Часть 3
10 июля 2024 г., 12:00
***
Президент Мин любезно согласился подвезти Чимина домой. И хотя машина Пака спокойно дожидалась его на стоянке, он не мог упустить возможность провести побольше времени с альфой. Мерседес последней модели шёл легко и бесшумно. Чимин то и дело ловил на себе пристальные взгляды мужчины, который всё никак не мог сосредоточиться на дороге, но ответного интереса не показывал. Эту наживку Мин должен был заглотнуть поглубже. Пак так и не снял с себя коротенькие шорты, но сменил майку на белую свободную рубашку, едва прикрывающую стройные бёдра. Чимин усмехнулся, глянув на себя в зеркало. Все альфы реагировали на него одинаково, даже Чонгука, его давнего друга, не обошла эта участь. Он ни один раз намекал Паку на свои чувства, но внутри у омеги была высохшая пустыня, да и привязываться к кому-то серьёзно он совсем не хотел. — Вы живёте один? — вопрос Мина отвлёк Чимина от размышлений, и он повернулся к мужчине. — Периодически. Иногда я заезжаю к своей тёте, — омега рассмеялся, — она прекрасно готовит. Но чаще провожу время в своей квартирке на Чондаме. Рядышком находится парк, я люблю бегать там по вечерам. — Парень, танцевавший с вами, это… — альфа запнулся, крепче схватившись за руль, — … ваш друг? С Джихёком Пак познакомился пару лет назад, и между ними сразу проскользнула искра. Не любви, нет, всепоглощающей страсти и вожделения. Омега высасывал из Ли все последние силы и, довольный собой, уезжал на показ. А альфа, работающий в индустрии моды, помогал ему с нужными людьми, обеспечивая связями. Чимин никогда не рассматривал Джихёка как серьёзного кандидата для отношений. Красивый, притягательный, мужественный, на первый взгляд, внутри он был слабым и позволял Паку управлять собой, даже не раздумывая. Но это сыграло омеге на руку, когда пришло время приводить свой план в исполнение. Именно Ли Джихёку отводилась роль соперника президента Мина в этой игре. — Мой близкий друг, — Чимин специально сделал акцент на слове «близкий», чтобы посмотреть на реакцию Мина, и тот не заставил себя ждать. — Вы собираетесь пожениться? У вас всё серьёзно? — А почему вас так это волнует? — бросив на альфу ироничный взгляд и закинув ногу на ногу, спросил Пак. — Я слышал, что вы довольно часто меняете партнёров, но всё никак не определитесь. Ищете идеального? Выходит, альфа уже интересовался его личной жизнью. Значит, рыбка всё же угодила на крючок. — Мне нравятся мужчины постарше, мудрые, целеустремлённые, знающие, чего хотят от жизни. — Но при этом вы выбираете своих ровесников, — озадаченно бросил Мин, пытаясь следить за дорогой. — Не думал, что вы увлекаетесь жёлтой прессой, — поддел его Чимин, замечая, как покраснели щёки мужчины. — Журналисты любят всё преувеличивать. Поверьте, не все мужчины, с которыми я уходил с приёмов, попадали ко мне в постель. — К вам в постель? — хмыкнул Мин, недоумённо морща брови. — Вы говорите прямо, как альфа. Любите командовать? Разговор явно уходил не в ту сторону, которую планировал Пак. Он лишь хотел прощупать своего оппонента и дать ему надежду на следующую встречу. Но президент Мин далеко не глупец, он успешный бизнесмен, сумевший поджать под себя чуть ли не весь рынок полупроводников и выйти на мировой уровень, правда, не без помощи своих родственников, но не суть. Сдаваться уже на первом этапе Чимин не собирался. — Наш разговор похож на интервью, — сказал омега, медленно облизывая губы кончиком языка и не сводя глаз с Мина. — Надеюсь, что ваше внимание вызвано симпатией, а не банальным интересом. Если честно, я не очень люблю рассказывать о своей личной жизни посторонним людям, а вы обычный знакомый. — То есть, чтобы узнать о вас побольше, мне, по крайней мере, нужно стать вашим другом? — Совершенно верно, — усмехнулся Чимин. — Только вот, чтобы стать им, нужно очень постараться. — А