Рычаги мотора

Кем нужно быть, чтобы так часто трещать о нежелании браться за сомнительные вещи, подозревая в незаконности? Обычным человеком, не желающим вляпаться? По-хорошему, может и так, но разве Осаму вёл себя странно, чтобы навести на эти мысли? Другое предположение... Нужно быть бывалым в неприятностях, когда изначально всё шло гладко, а после игра совершила оборот. Тогда любая гладко выстроенная, но посторонняя ситуация может выглядеть подозрительно. Об этом Осаму и думал. Он что-то упустил, получая информацию о Чуе. Наверняка у этого приятеля уже случались проблемы на ровном месте, теперь он осторожен. Но почему Осаму не имеет представления о его чрезмерной аккуратности? Нужно кого-то потрясти за грудки... Не прямо сейчас. Осаму стоял в скромном гараже, опустив ладони в карманы брюк. Задумчивость по поводу Накахары отпустила его, так что он вернулся в реальность, пробежался по машине, затем повернул голову в сторону. На «владельца» только что изученной тачки. — Расслабься. Не веди себя как недоразвитый, когда он придёт. — Я... не уверен, как мне себя вести, — собеседник отправил взгляд к машине тоже. Осаму поводил глазами между ними, чтобы хмыкнуть: — Иди, пообнимайся. Закрепить ментальную связь, а там, может, самого себя убедишь, что это твоя тачка. — Никакие объятия не спасут меня от истории этой тачки. Не поможет. Осаму покосился на него с легко читаемым раздражением в глазах. — Поменьше болтай. Подчинённый кивнул, затыкаясь. Реальный владелец машины перед ними долго и бесполезно прижимал запачканные ладони к животу, корчась от боли. Осаму не успел дать ещё пару предупреждений или напутствий, когда получивший адрес Чуя постучал в компактную — человеческую — дверь. Парни повернули головы, но Чуя открыл себе сам сразу после вежливого обозначения приезда. Споткнувшись о направленные на него взгляды, кивнул в приветствии и отпустил дверь, проходя в гараж. — Добрый день, мастер! Осаму усмехнулся в себя; незаметно, стараясь даже не приподнимать уголки губ. Настолько подчинённый был нервничающим в своей интонации. — Меня зовут Джун, а это... моя машина, — он указал рукой, будто у них тут было несколько машин. Чуя осмотрелся. — Добрый день, — между осмотром ответил он. — Сразу по имени? — А я... привык, что меня называют так. Это проблема? Вас смущает такое? — Не. Я тоже привычный к использованию имени. Даже с малознакомыми. — Можем тоже перейти на имена? — влез Осаму. Чуя удостоил его взглядом, читающимся как укор и невероятная усталость от него, хотя они только встретились! — Нет, Дазай. Осаму обиженно выпятил нижнюю губу. Он видел, как Чуя усилием удержался от смешка, сразу переключаясь на машину и начиная осмотр. — Причина покраски? Осаму ожидающе вскинул брови и повернул голову к подчинённому. К счастью, тот отреагировал. — Царапины и надоевший цвет. — Царапины сбоку, вон там... — Осаму собирался указать пальцем по воздуху. Чуя развернулся к нему, хмурясь. — Я спрашивал не тебя, ладно? Думаю, владелец может сказать, где наставил царапин. Осаму поднял руку, которой показывал на машину, вверх, выражая капитуляцию. Чуя кивнул снизу наверх «владельцу»: — Так что произошло с корпусом? — Обчесался о бетонный забор. Это... ограждение практически за пределами города, решил, что могу разгоняться и мчать очень близко ко всяким «препятствиям». Без последствий это не прошло... — Часто гоняешь? — Мм, чаще, чем «никогда». Иногда бывает. Чуя хмыкнул и покивал, проходя по тачке вдоль. Затем опустился на корточки возле колеса и костяшками постучал по диску. — Радиус? Мне чтобы понимать, какие инструменты использовать. — А что, нужно снять колёса для покраски?.. Чуя ни разу не посмотрел на Дазая так, как теперь на «владельца». Слишком добродушно, с пониманием и принятием, что сторонние от его профессии люди могут чего-то не знать. На Дазая же за незнание «джеба» он гнал бочки. Как несправедливо. — Да, по-хорошему снимается всё. Не буду же я лить краску на шины и диски? Тоже прокрасятся. — А... ну да. Логично. Радиус заводской, ничего не менял. Осаму не имеет представлений, насколько это правда. Его действующий механик эту деталь упустил из внимания тоже. Чуя покивал и поднялся, добираясь до двери и поворачивая голову к парням. — Открой тачку. — Зачем?.. Чуя поморгал, будто с ним пытались спорить по поводу цвета неба. Сбитый с толку, так и написано на его лице. — Я же сказал... нужно снять всё. Двери проходят покраску отдельно. Ничего лишнего не должно попасть под инструмент. — Да, точно... — подчинённый направил на Дазая какой-то жалобный взгляд. Ладно, значит ход истории немного меняется. Осаму извлёк ключи из кармана брюк и вытянул руку, открывая тачку. Чуя вздохнул, внимательно за этим наблюдая. А после вполне обоснованно: — Какого чёрта ключи у тебя? — Я объясню. Смотри, Накахара, этот гараж в моём владении. Это мой гараж. И я пригнал сюда эту тачку, пока владелец был занят своими делами. Без меня сюда не попасть, так что единственный здравый вариант, — Осаму перебросил ключи «владельцу». — Расслабься. К счастью, подчинённый успешно поймал ключи и закрутил между пальцами, будто абсолютно привык обращаться так с ключами «своей» машины. Чуя вздохнул с недовольством. Потом открыл дверь и снова опустился, изучая теперь дверь изнутри. Или что-то другое. Непонятно. — Если что, салон красить не нужно, — сказал Осаму. Чуя выглянул на него из-за двери. — Спасибо за наставление. Без тебя бы не разобрался. — Обращайся. — Ни за что, — тише фыркнул Чуя, поднимаясь. Он снова пошёл в обход машины, теперь подобрался к багажнику и снова: — Открой. — Да, секунду... — подчинённый спешно перебрал ключи и — как идиот — всмотрелся, какая кнопка должна помочь с этим. Чуя внимательно проследил за этой нелепой сценой. К счастью, ничего не сказал. Потом послышался щелчок, и он поднял крышку, уходя вниманием в багажник. Осаму протянул и поставил руку подчинённому на плечо. Всё-таки они «приятели» для легенды Чуе. — О, чёрт, кажется, мы забыли убрать оттуда парочку трупов, и ты поймаешь нас за задницы