Боги подарили мне тебя

      Когда Нико проснулся, то не обнаружил в комнате чьего-либо присутствия.       Полубог вздохнул. Оно и к лучшему. Он понятия не имел, как теперь относиться к Эросу после всего, что случилось.       Про Танатоса и Эроса говорят, что они очень похожи. Один нюанс, последний был в разы безжалостнее мирного по меркам божественного пантеона бога смерти.       Даже олимпийские боги избегали стычек с Купидоном, что уж говорить о Нико, который боялся его до дрожи.       Эрос был так жесток, когда они впервые встретились в Сплите во дворце Диоклетиана. Психологически надавил, ранил, заставил признаться в правде, от которой сын Аида пытался убежать.       Нико родился в 30-х годах прошлого века, а тогда однополую любовь было запрещено даже обсуждать. Потому он так старательно отрицал свои чувства к Перси Джексону.       Теперь это, конечно, в прошлом. А в настоящем к нему в постель забрался бог любви, одарив Нико такими ласками, от которых тот заливался румянцем.       "Боги..." — Нико уткнулся лицом в подушку, пытаясь скрыться от постыдных воспоминаний о вчерашней ночи и мечтая умереть, лишь бы не испытывать больше это изводящее душу чувство.       Пока он предавался внутренним терзаниям, в дверь постучали. Пришлось оторваться от подушки и натянуть одеяло повыше. — Войдите. — Нико, хватит спать, ты уже пропустил завтрак.       Он заворчал, когда Хейзел стала тормошить брата за плечо и попыталась стянуть одеяло.       Нет, голым он не был, просто не хотелось вылезать из нагретого кокона. — Ты не хочешь узнать, что сказал папа?       А она знала, куда надавить. Его сестра была куда хитрее, чем о ней думали. Пришлось подняться. — Эм... А что с шеей? — Хейзел подняла бровь.       Нико не понял, что она имеет ввиду, но когда все же встал и подошёл к зеркалу, с него сошла вся краска. Шея была покрыта следами.       "Твою мать, — Нико ужаснулся, как он мог предстать в таком виде перед младшей сестрой. — Эрос, ты гад!"       Какой стыд. Надо как-то отмазаться. — Не отмазывайся. И не пытайся, — голос Хейзел был непреклонен.       Его сестра была мудрой не по годам девушкой. Она тоже ребёнок из прошлого, поэтому прекрасно знала, с какими проблемами приходиться иногда сталкиваться из-за разницы менталитета и правил, принятых тогда и сейчас. Но, стоит признать, быстрый интернет действительно стоящее изобретение. — Нико, ты можешь рассказать всë, как есть. Ты же знаешь, я тебя всегда поддержу, — она улыбнулась, показав прелестные ямочки на щеках.       Он присел рядом на кровать и, собравшись с силами, поведал сестре о странном интересе бога любви к своей персоне. Рассказал о случае в Сплите, о серëжках и как вчера он приходил к нему в комнату, опустив некоторые стыдные подробности. — Я так и думала!       Хейзел охватил непонятный восторг, будто она только что выиграла спор с самой собой.       Нико захлопал глазами. Не такую реакцию он ожидал встретить. — Что, — девушка щëлкнула его по носу, — думал, я буду негодовать, осуждать и кричать, чтобы вы не встречались? — Мы не встречаемся. — Хм, — она задумалась, вспоминая что-то. — Я всегда считала Эроса образцовым мужем. История с Психеей такая трогательная. Выходит, и он не исключение из правил...       У Нико похолодели руки, а взгляд уставился в пустоту.       Как он мог забыть о таком важном аспекте, как наличие официальной жены у этого негодяя.       От охватившей злости юношу спасли тёплые руки. — Нико, — заботливые объятия немного успокоили, — боги так устроены. Не стоит из-за этого расстраиваться. Ты ему нравишься, и, кажется, он тебе тоже. Ведь так?       Нико тяжело вздохнул. Теперь он уже не знал. — Давай больше не будем об этом, — юноша привёл себя в порядок. Он не собирался раскисать из-за какого-то там бога любви. — Расскажи лучше, что решил отец.

