К чему мы в итоге придём?/Where do we go from here?

      Тайлер почувствовал, когда Уэнсдей вернулась в его комнату, а его Хайд уловил её запах. Обычно, если он прислушивался, он слышал её тихие шаги, однако всё, что он мог слышать сегодня вечером, – это стук собственного сердца. В его голове стоял оглушительный шум, который только усилился, когда он увидел её.       В дверном проёме не было видно её тёмной фигуры. Он подумал, что на ней белые брюки, пока не заметил, что на самом деле это были голые ноги. Увидеть её бледные ступни – это одно, но для него было для него неожиданностью видеть её лодыжки, за которыми следовали чётко очерченные икры и бёдра. Её бледные руки вели к чётко очерченным ключицам на груди, в которых отражался свет его прикроватной лампы. Всё её тело, казалось, светилось, что было нетипично для её привычной внешности. Его глаза пытались охватить каждую её частичку, в то время как его разум безуспешно пытался всё это подметить у себя в голове. Она медленно подошла к нему, и прежде чем он успел осознать, что она что-то держит в руке, он услышал, как она спросила, может ли он расчесать ей волосы.       Тайлер не хотел упускать эту возможность; он нервно взял предложенную расчёску, затем отодвинулся, чтобы она могла сесть перед ним. Он сделал глубокий успокаивающий вдох, затем старательно снял сначала одну ленту для волос, затем другую, медленно расплетая её косы, прежде чем нервно взяться за расчёску. Он медленно начал расчесывать ей волосы, делая то, о чём его попросили. Казалось, он был на автопилоте и не контролировал полностью свои действия. Он сделал ещё один глубокий вдох, прежде чем поднять расческу, и попросил её предупредить, если будет больно. Судя по её ответу, он не понял, ответила ли она на его вопрос или сказала о чём-то, как будто читала его мысли.       Он осторожно провёл расчёской по её длинным тёмным волосам, каждое его движение было более решительным. Он услышал удовлетворенный вздох по мере того, как иглы щётки сильнее прочёсывали кожу её головы.       – Приятно ли чувствовать, когда твои волосы расчёсывают? – поинтересовался он вслух.       Уэнсдей смогла только кивнуть, прежде чем повернуть голову, чтобы он сосредоточил внимание на определённом месте. Он старательно расчесывал её волосы, пока она не повернулась к нему и не взяла у него расчёску. Она положила её на прикроватный столик, не отрывая от него взгляда. Тайлер сделал ещё один глубокий вдох, ему нужно было оторвать от неё взгляд, чтобы сформулировать мысль.       – Мне, ммм, нравится твоя пижама. – сказал он, колеблясь внутри, когда не мог найти слов.       – Спасибо, это моя милая пижама.       Он не смог удержаться от улыбки, задавая ей вопрос.       – Милая?       – Так Энид её назвала, когда мы были в магазине нижнего белья.       – О, я думал, ты просто сказала это, чтобы подразнить Ксавье.       Она улыбнулась в ответ.       – Немного, но мне также нужна пижама, чтобы спать в ней, когда я с тобой.       – Мне всё равно, почему тебя не устраивает то, в чём ты спишь обычно? – растерянно спросил он.       – Она на самом деле не подходит для тех занятий, которые я запланировала.       Он вопросительно посмотрел на неё, когда она повернулась всем телом и забралась к нему на колени. Она скользнула руками вверх по его груди и обвила шею, затем притянула его губы к своим. Её движения были полны решимости, когда она целовала его, целенаправленно удерживая его и крепко прижимаясь губами к его губам. Она медленно провела руками от его шеи вверх к кудрям на затылке, пропуская их сквозь пальцы, когда отстранилась, чтобы перевести дыхание. Тайлер последовал за ней, едва дав ей перевести дыхание, затем его руки прошлись по её спине и притянули её обратно к себе. Возникшее между ними желание можно было судить по скорости и силе, с которыми они покрывали друг друга поцелуями, едва позволяя другому перевести дыхание, прежде чем они снова жадно приникли друг к другу.       В конце концов Уэнсдей пришлось отстраниться, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, чтобы вдохнуть необходимый ей кислород. Тайлер воспользовался этим как возможностью оторваться от её губ в поисках того места на шее, прикосновения к которому заставило тогда её непроизвольно застонать. Он был почти уверен, что этот звук ему почудился, но он был полон решимости по возможности воспроизвести его снова. Его медленный путь вниз по её шее достиг желаемого, когда Уэнсдей вздрогнула в его объятиях. Её руки удерживали его на месте, прижимая к своей шее, её ногти впивались в него, что-то в этом месте, прямо над точкой пульса, пленило её. Это чувство заставило её захотеть отстраниться, но она не могла пошевелиться. В конце концов он двинулся дальше, продолжая спускаться к её недавно обнажившимся ключицам.       