сейчас, — прощебетал он. — Я могу видеть, — согласился Чуя. Следом подвинул по багажнику что-то тяжёлое, имеющее очевидный отзвук громоздкости при передвижении. Осаму нахмурился, не припомнив, что там может быть. Слишком Чуя спокоен, если реально трупы. А значит, значит... нужно как-то остаться с ним за работой и глянуть. — Только не звони в полицию! — Тебе больше идёт быть с закрытым ртом, Дазай, — Чуя отодвинулся, проверяя тачку ниже багажника. — Кто снял номера? — Это я! — Осаму гордо поднял руку на школьный манер. Нарочно, чтобы, проверив его, Чуя так закатил глаза, стараясь побороть вырывающийся смех. — Владелец вообще в курсе, что ты оторвал номера? — Конечно. Это же нужно, чтобы не покрасить лишнее, ты сам сказал так. — Но номера можно заклеить клеёнкой, необязательно отрывать. Раньше, чем я их увидел... — Чуя договорил тише, будто не хотел, чтобы кто-то услышал. Разговаривает сам с собой. Чудной машинный мастер. Он обошёл машину, останавливаясь возле капота и в никуда спросил: — Открою? Осаму повернул голову к подчинённому. О, то есть к «владельцу». Никому другому не распоряжаться этой тачкой, верно? — Конечно. Вы здесь мастер. — Я здесь мастер... — задумчиво вторил Чуя, осматривая машинные внутренности. Затем обернулся через плечо: — Когда последний раз был в сервисе? — Мм... Зима закончилась не так давно, значит... недели две назад? — Но гололёд закончился раньше, — отметил Чуя, отворачиваясь к тачке. Осаму посмотрел на подчинённого с недовольством. Прокалываться в показаниях сейчас вот вообще не в их интересах. В остальном, отличный момент, чтобы Осаму спустил руку с плеча и пихнул локтем подчинённого в бок. К счастью, тот тогда же и заговорил: — Мастер? — Да? — Нужно ли этой машине... ну, поменять что-нибудь, дополнительное обследование, замена чего-нибудь? Помимо покраски. Всё-таки я не могу вспомнить, когда был в сервисе полноценно последний раз, возможно, вы можете посмотреть, как здоровье у этого железа. Чуя покивал, прежде чем обернуться и обратить на «владельца» полное внимание. — Отличный вопрос. Я заметил кое-какие сомнительные моменты и могу провести диагностику. Без проблем. Но это... дополнительные траты помимо покраски, понятно же? «Владелец» закивал. — Да, конечно. Безопасность при вождении превыше всего, а цвет — уже дело визуала. Я готов доплатить за осмотр и замену при необходимости. — Верно мыслишь. Так, значит... — Чуя подошёл ближе. — Я проведу диагностику, выполню необходимые замены, выпишу чек. А, и покраска, конечно. Заранее сумму назвать не могу. — Да. Всё так, как вы скажете. Договор. — Если что, потом просто оторвёшь и выкинешь всё, что заменил, — влез Осаму. В этот раз Чуя не стал скрывать усмешку для него. Обратив внимание на «владельца», протянул руку: — Тогда мы договорились на работу. И Осаму, и его подчинённый первые секунды изучали простой жест протянутой руки. Осаму вспомнил, как Чуя предложил рукопожатие в боксёрском зале. Какой обязательный для него жест. Типичный будто. Интересно знать. «Джун» скрепил рукопожатие. Договор заключён. — Спасибо, что согласились. Мне нужно бежать по делам, но я рад, что смог познакомиться с вами. — Взаимно, — кивнул Чуя. Затем внимательно смотрел, как, попрощавшись с Осаму, этот «владелец» покидает гараж через ту же дверь, откуда пришёл сам. Никто не выходит отсюда как машины. Оставшись наедине с ним, Осаму почувствовал спокойствие. Больше его никто не подставит, а сам он умеет вертеть языком правильные вещи. Правда, зря он радовался слишком быстро. Не меняя направленного в сторону двери взгляда, Чуя сократил расстояние между ними до бессовестных дюймов. Затем протянул руку и пальцами сжал жилет, надетый поверх рубашки. — Дазай, — сказал он, находя карие глаза. — Вау... — Осаму дёрнул бровями и проследил за хваткой собственной одежды. Потом вернулся в глаза напротив. — Так близко и тактильно, но всё ещё по фамилии... Чуя резко дёрнул его на себя, чуть пригибая за жилет. Столкновение взглядов было ледяным с его стороны. — Если я... вляпаюсь во что-то из-за тебя... — Почему ты так осмотрителен? — перебил Осаму, наконец теряя растерянность в трезвое звучание. Чуя хмыкнул. — Потому что я — как и любой другой нормальный человек — хочу жить свою спокойную жизнь и не страдать от подстав. — Тебя уже подставляли, не так ли? — Необязательно иметь опыт, чтобы знать о своём нежелании вляпаться в какое-то дерьмо. Твой знакомый выглядит нервным. Если что-то пойдёт не так, если он угнал эту тачку, или это не твой гараж, Дазай... я предупреждаю. — Какая мне выгода подставлять тебя? Чуя прокатился взглядом по его лицу, уходя в молчание на секунды. — Не знаю. — Видишь? Это абсурдно глупые предположения. И это действительно мой гараж! — Окей, — Чуя отодвинул Дазая от себя, отпуская и одежду. — Где твой защитный костюм? — А? — Осаму поднял брови, затем усмехнулся и указал пальцем: — Мой?.. — Именно, — кивнул Чуя. Он обошёл машину, всем видом показывая, что занят делом прямо от настоящего момента. Затем, обнаружив Дазая оставшимся на месте, рукой указал на выход. Осаму подавился воздухом. — Ты что, выгоняешь меня из моего собственного гаража? — Это выглядит так? Да. Заплевать тебя краской? Осаму наигранно вздохнул. — Умеешь ты убедить. Когда я могу вернуться? Посмотреть, как прогресс, может, помочь в чём-то... — Мм, за сегодня я особенно ничего не успею. Тачку раздеть на детали, снять верхний слой... — Ты не успеешь за сегодня? Чуя посмотрел в ответ с тяжестью и усталостью в глазах. — Я могу закончить за пятнадцать минут: облить тачку ведром краски. Если это то, что нужно. — Нет, — Осаму поднял руки в капитуляцию. — Делай как надо. Но дай мне знать, когда могу зайти к тебе. Чуя поболтался по своим мыслям, прежде чем отключиться от него в пользу машины и дать ответ: — Следи за закатом. Осаму нахмурился и открыл рот, чтобы уточнить или поспорить или ещё что-то... Но Чуя больше не смотрел на него. Хмыкнув самому себе, Осаму кивнул и решил выйти из гаража, оставляя «мастера» делать свою мастерскую работу. Пусть будет так.