***

      По дороге брат и сестра обсуждали приказ Аида отправиться двум богам разведать обстановку в Тартаре, и полукровкам не терпелось узнать, удастся ли тем найти что-то интересное.       А сейчас им нужно было разобраться со своим заданием.       Пока Нико безбожно дрыхнул, по Эребу прокатилась волна очередного землетрясения, по силе в разы мощнее предыдущих. Поэтому сейчас они с сестрой направлялись прямо к эпицентру, обходя трещины и глубокие разломы в грунте.       Туман незаметно сгущался, а воздух становился более разряженным, сдавливая грудную клетку. — Как-то подозрительно тихо, — Нико положил руку на эфес меча. — Где мы вообще?       Дети Аида всегда хорошо ориентировались под землей, но сейчас внутренний компас по неизвестным причинам давал сбой. — Ничего не видно, — Хейзел заозиралась по сторонам в поисках брата, но не обнаружила его присутствия. — Нико, где ты?       У неё похолодели пальцы рук. Девушка силой подавила панику и устремилась вперëд, продолжая звать брата.       А ещё ей вдруг резко захотелось вздремнуть час другой...       Она зевнула и чуть не упала, споткнувшись о что-то. И это что-то имело голос еë брата: — Ещё пять минуточек...       Хейзел пришла в чувство, и начала будить раскинувшегося на земле парня. — Нико, очнись!       Тот отказывался выпускать из рук камень, который использовался в качестве подушки. Хейзел сильно ущипнула брата за плечо. — Ай! Ты чего?       Нико присел и почесал голову. До него постепенно начало доходить. — Я не помню, как уснул. — Ты вдруг исчез, я сильно испугалась. Слава богам, ты в порядке.       Они обнялись, а потом сели думать, что тут вообще происходит.       Этот непроглядный туман и внезапное желание прилечь спать. Можно было подумать, что они подошли слишком близко к пещере, где обитал Гипнос — бог сна. Вот только они изначально шли в совершенно другую сторону.       Вдруг послышался страшный грохот, и земля разверзлась прямо в метре от полукровок.       Из расщелины вырвались чёрные сгустки неизвестной природы. Они бурлили и дымились, расширялись и сжимались, слово были одним живым существом.       Нико не успел сделать и шагу, как чёрные когтистые руки, вырвавшиеся из темноты, схватили его за лодыжки и утянули в пропасть.       Дочь Плутона не успела выхватить меч из ножен, как разлом сомкнулся, будто его и не было.       Хейзел бессильно осела на землю, не веря в произошедшее.       

***

      Нико оказался в месте, где ему не посчастливилось побывать лишь однажды, и восторга от осознания этого факта он не испытывал.       Кругом располагались одни скалы и безжизненные холмы.       Засохшие деревья протыкали своими верхушками непроглядную тьму небосвода.       Неподалёку шипела и булькала река, по которой текла самая настоящая магма. Эта огненная река носила название Флегетон. Преступники, совершившие преступления, были вынуждены пить из неё для искупления своей вины.       Воды Флегетона приносили боль и исцеляли раны, в равной степени продлевая и облегчая муки. Хорошо, что Нико пока не испытывал жажду.       Полубог задумался. Выбраться отсюда своими силами невозможно, оставалось надеяться, что Хейзел не пострадала и сможет передать отцу о случившемся. А может ему повезëт, и он встретит здесь Эроса и Танатоса. Конечно, если они ещё не вернулись назад в царство Аида. — Просто супер... — Нико вздохнул и двинулся вниз по течению.       Ему необходимо отыскать более-менее безопасное место, если такое тут вообще было.       Тартар известен обитанием в нём бесчисленного количества монстров и чудовищ. А дети большой тройки всегда источали притягательный запах для подобных существ. Стоило быть начеку.       Выйдя на каменистую равнину, Нико огляделся.       Открытая местность — не самое лучшее укрытие, и он уже хотел было развернуться, как вдруг ощутил восхитительный, ни с чем несравнимый аромат. И полубог, как зачарованный, шагнул вперëд.       В десятке метрах от него раскинулось растение, которое он раньше не встречал.       Голубое сияние прелестных цветков притягивало, как огонь мотылька, а налившиеся соком плоды, отдалëнно похожие на виноград, вызывали непреодолимое желание попробовать их на вкус. — Ксилимирия, — Нико сглотнул.       Неужели ему посчастливилось увидеть еë своими глазами и вдохнуть удивительный аромат.       Но удастся ли ему добыть хотя бы одну ягоду?       Особо не раздумывая, что всё это может оказаться ловушкой, Нико решил попытать удачу и приблизился к кусту.       Он очень боялся, что растение может испариться в любой момент, но, кажется, оно и не думало исчезать. Наоборот, Ксилимирия будто тянула к нему свои золотистые веточки.       Нико осторожно коснулся лепестков. — Мне ужасно повезло встретить тебя.       Неожиданно что-то сбило полукровку с ног, отбросив назад.       Хорошо, что он был готов к нападению.       Мечом полубог проткнул клыкастую пасть твари. Если бы на этом всë и закончилась... — Кампе! — Нико еле увернулся от ядовитых клинков.       Страх за собственную жизнь сковал тело.       На земле и под землёй существовало огромное множество чудовищ, но Кампе считалась самым опасным и непредсказуемым из них.       Лучший способ выжить в схватке с ней — бежать как можно дальше и скорее. Это Нико и собирался сделать.       Отбив клинком очередной удар, он кинулся в сторону.       Внезапно ногу прострелило жгучей болью, и Нико упал, сдирая кожу на руках и коленях.       Яд подействовал моментально. Силы быстро покинули тело, и Нико провалился в спасительную темноту.

