Пьяный просчëт

      Гарри привык помогать разбирать вещи Тому. Ведь тот на удивление был слишком ленив, разбирая только свои книги и забывая про остальные вещи, которые хранились у него в сундуках. Мракс не вспомнил даже про любимую одежду, когда возвращался из Хогвартса, предпочитая отдыхать, когда выгрузит все учебники полки. Гарри казалось, что скоро весь их дом будет просто заставлен книгами Тома о разнообразных областях, которые тот изучал.              Но в этот раз, разобрав книги, Том помогал Поттеру разбирать и остальные свои чемоданы. Наблюдая, с каким энтузиазмом Мракс тщательно распаковывает вещи, Гарри даже обрадовался, надеясь, что Том наконец просто повзрослел и стал более самостоятельным. Поттер решил, что разберëт начатый чемодан до конца, а после уйдëт, позволяя Мраксу наконец расправиться со своими вещами самостоятельно.       Гарри доставал последнюю на удивление слишком не аккуратно сложенную рубашку. Поттер расправил еë, чтобы сложить правильно, и только через секунду понял, что в рубашку была завëрнута книга. Гарри просто усмехнулся и поднял еë. Но после того как бегло прочитал название — нахмурился. Поттер видел эту книгу по зельям в недавнем обновлении реестра запрещëнного материала. Ничего особо опасного. Но легко было догадаться, что Том не просто забыл что-то такое, а намеренно прятал от Гарри или кого-либо ещë.       Поттер нахмурился, строго смотря на явно испуганного мальчика. Возможно, и внезапное желание – разгрести свою гору вещей так быстро – было вызвано этой книгой? После вопроса о том, принадлежит ли эта книга Мраксу, никакого ответа со стороны ребëнка не последовало. Гарри тяжело вздохнул, даже не зная, что может происходить в голове Тома прямо сейчас. — Ты знаешь, что зелья из этой книги содержат запрещëнные ингредиенты? — Решил начать издалека Поттер. Мракс кивнул и Гарри кивнул в ответ. — Так и зачем она тебе? Совсем недавно еë внесли в реестр тех книг, на хранение которых надо получить особое разрешение от Министерства, — Том только повторно кивнул на это, складывая руки в замок. Мракс начал ковырять заусенцы на ногтях. Гарри, заметивший это, положил свободную руку на ладони Тома и смягчил своë выражение лица.       Как бы Гарри ни старался помочь сыну, каждый раз когда Мракс начинал нервничать перед ним, тот неосознанно начинал причинять себе боль. Поттер пытался помочь ему с этой привычкой и давно думал, что они справились с ней. Но видимо нет. Либо это Мракс стал более терпеливым. Но даже когда Гарри отчитывал Тома, он не хотел, чтобы Мракс чувствовал себя так. Поттер подождал, пока Том успокоится и не схватится за его руку, крепко сжимая еë. — Итак, это твоя книга? — Повторил свой изначальный вопрос Гарри. Мракс покачал головой в знак отрицания. — Я взял еë из запретной секции как раз потому, что увидел её в новом списке запрещëнных, пока книгу ещë не успели убрать оттуда. Подобное даже в запретной секции хранить запрещено, ведь у многих старшекурсников есть доступ к ней, — Том начал объяснять правила Хогвартса. Гарри слышал то недовольство, которое испытывал Мракс по этому поводу. — Придётся еë вернуть МакГонагалл, — только тяжело вздохнул Поттер, крепко держа книгу. Том молча сжимал руку Гарри. — Там ведь просто описываются зелья школьной программы, но с более усовершенствованными рецептами. Мне просто было интересно проанализировать это и сравнить со школьными учебниками, чтобы вывести наиболее эффективную формулу, — продолжал оправдываться Том, говоря с каждым словом всë тише и тише. Гарри вздохнул. Мракс звучал искренне, тем более Поттер сам знал, что Том всегда тянется к знаниям, не важно какими они были. И такое… Звучало даже безобидно от ребёнка. Но Гарри не забывал, что Мракс был ребёнком. Он был гением, перескакивающим школьную программу