с адвокатом Чоном вы тоже близкие друзья? — альфа продолжал наступать. — А вам не кажется, господин Мин, что вы задаёте слишком много вопросов? — омега посмотрел в окно и, заметив знакомые высотки, добавил: — Приехали. Благодарю Вас за приятную беседу и за браслет! Хорошего вечера! Чимин быстро вылез из машины, не дожидаясь, пока альфа откроет для него дверь и, не оборачиваясь, направился к подъезду своего дома. В лифте он наконец смог расслабиться и спокойно выдохнуть. Кожа на ногах мгновенно покрылась мурашками, не стоило расхаживать по улице в таком виде. В квартире пахло грушей и мёдом, любимыми ароматами его мамы — запахом грушевого пирога, который она пекла чуть ли не каждое воскресенье. Этот аромат навсегда засел в голове у омеги. Он специально заказывал ароматизатор с этими запахами и распылял его по квартире, как единственное напоминание о близких и доме. Разувшись и бросив сумку на тумбочку в прихожей, Чимин прошёл на кухню. Там автоматически зажглась яркая лампа, и омега сощурился, привыкая к свету. Организм требовал подзарядки, но в последнее время Пак редко бывал в этой квартире, поэтому холодильник держал пустым, разве что на одной из полок шкафа завалялось несколько пачек с рамёном. Заварив себе лапшу и удобно устроившись на диване, Чимин пощёлкал пультом от телевизора, остановившись на каком-то шоу о влюблённых. Из головы всё никак не выходил их с Мином разговор. Несмотря на излишнее любопытство и педантичность, альфа нравился Паку. Было в нём что-то такое, что ужасно притягивало омегу. А ещё он был уверен в головокружительном сексе с ним, потому что чувствовал Мина каждой клеточкой своего тела. В среду Чимину предстояли съёмки для модного журнала. Агентство заранее договорилось и с фотографом, и со стилистом. Местом для фотосъёмок был выбран оживлённый Итэвон, где обычно тусовалась молодёжь. А вечером он был приглашён на торжественное открытие универмага «Galleria» в самом центре Сеула. Чимин знал, что в прошлом году всё здание за бесценок было выкуплено Ли Тэвоном, а теперь уже его сын Ёнджо открывал на этом месте свой торговый центр. Он лично прислал Чимину приглашение в знак благодарности за участие в благотворительном вечере. Пак с удовольствием его принял, тем более, что Чонгук тоже был приглашён. Надев красный брючный костюм, сидевший на нём, как вторая кожа, омега сразу же приковал к себе добрую половину зала универмага. На самом деле Паку нравилось шокировать публику своим внешним видом, он мог позволить себе любые наряды. И, как говорил Чон, наряди его хоть в мешок, это будет смотреться стильно и сексуально. А сегодня Чимину хотелось затмить хозяина этого праздника — Мин Ёнджо. Омега пришёл в элегантной бирюзовой тройке, но прогадал с цветом, тот делал Мина ещё более бледным. Его муж на этот раз был в обычном чёрном костюме без галстука. — Он не сводит с тебя глаз, — шепнул Чонгук на ухо Паку. Друг всегда старался быть рядом, чтобы подстраховать его. Пятнадцать лет назад именно Чонгук спас омегу от смерти, сделав ему документы и отправив в США. А потом помог вернуться в Корею и вновь адаптироваться здесь. Правда, уже под другим именем. Но даже в новой жизни омега не собирался забывать о своих родителях, поэтому для нового имени взял первые слоги от имён мамы — Чиён и папы — Миндже. Так Пак Хаюн превратился в Пак Чимина. Казалось, что его прошлая жизнь была забыта и похоронена навсегда. Но все эти годы омега жил лишь с единственной мыслью — отомстить тем, кто лишил его этого прошлого и близких. — Уважаемые гости, я рад приветствовать вас в этом храме стиля и вкуса! — начал свою речь Мин Ёнджо, обращаясь к приглашённым. — Ровно год назад здесь были голые стены и такой кавардак, что некуда было ступить, но теперь вы видите результат наших трудов. Этим интерьерам мог бы позавидовать любой современный музей, и