Славься, имя короля!

      Принц поправлялся не по дням, а по часам, и это Зоро на самом деле не очень-то радовало. Потому что скоро у него не будет никаких извинений перед своей совестью, чтобы держать Завитушку в своей башне якобы для лечения и защиты.       А когда Завитушка выйдет из башни, то сразу же узнает, что проклятый унизивший его до статуса раба король Ророноа и есть Зоро.       Каждый раз, когда Зоро пытался подвести разговор к проблемной теме, Завитушка разражался такой гневной тирадой об отвратительном тиране Ророноа, что Зоро неловко кашлял и менял тему.       Нет, он не был трус, он выходил один против армий, но… Он никогда не боялся кого-то так сильно потерять. Если у «бессердечного короля Ророноа» и было слабое место, то оно было не на нем — оно жило в башне отдельно от него. Задумчиво читало книги в тени шатра, плело венки из бездумно нарванных для него Зоро садовых цветов, потому что само не решалось сорвать такую красоту. Смеялось, когда Зоро закидывал его на руки при подъеме на башню.       Когда у тебя появляется слабое место, то конечно ты хочешь беречь его. Хранить в недоступной никому башне с замком, единственный ключ от которого — у тебя.       — Дождь пошел, — озадаченно сказал как-то Зоро, войдя утром в башню принца. Даже за короткую перебежку из своих покоев до башни пленника он успел промокнуть до нитки, а значит, и в шатре сейчас было не слишком сухо для больного (как все еще хотел надеяться).       — Ты весь промок, я не дам тебе спокойно мутировать еще дальше в своей водной среде! — нетерпеливо ждавший его Санджи схватил один из теплых пледов с кровати. Он бросился с Зоро и принялся вытирать и ерошить его волосы, словно пришедшего с прогулки мокрого пса.       — Да уймись ты, я закаленный! Я лето в дупле провел! — брыкался Зоро, пока плед не соскользнул с его головы на плечи. И Зоро оказался пойманным Завитушкой в силки своего полотенца.       — Привет, Маримо, — улыбнулся Санджи, словно в этот дождливый день солнце передало ему свои полномочия освещать для Зоро все вокруг. — Попался.       И притянул отпрянувшего было назад Зоро для поцелуя. Тот вечно стеснялся, избегал близости в башне, где Завитушка слишком явно был его пленником. Это была очередная моральная грань, которую Зоро боялся переступать.       Санджи решил, что это потому что Зоро начальник охраны и его надзиратель. Но на деле все было гораздо хуже.       Но влюбленный принц любил хулиганить, подкалывать и подшучивать над Зоро. Вот и в этот раз он переиграл своего тюремщика и украл их первый поцелуй в темнице. Зоро замер под теплыми губами, согретый уютным пледом.       — Так и будешь стоять, словно я заколдовал тебя поцелуем в камень? Или снимешь промокшее кимоно и проведешь сегодня день в сухости и тепле? — хулиганисто подмигнул ему Санджи.       — Я… у меня сегодня обязательства… — замямлил жалко Зоро.       — Да? Жаль, я думал, ты заберешь всю мою одежду в стирку, — пожал плечами Санджи, разворачиваясь к постели. — Раз я все равно не могу пойти в сад, почему бы не отдать прачкам это, — он стянул с себя рубашку, — и это, — как он так быстро снял брюки?! — и это.       Последний элемент одежды полетел в кучу у ног Санджи. Тот стоял перед кроватью, абсолютно нагой, уперев руки в бока в задорной позе. И показывал взглядом на кучу из белья:       — Что, неужели не заберешь сам? Или великий мечник и путешественник боится. Как видишь, из оружия у меня только…       — Вот же шельмец! — засмеялся наконец Зоро и скользнул к принцу, скидывая на ходу промокшее кимоно. Пленные принцы, вот где кроется королевская погибель любого ужасного тирана.       Сезон дождей затянулся, но Зоро с Санджи это больше не расстраивало. Покои пленника, даже более теплые и мягкие, чем покои короля, Зоро тут постарался, стали их убежищем. Здесь Санджи не боялся быть услышанным в минуты близости, ведь он знал, что за дверью на десятки пролетов вниз никого нет. Здесь Зоро брал его, а пальцы Санджи зарывались в мягкий мех дорогих шкур, оттеняющий белизну кожи пленника. Они были пьяны друг другом, и Зоро совершенно забыл думать о завтрашнем дне.       Правда спросил Робин, может ли он просто исчезнуть из королевства, прихватив «вещи первой необходимости» с собой. Но та ответила, что Король Ророноа привел государство на грань войны или вторжения, бездумно сохранив жизнь одному из Винсмоуков, потому что король Норт-Блю не потерпит такого унижения. И будет безнравственно стравить две страны, а потом бросить беззащитный народ на произвол судьбы.       