на несколько курсов. Но он был ребëнком, и Гарри не знал, куда это могло завести Тома. Вдруг Реддл слишком сильно увлечëтся тëмной магией? Как бы прискорбно это ни было, Поттер понимал, что тëмная магия сильнее светлой, а значит, сильнее привлечëт Тома. — Может, на первый взгляд это и не страшно, но не зря такие книги попадают в список запрещëнной литературы. Ты верно заметил, что к этому имеют доступ школьники, а это просто не допустимо и опасно, — монотонно проговорил Гарри, а после тяжело вздохнул, заметив грустное лицо Мракса. — Я и другие родители, и Министерство – мы просто беспокоимся о вас и вашей безопасности. Да, сейчас всë чаще запрещают что-то и корректируют школьную программу, но, как я знаю, и школьники стали травмироваться реже. Раньше в наши экзамены входило то, что мы должны были нанести себе повреждения. Оглядываясь на это, я понимаю, почему есть запреты, — объяснял Гарри. Он много думал о том, как сам учился в Хогвартсе и обо всех своих приключениях. И в конечном итоге он пришëл к той мысли, что не хочет того же Тому.       Его обучение не было самым безопасным, и Поттер только рад, что сейчас за безопасностью детей следят намного строже, чем в его время. Он чувствовал себя намного лучше, когда знал, что в Хогвартсе с Томом не произойдут те же вещи, что происходили когда-то с ним. Так Гарри мог спокойно работать, понимая, что с его ребëнком всë будет хорошо. Возможно, он действительно постарел, раз начал задумываться о том, как ранее безобидные на его взгляд вещи вдруг стали такими опасными в его глазах. Том всë ещë выглядел понурым. Он сложил руки на груди и опустил голову. Гарри только усмехнулся на такое детское поведение, а ведь иногда он даже не воспринимал Тома как ребëнка, всë из-за его серьëзного поведения. — Я просто надеюсь, что ты будешь более сообразителен, чем я в твоëм возрасте, и не полезешь в опасности. Когда я был школьником, не было никого из взрослых, кто бы беспокоился обо мне. Но у тебя нет такого, ведь Я беспокоюсь о тебе и о том, что ты читаешь, — завершил Гарри и опустил руку, держащую книгу. Сейчас ему придëтся идти в свой кабинет и думать, что написать МакГонагалл, чтобы та не поднимала шум из-за книги с тëмными рецептами зелий. — Почему мне нельзя подвергать себя опасности, а тебе себя можно? — Неожиданно спросил Том, когда Гарри уже почти ушëл из его комнаты. Поттер несколько секунд смотрел на обиженное лицо Тома, прежде чем улыбнуться. Гарри иногда казалось, что Мракс переживает о нём больше, чем сам Поттер о Томе. — И неужели тëмная магия настолько опасная? Все заклинания и зелья такие простые, разве никто их не использует, даже если это под запретом? — Тут же вывалил ещë несколько вопросов Том. Гарри опять тяжело вздохнул. Возможно, ему немного хотелось бы, чтобы Мракс был менее любопытен. — Мне можно потому, что я потратил на обучение много лет. Знаешь ведь, что на самом деле талант не так важен, как опыт. А этого у меня предостаточно, как минимум половина нынешних заключëнных в Азкабане имеет на меня зуб, — начал Поттер, думая как лучше подобрать слова. — Но когда ты сражаешься с тëмными магами, иногда ты прибегаешь к их же методам. Я по неопытности делал то же самое, я чувствовал себя сильнее и круче. Но только потом я понял, как было неправильно то, что я делал. На самом деле, все авроры на первых миссиях использовали хотя бы одно из трëх самых запрещëнных заклинаний. Не самая лучшая тенденция, и я, как глава аврората, хотел бы наказывать таких людей по закону. Но сам прекрасно понимаю, что без этого никуда. Отвечая коротко. Запреты и законы нарушают всегда, но, независимо от ситуации, ты всë равно получишь наказание. Будь это настоящим наказанием или собственный стыд за содеянное.       