За глазами Лары

Лара не знала, как пропустила скрип открывающейся и закрывающейся двери. Она уже успела раздеться, оставшись в одних термо-шортах, скептически осмотрела своей скромное снаряжение, порядком пострадавшее после последний приключений, и отвлеклась на Атлас, который взяла в руки и с восхищением заметила, как из-за света факела, попавшего на него, на стенах и потолке отразилась часть карты Китежа. Он явно был чем-то вроде старинного проектора, который мастера Китежа явно придумали раньше, чем тот, что известен в современном мире. — В обсерватории это еще более завораживающее зрелище, — вдруг произнес тихий голос, и Лара рефлекторно бросила Атлас в его владельца и прикрыла руками голую грудь. Яков с легкостью поймал многогранник и засмеялся. — Мог бы и погромче идти! — возмутилась Лара, ощущая, как горят ее щеки. — Или хотя бы предупредить, что ты вернулся! Я же тут раздета, почти как в день своего рождения! — А я что-то еще не видел? — серьезно спросил Яков, в чьих прозрачно-голубых глазах плясали черти. Лара прищурилась. — Это одежда для меня? — елейно спросила она, заметив в другой руке у него стопку ткани. — Да, — подтвердил Яков, и протянул ту ей. — Сапоги стоят около входа, надеюсь, что они будут тебе в… Но прежде, чем он успел закончить, Лара взяла одежду и, схватив то, что было сверху, шлепнула его этим по плечу. Яков удивлено выдохнул и с прищуром посмотрел на нее. Но Лара не собиралась тушеваться, да и наготы впрямь стесняться было уже несколько поздно. Она бросила одежду на стол, включая то, что вроде было туникой, и сложила руки под грудью. — Разве ты не знал, что говорить женщине, что в ней не осталось ничего интересного после того, как она перед тобой буквально обнажилась, это немного обидно? — фальшиво-оскорбленно произнесла Лара, мысленно отмечая, то, как прозрачно-голубые глаза потемнели, и то, что от вида этого низ ее живота непроизвольно наполнился уже знакомым жаром. «Черт, Лара, успокой свое вдруг разбушевавшееся либидо! Тут война, а ты!..» — отругала она себя же, но это мало помогло тому, что ощущала. — Тогда я прошу прощение, — хрипло произнес Яков, чем только еще больше подстегнул ее возбуждение. — Боюсь, я слишком давно не общался с дамами. — Ладно, прощаю, — также хрипло ответила Лара, и, с трудом взяв себя в руки, откашлялась и махнула рукой. — Давай-ка, отвернись. Яков тихо фыркнул и сделал так, как она просит. Лара быстро натянула на себя тунику, вроде той, красной, что была испорчена ранее, только темно-синюю, и толстые кожаные брюки. Пока она одевалась, Яков принес ей сапоги, а потом помог облачиться в доспехи, которые сели на нее как влитые и были удивительно легкими, а также не сковывали ее маневренности. Она не могла не задаться вопросом, так ловко он мог ей помочь со всеми этими завязками и заклепками потому, потому что ни раз помогла прежде своей первой жене?.. Они покинули оружейную и быстро направились к мосту, перекинутому через бурную реку, чтобы вернуться в ту часть деревни, где Лара впервые ступила на эти земли. Она отметила, что нигде не видела ни раненых, ни мертвых, и предположила, что за ночь, пока было затишье, и тех и тех перенесли в иное место, чтобы не дать упасть боевому духу и убедиться, что новые отряды наемников не надругались нал последними, и не добили первых. Они прошли мимо дома Якова, где Лара ночевала в первую ночь, а после он ее повел по узкой тропе, вдоль скалы, куда-то вверх. Выше и выше. Пока наконец перед ее глазами не появились ступеньки и башнеобразное круглое здание, которое могло быть той самой обсерваторией, ловко спрятанной между скал, деревьев и водопада. Здесь было много людей, в основном воинов, явно пополнившие свой арсенал оружием павших наемников. Софью Лара заметила еще до того, как та вскинула взгляд. Она стояла в окружение нескольких мужчин, над картой, расстеленной на ящиках, и о чем-то активно с ними спорила. — Отец! — воскликнула Софья, когда наконец заметила их и бросилась вперед. — Слава богу, вы вернулись!.. Ее взгляд упал на Атлас в руках Лары. — Это он, верно? — выдохнула Софья. — Атлас. Она покосилась на Якова. — В твоих рассказах, он выглядел более… впечатляюще, — дразняще сказала Софья, и Лара быстро поняла, что способность к пикировкам та унаследовала от отца. Яков закатил глаза. — В рассказах, которые я тебе рассказывал, когда тебе было пять, я думаю, что все выглядело более впечатляющим, — в тон ей ответил он, и сурово поджал губы. — Я хочу знать каково наше положение на данный момент. Софья кивнула, а потом отец и дочь, извинились, и отошли в сторону, чтобы поговорить, в то время как Лара почти бегом направилась к Ионе, чьи синюю куртку только что заметила рядом с лестницей в обсерваторию. — Иона!.. — воскликнула она, и обняла своего друга, чем, кажется, его несколько удивила, редко первой инициируя объятия, а потом он засмеялся и, приподняв ее над землей, закрутил вокруг себя, невольно вызвав у нее самой тихий смешок. Черт возьми, как же Лара была его видеть! Такое чувство, будто бы лавина была не пару дней, а целые годы назад. Столько всего случилось за эти дни, что она не