Он высунул язык, чтобы лизнуть косточку, Уэнсдей едва сдержала стон, раздавшийся между ними двумя. Она провела руками вниз по твёрдым мышцам его спины, прежде чем схватить его рубашку и поднять её вверх по спине, потянув назад и стянув её через голову. Когда он позволил снять с себя рубашку, он посмотрел Уэнсдей в глаза. Её глаза были полны похоти, голода и коварства, в то время как его были полны обожания, желания и вопросов. Она одарила его лёгкой сдержанной улыбкой, прежде чем прижаться к его груди. Когда Тайлер лег на спину, Уэнсдей приподнялась, зажимая его под собой.       Она положила одну руку на матрас рядом с его шеей, приподнявшись над ним. Другой она обводила созвездие родинок на его груди, прежде чем медленно опустить её вниз по его телу. Она провела ногтями по тёмным волосам чуть ниже его пупка. Когда её рука двинулась ниже, Тайлер быстро поймал её маленькую ладошку своей большой. Она вопросительно посмотрела ему в глаза, когда он поменял их местами, устраивая Уэнсдей под собой, её бедра раздвинулись на его обнажённой талии. Он всё ещё держал её руку в своей, прижимая её к матрасу рядом с её головой. Тайлер наклонился и запечатлел ещё один жадный поцелуй на её губах, прежде чем спуститься вниз по её подбородку, а затем вернуться к её нетронутой ключице. Он целовал её грудь и плечо, он остановился только, когда добрался до бретельки её ночного комбинезона. Он отстранился, чтобы вопросительно посмотреть на неё.       – Сними его. – почти прошептала Уэнсдей.       Он кивнул, прежде чем осторожно снять его с её плеча, затем принялся за другое плечо, чтобы сделать то же самое. Уэнсдей вытащила из него свою руку, положив её себе на грудь, удерживая свой топ на месте, пока она вытаскивала руки из лямок. Затем она снова подложила свою руку под его голову. Она кивнула, чтобы он продолжал. Он одарил её улыбкой и нежным скромным поцелуем в губы, коснулся точки пульса с другой стороны её шеи, затем остановился чуть выше кружева на верхней части её комбинезона.       Затем он прижался носом к её грудине, медленно опуская его вниз с каждым поцелуем, облизыванием или посасыванием, которые он наносил на середину её тела. Когда он добрался до её талии, резинка комбинезона остановила его усилия, заставив его только вернуться назад. Он прикусил нижнюю часть её грудной клетки с каждой стороны, прежде чем нежно поцеловать нижнюю часть её груди. Уэнсдей почувствовала, как у неё перехватило дыхание, она безрезультатно захотела сделать ещё один глоток воздуха, когда его горячий рот полностью накрыл её сосок, и её легкие были бессильны против такой стимуляции. После того, как они поменялись местами у Уэнсдей перехватило дыхание, независимо от того, сколько кислорода она пыталась набрать в легкие. Она почувствовала, что становится нетерпеливой, лёжа под ним, нуждаясь в большем, чем он предлагал. Она использовала ту руку, которой держала его за волосы на затылке, чтобы оттащить его от себя. Он сел между её ног, опустившись перед ней на колени, в его глазах ясно читалось беспокойство.       – Я сказала тебе, сними его. – она старалась говорить твёрдо, но не могла отрицать, что в её приказном тоне слышалось затаённое дыхание.       Тайлер мгновение сидел, глядя ей в глаза. Его молчание начало беспокоить Уэнсдей, возможно, это было не то, чего он ожидал, возможно, он не хотел этого, а её приказ оставил мало места для размышлений о его чувствах.       – Сними его, если хочешь. – она попробовала снова.       Он быстро кивнул.       – Я хочу.       – Я тоже хочу. – Уэнсдей попыталась понять его колебания.       – О, я знаю, что ты хочешь. – он ухмыльнулся ей. Уэнсдей вопросительно приподняла бровь.       – Хайд становится немного диким от запаха твоего очевидного возбуждения. – его ухмылка была победоносной, она не смогла удержаться от закатывания глаз.       Она села перед ним, при этом движении взгляд Тайлера быстро скользнул вниз к её груди, прежде чем вернуться к её лицу.       – Что тревожит тебя? – спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы это не прозвучало обвиняюще, несмотря на её отчаянную потребность почувствовать, как какая-то часть его самого возвращается к ней.       – Ты уверена, что это то, чего ты хочешь?       