Ночь придёт, и Луна взойдёт...

Сквозь тишину и мерный стук капель воды где-то в глубине темных коридоров, послышался звук тяжелых шагов. [1] Не кто-то из известных демонов. Не тюремщик. Шаги по лестнице. Ниже. И ниже. Всё ближе. Так медленно и гнетуще. Ещё ближе. Наконец перед решеткой камеры показалась высокая фигура Левиафана. -… Всё упрямишься?.. Гордыня действительно самый твой большой порок… Но ты подумай ещё. А я пока дальше поищу твою смертную. — медленно прошелся вдоль решетки, проведя по той длинным кривым когтем на пальце. — Я уже даже знаю где она. Уже даже виделся… — И как, поймал? — ответил издевательски голос из темноты камеры. Чиркнул огонек, освещая лицо Люцифера и зажигая самодельную папиросу меж его зубов. Левиафан сжал прутья камеры. — Ещё поймаю. — прошипел он. — Ты не переживай. Я даже позволю тебе увидеть её. Люцифер чуть усмехнулся, вновь затягиваясь и выдыхая дым. — Мне переживать не о чем. Если она не здесь, значит всё делает правильно. А поймать… Уж кто кого ещё поймает, Левиафан. Даже я эту женщину не знал до конца… — вновь затянулся и выдохнул. — А тебя и твоих идиотов она точно вокруг пальца обведет. Глаза сатаны вдруг вспыхнули и он со всей силы встряхнул решётку. — Ты потерял всякий страх, ублюдок?! Что ж… Ещё посмотрим что за умница. Силуэт его исчез в темноте, но теперь шаги стали куда тяжелее и громче, когда он направился обратно. * * * Сквозь темноту расщелин всё ниже опускались несколько бессмертных, разрывая мрак огнем зажженых факелов. [2] Облаченные в боевое обмундирование выглядели они не агрессивно, но достаточно серьезно. И были они не одни. Везли они весьма важный груз. И груз этот был не сундуками с золотом, не армией и не оружием. На своих плечах они несли закрытый паланкин, скрывающий в себе кого-то. Наконец приземление. Дорога из черного камня. Впереди лишь темнота и огни факелов, что едва обозначали силуэты зданий. Паланкин опустился на землю. К нему подошла темная фигура и открыла дверцу, протянув руку. В тот же миг в протянутую руку легла тонкая нежная женская ручка, облаченная в алую перчатку, поверх которой было надето несколько колец. Из паланкина выплыла явно женская фигура, облаченная в длинные алые одежды. Ни единого кусочка кожи. Волосы, плечи, ноги были закрыты тканью одежд и длинного подола, даже руки были закрыты перчатками. Поверх этих одежд накинута тонкая алая вуаль, что оставляла открытым силуэт, но скрывала собой черты лица. Под вуалью, будто пряча ещё сильнее нутро позвякивали и блестели украшения на лице, напоминавшие тику или сайю. Выйдя, женщина отпустила руку того, кто помог ей выйти и направилась уверенно вперед, на ходу поправляя перчатки. — Кто такие? — вдруг грохнул голос появившихся стражников. Женщина замерла, подняв голову. — А вам не сообщили? — Ничего не сообщали. — пренебрежительно продолжал стражник. — Ну, что ж, тогда обрадуйте своего мессира новостью, что к нему явилась посланница Шепфамалума. — проворковал голосок, поправляя перчатку дальше. — И побыстрее. У нас, смертных, времени не так много. Стражник замер. Будто его обухом по голове ударили. Верить или не верить… — Ну, быстрее! — повысила голос незнакомка. — Мессир сейчас собирается для нападения на орден, он… Женщина вдруг сладко рассмеялась. — Ну, так спешите! Ведь он уже опоздал! Орден был сражен ещё вчера! А все виновники доставлены прямо к нашему господину. И теперь я жду не дождусь знакомства с вашим мессиром, чтобы наконец получить сапфир и ту смертную, что его хранила, как Левиафан и обещал. Тот сглотнул, сраженный наповал вылитой на него информацией. — Я… Я сообщу… — на выдохе выпалил он, срываясь с места и убегая под своды здания. В вышине показались шпили дворца сатаны. «С возвращением, миледи…» * * * Своей небольшой делегацией мы вошли под своды здания, проходя по таким знакомым мне коридорам. Самое страшное в подобного рода обманах — сохранять спокойствие и делать вид, что всё идёт так, как и должно быть. Практически физическими усилиями я сдерживала в себе дрожь, идя вслед за знакомым мне прислужником, что периодически оборачивался на меня, будто для себя пытаясь понять ошибся он или нет… Я же время от времени переферическим зрением ловила силуэт Мальбонте неосознанно, что всё это время шёл чуть позади. На запястьях его блестели кольца-браслеты, сдерживающие силы. О том почему он здесь в контексте нашего вранья Левиафану ещё предстояло узнать. Я пыталась поймать его