могла не поразиться ощущению, что уже прошла одна маленькая жизнь. Лара даже чувствовала себя как-то по-другому. Совсем как не та Лара, которая в одном безумном порыве бросилась в Сирию, а потом в Россию, влекомая почти одержимым желанием найти Источник, так долго искомый ее отцом. Она не понимала этого, пока не увидела Иону, человека из жизни той жизни, которой, казалось бы, уже почти не было за пределами этой долины и гонки с Троицей в погоне за артефактом, дарующим бессмертие. — Птенчик! — с широкой усмешкой произнес Иона, когда поставил ее на ноги. — Ты… выглядишь намного лучше, чем я ожидал после той лавины и всего того, что здесь случилось за последние пару дней, и о чем со мной неохотно поделились местные. Он наклонил голову на бок. — Нет, серьезно, — продолжил настаивать Иона. — Ты… Лара, если я не знал лучше, то даже сказал бы, что ты буквально светишься от счастья. — Счастья? — скептически фыркнула Лара. — Троица у меня на хвосте, и хочет устроить геноцид среди этих людей, которые уже столько пережили. А Анна и Константин с каждой секундой все ближе к Источнику… — Анна? — смущенно спросил Иона, кажется, заметив, как на этом имени в ее голосе проскользнула горечь и поняв, что она имеет виду не просто какую-то случайную «Анну». Лара скривилась. — Да, Анна, — выплюнула она. — Та самая, что едва не стала моей мачехой, и которую я в последние годы подпустила так близко!.. Она все это время была с Троицей, и использовала моего отца. Я еще не уверена, но подозреваю, что не без ее ведома таблоиды очернили его имя, чтобы только вцепиться в него своими когтями и выманить все, что тот знал об Источнике, который та так ищет, чтобы обрести бессмертие и спастись от своей болезни. Я даже не знала, что она была больна!.. Или что у нее есть чокнутый брат, готовый сделать для нее все, что угодно. Иона сжал ее плечо. — Мне жаль, птенчик, — искренне произнес он, и, бросив взгляд ей через плечо, пошевелил бровями. — Впрочем, я смотрю, ты нашла себе здесь парня, а? Хотя как по мне, он немного староват для тебя. Но если он причина того, что даже в этом хаосе ты такая счастливая и светящаяся, то я только за. Лара невольно проследила взглядом туда, куда смотрел Иона и ощутила, как щеки вспыхнули от жара, когда увидела Якова, в окружение Софьи и еще пары мужчин, с которыми рыжеволосая спорила ранее. — Яков не мой… парень, — неловко пробормотала она, быстро отвернувшись и сердито зыркнула на хихикавшего Иону. — Ой, заткнись!.. Но Иона только засмеялся еще громче. — Ну, конечно, конечно, — весело произнес он сквозь смешки. — Только не забудь меня потом пригласить на свадьбу со своим не-парнем, и пообещай, что я буду крестным для вашего первенца, хорошо? Лара закатила глаза и шлепнула его по плечу. — Не будет никакой свадьбы, — раздраженно пробормотала она, уверенная, что еще немного и на ее щеках можно будет жарить яичницу. — И детей я ненавижу. — Нет, ты их боишься, потому что они все такие маленькие и хрупкие, а ты привыкла держать в руках пистолеты и всякие древности, которые не будут плакать, если ты их уронишь и не получат психологическую травму от твоих неверных решений. Это разные вещи, — поправил ее Иона, продолжая ухмыляться. — Ну ничего, у тебя есть старина Иона, у которого есть много кузенов, кузин, а еще племянников и племянниц. Я тебя научу, как обращаться с детишками возрастом от одного месяца до шестнадцати лет. Но вот дальше боюсь, тебе придется справляться самой, потому что подростков даже я опасаюсь. Он фальшиво содрогнулся. — Вон, ты, к примеру, тот еще крохотный безумный ужас, — выпучил глаза Иона и вновь засмеялся, когда Лара обиженно надулась. — Я не подросток! Мне двадцать два! — возмутилась она, решив не спорить на тему своего впрямь скромного роста, и вновь ударила его в плечо. Иона наклонился вперед. — Я видела, как ты поднималась следом за парнем по тропе, и не отрывала жадного взгляд от его задницы, — тихо пропел он. — Еще немного и изнасиловала бы беднягу прямо тут!.. Лара недоверчиво открыла рот. — Не было такого, — пискнула она, надеясь, что впрямь такого не было, и стараясь не давать слишком свежим воспоминаниям о том, на что способен этот «бедняга» всплыть на поверхности, иначе она сгорит прям тут. От стыда и возбуждения. — Все, быстро вспоминай что-то гадкое, потому что твой парень идет к нам, а твои щеки горят ярче, чем раскаленная лава. А мы же не хотим, чтобы он бросил тебя до того, как вы поженитесь, потому что ты чуть что сразу становишься вся такая пунцовая, как маков цвет? В конце концов, где я найду еще одного жениха для такой неугомонной пташки, как ты, чтобы вы нарожали кучу маленьких таких же неугомонных Крофтов? — поддразнивающе произнес Иона, и издал обреченный вздох. — Этот мир такого, конечно, может не пережить, ведь одна ты уже чего стоишь, но что поделать?.. Мне уже слишком нравиться мысль о куче крохотных ужасов, чтобы отказать от нее сейчас. Лара насупилась, как можно незаметнее приложила на миг к щекам прохладный металл Атласа, который только чудом не выронила вовремя их объятий, и с трудом избавилась о желания бросить многогранник в голову Ионе.