༒

«Следи за закатом», отмахнулся Чуя вместо того, чтобы дать свои цифры. Окей. Но Дазаю было скучно. Он выбил себе целый свободный день, думая, что будет болтаться в гараже с Чуей, но тот просто выгнал его! До заката. Заняться было нечем. Осаму ненавидел скуку и отсутствие дел. Правда, дела всё-таки были, просто не подразумевали его присутствие. Изначально, пока он надеялся быть занятым этот день. А так как его пробортовали... Он не должен был присутствовать на этом месте, любуясь закатом под стук пинков позади. Он курил сигарету, находя в моменте свою больную романтичность. Синяки и ссадины на лице всё ещё болели, так что он пообещал себе больше не участвовать в мероприятиях, подобных этому. Ну, во всяком случае, не обложившись подчинёнными. Ботинки которых и избивали... как его имя? Фамилия? Не имеет значения. Осаму отщёлкнул остатки сигареты, находя красоту и в летящих следом искрах. Действительно красивый закат обнимал эту бездушную картину. Он развернулся и прошёл к месту действия ближе. — Живой? — поинтересовался он с таким искренним сочувствием, что большинство парней тут же прекратили истязания. Один из них наклонился для проверки, чтобы передать наблюдение: — Да, босс. — Очень хорошо, — Осаму приближающимися шагами разогнал подчинённых как стаю птиц. Затем сел на корточки, обращаясь к избитому: — Слышишь меня? Несчастный открыл рот, но подавился и выплюнул на занесённый песком и строительным мусором асфальт немного крови. Осаму приподнял брови, играя сочувствие и ожидая ответа. Правда, всё, что он получил, когда избитый заговорил: — Сукин сын. Осаму улыбнулся быстрее, чем решил сделать это. — Как грубо. Почему ты говоришь со мной так, будто я твой должник, а не наоборот? — Пошёл ты. Осаму покивал, строя задумчивое выражение лица. — Ладно. Ты крепкий парень, но, уверен, кости твоего брата сломаются быстрее, чем ты одумаешься, — затем он вздохнул, будто был раздосадован собственным заявлением, и поднялся, отходя от искалеченного тела в сторону. — Стой! Стой!.. — несчастный смог в полной мере крикнуть только один раз. На второй его скрутил кашель. — Без обид, не могу. Тороплюсь проведать свою мать — суку. А потом и твоего брата. — Я всё верну! — Тебя очень плохо слышно. — Забери всё, что у меня есть сейчас, только не трогай!.. — избитый парень не справился с полноценным предложением, давясь чем-то. Может, рыбной косточкой, или что там с ним произошло... В любом случае, пусть разбирается с этим сам. — Меня кто-то проводит наконец к машине? — Осаму развернулся, смотря на маленькую группку своих истуканов, вставших без задания по стойке, будто марионетки вне сцены. — Оставьте его здесь. Пусть подумает и начнёт принимать какие-то решения. Чёрная тойота камри — неприметный, практичный автомобиль. Не менее неприметный водитель; снова зевающий. Долгий путь обратно, и скоро Осаму снова бродит по местности с гаражом в его владении. Он мимолётно хмыкнул на пустое место, где парковался Чуя. Затем нарисовался в гараже, обнаруживая его там с каким-то плюющимся инструментом, чем-то напомнившим Осаму пистолет для заправки бензином. Внутри было шумно, работала вытяжка и этот покрасочный инструмент; шум от последнего Осаму сравнил бы со шлангом на автомойке. Он постарался перекрыть гул громким стуком в дверь, которая пустила его в гараж. Не сразу, но это прошло успешно: Чуя отвлёкся. Правда, поднял ожидающий указательный палец в перчатке и наклонился, доплёвывая краской нужное ему пространство. Потом выпрямился и выключил инструмент. Стянул на капюшон защитного костюма очки, обращая на Дазая уставший взгляд. Впрочем, звучал он бодрее внешнего вида. — День закончился, правильно? Осаму покивал. — Да, как ты и сказал, я последил за закатом, прежде чем зайти к тебе сюда. Смотрю, делаешь успехи. Чуя отложил инструмент и покрутил запястье в воздухе. — Не то чтобы. Сильно тороплюсь разделаться с этим, так-то я мог за сегодня даже не начать красить. — А куда ты торопишься? — Осаму вскинул брови. — Мы не торопимся. Возьми своё время. Чуя вздохнул, проходя к месту, где держал одежду и оборудование. Кажется, он собирался скинуть с себя защитный костюм... и свалить. Последнего Осаму позволить не мог, но пока они были на диалоге, так что время оставалось на его стороне. — Эй? — позвал он, не получив ответа. Чуя действительно принялся менять экипировку. С рабочей на повседневную. — Я поставил себя на энергосбережение, чтобы благополучно добраться домой и наконец отдохнуть. Не болтай со мной. Осаму посмеялся. — Так сильно устал? Чуя не ответил — что не странно, сначала объявил об энергосберегающем режиме. Осаму принял это, понимающе кивая. Но совсем отстать не мог. — Слушай, может... могу пригласить тебя на ужин? Чуя завис, но скоро метнул в него цепкий взгляд, сравнимый с болотом, в котором можно увязнуть, если не следить за языком. — С ума сошёл? — нахмурился он. Осаму сразу же понял, что выбрал неправильную последовательность слов. И усмехнулся, поднимая руки в капитуляцию. — Без подтекста. Просто ты работаешь здесь по моей рекомендации, в моём гараже... и так весь день! Должен же я как-то это компенсировать. Разве ты не голоден и не устал? Чуя разобрался с одеждой и подобрал ящик с инструментами... который всё равно поставил обратно: ему ещё возвращаться сюда и продолжать работу. Так что он только нашарил ключи и подошёл к Дазаю, после всей этой паузы отвечая: — Я голоден и устал. Да. Именно поэтому мы с тобой прощаемся, а я еду домой. Осаму загородил дверной проём собой, не выпуская. И надеялся, что включил достаточно обаяния, чтобы заставить задержаться. — Я просто подумал... тебе могут быть интересны машины. Хотел бы кое-что тебе показать. — Мне интересна моя машина, и я собираюсь встретиться с ней на свидании к моему дому. — Обещаю, Накахара, то, что я хочу тебе показать, стоит твоего внимания. — Очередная порция работы? Нет, спасибо. Пропусти. — Уверен? Чуя закатил глаза. — Практически так же, как и в том, что тебе очень не повезёт, если ты продолжишь трепать мне нервы. Терпение у меня не железное, Дазай. — Окей!.. — Осаму двинул в сторону, освобождая выход и позволяя Чуе покинуть помещение. — Как скажешь. — Пока, — бросил Чуя, уплывая из гаража. — К сожалению, ещё увидимся. Осаму повернул голову по направлению его побега. Так-то он вполне нарочно... не попрощался. Единственное, перед выходом ему самому пришлось потянуть свисающий переключатель, чтобы выключить гудящую вытяжку.