***

      Полубог поморщился от резкой головной боли. Его бессовестно разбудили чьи-то голоса. — Я приказывал привести его невредимым, — этот голос он слышал впервые. — Как ты посмела?       Голос Кампе дрогнул: — Повелитель...!       "Они не могут выяснять отношения где-нибудь в другом месте?" — Нико мысленно вздохнул. Он тут между прочим помирает от боли.       С трудом разлепив глаза, полубог приподнялся, но упал обратно на подушки.       Всë тело саднило и болело, а ногу вообще как будто прижгли расскалëнным железом. Юноша застонал.       Голоса резко прекратились, но лишь на секунду. — Пошла прочь.       И Кампе, не теряя времени, исчезла за дверью, радуясь возможности спасти свою шкуру.       Совсем рядом послышались шаги, прогнулась кровать и прохладная рука опустилась на горячий лоб, принося секундное облегчение. — Мне очень жаль, что ты пострадал, — низкий голос звучал с сожалением. — Но я безумно рад, что ты здесь. — Кто ты?       Наконец-то получилось сфокусировать взгляд.       Перед ним сидел высокий привлекательный мужчина, которого он никогда не видел прежде.       Выразительные черты лица и мощная аура выдавали в нëм не совсем обычного человека. — Ты бог? — Да, — он медленно кивнул, глядя прямо в глаза.       Нико открыл рот, но вопрос так и не был озвучен. — Ты находишься в моём дворце, — бархатистый голос прозвучал без эмоций, тёмные глаза смотрели в упор. — Теперь это и твой дворец тоже.       Нико опять открыл было рот, но его снова опередили: — Ты принял мой дар, согласился быть со мной. — Что всë это значит? — Нико сделал ещë одну попытку встать и со стоном рухнул обратно. — Проклятье... — Ты причиняешь себе боль, — мужчина поднялся и взял что-то со столика. — Съешь, это поможет.       Нико замер на месте, стараясь унять невыносимую боль. Этот странный бог перед ним нëс какой-то бред и совершенно не внушал доверия.       Не желая ничего принимать у него из рук, Нико старался увернуться, но узнав знакомых аромат, он понял, что ему пытаются впихнуть, и наконец приоткрыл рот.       Стоило слегка сомкнуть зубы, как ягода лопнула, выпуская наружу сок, и ни с чем несравнимый вкус наполнил рот.       Боль в голове и мышцах начала постепенно угасать. — Ещë одну?       Робкий кивок. Вторая ягода последовала за первой. Жжение в ноге полностью исчезло, сознание прояснилось, и Нико наконец удалось сесть.       Юноша сглотнул слюну, перемешанную с соком, и нерешительно произнёс: — Можно ещё?       Мужчина тепло посмотрел на него, если эти излучающие безжизненный холод глаза были вообще способны на такое. — Конечно.       Разве он мог отказать в такой простой просьбе? И стал дальше наблюдать за мальчишкой, уплетающим ягоды за обе щеки.       Нико же не мог поверить своему счастью не только увидеть, но и узнать, каковы на вкус плоды этого загадочного растения, растущего только тут, в Тартаре.       У полубога промелькнула здравая мысль, что надо бы сберечь пару ягод. Тогда, когда он вернётся, Персефона сможет взрастить Ксилимирию в своём прекрасном саду.       Юноша ещё долго витал во облаках, если бы не заметил, каким потемневшим взглядом на него смотрел этот жутковатый бог.       Почувствовав неладное, Нико прекратил облизывать пальцы, испачканные в соке, и захлопал глазами. — Позже я принесу тебе ещë, — чужая рука протянула к лицу ткань, чтобы убрать остатки сока. — Сейчас тебе следует поспать. — Но.. — Тебе нечего опасаться. Тут никто не тронет тебя. — Мужчина поднялся, — позже я отвечу на все твои вопросы, но только после того, как ты отдохнëшь.       Он рассёк ладонью воздух, и Нико, совершенно того не желая, провалился в сон.