Том больше ничего не спрашивал, а только кивнул и молча вернулся к тому, чтобы продолжить разбирать вещи. Гарри пару минут понаблюдал за этим, а потом пошëл наконец писать письмо МакГонагалл и договариваться о том, как вернуть книгу. Только в кабинете Поттер задумался о том, почему Мракс назвал тëмные заклинания и зелья лëгкими. А после сразу отмахнулся от этих мыслей. Всë же Том называл каждое заклинание и зелье лëгкими, даже те, над которыми, Поттер знал, Мракс работал не один день. Том просто всегда хотел казаться ему как можно более сильным. Гарри улыбнулся, ведь считал эту четру характера Мракса совершенно безобидной и даже умилительной…

***

      Роза выхватила книгу из рук Тома, чтобы привлечь к себе внимание. Мракс недовольно уставился на подругу. Антонин, стоящий рядом с ними, только хохотнул. Прежде чем Том смог что-либо возразить, Уизли передала книгу Долохову. — Мракс, не вежливо игнорировать своих друзей из-за третьесортной литературы, — Антонин прочитал название книги, закатывая глаза. Возможно, он немного жалел, что подошëл к Тому именно с этой книгой. Кто же знал, что в будущем он захочет прочитать остальные части этой линейки, ещё и не один раз. Правда, как знал Долохов, Мракс перечитывал «Сумерки», только когда его что-то беспокоило. — О вежливости говорит тот, кто в прошлом году обматерил моего отца из-за того, что выпил огневиски? — Том сложил руки на груди и выпрямил спину, удобнее устраиваясь на детской карусели, которую они с друзьями сейчас захватили. Антонин никак не отреагировал, а только положил книгу Тома в свою сумку. Пусть хоть немного отдохнëт от букв. — Это был несчастный случай. Кто ж знал, что твой отец хранит дома такую бурду. И вообще я просто интересуюсь твоими делами. Что опять произошло, что ты начал перечитывать «Сумерки» от лица Эдварда? У тебя руки от такого кирпича не болят? — Спросил Антонин, а после ногой оттолкнулся от земли, чтобы немного раскрутить карусель, Рози тут же схватилась за перила. Том даже не вздрогнул. — Реально, в последний раз я тебя с этой книгой видела, когда Гарри оставил тебя одного дома на три дня и ты пригласил нас, чтобы мы приготовили тебе поесть, — рассмеялась Роза. — Кстати, так Антонин и нашëл бурду твоего папы, поэтому за последствия скорее ты должен отвечать. Отраву приготовить можешь, Империус наслать на какого-нибудь ученика для прикола можешь, а разбить яйцо над сковородкой для тебя непосильная задача? — Продолжила Роза, а после начала помогать Долохову раскачивать карусель. Том наконец сам стал удерживаться о поручень. — О Мерлин, а ты не могла надеть юбку подлиннее? — Пожаловался на внешний вид подруги Мракс. Уизли только закатила глаза. — Это кстати старая юбка моей тëти. А знаешь, с кем она в ней на свидание ходила? С Гарри! Может, тебе такую же? Твои широкие джинсы просто ужасны, ещё и чëрные, тебе точно не жарко? — Роза продолжала смеяться. Том бы проклял подругу, если бы они находились не в маггловском районе, шутки о нëм и Поттере и с каждым годом раздражали всë сильнее и сильнее. — И вообще, я наряжалась не для того, чтобы зависать на детской площадке, почему мы не у тебя дома? Реально поругались? — Уже обеспокоенно спросила Роза.       Тому понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Несмотря на происшествие недельной давности, он до сих пор боялся того, что скажет Поттер. Даже не смотря на то что того, кажется, не сильнее беспокоило то, что он читал книги о тëмной магии, чем то, что он случайно забрал недавно запрещëнную книгу. Том долго размышлял над тем, нормально ли Гарри отреагирует, если Мракс перестанет скрывать некоторые не совсем светлые знания о магии? Будет ли Поттер не против того, что он изучает? Том задавал этот вопрос себе, кажется, уже в миллионный раз. Но сейчас, если он убедит Гарри в том, что Мракс взрослый и ответственный, это