я надеюсь, что наш универмаг станет вашим излюбленным местом для отдыха. А мы будем продолжать работать, чтобы радовать вас и дальше! Отдельно хочу поблагодарить за поддержку и помощь своего любимого супруга, — омега повернулся к мужу, а потом к отцу, — и папу. Вы — самое дорогое, что у меня есть. Вечер был в самом разгаре, когда омега подошёл к Чимину, чтобы поздороваться. Мин Юнги в это время о чём-то беседовал с известным журналистом. — Господин Пак, рад снова видеть вас! Как вам здесь? Надеюсь, нравится? — сегодня Ёнджо был сама доброта и улыбался каждому гостю, ему нужно было набрать как можно больше хвалебных отзывов. — Всё великолепно, господин Мин, я получаю удовольствие и от замечательного шампанского, — Чимин продемонстрировал наполненный бокал, — и от потрясающей атмосферы. У вас определённо прекрасный вкус, в том числе и в выборе альф, — Пак с улыбкой посмотрел на его мужа, который явно чувствовал себя в этом зале лишним. Ёнджо зарделся, прикладывая тонкие пальцы к щекам. Обручальное кольцо омеги однозначно стоило огромных денег, в то время, как Мин, видимо, предпочитал его вообще не носить. — Благодарю Вас. Вижу, вы пришли с господином Чоном, не думал, что вы так близки. — Чонгуки — мой ангел-хранитель, — делая небольшой глоток игристого, заметил Пак. — Однажды я чуть было не угодил в серьёзную аварию, на меня летел грузовик, Чонгук увидел это и, не теряя ни секунды, пошёл ему на перерез. Я тогда мог серьёзно пострадать. — О, боже! Вы, наверное, тогда сильно перенервничали? — уточнил омега и с интересом посмотрел на разговаривающего с его отцом Чона. — Он такой мужественный. А где же ваш молодой человек? — Джихёк сейчас в Японии, он активно занимается продвижением модных брендов. Альфа на самом деле на какое-то время уехал в страну восходящего солнца, но совсем не из-за работы. Уже несколько лет там жила его мать, и он навещал женщину пару раз в месяц. Ёнджо сперва стрелял глазами то в не обращающего на него внимания мужа, то принялся за Чона, который тоже игнорировал взгляды омеги. В конце концов, он оставил попытки кого-то завлечь в свои сети и просто решил выпить. — Вы активно занимаетесь благотворительностью и помогаете многим организациям, мог бы я примкнуть к вашему движению? — мягко спросил Чимин. — Я знаю, что омеги глав крупных корпораций участвуют в этом. Паку нужно было войти в круг этих людей, чтобы стать своим среди них. Но сделать это было не так-то просто. Омеги чеболей обычно очень строго подходили к выбору кандидатов. — Конечно, по статусу вы немного не дотягиваете до нас, — без зазрения совести проговорил Мин и подмигнул Паку, — но благодаря нашему знакомству, думаю, я всё устрою. — Спасибо, буду вам признателен, гос… — Чимин вдруг запнулся, когда за спиной Ёнджо возник Сон Хэгюн, юрист и правая рука Ли Тэвона. Пятнадцать лет назад именно он забил до смерти его отца, когда тот отказался продавать свою долю акций. А узнав, что эта самая доля перешла к его сыну, принялся и за омегу. Чимин слишком хорошо помнил, каким неуправляемым зверем мог быть Сон в гневе. — Здравствуйте! — ехидная усмешка, блуждающая по его лицу, привела Пака в ярость. «— Ты же хочешь жить, тварь? Давай подписывай этот грёбаный договор! Иначе, я тебя прямо здесь закопаю! — Папочка!!! Не трогайте его! — Кто впустил сюда этого щенка?! Выкиньте его, быстро!» Чимин сморгнул воспоминания и глубоко вздохнул, пытаясь уменьшить накатывающий приступ паники. Был бы рядом Чонгук, он быстро увёл бы его на свежий воздух, но в одиночку омега не мог и с места сдвинуться, ноги будто приросли к полу. — Ёнджо-щи, — обратился Сон к Мину, — твой отец хочет поехать домой. С возрастом он становится всё более сварливым, не обижайся на него, ладно? — Хорошо, не буду. Пусть отдыхает, — ответил омега и оглядел зал в поисках отца, но тот, похоже, уже