༒

Конечно, Чуя никуда не уехал: при нём не было запасного велосипеда, выставленного бы из багажника на место тачки! Которая, кстати... где? Осаму подвалил медленно, не спеша, держа ладони в карманах брюк. Он начал выкатываться со спины Накахары сбоку, становясь рядом. И так же важно теперь смотрел в пустое пространство. — Хм. Ты ещё здесь? Помнится, ты торопился... Чуя держал руки скрещенными на груди. Стоило Дазаю заговорить, он повернулся к нему, не скрывая истинного настроя: — Где моя тачка? Осаму набрал воздуха в лёгкие для ответа, но остался перебитым нарастающим в тоне недовольством. — Где. Моя. Тачка? Отвечай. Живо. Тогда-то Осаму усмехнулся и соизволил повернуть голову в ответ, цепляя взгляд голубых глаз. — Ты имеешь в виду... то красное безумие? Чуя нахмурился. Осаму прокрутил в голове телефонный разговор. «Мазда сх-5, окраска «metallic» Soul Red, литые диски на р19 — заводские р17, легкосплавный диск, накладки на оба бампера...», всё это Дазаю рассказал эвакуаторщик. Осаму просто нашёл этому... более краткое обозначение. Была пометка, что в эвакуируемую тачку вложено не меньше чем «дохера» денег с обозначенными обновлениями и модификациями. Так что Чуя оставался скользким в кредитке, и Осаму не мог понять, что упустил. Также... Чуя вышел из гаража Дазая, а значит, он реально не против подзаработать. Ничего в полной мере не укладывалось в голове по выводам, и Осаму не собирается скрывать раздражение от этого понимания, когда вернётся к своим безмозглым. Но сейчас? Чуя оброс шипами, негодуя пропаже. — Насколько я могу понимать, твоя тачка прошла много изменений после завода, верно? — Осаму не собирался ждать ответа. — Ты заменил кучу всего, так что... это и не тачка теперь. А вот «красное безумие» — очень подходит. — Он придвинулся ближе и карикатурно выбросил из кулака раскрытые ладони в жесте салюта. — Красное безумие. Пау! Однако Чуя не был впечатлён. — Ты здоров? — он поднял всего одну скучающую бровь, не въезжая в просмотренное представление по поводу собственной тачки. Собственной пропавшей с места, где он парковался, тачки. Осаму замедленно улыбнулся, затем по нарастающей посмеялся, вскидывая руки в сдающийся жест. — Ладно, ладно. Это написано на моей драгоценной зажигалке, я просто подумал, что такое обозначение подходит и для чудовища, на котором ты передвигаешься... Интонация Накахары не менялась; он был уставшим, раздражённым, недовольным, и всё это слышалось в его низком голосе. — Какого чёрта на зажигалке вообще написано «Красное безумие»? Осаму мог только пожать плечами. — Я не знаю. Может, эта зажигалка выдаёт красный огонь. — Огонь оранжевый. Как мои волосы. Нихера не красный. — Ты обвинил меня в дальтонизме? — Я продолжу делать это, потому что огонь не может быть красным. — Но и... не я писал это. Знаешь, я не имел в виду, что на зажигалке это написано типа фломастером. — На самом деле, — Чуя поднял ладонь в жесте остановки, — мне плевать. Мне совершенно нет дела до твоих зажигалок. Мне нужна моя тачка. Где это? Осаму поднял брови, стараясь быть загоревшимся в уточнении: — Твоё красное безумие? Чуя держался скептично ровно до момента, когда начал осматриваться. Этот гараж Дазая стоял чуть вдали от чрезмерной цивилизации и заметно дальше всяких многоквартирных домов. Так что никого из прохожих не нашедший Чуя начал разминать плечи и крутить запястья, выбивая воздух из застоявшихся за работой суставов. — Что ты делаешь? — Осаму отступил от него на шаг. Знаете ли, боксёры... — Собираюсь выбить из тебя информацию о моей — не менее драгоценной, чем зажигалка для тебя — тачке. — Воу, подожди-подожди... Но Чуя использовал свою боксёрскую стойку, так что с расставленными ногами оказался ближе, как бы Осаму не постарался удрать. Следующим моментом он тронул плечо, как жест предупреждения, и отправил кулак в полёт. Осаму успешно ушёл от удара вниз, а выпрямившись, машинально собрал боксёрскую стойку. И отчётливо моргнул. Он даже не в полной мере понял, что произошло. — Хорошая работа, — оценил Чуя, опуская кулаки. — Но я не стану боксировать с тобой. Если я решу выбить из тебя дерьмо, ничего из того, чему я учил в зале, не поможет тебе. Лучше бы тебе одуматься. И вернуть мне тачку. Живее. Осаму ещё раз моргнул. Не должен был тот заход в зал вырасти... во что-то подобное. У него внутри прокатился адреналин, а руки ещё держались в стойке какое-то время, когда всё очевидно закончилось. Полный провал. Чуя горяч, воспитан, имеет задатки учителя, знается с машинными издержками, умело обращается с боксёрскими приёмами и... хвалит Дазая? Что нахрен значит «хорошая работа», если он вполне предупредил жестом хлопка по плечу? Осаму опустил руки по инерции, будто они стали слишком тяжёлыми, чтобы иметь над ними контроль. Затем постарался вернуть себе лицо. — Ты всё ещё хочешь подраться со мной... но разве побитых добивают?! — он наигранно вздохнул, стараясь продемонстрировать, что синяки с его лица не сошли. — Где твоя честь? — Если что, о «чести» мне говорит человек, который украл мою тачку. Значит, и мои принципы могут побыть в сторонке, пока я разбираюсь с тобой за дело. И. Ты недостаточно «побит», чтобы жалеть тебя. Всё ещё стоишь на ногах, не так ли? — Хочешь это исправить, верно? — Мне придётся, если ты не вернёшь мне тачку. — Слушай, — Осаму вздохнул, — кое-что произошло. Я не предупредил тебя по поводу стояночных мест... И скорее всего твою тачку эвакуировали. Но я знаю, куда! Мы доберёмся туда на моей машине, которую я и хотел тебе показать, когда ты уходил из гаража. Я знаю, это моя вина. Я попытаюсь как-нибудь это исправить, ладно? Заплачу за удержание или штраф... Чуя снова смотрел с негодованием и раздражением, храня молчание. — Или и штраф, и удержание! — добавил Осаму. — Там, где ты припарковался, парковаться было нельзя, так что... Нам нужно добраться до твоей тачки. Но я всё ещё обещаю не разочаровать тебя своим зверем! Чуя вздохнул и на секунды прикрыл глаза. Кажется, брал себя в руки, чтобы не продолжить угрозы или исполнение избиения для Дазая. На всякий случай Осаму отошёл подальше. Поймавший его в поле зрения Чуя сухо выплюнул: — Веди. — Спасибо за доверие! Я отведу, куда нужно. — Я доверяю тебе не больше, чем качелям на ниточках возле обрыва. Осаму развернулся, направляя