фигуру, будто стараясь морально опереться на него. Почему? Зачем?.. Да потому что я боялась. И теперь в лице своего врага надеялась найти самого важного союзника на ближайшие несколько часов. Во многих аспектах я была сильнее него. Но тогда почему я так желала этой опоры… Опоры в лице мужчины… Спокойного и уверенного мужчины… Мы весьма стремительно прошли по коридорам, подходя к дверям зала, который я видела в последний раз так давно. Двери распахнулись, а я невольно подняла глаза, удивляясь тому как всё здесь поменялось… — Смертная посланница Шепфамалума?.. — вдруг выдернул меня из мыслей молодой голос. Я опустила глаза. В центре зала, с какой-то бумажкой стоял молодой человек интересной внешности. Большие карие глаза, римский профиль, кудри, татуировки на руках и шее, пирсинг в бровях и носу. — С кем я говорю? — будто безразлично спросила я, откидывая вуаль и предъявляя взору незнакомца своё лицо. Он с каким-то непонятным гадким восторгом оглядел меня. Будто бы что-то задумал. Будто бы ждал… — Моё имя Цербер. И я распорядитель в этом месте. — улыбнулся он краем губы, делая несколько шагов навстречу. — А вот кто вы? Я оглядела его сверху вниз, несмотря на то что он был выше меня. — Можешь звать меня Великая Матерь. Мне показалось, что он на мгновение едва сдержал восторг. — Ааа… Так вы те самые земные сектанты… Так значит Шепфамалум вас услышал… — усмехнулся. Моя бровь невольно поползла вверх. Я ничего не понимала. Этот незнакомец будто подыгрывал мне. А я будто засомневалась, что вижу его впервые. Что-то скользнуло в нём знакомое… До боли знакомое… — Ну, что ж… Тогда предложу вам расположиться. — усмехнулся он. — А через несколько часов сатана будет готов Вас принять, госпожа. — чуть картинно поклонился он мне. — А пока позвольте Вас проводить в комнату, чтобы вы отдохнули. Я невольно сглотнула, уже собравшись делать шаг навстречу, как вдруг… «Не смей» — прозвучал прямо в голове голос Мальбонте. Кожей я ощутила его взгляд, но всё же пошла навстречу своему новому знакомому. — Предоставьте моим сопровождающим условия, чтобы им было не утомительно ждать. Тот поднял глаза на Мальбонте. — А он как же?.. С вами? Я сглотнула, коротко оглядев Мальбонте, затем перевела взгляд на Цербера. — Пленник. Очень важный пленник. Без дичи… — Я вас услышал, госпожа. — вновь улыбнулся он мне. — Что ж, идемте. * * * — Ваша комната на эти несколько часов, госпожа. «Нет… Пожалуйста… Не надо…» — пронеслось в голове, когда мы замерли перед дверями нашей с Люцифером бывшей спальни. — Я оставлю вас. Но если что-то понадобится, ваш прислужник всегда рядом. — кивнул мне в сторону демон. Я узнала своего бывшего осунувшегося слугу, что странно поглядывал на меня. — Думаю… Вы разберетесь… — усмехнулся Цербер, оставляя меня. Я, вздохнув с дрожью, повернула ручку, входя в комнату. И только я вошла, сердце моё дрогнуло. [3] Всё на местах. Так, как было… Как было до тех ужасных времен. И даже вещи наши все на местах, будто кто-то заботливо и с какой-то любовью всё это время здесь прибирался в память о своих бывших хозяевах. Я закусила губу, сдерживая накатившую волну эмоций и глотая комок в горле. Тучи книг. Это какое-то сумасшествие сколько он читал и сколько знал. Как только ты начинал с ним говорить, ты утопал в бездне и терял счёт времени. И всё это без занудства. Он знал что и как говорить. А книги… Некоторые во мне до сих пор вызывали вопросы и непонимание. — … Какой же ты умный… Я даже не замечала… Я пролистнула несколько страниц и вернула книгу на место. Колода карт моих измусоленных. Платье, что висело на ручке шкафа. И вдруг она. Шкатулка. * * * — Я тебе приготовил подарок. Я округлила глаза. — Какой?.. Уже ведь был и.! Он бархатисто рассмеялся, отходя к шкафу. — Тот ты выпросила. А этот… — он достал достаточно объемную, но не слишком большую нежно-розовую коробку, протянув мне. Я сглотнула, беря ее. — Розовый?.. — смущенно улыбнулась я, садясь на ковёр у кровати, облокотившись спиной на неё. Он усмехнулся. — Ну, ты же любишь его… * * * В носу защипало. Я поджала губы, беря шкатулку и открывая. Та остро и неприятно заиграла. Видно от нескольких падений механизм повредился. Фигурка балерины была сломана и больше не крутилась. Символично. Но звук этот… Он был. Кривой, неприятный, но… Пел… Я хлюпнула носом. Его подарок… Как же нежно и трепетно от любил меня… — … И бант этот такой кривой был на коробке… Сам что ли завязывал… — шепнула я, садясь