***

Это было фантастический. По-другому описать карту Китежа, раскинувшуюся перед ней на стенах и полу, как самая манящая карта сокровищ, мерцая сотней золотых огней, Лара не могла. Она восхищенно кружила по залу обсерватории, куда Яков их привел после того, как присоединился к ней и Ионе, наконец-то переставшем ее дразнить, и предложил увидеть то, ради чего она так рисковала, сунувшись в Архив, все никак не могла наглядеться на искусную работу древних мастеров загадочного, даже мифического города Китежа. Четкие линии, среди которых спрятались пути улиц и чертежи города, глифы и символы греческого алфавита, обозначающие то или иное место… Эта работа была потрясающей. Такого сейчас не сделает ни один мастер, хотят, казалось бы, многогранный куб, поднятый на специальной платформе к самому потолку обсерватории, сквозь который прошли лучи солнца, вот тебе и вся проекция. Но то, что было внутри куба… Такое не каждый сотворит. Лара даже не могла понять, что могло испускать такое свечение, не говоря уже об остальном!.. — Где ты нашел столько самородков? — рассеяно пробормотала она, разглядывая на полу чертеж того, что могло быть главным дворцом в центре города, или храмом. — У каждого есть таланты, — с теплой улыбкой ответил Яков, чей взгляд был обращен не на карты, а на нее, хотя она этого и не заметила, полностью погрузившись в любование картой. — Мне просто повезло, что за мной последовали одним из самых редких и уникальных из них… Иона нахмурился. — Я что-то не совсем понимаю, о чем идет речь, — медленно спросил он, смотря то на нее, то на Якова. — Причем тут создатели Китежа, и ты? Если никто не против, что я спрашиваю, конечно. Лара посмотрела на Якова, не желая выдавать его тайну, если он этого не хочет, даже такому близкому ей человеку, как Иона. Тот едва заметно улыбнулся и кивнул. — Источник реален, Иона, — с ухмылкой произнесла она, переведя взгляд на своего друга. — Бессмертный Пророк, как выяснилось, тоже. И ты стоишь в его присутствие. Взгляд Ионы тут же метнулся к Якову, который невинно пожал плечами, а потом обе его брови взлетели вверх. — Господи, сколько ж тебе лет, приятель? — ошеломленно спросил Иона, чем вызвал у всех присутствующих, кроме него самого, тихий смех. Но он быстро стих, когда Лара смогла соединить некоторые точки на карте, и поняла, что тот вход, о котором говорил Яков, ранее был ближе, чем она думала. Совсем близко, если быть точнее. А еще точнее, прямо под обсерваторией!.. Она указала пальцами вниз, и, посмотрев на Якова, прищурилась. — Он под нами, верно? Тот Путь Бессмертных, о котором ты говорил? — возбужденно спросила Лара, и подпрыгнула на месте, когда тот кивнул. — Я хочу… Звук вертолетных лопастей прервал ее на полуслове, а в следующий миг раздался оглушительный грохот и купол обсерватории был разрушен. Камни полетели вниз, платформа с Атласом, гремя оборванными цепями, тоже. Лара рефлекторно прикрыла голову руками и пригнулась. Она метнулась в сторону от падающий сверху больших кусков крыши, и сама не заметила, как оказалась у самого края разбившегося от взрыва окна в пол стены. Лара только и ощутила, как споткнулась о раму, а потом ее тело по инерции наклонилось назад и полетело в пустоту.