Она медленно подняла руку к его щеке, прежде чем медленно вернуть его лицо к своему. Когда их губы прижались друг к другу, Уэнсдей осторожно провела языком по его верхней губе. Когда он открыл рот, чтобы коснуться её языка своим, она обвила его шею обеими руками, притягивая его обнажённую грудь к своей. Звуков от их одновременных стонов было достаточно, чтобы все сомнения покинули Тайлера, и он поцеловал её с новой страстью. Он опустил их обоих вниз, осторожно положив голову Уэнсдей на свою подушку, провёл рукой от её грудной клетки вниз по боку, прежде чем нырнуть под пижаму. Он отодвинул резинку на её талии, чтобы провести двумя пальцами между её ног. Он оторвался от её губ и застонал, когда его пальцы ощутили то, что он мог чуть своим чутьём, её возбуждение было более чем очевидным. Он прижался своим лбом к её лбу, закрыв глаза, чтобы сосредоточиться. Его чувства, обострившиеся уже от чутья Хайда были на пределе, когда его пальцы скользили взад и вперед между её влажными половыми губами.       Уэнсдей так сильно прикусила нижнюю губу, что во рту появился привкус меди. Заметив, какой тихой она была, Тайлер открыл глаза, наклонился, чтобы освободить её нижнюю губу, издавая стоны, которые она пыталась сдержать. Когда он медленно продвинул руку дальше, он просунул палец в её удивительно горячие складочки, Уэнсдей не смогла удержаться и выгнула грудь навстречу его груди. Когда он медленно двигал пальцем внутри неё, её руки оказались у него на спине, поглаживая её в такт ощущениям, которые он в ней вызывал. Казалось, это было идеальное сочетание ненасыщенности и удовлетворения. Когда её руки добрались до резинки его брюк, она просунула под них кончики пальцев, почесывая, прежде чем стянуть его штаны вниз. Она была разочарована тем, что они сдвинулись едва ли на дюйм, он был намного выше, и у неё не было возможности сдвинуть их дальше. Её разочарование, должно быть, было очевидным, поскольку Тайлер отстранился только для того, чтобы зацепить указательными пальцами пояс её комбинезона, стягивая его вниз по её телу. Уэнсдей приподняла колени, когда он стянул его с её ног и бросил на пол рядом со своей кроватью. Его взгляд скользнул по её телу, прежде чем вернуться к лицу.       – Чего ты хочешь Уэнсдей? – Он выглядел одержимым, его жажда опьяняла их обоих.       – Я хочу, чтобы ты снял штаны. – её глаза были дикими, чёрными как смоль, когда она подняла на него взгляд.       Он встал с кровати, чтобы стянуть их, прежде чем снова лечь на её тело. Он просто поцеловал её левую лодыжку, затем противоположное колено, затем вернулся к левому бедру. Он покрывал её поцелуями со всех сторон, медленно поднимаясь над ней. Добравшись до её подбородка, он поцеловал очерченную косточку, прежде чем умоляюще прошептать ей на ухо.       – А теперь, чего ты хочешь Уэнсдей?       Она инстинктивно обхватила икрой его бедро, убрала руки с его груди, чтобы обвить их вокруг его шеи, снова вцепившись в волосы у него на затылке.       – Я хочу почувствовать тебя внутри себя.        Он опустил голову, чтобы поцеловать её в шею, снова сосредоточив свое внимание на точке пульса, когда она снова почувствовала, как он проталкивает палец в её складочки. Он медленно вводил его внутрь и наружу. Этого было бы достаточно, если бы она не чувствовала, как его выступающий член касается нижней части её живота. Жар обжигал её, почти выжигая на ней клеймо.       – Тайлер. – Она попыталась сказать ему, чего хочет, ей почти показалось, что он понял, когда он вытащил из неё один палец, только чтобы снова засунуть другой. На ум пришло ощущение удовлетворенного царапанья или кульминация музыкального произведения. На мгновение ей было этого достаточно, и она была довольна, пока жжение в нижней части живота не дало о себе знать, внезапно это не показалось таким удовлетворением, в котором она нуждалась. Страстное желание овладело ею, её терпения не хватало и в лучшие времена, не говоря уже о данной ситуации.       Оторвав лицо Тайлера от своей шеи, она оттолкнула его, чтобы вцепиться зубами в точку его пульса. Стон, которым он ответил, и то, как он терся о нее всей своей длиной, были достаточным ответом на то, что от неё требовалось сделать. Закинув ногу повыше ему на талию, она толкнула его и перекатилась на него сверху. Победно улыбаясь, она откинулась на его бедра, обхватив его рукой. Их взгляды встретились, когда она медленно поднимала и опускала руку по всей длине его тела. Тайлер рассеянно облизал пальцы, которые до этого были внутри неё, прежде чем обеими руками обхватить её бедра. Он притянул её к себе и приподнял над собой.       