на край постели со шкатулкой. Я слушала её несколько мгновений, затем позволила себе лечь, вглядываясь в некрутящуюся фигурку танцовщицы, пока веки мои сами ни сомкнулись, погружая невольно в мир сна. * * * — … Госпожа?.. Моего плеча кто-то коснулся, чуть сжав. Я резко открыла глаза, в первые мгновения не понимая что происходит. И тут мой взгляд встретился со знакомыми глазами. — Мессир прибыл и готов вас принять. Сколько нужно времени, чтобы собраться? Я невольно села, оглядывая обстановку. Рядом с кроватью стоял Цербер, беспардонно нарушая моё личное пространство… Вроде бы… А вроде и нет… Я отчего-то совершенно не чувствовала угрозы от незнакомца. Это могло быть ловушкой, но отчего-то я даже не думала об этом, полностью уверенная, что всё идет как нужно. Будто я вновь хозяйка здесь. — В каком… Беспомощном положении вы меня застали… Удивительно, что я до сих пор не перед… Вашим мессиром. Цербер усмехнулся краем губы. — Мессир для нас только один. А доставить вас прямо к нему было бы не вежливо, я был уверен, что вы захотите подготовиться к этой встрече… Итак, мы вас ждём. С этими словами он отошёл от меня, покидая комнату. Я же наконец поднялась, поправляя весь свой маскарадный костюм и приходя в себя после сна. * * * Вновь эти двери. Двери, что в очередной раз распахнулись передо мной, позволяя мне войти. Зал был наводнен демонами и существами разного толка. Многих из них я не знала. Многих из них Люцифер не терпел, кого-то даже лишил свободы в своё время. А некоторых он не выпустил, оставив вердикт ещё своего отца. Кстати, о нём… Я заметила Сатану где-то в глубине зала, с огромным удивлением обнаруживая его увечье. «Интересно, кто его этим наградил.? Неужели Левиафан?.. Шепфа…» Самого виновника моего появления здесь я не заметила. В эту секунду я поняла, что за мной явно наблюдают. Наблюдают, чтобы понять хоть немного кто я такая и чего стоит ждать. Уверенно и неспешно я прошла вглубь зала, взяв с подноса бокал с вином. Чуть покрутила его, заглянув на дно, оставшись стоять у одной из стен. — Он слишком мало о тебе знает, чтобы травить… Лисëночек… Я чуть было не подавилась, но сдержалась, медленно вдыхая воздух и глотая вино. Так же медленно обернувшись, я заглянула в глаза отцу своего мужа [4] — Какой потрясающий навык внимательности. Не поделитесь секретом? — Лучше расскажи как умудрилась совершить такую ошибку и оказалась здесь? — картинно оглядел он и взял в руки одно из украшений на моей шее. — Ответ на поверхности, причиной всему этому ваш сын. А как умудрился лишиться запястья сам Сатана? — вкрадчиво шепнула я, приблизив лицо. Сатана отбросил пренебрежительно моё украшение. — Смотра-ка, какие разные вопросы, но какие одинаковые ответы, лисеночек. Я растерялась. — Люцифер?.. — О, да. Мой отпрыск отплатил мне сполна. Как думаешь, достойной ли платой за руку будет раскрытие твоей личности, милая? — обошёл он меня, будто оценивая. Я стиснула зубы. Всё действительно грозилось рассыпаться в прах. — Смертная посланница Шепфамалума… — задумчиво проговорил он и чуть засмеялся. — Потрясающая фантазия для простой смертной. Я усмехнулась краем губы нервно. — Технически и почти не лгу. Но неужели важнее выиграть бесконечное сражение с сыном, которое существует лишь в вашей голове, чем попытаться вернуть всё на круги своя? Он вдруг наклонился к моему уху и шепнул. — Ничего не вернется, милая. Это новая реальность. Или ты научишься жить под водой или умрешь от изнеможения, борясь с цунами. У меня почему-то защипало в носу. — Кем вы стали?.. — Оу… Я даже вызвал в тебе разочарование? Интересно, откуда бы ему взяться? — Всё что угодно вы вызывали во мне… Но не знание, что способны впасть в уныние… Он как-то иначе, будто пренебрежительнее оглядел меня. — Всё ещё надеешься увидеть солнце?.. Я сглотнула, заглядывая ему в глаза. — У вашей внучки очень красивые глаза. От её отца достались… А ему, видно, от вас… Что-то вдруг переменилось в его лице. Оно будто вниз стекло от новой информации. Он, кажется, хотел что-то сказать, но вдруг грохнула дверь и на возвышении, у трона появился тот, кого я боялась. Боялась очень сильно внутри. Потому что от моих действий зависело стану ли я его новой жертвой. И в эту секунду меня вдруг бросило в холодный пот. Молоко… Из груди проступило молоко, грозясь выдать мой статус матери, тем самым, давая возможность выдать и меня саму. Я стояла, не смея пошевелиться. Вот он стоит. И сейчас мой план