их к следующему гаражу. Сравнение было, конечно, понятным. Но тем не менее на таких качелях всегда есть качающиеся. Даже если... не слишком доверяющие конструкции. После нажатия на кнопку Осаму завис с ядовитой улыбкой, пока они стояли перед отплывающей наверх дверью гаража. Стоящий сбоку Чуя выглядел мрачным. Ещё бы, подумал Осаму, он чертовски скучает по своей красной сучке. Осаму вклеил на Чую полное внимание, ожидая, когда он увидит автомобиль, прячущийся в гараже. Чуя стоял, скрестив руки на груди, и держался лишённым энтузиазма. Но, когда гаражная дверь отплыла, переменился в лице. Его голубые глаза раскрылись шире, удерживаемые на груди руки ослабли, автоматически опуская и напряжённые плечи, а губы расслабились в честной удивлённой реакции. Осаму был доволен. Вскоре Чуя прикусил нижнюю губу и покачал головой, не в силах перестать бродить глазами по... — Nissan Skyline GT-R R34, — Осаму прошёл внутрь и решил обязательно представить рассматриваемую Чуей тачку. Он припарковался рядом, будто был салонным продавцом-консультантом. — Я знаю... — Модификация 2.5 MT. Движок 2,5 литра. Разгон до 280. — Не может быть... — Может. Я знаю, что у тебя уже встал, но... кажется, я что-то забыл? Чуя с трудом оттащил взгляд от тачки, чтобы посмотреть на Дазая. Тогда же Осаму просиял и выпрямился, облепленный вниманием на фоне скайлайна. — А! — он поставил пальцы на капот. — Шиноубийца. — Не лапай... — растерянно сказал Чуя. Осаму посмеялся. — Это моя машина. Думаю, я могу. Чуя тихонько присвистнул, ещё раз изучая скайлайн. Потом вернул взгляд на Дазая, хмурясь. — Кем ты работаешь? — У меня свой бизнес, — без колебаний ответил Осаму. — Угу. Типа? Перепродаёшь тачки, угнанные у обидчиков, начистившим тебе лицо? — Что? Это оскорбительно! — Тогда чем ты занимаешься? Это как минимум второй гараж в твоём владении. Только... здесь ещё и... — Чуя снова отвлёкся на машину, какое счастье. Он снова покачал головой. — Ахренительная тачка. Умеет делать вещи на трассе. — О... Ты наслышан об этой тачке «в деле»? Чуя мутно улыбнулся и не отвечал слишком долго для лёгкого вопроса. Затем перевёл взгляд в карие глаза, бросая эмоцию в добродушие, каким рассказывал о машинных издержках «владельцу, тачкой которого занят в первом гараже». — Немного. В кампусе при универе был телек. Там иногда крутили, показывали всякое. Осаму вздёрнул брови. — Так ты?.. Учился? Чуя пожал плечами. — Я бросил универ. Теперь работаю. — Неужели?.. — Осаму сощурился. Слишком много пробелов было допущено. Насчёт Чуи. Не ответившего Чуи, поэтому Осаму продолжил, внезапно и непроизвольно открывая ему часть правды о своей жизни: — Я тоже. Чую это вроде как удивило. Он снова бросил разглядывание скайлайна, чтобы посмотреть на Дазая. И приподнял брови. — Ты бросил универ тоже? Осаму покивал. — Да. Жизнь — штука непредсказуемая. — Это точно, — Чуя хмыкнул своим мыслям, качая головой. Осаму немного подождал, прежде чем ещё вальяжнее устроиться возле машины. Пауза затянулась, но он надеялся, что дал достаточно времени на осознание. — У тебя права-то есть? Чуя снова удостоил его уставшим, недовольным взглядом. Это было привычнее любого удивления. — Пошутил? Нет, постарался подвести к сути их настоящего местоположения. Осаму вытянул ключи из кармана брюк и по воздуху запустил в сторону Чуи. Чуя поймал. И отчётливо моргнул, выстраивая на лице очередную порцию удивления. — Прокатишь? Если стояк не помешает вести, конечно. Чуя не ответил, не меняя ошарашенности на лице. — Как раз доберёмся до места остановки твоего красного безумия, — с улыбкой подмигнул Осаму. — Ты не серьёзно... Осаму придержался ответа без слов; улыбка, дерзость взгляда и на секунду взмывшая вверх бровь говорили о серьёзности и приглашении. В салоне он старательно наблюдал за Чуей. Прежде всего Чуя огладил рулевое колесо, осмотрел внешние механизмы, к которым ему придётся обращаться за вождением. Затем запустил двигатель, и объёмный рёв, заполнивший салон, заставил его смежить веки. — Готов поспорить, теперь я знаю, с каким лицом ты кончаешь. Чуя открыл глаза и повернул голову, приобретая всё тот же недовольный скептицизм, которым удостаивал Дазая чаще, чем любой другой эмоцией. — Очень остроумно, — с сарказмом бросил он. Потом, правда, так и не поторопился поехать на заведённой тачке. Изучил Дазая, будто не мог взять в толк, откуда в машине появилось пассажирское место и приятель на нём. — Имей в виду. Я не собираюсь платить тебе чем-либо за то, что ты «дал прокатиться на своей спортивной тачке». Я делаю это только для того, чтобы увидеть свою. Ты играешь в плохие игры, если что-то задумал. Осаму лениво потянулся, откидываясь на кресло. — А ты? Предпочитаешь «игры» с минимальным количеством «грязи». Ты ж автомеханик, не заливай. — Я... вообще не играю. Больше, — едва слышно. Осаму не может утверждать, что ему не послышалось в этом многогранном звуке моторного гула. Во что он там не играет? — Что? — Куда ехать? И... — Чуя кивнул в бок от Дазая. — Пристегнись. — Вот ещё! Ни за что. — Ты реально недалёкий или шутишь? Разминка перед боксом — нет. Ремень безопасности, сидя жопой в спорткаре, — нет. Думаешь, у тебя много жизней разбросано по карманам? — Ничего из того, что ты перечислил, никаким образом не может лишить меня и половины одной. Чуя посмеялся, но неискренне и совершенно не по-доброму. Затем поднял руки в воздух, бросая пытаться в чём-либо убедить. — Окей. Смотри сам. Если тебя размотает по салону — ты знаешь, кто виноват. Я предупреждал. Осаму хмыкнул. Он был уверен, что удержится, что бы Чуя не собирался вытворить на его спорткаре. Терпеливо наблюдал, как Чуя тянет руку — с явно очерченными венами — к ремню безопасности, пристёгивается, затем глушится, сбрасывая холостые обороты, и наконец снова запускает двигатель. Сразу после ниссан рванул вперёд, выскакивая из гаража, и Осаму вывалился к передней панели, останавливая себя рукой от столкновения. Теперь самодовольно хмыкнул Чуя, чуть приподнимая уголок губ. Осаму всмотрелся в его профиль. Что-то в тот момент пробежало у него в голове, как искра. Какое-то подозрение, но слишком мимолётно скользнувшее предположением, чтобы поймать. К тому же, потом следовало держаться по мере крутого поворота. Выскочив из гаража, ниссан уставился в