хорошо. Послууушный пациент. Тогда увидимся завтра на первом сеансе. Спокойной ночи, … малыш… — в трубке гудки, но Дин их уже не слышит. Он где-то не в этом мире.