вскроется, как консервная банка. И в это мгновение едва ощутимый толчок и.! Ткань на груди вдруг стала мокрой, расзрастаясь в широкое пятно. Я невольно отступила на шаг, ахнув и опуская глаза. Вино. Всё платье в районе груди было залито вином, вмиг скрыв мою осечку. Медленно я подняла глаза на Сатану. Тот серьезно глядел в мои глаза. — Я прошу прощения. Отсутствие руки отнимает очки к ловкости. — бархатисто проговорил он. — Как славно, что вы в красном. В руке его вдруг засветился огненный шар, что вмиг высушил моё платье. — Пошёл вон! — вдруг рявкнул голос Левиафана с высоты. Сатана вдруг стиснул зубы и отвел руки, скрываясь в толпе. Ко мне же, звеня доспехом и металлическими безделушками на нем, спускался Левиафан. — Удивительная невозможность… Простая смертная… Здесь… Как гостья? — угрожающе вдруг улыбнулся он, приблизившись. И вид его не внушал ощущение безопасности. И теперь каким-то усилием воли мне было необходимо дать понять, что тот мне абсолютно безразличен. * * * — Он мужчина. А ты женщина. Ты не дура, Аврора. * * * В голове вновь вспыхнуло давнее напутствие матери, что она когда-то дала. А ведь она была права. В моих руках было невозможное оружие, которое верно выбранную жертву уничтожало в секунду. Я вдруг улыбнулась по-кошачьи, будто оценивающе оглядев демона. — Не стоит удивляться. Мир изменился. И мы теперь всего лишь исполняем параллельный функционал. Но это не важно. Я здесь для того, чтобы получить давно обещанное. — проворковала я. — Эту… Девочку… Которая ключ. И сапфир. Где они? Вы их добыли? Лицо Левиафана на мгновение вытянулось, дав понять, что он напрягся. Сомнения на счет того кто я такая роились в его голове как пчёлы. Повисла короткая пауза. Я же вдруг заметила на пальце Левиафана перстень, что когда-то носил Люцифер, а до него его отец. — Ого… Интересное украшение… Мессир… — Это… — он вдруг отвлекся, поглядев на кольцо. — Бывший символ власти. — Бывший? — вскинула я бровь. — Так он больше ничего не значит? Подарите мне его? В знак нашей дружбы. — улыбнулась сладко я. — Это… Не совсем и… Мне надо… Обдумать это… Я заметила, что он с интересом изучает меня. Изучает, как мужчина. «Любопытно… Мне даже делать ничего не придется?» — Так что всё-таки с сапфиром? И ключом? — вернулась я к вопросу. — А почему он отправил сюда просто.! -… Просто смертную? — мягко рассмеялась я. — Потому что в моих силах оказалось привести людей к нашему властелину, обратив их к нему. Тот вновь подозрительно оглядел меня. — Почему не отправил кого-то знакомого? — А вам недостаточно важного пленника в моих руках? — кивнула я головой в сторону стоящего где-то поодаль Мальбонте. — И, кстати, — сделала я шаг в сторону Левиафана, — как здорово у меня получается выполнять поручения нашего темного Бога. Уже и Орден разбит, и пленник взят. И рубин в моих руках. Так что там с главной героиней и сапфиром в её руках, господин сатана? Как думаете, если вы её скрываете, мне будет сложно выцарапать её отсюда? Повисла пауза и.! И он вдруг рассмеялся. Громко, запрокинув назад голову. — Прямо таки запрятал?.. Нет-нет, моя милая гостья. — вдруг взял он мою ручку, облаченную в перчатку и поцеловал. — Подождите немного. И я обязательно доставлю её лично Шепфамалуму. А пока… Пока нам с вами стоит… Подружиться. Мы ведь делаем одно дело, не так ли? — заглянул он мне в глаза, всё ещё явно плохо улавливая мои черты сквозь вуаль. — Так давайте ненадолго отложим дела. Я заглянула ему в глаза из-под ресниц и усмехнулась. — Вы хотели бы чем-то заняться, прежде чем перейти к делу? — На исполнение вашей просьбы… Нужно ещё немного времени… — коротко обернулся он в сторону. Я заметила поодаль Цербера, что с короткой усмешкой кивнул своему Мессиру, растворяясь в толпе. — А пока я предлагаю приятно провести время… В приятной компании. Левиафан пытался быть галантным кавалером, но все его движения казались какими-то рубящими, жесткими. Он явно пересиливал себя, пытаясь быть гостеприимным к незнакомке — принимать меня оказалось испытанием, итог которого сулил неизвестность. Он повел меня куда-то вглубь зала, явно стараясь отвлечь внимание. — Вы люди те ещё мастера праздно проводить время и чего только ни придумали. Давайте… Поиграем во что-нибудь? — Хм… — я улыбнулась краем губы. — Хорошо. Тогда я выбираю во что играть. Насколько долгая нам нужна игра? — Ооо! — протянул Левиафан и натянуто рассмеялся. — Вечная… Мне в голову пришла потрясающая идея. — Тяни