сторону дороги, проходящей вдоль изначальной точки. Тогда Чуя повернул голову: — И? Куда мне ехать? Осаму оттолкнулся рукой и выпрямился, будто вполне нарочно сидел так, а не удерживал себя от резких манёвров водителя. Он осмотрелся за пределами салона, вспоминая путь к «штрафстоянке». Потом начал указывать пальцами через ветровое. — По этой дороге прямо. Игнорировать первый перекрёсток. Завернуть на втором налево. Там какое-то время тоже прямо. Затем будет последний поворот, покажу, когда подъедем. — Понял, — Чуя внимательно всматривался в дорогу, не забывая следить и за повторяющими слова движениями пальцев. — Последний шанс, Дазай: пристёгивайся. — Нет. Чуя скривил губы в ухмылке. — Как скажешь, — согласился он, опуская руку на коробку передач. Предупреждение означает вооружённость, но Осаму обезоружен из принципа. Поэтому снова вперил руку в панель, когда скайлайн уверенно начал разгон. Чуя вёл одной рукой, второй контролируя передачи, а взгляд его метался от окружения к спидометру. Гаражные сооружения, далёкие постройки, уличные фонари и вышки связи — всё это размазалось, как рисунок, пострадавший от пролитой воды. Скорость повышалась, разрезая воздух отзвуком, скорее ощутимым, чем слышным под нарастающий гул старательного мотора. За окном — как будто кто-то быстро-быстро прокручивал плёнку с фотографиями, не давая задержаться хоть одной лишней секундой дольше. Прямая дорога не ощущалась устойчивой для нахождения на пассажирском. Этот факт Дазая немного помутил, но он постарался взять себя в руки, напрячь ягодицы и незаметно вцепиться второй рукой в кресло. Взгляд он собирался оставить на профиле водителя. Какая несправедливость, что рядом с ним тоже находилось окно! И Осаму мог видеть те же категорически быстрые пейзажи, от которых не веяло спокойствием. Потом Чуя завернул в поворот, и Осаму, соскользнув, впечатался в дверь. Руками он неизменно старался выровнять жалкое размазанное положение. И удерживаться на месте. К счастью, дальше снова шла прямая дорога. Чуя не жалел мотор, снова выдавливая всё, что ниссан умел. Затем резко остановился, выкидывая Дазая к его любимой передней панели. Осаму придержался второй рукой, и, честно говоря, это единственное, почему он не чмокнулся лбом в солидный пластик. — Ты сказал, что покажешь последний поворот, когда мы туда подъедем. Куда дальше? Осаму выпрямился, чувствуя себя побитым, хотя непосредственного столкновения избежал оба раза. Он обратил на Чую честный вымученный взгляд и вздохнул. — Ты сумасшедший... — Ты сам дал мне ключи, — напомнив, Чуя пожал плечами. — И я говорил пристегнуться. Моей вины нет. Какой поворот? Осаму прочистил горло. — После того, что ты устроил, вопрос кажется риторическим, но... Не хочешь проверить шиноубийцу? Чуя вздёрнул брови и осмотрелся за пределами салона. — Слишком мало места. Я могу и по песочной дороге, просто... это будет проверка моих навыков, а не возможностей тачки. По-моему, ты предлагаешь что-то другое. Здесь не вариант. — Ну... мы ведь ещё не повернули, куда надо, верно? Чуя посмотрел на Дазая с удивлённым ожиданием. — Направо, — наконец сказал Осаму, откидываясь на спинку своего кресла. Правда, следом ещё и зацепился руками для удержания. Чуя, вопреки ожиданиям, завернул в поворот медленно. Прямо-таки прокрался, выезжая на широкую площадь каменной кладки. Вдоль стояли ограждения, сетчатые заборы, отделяющие от каких-то брошенных в той стороне машин, немного гаражей, заглохшая строительная техника и маленькая человеческая будка — для охраны. Всё это подсвечивалось фонарями в уверенных мазках ночи. Чуя остановил машину, бегая изучающим взглядом по местности. Остановил машину? — В чём дело? — нахмурился Осаму. Чуя покачал головой. — Ничего особенного. Ты хочешь, чтобы... я проверил шиноубийцу здесь? — Верно. Здесь достаточно для этого места, как думаешь? Там был песок и всякий бред помимо асфальта, но теперь... Чуя отнял руки от рулевого колеса и вздохнул. Осаму проследил, как его кадык дёрнулся дважды, будто он что-то старательно проглатывал, а не производил непроизвольную функцию организма. — Всё в порядке? — Эм. Да, просто... — Чуя как будто резко отрезвел и повернул голову к пассажирскому. — Ты сам часто устраиваешь проверку своей шиноубийцы здесь? Осаму пожал плечами. — Иначе откуда мне знать, что здесь есть такая площадка? — Ну да... Ты... имеешь какое-то отношение к этой площадке? Я имею в виду что-то вроде владения. — О, нет. Я имею разрешение на въезд и посещение, использование, потому что владею гаражами в этом районе. Но ничего больше. Разве что договорюсь с охранником, если у него получится отчитать нас. Или если ты его собьёшь. Ну, всякое может быть, верно? Чуя сухо усмехнулся. — Ты не сблюёшь на меня? Осаму выпрямился и выставил три клятвенных пальца быстрее, чем захотел сделать это, заверяя жестами раньше слов. — Обещаю! — Смотри, — Чуя указал на него пальцем, возвращаясь в водительское положение и второй рукой обнимая рулевое колесо. — Я не тянул тебя за язык. Осаму подкатил глаза. — И держись крепче. Если всё ещё против ремня безопасности. Осаму всё ещё против. И это не играет ему на руку, когда Чуя сдаёт жопой ниссана назад, а затем берёт разгон. Осаму обращал на него внимание больше, чем на происходящее вне салона, и крепко держался в кресле всеми пальцами. После разгона Чуя совершил один ясный поворот, потом набрал скорость снова, чтобы вырулить к краю площадки сильным заворотом, наградившим шины трением. Он не остановился, поэтому из-под колёс выплыл дымок натёртости. Осаму пережил это, теперь тоже глотая слюну не привычным образом. Дальше Чуя откатился назад снова. Порычав на месте, пустился в разгон, но в этот раз закрутил руль, заставляя ниссан мчаться по обособленному кругу, скрипя шинами. Дым валил из-под колёс, сопровождая крутые развороты на месте. Скайлайн кружился, скрипя и ворча, пока двигатель сопровождал это безобразие своим рёвом. Осаму понял, что его немного тошнит. И ждал, чтобы конкретно этот способ дрифта на шиноубийце закончился поскорее. Чуя же... был мучителем. Закончив с круговыми движениями, он покатился дальше, надеясь, видимо, заполосовать каждый дюйм площадки. После очередного разгона он вырулил в бок так, что инерция развернула машину с бока на зад. Осаму