ушёл. — Мы раньше нигде не встречались? — с низкой хрипотцой уточнил Сон, обсмотрев Чимина с ног до головы нахальным взглядом. Омега застыл, не в силах вымолвить и слова. Повезло, что в какой-то момент Сона отвлекли, и мужчина всё-таки направился к выходу, Ёнджо пошёл его проводить. На негнущихся ногах Чимин вышел в сад и, ухватившись за ствол дерева, начал большими глотками хватать воздух, но это не помогало. В груди стремительно нарастал огромный невидимый ком, грозивший перекрыть весь кислород. Тогда омега поднял с земли камень с сильно заострённым концом и со всей силы воткнул его в ладонь. И только, когда увидел капающие к своим ногам капли крови, почувствовал небольшое облегчение. Боль просто перетянула на себя все его ощущения. — Боже, Чимини-щи, у вас кровь! — непонятно откуда взявшийся президент Мин, подскочил к нему и аккуратно извлёк камень из окровавленной раны. Альфа быстро приложил к ней свой платок и крепко сжал руку Пака. — Вам нужно обработать порез, туда может попасть инфекция. Чимин молчал, рассматривая серый в клеточку платок, который становился красным от собственной крови. — Что у вас произошло? — Мин погладил его по плечу. — Как вы здесь оказались? — хрипло произнёс омега, прижимая другой рукой платок к ране. — Я просто пошёл за вами, — признался Мин неожиданно. — Мне хотелось увидеть вас ещё раз. Их глаза встретились. Чимин смотрел с болезненным вызовом, Мин — с трепетной нежностью и желанием. Альфа взял его руки в свои и Паку сразу полегчало, будто с его плеч свалился огромный груз. — Все эти дни я постоянно думал о вас, Чимин. Я понимаю, что это неправильно. У вас есть парень, у меня муж. Но я ничего не могу с собой поделать. — Господин Мин, спасибо за вашу заботу, — поблагодарил его Пак, высвобождая руки. — Со мной уже всё хорошо. Простите, но нас не должны видеть вместе, — Чимин бросил чувственный взгляд на альфу и как можно быстрее покинул сад, надеясь, что Мин всё же не пойдёт за ним следом. Сейчас омега точно не был готов к его признаниям.***
Юнги уже неделю не видел Пак Чимина, тот старательно его избегал. А Ёнджо, как назло, всё чаще упоминал его в разговорах. Муж уже пару раз побывал на занятиях танцами и, как выяснилось, остался от них в полном восторге. Чимин оказался очень талантливым преподавателем. Мин в этом и не сомневался, учитывая, насколько тот профессионально исполнял достаточно сложный танец. Альфу ужасно злило, что Пак сам приблизил его к себе, а потом оттолкнул. Никто из его бывших любовников не позволял себе такой дерзости по отношению к нему. Он много раз повторял, что это к лучшему, что такие отношения несут с собой лишь одни проблемы, но всё равно каждый день приезжал к танцевальной студии, надеясь застать там омегу. Мина удивило, что за эту неделю он ни разу не видел Чимина в компании Ли Джихёка, его нынешнего альфы, зато дважды из студии его забирал Чон Чонгук. И отец, и тесть Юнги рьяно пытались перетянуть альфу на свою сторону, но Чон придерживался нейтральной политики, ведь совсем скоро он собирался возглавить пресс-центр президента страны. Он вообще был для Мина тёмной лошадкой, впрочем, как и Пак. Больше всего Юнги не хотелось верить в то, что эти двое близки. Даже сама мысль об их связи почему-то вызывала у альфы злость и, что ещё хуже, небывалую ревность. Но, в отличие не него самого, эти двое были совершенно свободны и вольны были делать, что захотят. Юнги посмотрел на часы и устало прижался затылком к подголовнику. Он уже целых два часа безуспешно торчал у студии, выжидая омегу, но тот всё никак не выходил. «Ничего страшного ведь не произойдёт, если я зайду туда? Скажу, что проезжал мимо и решил заехать. Скажу, что впечатлённый Ёнджо сподвигнул его вновь появиться здесь. Чёрт! Я ведь сам ищу повод. Юнги, как же низко ты опустился». Но после десяти минут ковыряния в себе и