душу. — Что, простите? — Игра земных подростков. Каждый по очереди тянет карту из колоды. Если масть совпала, то тянущий забирает себе все скинутые карты. Цель: остаться без карт в руке, когда колода закончится. — Интересное название. Я мягко засмеялась. — Давайте сыграем. И смысл названия для вас раскроется во всех красках. — Что ж… Решено. Я согла.! — Но на что играем? — перебила я. — Какова ваша ставка… Мессир? — пытливо заглянула я в глаза. Тот, скрипнув зубами, оглядел меня. Выдавать своего напряжения он не желал. — Прежде я бы хотел узнать вашу ставку… Я улыбнулась краем губы. — Хммм… Заберете себе его! — кивнула я на Мальбонте, лицо которого на пару мгновений исказилось в раздражении. — Принесете властелину на десерт! В догонку к сапфиру… — Откажетесь от поручения доставить ключи лично? — Карточный долг — святое… Левиафан усмехнулся. — Хорошо. — он, кажется, расслабился и сел в оперативно вынесенное кресло за игральный стол. Вмиг принесли колоду карт. — Я ставлю все души, что в моей власти. По залу прошел взволнованный вдох. — И… — добавил он и вдруг снял с руки перстень кладя на стол. — Итак… Начнем? [5] Появившийся прислужник стал тасовать быстро карты, тщательно мешая. Мы же с Левиафаном смотрели друг другу пристально в глаза, будто желая тем самым понять намерения противника. Несмотря на внешне уверенный вид, сердце моё бешенно колотилось, грозясь вырваться из груди. Главное не выдать себя, главное не попасться! Колода готова и ждет первого игрока. — Прошу. — опасно оскалился демон, а его вытянутые зрачки сверкнули золотом. Я медленно потянулась к колоде, открывая первую карту. Пики. Ход Левиафана. Его огромная, зеленовато-черная с длинными когтями рука потянулась к колоде, открывая следующую карту. Черви. Моя очередь. Пока не страшно. Но с каждым ходом колода сброса становится всё более плотной. Снова пики. Снова Левиафан. Бубны. И снова я. Крести. Он — пики. Я… Пики… Сглотнув незаметно, я невозмутимо взяла в руки колоду из восьми карт. Левиафан довольно растянулся в оскале. — Удача перестаёт быть на вашей стороне. — Ничего. У меня ещё есть время. — промурлыкала я. Мы продолжили игру. Я теперь ходила исключительно теми картами, что были на руках. «Крис меня когда-то учила, что сначала скидывать те карты, которых больше всего. Попробуем… Впрочем… Это явно новая для него игра…» Левиафан, продолжал ходить, самонадеянно радуясь моему короткому проигрышу. А стопка сброса вновь росла. А он отбивался. Отбивался. И отбивался. И.! — Хм… — я не сдержала довольства. — Это всё вам мессир. Левиафан скрипнул зубами, забирая в свои руки около половины колоды. За нашими спинами шли шепотки, обсуждения едва уловимые, волнение… Я на мгновение встретилась глазами с отцом Люцифера. Он лишь усмехнулся мне в глаза, наблюдая за нашей игрой. На кону было всё. Каждая жизнь… Игра продолжалась. Я отыгралась, но буквально через пару-тройку ходов вновь забрала в руки небольшую колоду карт. — Вы были правы… Вероятно, эта игра длится вечность?! — чуть раздраженно недоумевая хохотнул сатана. — Чуть меньше… — проворковала я, наконец избавляясь от карт. Карт в свободной колоде с каждым разом уменьшалось всё меньше. А в руках их было всё больше. Мы отыгрывались. И снова набирали. И так по кругу. По кругу, пока в моих руках ни оказалась довольно плотная стопка, в то время как свободные карты таяли на глазах. Довольство Левиафана росло с каждой удачей. Но, кажется, тот не понимал, что я посчитала какие карты остались в колоде. Это меня приводило в восторг и недоумение. Сам сатана… Первый… Однако риск был. Он был, несмотря ни на что. Колода росла. А свободных карт всё меньше… Всё меньше… И меньше… Глаза сатаны пылали огнём от азарта и близости победы. Буквально шесть карт. И победа в руках. Первая из них — черви. Его… Черви. Сатана прошипел про себя что-то нечленораздельное, забирая на руки почти всю колоду. Я невольно расхохоталась от восторга. — Всего лишь игра, мессир! У вас ещё есть шансы! Посмотрите, у меня на руках почти десяток карт! Однако это не спасло. Я избавилась от них за мгновение. Последние карты… Последние пять карт… Его ход… Пики! Бубны. Крести! Пики. Бубны! Крести. Черви! Пики. Крести! Черви… «Скажи кому… Не поверят…» Я выиграла. Глаза Левиафана налились отчаянием и непониманием. Его обыграли. Его! Самого дьявола обыграли в детскую игру!!! Я вдруг приподняла тонкую вуаль, показывая лицо, что всё равно не было знакомо Левиафану. Он