ухватился за кресло крепче. Правда, это не спасло его. Чуя использовал непроизвольный прокрут, чтобы сдать назад, порычать, и провернуть следующий занос в другой стороне. Поднятый дым плавился в воздухе; как и стёртые шины вскоре должны были облысеть и расплавиться. Осаму был уверен, что начал зеленеть. После заноса Чуя откатился назад и снова прокрутил тачку по кругу, нагоняя только растворившийся дым заново. Осаму зажал рот ладонью. И зажмурился, больше в силах выдержать шторм и наблюдение. Видимо, Чуя заметил его недомогание. Совсем скоро он выкрутил руль, и ниссан вышел в последний протяжный дрифт, растирая резину беспощадным лязгом. Всё закончилось. Осаму перевёл дыхание. Правда, поставил руки, на которые упал, пряча лицо в передней панели, оказавшейся слишком низкой в сравнении с другими машинами, на которых он просиживал пассажирское. — Живой? — Чуя хохотнул; понимая, что ответ был бы «не очень». — Где моя машина? Осаму не поднялся, только выставил палец в направлении через лобовое. Чуя наверняка проследил, прежде чем уточнить: — За забором? За что? — Сказал же, был... эвакуатор, — слова давались Дазая тяжело. Машина остановилась, но его всё ещё штормило, будто никакой остановки не было. — Я думал, ты крепче. Как же ты сам гонял здесь, если не выдерживаешь? — Быть на пассажирском... другое. Оказывается. Осаму почувствовал на плече подбадривающее похлопывание ладонью. — Крепись. Уехать сам сможешь? К гаражу, я имею в виду. — Пока нет. — Осаму выпрямился и повернул голову, чтобы объяснить, почему его ответ таков: — Ты сумасшедший. Чуя посмеялся, вскинув руки в сдающийся жест. — Это целиком и полностью твоя идея. Ты лично привёл меня в гараж, передал ключи, предложил проверить возможности твоей тачки... Если бы эвакуатор не забрал мою, я бы ни за что на это не подписался, и уже тупил бы дома за просмотром чего-нибудь. — Это были мои извинения за то, что не предупредил, и твою машину забрали... Должно быть, всё правильно. Мне и страдать. — Ага. Спасибо, что сдержал обещание и не сблевал на меня. Осаму выдул воздух, выдаваясь, что всё ещё борется для достижения этого обещания. — Это было сумасшествие. Чуя пожал плечами, не отвечая. Осаму прочистил горло, наконец чувствуя себя относительно в норме для диалога. — Ты так торопился изначально. Реально просто устал или... у тебя есть какие-то дела? Свидание с кем-то? Чуя приподнял брови, но откинулся на спинку водительского. Как бы говоря этим жестом, что не торопится теперь. Но сказал он это только расслабленным жестом. — А есть разница? — Просто интересно. Просто пытаюсь быть вежливым. — О, у тебя, кстати, нихера не получается. «Быть вежливым» и «я украл твою тачку, чтобы показать свою» — не одно и то же. «Быть вежливым» и «прости, что не предупредил, твою тачку забрали, поехали на моей» — не одно и то же. «Быть вежливым» и «да, ты можешь выйти из гаража, но, упс, твоей машины не будет там, где ты оставил» — не одно и то же. — В извинения я дал прокатиться и побаловаться на моей! Чуя подкатил глаза. Сохраняя молчание. — И тебе понравилось, — без вопроса добавил Осаму. Чуя вздохнул, наверняка понимая, как глупо было бы с этим выводом спорить. Он осмотрелся за пределами салона, изучая площадку, которую только что обкатал, оставляя чёрные полосы от шин. Заговорив, он звучал задумчиво. — Чёрт... Кажется, я хочу сигарету. — Как после секса спустя воздержание. Чуя переметнул взгляд на Дазая, будто забыл, что он тут находится. Или надеялся, что той фразы он не услышит. Его интонация могла бы указывать на это. Затем, правда, усмехнулся и покачал головой. Ну, уже неплохо! Осаму редко удостаивается подобных эмоций от него. — Тебя пару минут назад почти вырвало от скорости, а теперь ты первое попавшееся сравнение проводишь с сексом. Типичный мужлан. — О, да брось. Разве я не прав? Ты бросил курить, теперь покрутил финты на моей тачке и замечтался о сигарете. Абсолютно идентичный типичный мужлан без характера и силы воли. У меня есть сигареты, хочешь одну? — Откажусь. — Могу предложить секс. Из-за адреналиновой вспышки, кажется, нам обоим пойдёт это на пользу. Теперь Чуя завис в его глазах внимательностью. Потом осмотрел сверху-вниз, будто оценивал. А после кивнул боком в лобовое. — Сначала ужин, теперь секс. Ты по ту сторону? — «По ту сторону»? — По мужикам, капустная ты голова. Осаму усмехнулся и безмятежно пожал плечами; такой вопрос его не смутил. — Я не люблю ярлыки. Чуя покивал, скользя по нему взглядом. И ничего не ответил. — Секс? — ещё раз предложил Осаму. — Нет, — Чуя закатил глаза. — А что? Встречаешься с кем-то? Как же он непростительно горяч, Осаму ненавидит себя за эти мысли. — Нет, — Чуя сохранил спокойствие. — Я уже не вспомню, когда последний раз серьёзно встречался. Так что об этом можешь не париться так же, как о вопросах насчёт свиданий. Я не опаздываю «к кому-то», но да, хотелось бы уже быть дома. А не с тобой. Нахальной прилипалой. — Не встречаешься серьёзно? Значит, проститутки? — Иногда, — кивнул Чуя. — Секс без обязательств? — Тоже бывает. — В теории?.. — С тобой — нет, — перебил Чуя. — Ты заноза в заднице. — Я могу остаться там, где ты меня прописал, но стать более приятным. Чуя прыснул смехом сквозь зубы. И покачал головой. — Невыносимый. Сначала стань приятным, никому не нравится передвижение той же занозы из мягких мест в уязвимые. — Это как... условие? В теории мы могли бы?.. — Как же сильно мне нравится, когда твой рот закрыт и не гоняет воздух бредом, Дазай... Порадуй: захлопнись. И мне пора. Теперь ты точно отжил от развлечений на твоей тачке. — Мы могли бы найти развлечение и в моей тачке... Чуя вскинул руки, затем открыл дверь. — Ни секундой больше не собираюсь слушать твой идиотский трёп. Пока. К сожалению, ещё увидимся, — он вышел из машины и захлопнул дверь; волна от его решения прошла по Дазаю рябью. Осаму вздохнул и мысленно обругал себя за каждое слово, брошенное после желания покурить от Накахары. Как он к этому пришёл? Зачем он всё это говорил? Он реально не хотел предлагать ничего подобного. Даже немного... мечтал избавиться от репутации глупца в глазах Накахары. Но как-то... с треском в своих желаниях проебался. И наблюдал, как красная мазда моргает фарами, оповещая об открытии и готовности доставить владельца домой.