Они ещё раз улыбнулись друг другу, затем Уэнсдей осторожно опустилась на него по всей его длине. Она с восторгом наблюдала, как напрягся каждый мускул его торса, его челюсть подергивалась, когда он старательно наблюдал, как она опускается на него. Когда она, наконец, устроилась напротив него, его глаза встретились с её. В её глазах, по всей видимости, читался восторг, поэтому его улыбка стала только шире. Растяжка и открывшийся вид только удовлетворили Уэнсдей. Ощущение только усилилось, когда она почувствовала, как Тайлер приподнял её и снова мягко соскользнул вниз, а она издала вздох удовлетворения. Она не осознавала, что взяла инициативу в свои руки, приподнимаясь и опускаясь, пока не почувствовала, как его руки скользят по её торсу, поднимаясь к грудям, одна обвилась вокруг её шеи, опуская её к его жаждущим губам.       В конце концов Уэнсдей стало трудно продолжать в том же духе, поскольку Тайлер не переставал её целовать. Он услышал её разочарованный стон и быстро перевернул их обратно и продолжил дальше в неё входить сверху, неторопливо покрывая её поцелуями, и не прекращая свои стремительные толчки в неё. Затем его темп стал неравномерным, и Уэнсдей поняла это чувство, ей показалось, что она сейчас сойдёт с ума, когда почувствовала, как его губы возвращаются к точке её пульса. Этого было достаточно, чтобы она быстро достигла кульминации вокруг него. Его темп стал очень быстрым, затем он остановился, и она почувствовала пульсацию внутри себя. Они оба, казалось, пытались отдышаться, прежде чем Тайлер стал отстраняться. Уэнсдей инстинктивно крепче обняла его, не давая ему покидать её личное пространство.       – Мне нужно слезть, иначе я тебя раздавлю. – он усмехнулся, прижавшись к ней.       – Я не против, чтобы ты меня раздавил. – попыталась она возразить.       Он с усилием высвободился из её объятий, затем лёг рядом с ней и притянул её тело к себе. Уэнсдей положила подбородок ему на грудь, и он наклонил голову, чтобы поцеловать её. Она могла видеть, как улыбка на его лице сменилась с довольной на неуверенную.       – О чём ты думаешь? – она склонила голову набок, рассматривая его.       – Мы не использовали никакой защиты.       – О, это не проблема.       Он изогнул бровь.       – Дети от Хайда – это не проблема. Конечно, ты бы хотела ребенка Хайда. – он закатил глаза.       – Я имела в виду, что принимаю контрацептивы. Я бы с радостью завела Хайда, но не ребёнка. – недовольное выражение лица заставило Тайлера усмехнуться. Его смешок медленно перешел в стон, когда он закрыл лицо рукой.       – Что тебя сейчас беспокоит? – она с любопытством наблюдала за ним.       – Я должен сказать своему отцу.       – Что я предпочла бы лучше домашнего Хайда, чем ребёнка? – спросила она в замешательстве.       Тайлер издал тихое рычание.       – Уэнсдей, Хайд не домашнее животное. Я должен сказать ему, что у нас был секс.       При этой мысли лицо Уэнсдей снова приняло недовольное выражение.       Спустя некоторое время они оба погрузились в глубокий сон, Уэнсдей так и не убрала голову с груди Тайлера. Два их сердца бились в унисон, и от медленных вдохов друг друга они заснули.

***

      Утреннее солнце разбудило Уэнсдей. Оно сильно грело её кожу, но вызывало дискомфорт, хотя было не таким горячим, как тело, лежащее под ней. Она медленно выскользнула из постели, снова натянула пижаму, прежде чем бесшумно спуститься на кухню. Она тихо готовила себе чай и наливала Тайлеру стакан молока, когда услышала, как шериф возвращался с работы, открывая входную дверь. Он резко остановился, увидев Уэнсдей на кухне, её выбор одежды не остался незамеченным, когда он вопросительно на неё посмотрел.       Уэнсдей на мгновение задумалась, прежде чем обдумать свой ответ.       – Мы с Тайлером спали вместе прошлой ночью, и под ”спали вместе" я подразумеваю, что мы занимались сексом.       Уставший шериф провел рукой по лицу, прежде чем громко вздохнуть.       – Вы хоть предохранялись? – спросил он почти скучающим тоном       Уэнсдей вопросительно склонила голову набок.       – Вы же использовали защиту, презервативы, верно? – спросил он, ещё более раздраженный тем, что ему пришлось объясняться.       – Нет, мы не пользовались презервативом. – она, не мигая, уставилась на него.       Тело шерифа напряглось, его лицо медленно покраснело, он начал ворчать себе под нос.       – Этот мальчишка… он вгонит меня в могилу... Глупый Хайд... Аддамсы как не кровные родственники...– Он взбежал по лестнице, и она услышала, как хлопнула дверь спальни Тайлера.       Уэнсдей спокойно поднялась обратно, с чашкой чая в одной руке и стаканом молока в другой. Она не смогла скрыть ухмылку, которую можно было заметить по ямочкам на её щеках.