Ситком

Себастьян лежит лицом вниз на несчастном диване уже третьи сутки, изредка подавая признаки жизни в виде настолько тяжелых вздохов, будто ему не двадцать, а все сто двадцать лет. На очередной такой вздох Гаррет, зависающий в планшете, понимающе кивает — он прямо-таки слышит звон осколков его несчастного сердечка. Как жаль, что всё сложилось так ужасно и любимый клиент лучшего друга уже с кем-то встречается. Ещё больше жаль, что Себастьян так и не смог справиться со своей драмой и дойти до магазина, как они договаривались, и Гаррет остался без своих любимых чипсиков. Ах, а он уже мечтал о том, как будет наслаждаться ими, пока ему будут красить волосы в новый цвет. Себ в очередной раз тяжко вздыхает, и Гаррет тяжко вздыхает вместе с ним — он правда всё понимает. Да и чипсики — это мирское, он-то надеялся, что хоть во время их привычных вечерних посиделок друг хоть как-то расшатается. А продукты можно доверить доставке. Потому, когда он слышит звонок в дверь, то не удивляется. Откладывает планшет, встаёт, пока Себастьян всё ещё больше напоминает амёбу, подготавливает оплату. Смотрит в дверной глазок на автомате и поражённо присвистывает. — Здрасьте? — Гаррет приветствует незваного гостя, окинув его взглядом с головы до ног. — Ах, добрый вечер, — неловко улыбается парень, которого иначе как «милашкой» не назовешь, и сжимает белую трость. — Извините, я не уверен, что это правильный адрес. Здесь живёт Себастьян Сэллоу? Пазл моментально складывается, и Гаррет внутренне орёт чаечкой. — Да, — он так подло сдаёт своего лучшего друга только потому что парень не выглядит рассерженным. — А, кхм, он дома? Можно его позвать? — Конечно, проходи, — Гаррет широким жестом приглашает гостя зайти, невовремя вспомнив, что Себастьян о нём рассказывал, но парень и так сориентировался и неуверенно прошёл внутрь квартиры. Уизли уже мысленно смакует предстоящую ситуацию. — Эй, Себ, — как хорошо, что этот лежащий на диване полутруп явно не слышал разговор на входе. Гаррет хлопает его по растрёпанной макушке, от чего Себастьян только раздражённо отмахивается: — Я помню про твою краску, отстань, попозже. — Да больно ты мне нужен, — фыркает Уизли и не отстаёт, — там к тебе, — он довольно улыбается, — гости. Первую секунду ничего не происходит. На вторую Себ шевелится и поднимает голову, хмурясь: — В смысле? — Ну в прямом, он там, в коридоре ждёт, невежливо как-то. Как там его? — Гаррет делает вид, что задумался, — ну, о котором ты мне все уши прожужжал. Себастьян молчит и тупо пырит на него, а Уизли строит обиженное лицо: — Ты не говорил мне, что вы всё же подружились. Я думал, что я твой единственный, между прочим! Наконец-то эффект проявляется. Сэллоу вскакивает как ужаленный и мечется по комнате. — КАК?! В смысле? Ты его пустил?! — он смешно пытается уложить руками свои непослушные волосы, натягивает на себя первое, что попалось под руку — замызганную неотстирываемыми пятнами майку, подготовленную для покраски. Гаррет преувеличенно громко вздыхает: — «Как»? Ты хочешь сказать, что я должен был оставить его снаружи? — НЕТ! Гаррету нужны все моральные силы для того, чтобы прямо сейчас не заржать как гиене. Сзади на входе в гостиную слышится негромкий стук по дверному косяку. — Извините? — тот самый очаровательный клиент Себа осторожно заглядывает внутрь, — Себастьян? На этом моменте Сэллоу будто опять выключают. Он сначала замирает, потом отпускает свои многострадальные волосы и вытирает ладони о домашние шорты. — Привет, — пытается выдавить из себя не кривую улыбку, краснеет до кончиков ушей, подходя к Оминису, — никак не ожидал тебя увидеть. В секунду, когда многострадальная парочка неловко пожимает руки, Гаррет чуть телефон не роняет в попытке сделать прекрасно нелепую фотку происходящего — слегка покрасневший и элегантно одетый