༒

И всё же... что-то было не так. Помимо собственного языка. Осаму был вне себя, когда понял, что некоторые моменты просто не сопоставляются, чтобы он мог сказать «о, я знал об этом». И эти несостыковки... большая проблема. Он не привык захаживать в выкупленные магазины или склады, но в этот раз ему пришлось своим появлением навести тишины в здании. Увидев его, остальные смолки, будто в целом не умели разговаривать и точно не делали это до его появления. Расслабленность, уверенность в собственной власти и искрящийся весельем характер всё-таки были у него глубоко в крови. Так что он поздоровался знаком мира, сразу минуя бесполезную комнату с телевизором и диваном. Его твёрдые шаги проплыли в дверь, выводящую в пристроенный коридор, под пристальными взглядами подчинённых. Наверняка они будут сплетничать об этом приветствии, как только он уйдёт достаточно далеко, чтобы не слышать. Без проблем, пусть так. Ему нужен был определённый человек, который явно его не докормил. И лучше бы этому человеку иметь новости. Ворвавшись в крошечное помещение, Осаму остановил и тамошние разговоры. Две пары глаз тупо моргали на него. — Мне нужна информация по поводу механика, — он прошёл к дешёвому столу из необработанного дерева. — Прошу прощения? Какого из? — Рыжий, боксёр, работает в автосервисе официально. — Мы передали вам всё, что на него есть. Осаму несдержанно смахнул на пол все бумаги, что притаились на краю стола, вытесненные ноутбуком. — Это не всё, из чего он состоит! Вот, в чём проблема. Вы явно что-то не докопали. Или докопали, но не рассказали мне. — Мы передали абсолютно всё, что нам известно... — подчинённый говорил на убывание. Сразу по мере того, как Осаму, перегнувшись через стол, приближал к нему своё лицо и сверлил раздражённым взглядом. — Это действительно всё. Простите. — Но он что-то скрывает. И вы, два олуха, всё ещё не нашли причину его долгов. Как мне с ним работать? На чём ещё мне поиграть? Может, вы хотите вместо него копаться в машинах? — Я ничего не смыслю в машинах, босс. Только ЭВМ. — Вот. Именно. И вы не в состоянии накопать мне полное досье на человека, который смыслит в машинах и нужен нам. Нам, потому что я заставлю вас делать работу, на которую хочу пристроить его. Это ясно? — Это понесёт убытки... — тот же подчинённый, стоявший в стороне и ляпнувший про ЭВМ. В первый раз Осаму не стал переводить на него взгляд от первого, но теперь покосился, позволяя читать недовольство на лице. — Убытки, парни... понесёте вы. Не стоит умничать, находясь на этом месте, имея семью и проблемы. Я могу в равной степени повлиять на всё из этого. Самый инициативный подчинённый заткнулся. Тот, кого пришлось терроризировать первым по причине «стоял ближе», немного помолчал тоже, прежде чем попытаться спасти их положение: — Послушайте. Мы уверены, что нашли на него всё, что... есть здесь и сейчас. Возможно, — просто предположения, — возможно, он скрывает что-то, что... ну, вы поняли. Не связано с этим местом. Произошло не здесь. Осаму нахмурился, смотря ему в глаза. — Не в этом городе. Неужели вы не можете посмотреть чуть дальше Йокогамы без моих наставлений, вы реально только что придумали это? Абсурд. Тупость и абсурд. — Не в этой стране. Осаму внезапно переключился, смотря на подчинённого удивлённо. — Мы нашли всю информацию о его жизни и важных событиях в Японии. Так что... если где-то просчёты, я допускаю, что... Не так-то просто повлиять и вычислить что-то определённое по поводу других стран. Осаму отпрянул от стола, выпрямляясь. Теперь он выглядел задумчиво, пожёвывая нижнюю губу и мысленно сканируя каждую прошедшую встречу с Чуей. Чуя, не думая, протянул руку для рукопожатия, когда они только встретились и обменялись фамилиями — познакомились. Точно так же предложил рукопожатие после заключения сделки с «владельцем» авто, за работу с которым принимался. «Я привык по именам», с чего вдруг? Дазаю он такого не сказал. «Я бросил универ», да? Но он никогда не поступал в Японии. Только закончил школу. И работал теперь. А этот уверенный дрифт в ускользающих лучах заката? Он не найден в списках ни одного токийского заезда — разве что он использовал ник, тогда проверить сложнее. Но всё остальное? Как Дазая не озарило сразу? Как эти пустоголовые парни только теперь решили посмотреть на этого механика более широким градусом? Осаму наставил палец на подчинённого. — Работай с этой мыслью. И поживее, — он хлопнул его по плечу для поддержки, затем вышел из помещения. Скорость? О, Дазаю нужно было узнать о Чуе всё, пока он занят покраской машины в его гараже.