может прокатить. Главная проблема была в том, что Поттер сейчас считал его ребëнком. Это ужасно раздражало, но Том не знал, что сделать, чтобы исправить ситуацию. — Помните, я взял книгу для зелий из запретной секции? Гарри нашëл еë в моих вещах, — признался Том и тяжело вздохнул, невольно начиная теребить рукав тëмной рубашки. Друзья молчали несколько секунд, пока Мракс не услышал низкий смех Антонина. Том недовольно уставился на друга. Слизеринец был уверен, что смог донести свою угрозу правильно, ведь через мгновение Долохов тут же замолчал. — Поттер относился ко мне хорошо, после того как я выпил его заначку. А всë потому что я твой друг, или Поттер просто всепрощающий святой. Но склоняюсь к первому. Думаю, тебе он и убийство простит, — сдержанно ухмыльнулся Антонин, не желая попасть в немилость Мраксу, когда у того было плохое настроение. Роза наклонилась к Тому и чуть толкнула в плечо, чтобы тот наконец выпрямил спину. — Антоша дело говорит, — приободрила Роза, а потом повернулась к Долоховому. — Это так в детстве бесило, Тому всегда можно было всë, а мне никогда и ничего. Мерлин, я несколько месяцев уговаривала маму, чтобы покрасить волосы в чëрный, прикола запрета я так и не поняла. Ой! Точно, а я же говорила Томми, что ему пора уже давно разбирать свои вещи самостоятельно, не маленький мальчик, вообще не маленький, вырос блин, — пожаловалась Уизли и фыркнула, Антонин только тяжело вздохнул на это.       Том пытался переварить реакцию друзей, почему они относятся к этому так легко? Гарри и убийство ему простит? Мракс знал, что такое Поттер и себе не простит и сам лично посадит себя в Азкабан. Гарри был слишком миролюбивым. Пусть, как оказывается, и совершавшим некоторые плохие поступки. Как же Тому хотелось узнать подробности. Первую ночь после инцидента он не мог уснуть из-за этого. — Вы оба — идиоты, у Гарри слишком высокие стандарты, он никогда не простит мне убийство. Хотя некоторых людей иногда очень хочется того, — Том замялся. — В общем, вы слишком плохо знаете Гарри, он слишком хороший, — наконец пробурчал Мракс, а после выхватил сумку Антонина, которая стояла в его ногах, чтобы вытащить свою книгу.       Тома раздражало то, как легко относились его друзья к проблемам. Они творили многое в Хогвартсе и не попадались. Иногда Мракс задумывался о последствиях, но эти мысли были слишком мимолëтны. И попасться... Том не думал, что это будет настолько страшно. И теперь Мракс не знал, начать ли говорить открыто о своих увлечениях тëмной магией или скрыть их ещë сильнее, ведь при первом варианте Гарри опять мог начать его поучать. Опять видеть в нëм ребëнка. Том не знал, почему этот факт так сильно его раздражал. Но хотел быть взрослым в глазах Поттера, хотел быть равным Гарри, таким равным, как для Поттера выступала Тонкс.       Поэтому сейчас лучше понадëжнее скрыть свои книги о тëмной магии, вдруг Гарри решил перебрать его полки. А возможно, Тому и правда пара самому убираться и на полках и в своей комнате. И разбирать чемоданы ему тоже пора самому. И правда, если Гарри будет помогать, то будет продолжать видеть в нëм маленького мальчика. Мракс сжал свою книгу и бросил сумку на колени Антонина. Презрительно оглядев своих слишком легкомысленных друзей, Том спрыгнул с карусели и с силой толкнул еë, чтобы Роза и Антонин потеряли равновесие от внезапного движения. Мракс улыбался, уходя всë дальше от друзей и детской площадки, которая находилась рядом с его домом. Он даже не потрудился обернуться, чтобы посмотреть как там его друзья. — Он пытался нас вывести из равновесия? — Спросила Роза, смотря на удаляющуюся тëмную фигуру Тома. В ответ она быстро получила простое «угу», Уизли еле сдерживала смех. — М-может, стоит сказать ему... Что его силы не хватит и чтобы ребëнка раскрутить? — Задала риторический вопрос Роза и рассмеялась. Антонин положил сумку под ноги. — Не хочу его расстраивать, мы ведь всë-таки друзья, — усмехнулся Долохов. — А ты знала, что на третьем курсе он постоянно говорил мне, что хочет быть таким же крутым и накаченным, как Эдвард Каллен, и что если я об этом кому-нибудь расскажу, то больше никогда не смогу говорить? — На одном дыхании выдал Антонин. Роза рассмеялась от последнего предложения только сильнее…