внутренних мытарств, Мин вышел из машины и пошёл ко входу в студию. Внутри в зале почему-то оказалось темно, но свет горел в одной из раздевалок. Юнги бесшумно подошёл к двери и приоткрыл её. То, что он увидел, повергло его в шок. Чимин, сидя на столе с раздвинутыми в стороны ногами и постанывая, занимался любовью с Ли Джихёком, который с силой вдалбливался в него. Но хуже всего было то, что глаза омеги в этот момент были открыты и смотрели прямо на Мина. Улыбка удовольствия на припухших губах Пака поразила альфу настолько, что он не смог сразу закрыть дверь, а пару минут ещё и наблюдал за этой слишком интимной сценой. Но, опомнившись, всё же прикрыл дверь и прижался к ней спиной. Громкие протяжные стоны, казалось, теперь заглушали всё вокруг, хотя до этого их не было слышно. Юнги оттолкнулся от двери и быстрым шагом покинул студию. Он долго не мог прийти в себя, сидел в машине, крепко сжимая руль и кусая губы. Страсть, с которой омега отдавался Ли, казалось, была настолько сильной, что можно было поверить в настоящие чувства этих двоих. Но почему тогда это обстоятельство так бесило альфу? Он был готов прямо в ту же секунду подбежать к этому Ли и отшвырнуть его от омеги, крикнуть, что тот ему не принадлежит. Но разве Юнги имел на это право? Он приехал домой уже порядком взвинченным и возбуждённым. Желание омеги будто передалось и ему. Но теперь нужно было его хоть как-то погасить. — Дорогой, ты вернулся? — Ёнджо показался из кухни в коротеньком халатике и с босыми ногами. В голове Мина будто тумблер сработал. Он схватил за руку подошедшего к нему мужа и потащил его в их спальню. Там бросил омегу на кровать и навалился на него сверху, стягивая с себя брюки и бельё. Ёнджо, видимо, обрадованный внезапной вспышкой страсти супруга, скинул с себя халат, под которым, ожидаемо, ничего не оказалось и обнял Юнги. Но альфа без прелюдий перевернул мужа на живот и, всего лишь смочив член собственной слюной, резко вошёл. Омега вскрикнул, но не сопротивлялся, продолжая терпеть. Юнги с силой насаживался, грубо прижимая мужа к постели. Только вот видел он перед собой вовсе не бледное тело своего омеги, а горящие огнём глаза Чимина, и это заводило мужчину ещё сильнее. — Любовь моя, я так счастлив! Я столько лет этого ждал, — шёпот Ёнджо теперь раздражал. Юнги брал мужа ещё трижды, каждый раз представляя на его месте Пака, но, как ни странно, чувства стыда не испытывал. Да и его омега наконец остался доволен. В их прошлой близости никогда не было даже подобия страсти. Они делали это по необходимости, родители требовали наследников. Но после стольких лет совместной жизни Ёнджо так и не смог забеременеть, а Юнги больше не настаивал. — Ты поразил меня сегодня. Я даже не думал, что ты можешь быть таким горячим… — омега поцеловал его в грудь и положил на неё голову. — Я так люблю тебя! Ты помнишь, что скоро мой день рождения? — Конечно, дорогой, — ответил Мин, прикрыв глаза. — Как ты хочешь его отметить? Больше всего в этой жизни Ёнджо обожал принимать гостей и хвастаться своими новыми нарядами и украшениями. За эти годы Юнги так осточертело его присутствие рядом, но отец по-прежнему не давал альфе действовать самостоятельно, поэтому пока приходилось терпеть. «Совсем скоро всё изменится». — А давай в этот раз не будем устраивать пышных торжеств. Просто снимем номер в отеле и проведём его только вдвоём, — мечтательно произнёс муж, водя тонкими пальчиками по его груди. — Это будет незабываемо. — Давай, — бесстрастно сказал Юнги, чувствуя, что засыпает. Сексуальный марафон его немного утопил, ну и многодневная усталость тоже сказывалась. — Тогда я подберу самый роскошный отель и закажу ужин. Это будет потрясающая ночь. Я надену свой лучший костюм. Но Юнги уже его не слышал, погружаясь в царство Матфея и всё ещё видя перед собой самые красивые глаза на земле.