удивленно поглядел на меня. Я улыбнулась. — Мне не нужны ваши ду́ши. И Ад мне не нужен. Я хочу это кольцо. — по-женски закапризничала я. Повисла тишина. — Перстень? — переспросил Левиафан. — Да. — закивала я. — Мне он нравится. Он поглядел на меня пару мгновений и вдруг расхохотался, ударив ладонью по столу. Все вокруг стали неуверенно смеяться следом. — Вина! — вдруг приказал он. — И ужин! — выдохнул, беря перстень и тянясь за моей ручкой. — Какой милый каприз… — вложил он мне в руку украшение, закрывая ладонь. — Просто… Очаровательно… — шепнул хрипло он, перевернув мою руку и поцеловал, вдохнув аромат кожи. * * * Зал наполнился запахом еды, вина и воска. Горели тысячи свечей по всему залу, украшая собой сее стихийное пиршество, что велел накрыть сатана. Где-то в уголку сидел музыкант с лютней в руках, затягивая такую знакомую, но тягомотную балладу. — Твоим зеленым рукавам Я жизнь без ропота отдам. Я ваш, пока душа жива, Зеленые рукава! За что, за что, моя любовь, За что меня сгубила ты? Неужто не припомнишь вновь Того, кого забыла ты? Я сидела по левую руку от Левиафана, будто королева при короле, подперев лицо кулаком и вслушиваясь в слова песни сквозь гул говорящих за столами. Как только я приподняла вуаль, на знакомых мне лицах заиграло волнение и предчувствие чего-то светлого. Едва ли когда-то за все прожитые годы меня здесь были так рады видеть. И вдруг глаза. Глаза, что сверлили меня. Я отвлеклась от музыканта. Мими. Сверлит буквально. Ноздри дует. А сама чуть не ревёт. Милая моя девочка… Худая, как соломинка, белая. Я коротко мотнула головой ей, запрещая какие-либо эмоции. В ту же секунду она отвернулась, вся сжавшись от волнения, нагнувшись к сидящей рядом фигуре, шепнув что-то. И в этой фигуре я заметила Ади. Тот было дернулся, чтобы обернуться, но замер в последний миг. По спине его я заметила восторженное напряжение. Я не сдержалась, едва заметно улыбнувшись. «У вас есть свеча. Крохотный огонёк. Теперь время мне быть им для вас.» — Я для тебя дышал и жил, Тебе по капле отдал кровь, Свою я душу заложил, Чтоб заслужить твою любовь. Я наряжал тебя в атлас От головы до ног твоих, Купил сверкающий алмаз Для каждой из серег твоих… Купил я красные чулки… — НУ, ХВАТИТ!!! — вдруг рявкнул голос Левиафана, погрузив зал в безмолвие. Даже я невольно вздрогнула, обернувшись на него. Он ел. Ел одно лишь мясо. И тарелки его одна за одной наполнялись костями, которые оперативно забирали прислужники. А он ел, будто не в силах был насытиться, будто внутри него была бездонная дыра. Во мне вызвало это осознание отвращение и почему-то леденящий ужас. Он ел что-то отличное от остальной еды. Другое мясо. Чьё-то другое мясо. — Пора бы сыграть что-то повеселее. Иначе тут скоро волки взвоют. — вытер он лицо и руки салфеткой, опасно оглядывая каждого из присутствующих. — Кто?! — Мессир?.. — вдруг подняла глаза я. — Я могу предложить свою кандидатуру. — очаровательно улыбнулась я. — Лютню, конечно, не осилю, но с гитарой справлюсь. Он вдруг оглядел меня, будто оценивающе. И вдруг опасно оскалился, с голодом, продолжая обводить меня взглядом. — Что ж… Смертная посланница… Не перестаю радоваться вашему присутствию… Принесите! — махнул он рукой прислужнику, что в ту же секунду унесся за инструментом. — И как бы нам так сделать, чтобы оставить вас погостить подольше… — вдруг нагнулся он ко мне. И в тот же миг мне протянули гитару. Надо мной стоял Цербер, держа в руках инструмент. — А, ты… — кивнул слуге уже изрядно захмелевший Левиафан. — Как всегда. Всё вовремя… Я села удобнее в кресле, натягивая на себя расслабленную улыбку. — Я обдумаю ваше пожелание, Мессир… — промурлыкала я, ударяя по струнам, начав играть [6]. — На носочках тёмной ночью тень её крадётся Свадьбы избегая, в отчий дом та не вернётся По вине судьбы жестокой, в судно с чёрным флагом Взгляд бросая одинокий, пробралась к пиратам На борту девица, беде дано случиться Платье по кругу идёт и ей лучше смириться На борту девица, так дайте утопиться На прогулке по доске, встречай её, водица. Левиафан в довольстве оскалился, приблизив всего себя ко мне, буквально сжирая пьяными глазами, время от времени усмехаясь тем или иным строчкам моей песни. — Над водою стелется туман непроходимый Сбился капитан с пути, безумием водимый Слышит голос нежный и знакомый уж до боли Красоте её лица противиться неволен! Он приблизился ещё, вдыхая аромат кожи на моей шее, горячо выдыхая в неё и