***

      Том рад, что за всë время с того инцидента Гарри так и не поднял тему с книгой, найденной в чемодане. Но за своим страхом перед Поттером он совсем забыл, что скоро должен быть его день рождения. А значит, в их доме будет куча «друзей» Гарри, которых он даже не знал. Каждый раз это было раздражающим событием, ведь Том ещë помнил, как в детстве они отмечали день рождения Поттера только вдвоëм. Мракс хотел бы вернуть те времена, или хотя бы то время, когда он знал всех, кто приходил к нему и Гарри домой.       Том нервно смотрел на Книза, осознавая, какая сегодня дата. Кот спал, видимо, ещë не понимая, что совсем скоро их дом заполнит куча неадекватных и здоровых авроров, которые во время веселья могут натворить много чего. Как бы Мракс ни любил Гарри, он ужасно ненавидел его коллег. Том не спешил вставать с постели, пока в его комнату не постучались, а после послышался приглушённый голос Поттера. — Том, двенадцать дня, я так долго даже после ночного дежурства не сплю! — За дверью послышался смех Гарри. Том невольно улыбнулся и всë же встал с кровати, потревожив кота, который спал в его ногах. Мракс подошëл к столу, где лежал приготовленный ещë несколько месяцев назад подарок. Для Поттера он готовил подарки всегда слишком рано. Том только провëл по упаковке, сглаживая складки бумаги и пошëл к шкафу. Обычно он всегда выходил завтракать в пижаме, но раз это был день рождения Гарри, то даже на завтраке он должен выглядеть презентабельно. Когда он переоделся и уже пытался разгладить складки на своей одежде, Книз уже успел проснуться и начал тереться об его ноги. Том только фыркнул. — Где ты опять шлялся полночи? — спросил Мракс. Кот только потряс головой, бубенчик, прикреплëнный к его красному ошейнику, зазвенел. Том тяжело вздохнул, пытаясь уложить свои непослушные кудри. Концы, выкрашенные в зелëный, были особенно тяжëлыми. Мраксу потребовалось некоторое время, чтобы его причëска стала выглядеть аккуратной. Он улыбнулся в зеркало, которое было прикреплено к дверце шкафа, а после направился к выходу из комнаты. Подарок он отдаст Гарри чуть позже.       Том быстро спустился вниз на кухню и вместо радостного от праздника Поттера увидел только привычного и уставшего Гарри. Улыбка тут же пропала с лица. Поттер что-то обсуждал по кнопочному маггловскому телефону, а после завершения звонка тяжело вздохнул. Том нахмурился, ничего ведь не произошло в аврорате? Гарри ведь не заставят работать в его день рождения. В праздник, который должен быть посвящëн только Поттеру, и день, когда все должны только радовать Гарри. — Том! — Поттер улыбнулся, смотря на Мракса, Том придал лицу спокойное выражение. — Я уж думал, что ты не встанешь, а ты, оказывается, прихорашивался, — Гарри отложил телефон, обращая всë своë внимание на Тома. Мракс всë же смог натянуть на себя улыбку. Как же его бесило то, как другие заставляли Поттера уставать. Зато когда Гарри был с ним, то всегда был счастлив. Может было бы лучше, если всë внимание Поттера всегда будет сконцентрировано на Томе? — Я буду дома с тобой весь день, — быстро ответил Мракс и сел за стол, где стоял его остывший завтрак. Том уже поднял палочку, которая была спрятана в длинном рукаве, чтобы подогреть еду, но его опередил Гарри. Мракс посмотрел на ухмыляющегося Поттера, который уже успел отложить палочку. Иногда