ангелочек и пунцовый до самых корней волос друг в мятой, всратой домашней одёжке. Изумительно. — Натсай дала твой адрес. Ты так резко пропал и не отвечал на звонки, — говорит Оминис, опуская голову так, будто бы чувствует себя виноватым. Конечно же Себ не отвечал — он ещё в первый день получил не меньше десятка наверняка гневных пропущенных от Онай, а увидев звонок от Мракса, выключил телефон и с того момента не включал. Чёрт. Ему всё ещё нужно вернуться в кофейню, чтобы вернуть фартук, в котором он так и убежал, и забрать деньги за отработанные смены. Своё «по собственному желанию» он уже отправил Сироне по электронной почте. В голове у Сэллоу — полный бардак. Как, зачем, почему и, самое главное, где полиция? Он беспомощно оглядывается на бессовестно ухмыляющегося Гаррета, но тот только разводит руками: — Знаете? Не буду вам мешать. И сбегает на кухню. Крашенная предательская крыса! Надо будет ему оставить несколько непрокрашенных проплешин! Себ снова смотрит на притихщего Оминиса и даже не знает, что придумать в оправдание. — У меня, э, — он пытается, — были проблемы, но сейчас всё в порядке! Мы можем позаниматься философией, да. Мракс робко улыбается. — Было бы замечательно, — а после поднимает голову, смотря слепым взглядом мимо его лица и добавляет, — я волновался, когда ты пропал. Сердечко Себа делает мёртвую петлю в груди и в обмороке падает в желудок. Оминис. Волновался. За него! Себастьяну сейчас бы провалиться сквозь пол. Похоже, на него не собираются писать заявление в полицию? По крайней мере, Оминис. Но что касается его?.. — И на счёт той надписи, — молочные глаза Мракса устремлены прямиком к Себастьяну, сам он прикусывает губу. — Я тоже думаю, что ты как философия. Мне бы очень хотелось узнать тебя получше. — А твой, — Сэллоу неловко трёт шею, — парень не будет против? Оминис удивлённо вскидывает брови. — Парень? …ох. — Ну тот, с которым ты встречался в кофейне. — Подожди, ты подумал, что мы с ним…? — Оминис внезапно… смеётся? Звонко и, как всегда, совершенно очаровательно. Пытается успокоиться, но плечи всё ещё подрагивают, а губы то и дело растягиваются в улыбке, когда он говорит. — Это был Олли. Шестерёнки в голове Сэллоу скрипят, нехотя начиная двигаться. Олли. Ага. Олли. Блять. Как вообще «Марволо» превратилось в «Олли»? Себастьян немножко, совсем капельку рад тому, что Оминис не в состоянии увидеть его пунцовое лицо. Брат, серьёзно, это был его брат. Почему он вообще подумал, что?.. Себ мысленно шипит на самого себя. То, что у него была близняшка, не значит, что все сиблинги должны быть похожи. Услышав про старшего брата и милое имя, он представил себе такого же Оминиса, только старше. Эдакий «Оминис 2.0». На деле Мраксы были похожи как день и ночь. — Ахах, прости, видимо я неправильно понял, — свой голос он будто со стороны слышит. — Но в любом случае я надеюсь, что твой брат не будет против. «...того, чтобы ты ходил заниматься с идиотом». Себастьян почти что может услышать, как Гаррет гиенит над ним на кухне. — Не будет, — заверяет Оминис. От мягкой улыбки и разрешившейся ситуации становится намного легче. Да, работа потеряна, но, кажется, жизнь Себа не так ужасна, как он думал всего десять минут назад. — Хочешь, я сделаю кофе? — предлагает он, вспомнив элементарные правила гостеприимства. — Я бы с радостью, но Олли ждёт внизу, — качает головой Мракс. — Он грозился вызвать полицию, если я не вернусь через пять минут. Несмотря на весёлый тон Оминиса, почему-то Себастьяну кажется, что Марволо не шутил. Зато от сопровождения до первого этажа дорогой гость не отказался. И был не против снова держаться за локоть. Теперь, когда это не было прямой рабочей обязанностью Себастьяна, он чувствовал себя ещё более взволнованно. — Тогда, в следующий раз я угощаю. — Только, если это будет свидание.