возбужденно сжав широкой ладонью подлокотник кресла. Я же… Я играла. И на гитаре. И ему… Пускала глазами стрелы, томно хлопая ресницами, позволяя тому приблизиться. — За бортом девица, попробуй не влюбиться Слух ласкает песни звон, ему лучше смириться! — Смиряюсь и преклоняюсь… — низко чуть засмеялся он, наматывая прядь моих волос на свой палец, всё приближая своё лицо к моему. — За бортом девица, он хочет утопиться Всё готов отдать пират, чтоб с ней губами слиться!!! — приблизила я свои губы почти вплотную и срывая поцелуй в последнее мгновение, допевая вокализ. Левиафан, шумно втянув носом воздух, отодвинулся от меня, будучи на грани от возбуждения, кажется. — Ведьма… — шикнул он. — Мести сладкий вкус — её проклятье Хвост — её разорванное платье Капитана жизни не жалко Помнит горечь смерти русалка… Последний аккорд. И гитара ушла на второй план, заботливо подхваченная кем-то из слуг. — Нда… — проворковала я. — Если самостоятельно себя не развлечь… То здесь у вас и вовсе можно умереть со скуки. — взяла я в руки бокал, делая глоток. Левиафан нервно хохотнул. — Я не много бы потерял, отдав вам Ад. Я улыбнулась краем губы. — Но всё же… Вряд ли бы вы позволили себе скучать. — Слишком много дел, для празднеств. Смертным, должно быть, это непривычно. Но мне было не до них. — Уууууу! — со смехом протянула я. — Господин сатана… А я слышала есть у вас в подвалах узники специально для этих целей. Лицо Левиафана озарилось восторгом от осознания, что у него целая куча игрушек. — Есть! — в восторге поднялся он. — Ооо… И мы сейчас прекрасно проведем время… — шепнул он, блеснув глазами. — Цербер! — Да, Мессир? — из ниоткуда появился вечный слуга. — Турнир! — Сейчас?.. Но… — он вдруг растерянно оглядел меня. — А когда?! Живо! Подготовь там всё… И этого… Мальчишку… В первую очередь!!! — Да… Мессир… — нервно кивнул тот, коротко бросив на меня нервный взгляд и скрылся. «Мальчишка… Ничего себе, мать его, мальчишка…» — нервно выдохнула я, стараясь унять дрожь в теле. — «Вот сейчас всё и решится… Наверное…» * * * Яма… Они называли это этим словом. Как собак, что стравливают между собой, заставляя грызть друг другу глотки за килограм костей. Я взошла на балкончик следом за Левиафаном, услужливо поддерживаемая рукой Цербера, что как призрак был постоянно где-то поблизости, будто верный пёс. Арена. Темнота. Холод жуткий. Самый лучший обзор был для нас. Но все места вокруг были полностью заняты. По своей ли воле, или по прихоти здешнего господина — не ясно. Вокруг арены зажженые факелы, что мнимо отгоняли тьму. Арена же всем своим видом выдавала происходящее на ней. И застарелая не отмывающаяся кровь была главным символом. Поднялись первые ворота. И… Он… Я невольно вздрогнула. Внутри всё сжалось. Дыхание перехватило. Жив. Это правда. Правда жив. Это не ошибка. Это реальность. В носу защипало. Я на мгновение забыла как дышать. «Люцифер…» Он не вызывал жалости. Скорее ужас… Ужас, какой испытываешь, проходя мимо клетки с опасным зверем. Что-то в нем надломилось за это время. Что-то, чего я не видела и не осознавала. — Сегодня тоже устроишь концерты? — раздался на всю арену голос Левиафана. — А, так это гастроли… — усмехнулся мой муж, равнодушно, щелкая пальцами, зажигая огонёк. Я заметила как нервно дергались мышцы на лице Левиафана при каждом щелчке и появлении огонька. — Я даю тебе последний шанс сегодня. — прошипел Левиафан. — Откажешься — умрёшь. — Это вряд ли. — щелкнул он снова. — Пусть поднимут ворота! — рыкнул сатана, приказывая начинать. — Подождите, Мессир… — промурлыкала я, в момент подплыв к демону. — Зачем же так просто избавляться от сего великолепного экспоната?.. Шепфамалум заставит любого извиваться от ужаса и отчаяния. А он… Доставит куда больше удовольствия нашему властелину, нежели эти сошки. Левиафан замер, молча слушая меня и неотрывно глядя на Люцифера. — Мессир?.. — спросил Цербер. — Мы начинаем? Левиафан поднял руку вверх, тем самым останавливая слугу. — Отдайте его мне. А девчонку и сапфир принесете сами. Я найду что сказать властелину. Его… В обмен на возможность удовлетворить требование Шепфамалума… — шепнула вкрадчиво я прямо на ухо. Левиафан задумался. Изрядно захмелевшее лицо выдавало трезвый мыслительный процесс. Наконец он скрипнул челюстью. — Забирай. Я замерла на мгновение, не веря своим ушам. Всю меня бросило в жар. — Не откажетесь ли вы от своих слов вслед? — продолжала шептать я. — Не откажусь. — процедил