Зоро устыдился, схватить Завитушку и сбежать было не вариант.       Да и не хотел он бежать, он хотел смотреть, как цепляются за темную шерсть шкур длинные пальцы, когда раскрасневшиеся от поцелуев губы выдыхают его имя раз за разом, толчок за толчком. В башне в объятиях улыбающегося ему принца было слишком хорошо.       — Я тоже хочу сделать это для тебя, — шептал на ухо разгоряченный принц, когда они обнимались уже почти в сумраке. Скоро был отбой, Зоро не хотел, но должен был уходить. Завитушка выгонял его всякий раз, ведь репутация короля стражи должна быть безупречной.       Они лежали после того, как Зоро только что впервые доставил Завитушке наслаждение ртом, и тот горел желанием сделать то же самое для Зоро.       Было так странно, что сколько бы опыта ни набирал Завитушка, в нем была какая-то неистребляемая внутренняя невинность. И Зоро всегда требовался момент, чтобы перешагнуть эту черту и снова покуситься на невинность.       Все, что делали они, Завитушка делал впервые, но он оказался куда более любознательным и страстным в любви, каждый раз он становился все более чувственным и чувственным.       — Но ты должен принести вино, — прошептал Санджи ему на ухо. Они лежали обнаженные поверх одеял, их руки и ноги переплетались в запутанный клубок, который никому, казалось Зоро, никогда не распутать и не разделить их.       — Ха? Что такое, Завитушка, пленник соблазнил меня, чтобы получить вино из королевских погребов?       — Нет, обычное! Я не хочу ничего от НЕГО, ты же знаешь, — Санджи не упускал случая выразить презрение королю-тирану. — Просто… — он спрятал лицо в подушку рядом с ухом Зоро. — У нас в Норт-Блю меня бы выпороли прилюдно за связь с мужчиной, а его бы казнили. Так что я… мне сложно переступить через некоторые установки, когда слышишь их с детства…       — Завитушка, эй, все хорошо. Если тебе это трудно, то и не нужно…       — Но я хочу! Я хочу испробовать все, это так здорово. Я никогда не думал, что можно проводить в постели дни напролет! Мне просто нужно немного раскрепоститься. Вино поможет. Любое, я не привередливый! — быстро затараторил он.       — Ладно, ладно, — Зоро погладил любовника по волосам. — Будет тебе лучшее королевское вино. Это потому что у меня хорошее жалование! — быстро добавил он, боясь, что раскроют его причастность королевским винным погребам.       — Да, да, ты жених — на зависть всем матронам с дочками на выданье, — фыркнул Санджи. Он уже выглядывал из подушки одним глазом. И водил игриво пальцем от переносицы до кончика носа Зоро. — Знали бы они, кто ты на самом деле.       — Знали, что кто я? — испуганно переспросил Зоро в темноте.       — Плохо говорящее растение.       Зоро закрыл глаза и горестно вздохнул.              Вино он взял у служанки при кухне. Честно объяснил, что это не для него, а для человека с утонченным вкусом, плененного принца. Та задумалась и принесла какое-то действительно пыльное вино из погреба. Наверное, выдержка лет семь! Зоро с уважением принял дорогую на вид бутылку и присовокупил ее к богатому ужину на двоих.       Слуги наверняка догадываются о чем-то и шепчутся по углам, но Зоро было плевать. Там, через тысячу ступеней бегом, ждал его Завитушка.       Кто же знал, что он так быстро наклюкается. Зоро даже пригубить не успел, как тот махнул бокал и мигом опьянел. Его щеки пылали алым румянцем.       — Ммммаримоу, — по-кошачьи промурчал он и пополз по широкой кровати в нелепой грации неуклюжего котенка. — Иди сюда.       — Ты пьян, Завитушка! Усраться, с одного стакана так налакался, — хохотнул Зоро и уперся пальцем точно в центр витой брови ползущего на него соблазнителя. — Может, попридержишь коней?       Зоро было не важно, что он может получить от Завитушки какие-то новые наслаждения. Весь Завитушка уже был его во всех смыслах.       — Не беги от своего счастья, — крученая бровь поморщилась, и Санджи боднул упертую руку. — Тебе, ик! Принц, ик! Винсм… винсмоск… смоскск… Тьфу ты, чего я пытаюсь, все равно ебаный Король Ророноа лишил меня имени.       Зоро закатил глаза. А вот эту фразу Санджи с первого раза четко удалось произнести.       — Зоро, ик! У меня больше нет имени, прав, меня могут скоро четвертовать на площади. А ты не хочешь дать мне отсосать?! — горестно глянули на Зоро голубые глаза. Принцев надо внедрять в королевство, тогда король падет сам, без армии и осады.       — Да хочу я, хочу! — убрал руки Зоро, чтобы эта минетная секс-машина уже доползла до него, спотыкаясь.       И Завитушка дополз на четвереньках, шумно втянул воздух и упал лицом точно Зоро в ширинку. Он даже ноги сжал от неожиданности и удара.       — Эй, Завитушка, ты зубами что ли решил штаны прогрызть! Зави… Завитушка?!       Изо рта Санджи прямо на ширинку шла пена, и с каждым толчком изо рта она окрашивалась во все более розовый, а затем уже и красный, цвета крови, цвет.       — Что с тоб… — Зоро перевернул его на спину, коснулся щеки. Мимо него в потолок уставились уже не голубые, а почти белесые безжизненные глаза. — Завитушка!       Никогда в жизни Зоро так не бежал. Перескакивая вниз сразу целые пролеты, болталась безвольно голова Завитушки, словно тряпичным было легкое тело на его руках.       — Чоппер! — он влетел в тронный зал, не зная, где доктор. Но здесь высокие своды, отчаянный крик короля разносился по всему замку.       Он крутился на месте, не зная, куда кинуться, в какой из бесконечных коридоров-проходов, и никогда в жизни его сердце не сжималось от страха перед будущим так сильно, как в те минуты. Пока не заметил спешащую к нему навстречу Робин с Чоппером.       Это был яд. Чоппер быстро определил по выцветшим глазам и сухому опухшему языку, что это был Серый поцелуй — один из страшнейших ядов, который делали в Норт-Блю.       Завитушка то безумно быстро начинал дышать, то наоборот — замирал так недвижимо, что казалось, что он больше никогда не двинется.       — Держи его голову вот так, Робин. Лучше пустить ему кровь и сделать переливание, одной сыворотки уже недостаточно, — Чоппер суетился вокруг умирающего принца. И Зоро вздрогнул, когда он вдруг технично полоснул по нему скальпелем.       Кровь на белой коже кажется пугающе красной.       Зоро убил ее. Шпионку, что вынесла ему якобы старую бутылку, которую сама изваляла в песке и пыли погреба. Поймал ее уже выбегающей из кухонного крыла совсем не в поварской форме. Он должен был догадаться, ее глаза были такие синие, как у многих северян.       Она что-то лопотала про то, что не было приказа вредить королю, Норт-Блю просто хотело смыть с себя позор. И что они подарят королю Ророноа любого, кто ему приглянется, если ему нравятся бледные северяне…       Зоро не стал ее допрашивать, зачем? Он знал, кто подослал ее. А еще знал, что в этот раз облажался, и так дальше быть не может.       Он вернулся в гостевые покои, где врачевал Чоппер, но внутрь его не пустила Робин, тихо прикрывшая за собой дверь.       — Тсс, не будем мешать доктору, мой король.       — Но он… он будет жить?! Это я дал ему это вино, я не думал… как я мог знать?! — красные капли крови на лице короля и безумный взгляд, вот почему Усопп отшатнулся от него, когда увидел в коридоре.       — Чоппер сказал, что еще минута, и было бы поздно. Он успел остановить необратимые процессы, но борьба все равно будет сложной.       — Черт! — Зоро с силой прижал руки к глазам, борясь с головокружением от впервые разъедающего его страха. — Эти ублюдки! Почему они не могут просто от него отъебать?       — Я сказала вам, они никогда не остановятся, — холодно сверкнула глазами Робин. — У них не вышло убить его силой, вы правда оказались непобедимы. И они перешли на тихие подлые методы. Сложно предсказать, какой будет следующая попытка.       — И не жалко им столько шпионов тратить. Всех убью. Каждого, — зло прошипел Зоро. Робин пожала плечами:       — Джерма всегда славилась сетью скрытых шпионов. Вы никогда не можете знать, кто в замке из тех, кто работает тут годами, спящий агент. Вероятно, в Норт-Блю стало известно о характере ваших отношений с пленником. А это означает, что шпионы есть и в замке. Подобного унижения Джадж снести не в силах.       — Да какого такого унижения! Я же говорю, сами все придумали. Я вовсе не хотел его там рабом или кем делать. Это все ебнутые порядки! — Зоро устало сполз по стене рядом с дверью в импровизированную палату. Он собирался охранять принца, как верный пес, прямо у двери. Чопперу он доверял, а остальным… Зоро уже и не знал.       — Робин, а как успокоить всех этих шпионов? Чтобы они прекратили уже?       — Избавиться от обесчещенного раба. Ему уже невозможно вернуть статус принца после всего случившегося, — опасный у Робин был взгляд, холодный и острый, как ледяные пики.       — Принца, нельзя, говоришь, — пробормотал Зоро. И вдруг его осенило. «Жених хоть куда», — Завитушка сам про него такое сказал. И Зоро вскинул горящий взгляд: — А королем?! Они заткнут свои ебучие рты, если я сделаю его королем?!       — Ах? Но как вы собираетесь…       — Супруг короля — тоже ведь король, правда? Если они так закусились, что я низверг их принца, их ебаное больное эго будет довольно, если я подниму одного из Винсмоуков до короля Ист-Блю. Тогда точно языки в жопу засунут и будут цветы на дни рождения слать. Другие-то принцы максимум могут войсками командовать, но королем станет лишь один. Они будут неудачниками на его фоне, Робин.       Зоро вскочил и схватил Робин за руку, боясь, что ее резонные замечания опять разобьют все его идеи в прах.       — Да… — медленно проговорила она. — Король — это высший статус. Это… это может сработать, скорее всего сработает. Но вы уверены, король Ророноа?       — В чем? — сморгнул Зоро.       — Вы готовы жениться на лишенном чести пленнике-наложнике?       — Да.       Этот простой ответ, казалось, поразил Робин в разы сильнее, чем даже вид отравленного безжизненного тела Санджи. Она открыла рот и отступила на шаг, словно заново рассматривая своего короля.       — Но… он же ваш раб. Все считают, вы в праве делать с ним то, что пожелаете.       — Хватит всякими мерзкими словами Завитушку называть, вот что, — разозлился Зоро. — И кто такие эти все, и что они думают, я такого делаю.       — Все, горничные, повара, — просто сказала Робин. — Все знают, что вы сделали из лишенного звания человека принца наложника. И они понимают, что вы в своем праве. Проигрыш на дуэли королевского решения делает проигравшего, не избежавшего позора выжить, вашей вещью. И вы говорите, что сделаете его королем…       — Какие вы все тут жуткие, — поморщился Зоро. — Гадости про Завитушку думаете. Теперь точно сделаю его своим супругом, чтобы у них у всех морды перекосоебило. Как ты сказала, Джадж это схавает, так можно вернуть Санджи статус.       — Да. Король Норт-Блю очень тщеславен. Он благоволил бы этому союзу, даже если бы вы просто так посватались. Он бы заставил Санджи выйти за вас. Но в текущем положении Джадж даже сочтет, что обвел вас вокруг пальца, подсунув вам раба, а получив короля Винсмоука.       — Пусть хоть лопнет от важности, — фыркнул Зоро. — Отлично, кому надо сказать, чтобы готовились к свадьбе?       — Я распоряжусь, — поклонилась Робин.       — Ага. И ты это, письмо им напиши, что ли. Чтобы перестали уже народ свой тут гробить. Знаешь, как там. У вас товар, у нас купец, тырым пырым. Чтобы чванились там себе, как лягушки дутые, что Завитушка теперь выше остальных принцев. А то ты ведь знаешь, я как напишу, они вообще войной на нас пойдут.       — Догадываюсь, — хохотнула Робин, прикрывая рот рукой, она собралась уже пойти исполнять приказ, когда Зоро окликнул ее, рассеянно и просяще.       — Робин…       — Да, мой король? — она, казалось, все еще не могла избавиться от удивления, когда смотрела на Зоро. Словно тот взломал все ее представления о мире, и о том, что можно, и что нельзя делать с пленными принцами.       — Он ведь правда поправится?       — Он бы не поправился ни у одного другого врача. Но к счастью, вы защитили страну, и тем самым спасли Чоппера — самого талантливого из лекарей.       — А, хорошо… — Зоро смутился и почесал в затылке. — А еще ведь свадьбу надо сделать, чтобы ему понравилось там… Ты это… знаешь, что бы ему понравилось?       — Настолько я осведомлена, третий принц… Простите, будущий король Ист-Блю любит кухню Норт-Блю, в частности, покорен талантами одного из королевских поваров, — поклонилась Робин.       — Точняк! Зефф! Завитушка же за него беспокоится. Как считаешь, можешь наврать им с три короба, что нам нужен повар с их традициями, чтобы устроить пир с почестями в сторону Норт-Блю? Чтобы они его нам прислали?       — Вам и не нужно было просить. Я пошлю запрос. Но переговоры могут занять некоторое время.       — А? Да, конечно, конечно, — отмахнулся Зоро. Сначала он был испуган будущим, и вот прошло полчаса, и перед ним же рисовалась лучшая картина из всех вариантов будущего, что он мог вообразить.       Да, он не знатного рода, мечник из маленькой деревни, за связь с которым Санджи бы выпороли. Что он мог предложить настоящему принцу? Только еще больше, чем тот имел, только стать королем.       Его королем.