он, повторяя. — Забирай. — Я могу делать что хочу? — переспросила я чуть громче. — Как пожелаешь… — заглянул он мне в глаза. — Смертная посланница… — усмехнулся он, оглядев меня. — Цербер… — вдруг заговорила я, продолжая смотреть в глаза Левиафана. — Да, госпожа? — Составь-ка расписку о передаче души. — Один момент… — послушно ответил он, наблюдая за нами. Несколько мгновений и между нами легла бумага. Рядом поставлены чернила. Левиафан опустил глаза и, не читая, поставил свою подпись. Цербер выхватил документ, став им чуть размахивать, чтобы высушить чернила и буквально сразу же свернул тот в трубку, протягивая мне. Не веря своей победе, едва дыша, я сглотнула, отводя глаза от Левиафана. — Милый Цербер… Будьте так любезны, исполните ещё одно моё пожелание. — Да? — Дайте, теперь уже моему, пленнику покурить. — Несомненно. — улыбнулся он краем губы, вмиг растворяясь в проходе. — Благодарю за это незабываемое знакомство, Мессир. — улыбнулась я, снимая перчатки. — Мы ещё встретимся. — усмехнулся тот, залпом осушая бокал с вином, явно расстроенный сорвавшейся бойней, и отворачиваясь от меня. — Ты узнал меня? Эй, бессмертный?! — повысила я голос, крикнув куда-то вниз. Тем временем Люциферу дали прикурить. Он затянулся и выдохнул дым. — Не знал никогда. И не желаю знать сейчас. — рыкнул он, будто желая припугнуть. Я усмехнулась и направилась вниз по лестнице, прямо в Яму, по пути снимая вуаль, украшения, платок с волос. Вздохи и обсуждения на трибунах с каждым моим шагом становились всё громче. Левиафан обернулся на нас, наблюдая за этой сценой вместе со всеми остальными. Медленно, пачкая полы платья в окровавленном песке, я приближалась к нему, что смотрел в совершенно иную сторону, вдыхая в себя едкий дым. — В христианской традиции лиса зачастую изображается пособницей сатаны из-за своих дьявольских уловок и оrненно-рыжего меха, напоминающего об адском пламени. — вдруг забрала я сигарету из его рук, затягиваясь и наконец заглядывая в его глаза. — Я тоже иногда читаю умные книжки. С него сошло лицо. — Ты… — в ужасе и одновременно восторге шепнул он, не веря. Я, глядя на него из-под ресниц, довольно улыбнулась и сделала глубокий, вычурный реверанс, вдруг протягивая перстень. — Теперь всё в ваших руках, мой Мессир… Наконец, поднимая глаза на Левиафана, Люцифер забрал медленно из моих рук перстень, надевая. Глаза его сверкнули алым. Рукоять меча сжалась сильнее. — ДОЛОЙ ЛЕВИАФАНА!!! — вдруг сорвался кто-то на трибунах. И в ту же секунду все присутствующие буквально озверели, срываясь со своих мест, дабы снести убийственный режим. Мы с Люцифером стояли друг напротив друга под рев и крики толпы, что желала сбросить гнёт. Мы стояли, глядя друг другу в глаза, боясь коснуться друг друга и расчуствоваться, чего нельзя было делать сейчас. Я не могла понять той эмоции, что застыла на его лице, но он мне помог. — Мне не нужен мир, каким бы он ни был, если тебя в нём нет… Лисица… Я невольно улыбнулась краем губы. — Твоя дочь потрясающе похожа на тебя. И совершенно не похожа на меня. Лицо его изменилось. Я же растеклась в улыбке, а слёзы стали меня слепить. Проглотив мерзкий комок в горле, я сделала шаг от него. — Ты справишься. И придешь за нами. А мне пора к дочери. Здесь я бесполезна. — Аврора? Я замерла. Он сделал пару широких шагов, вмиг оказываясь возле меня, но… Замер, на полуслове. — Как только я призову тебя — ты явишься. Ни секунды не промедляя… Ещё немного моя королева. — вдруг сжал он мою ладонь, вмиг разрывая сомнения о том, что это лишь сон. И меня накрыло. Глаза застелили слёзы. Я быстро закивала. — Иди. Сейчас! Иди… — рыкнула я, выдергивая свою руку, давая ему возможность наконец вернуть себе власть. И он ушёл. Я же осталась в толпе, проходя сквозь неё опустошенная и оглушенная, в поисках зеркала. — ДОЛОЙ ЛЕВИАФАНА!!! ДОЛОЙ ШЕПФАМАЛУМА!!! — НАС НЕ УБИТЬ!!! — ДОЛОЙ УЗУРПАТОРА! — ДА ЗДРАВСТВУЕТ САТАНА ЛЮЦИФЕР!!! Я слишком долго шла к тебе, любимый мой. Страшной и темной дорогой. И наконец найдя, вынуждена вновь расстаться. Но ты не оставишь меня. Я верю в это. Да здравствует Люцифер… _________________________ [1] — Peter Gundry «The Shadws Hymn» [2] — Daniel Pemberton «Assassiens Breathe» [3] — KenBan «Lilium» [4] — Metamorphose String Orchestra «Libertango» [5] — Daniel Pemberton «Jackseye's Tale» [6] — Green Apelsin «Проклятие русалки (Акустика)» [7] — Lucas King «Sociopath» {ТИТРЫ} — Luke Wylde, Swamp «Devils on the Loose»