Том забывал то, насколько быстрым был Гарри. — А у тебя... ничего не произошло в аврорате? Ты ведь сможешь отдохнуть? — Улыбка Гарри погрустнела, и Мракс сжал руки в кулаки, боясь того, что Поттера опять не будет до поздней ночи. — Они смогут прожить без меня денëк, тем более что не зря я прошлой ночью ночевал в аврорате, чтобы освободить себе время, — рассмеялся Гарри. — Это была Тонкс, мы немного поссорились, ничего серьëзного, — только фыркнул Поттер. Но Том быстро заметил, что Гарри нервничал, Поттер и не скрывал этого. Мракс еле сдерживал ухмылку. Если они поссорились, то, может, еë и вовсе не будет на дне рождения Гарри? Тогда Том будет считать это почти идеальным днëм. Мракс не так сильно боялся друзей Поттера, как проклятой Нимфадоры. Она больше всего отнимала у него внимание Гарри, а если еë не будет, то это внимание достанется Тому. — Знаешь, Книз ночью притащил мне мëртвую крысу. Я чуть не проклял его, когда он забрался ко мне в комнату, спать с открытым окном было не лучшей идеей, — быстро перевëл тему Поттер. Мракс ухмыльнулся, понятно теперь, где пропадал его кот. — Видимо, тоже решил поздравить меня с днëм рождения, — добавил Гарри. Том разжал руки. — А можно я тоже подарю тебе сейчас свой подарок? — Мракс совсем забыл о завтраке, сейчас было главным развеселить Поттера, чтобы тот побыстрее забыл о Тонкс. Гарри кивнул, и Том тут же подскочил со стула и побежал обратно в свою комнату, за подарком для Поттера…

***

      Том перечитывал короткую записку уже десятый раз, записка Гарри о том, что он не сможет прийти и проводить его в Хогвартс из-за работы. На поезд его сажал и восторженно говорил о значке старосты Тедди. Мракс хотел Гарри, а не того, кто ещë и пытался подделать лицо его Гарри, чтобы Тому не было так грустно. Мраксу не было грустно, он злился. Том так долго представлял этот момент, чтобы Поттер отделался короткой запиской о поздравлении? — Тебя так нервирует роль старосты? Именно поэтому в прошлом году я отказался от этой чуши с дополнительной работой, — усмехнулся Антонин и завëл одну руку за голову. Том недовольно уставился на своего друга, с которым сейчас ехал в одном купе. Совсем скоро они с Розой уйдут к остальным старостам, но пока Мракс хотел сидеть только со своими друзьями. — Я же говорила, как это важно! — Роза, что сидела рядом с Долоховым, толкнула его в бок. — В том году мне пришлось общаться со своими однокурсниками, чтобы получить значок старосты, ведь я не так гениальна, как Томми… какие жертвы с моей стороны, это вы можете игнорировать людей, но мне пришлось дружить с этими…С этими, — Роза замялась, Антонин только усмехнулся на еë слова, пока Том всë ещë пялился в записку от Гарри. — Я общаюсь с людьми, — возразил Антонин. — Просто связи строю только с избранными. Томми как раз и является избранным, ты стала приятным дополнением к этому. И знаешь ведь, что не обязательно было становиться старостой, — Долохов уставился в окно купе, расслаблено смотря на пролетающий пейзаж. Роза вновь его толкнула, надеясь, что Антонин напряжëтся, но тот полностью игнорировал попытки Уизли его расшевелись. — Мои родители были старостами, некоторые мои дяди были старостами, а ещё я хочу ещë больше показать своë превосходство перед Хьюго. Он стал вести себя слишком нагло, считает себя взрослым только из-за того, что в этом году ему наконец будет разрешено ходить в Хогсмид, — Роза всë время кривились, пока рассказывала о своëм младшем брате. Том оторвался от записки Гарри и бережно сложил еë в несколько раз, прежде чем спрятать во внутренний карман мантии. — Твой младший брат раздражает, — подтвердил Том. — Но я поражаюсь, что ты смогла стать старостой только ради этого, или на Гриффиндоре всë настолько плохо, что взяли даже тебя? — усмехнулся Том, всë ещë держа руку в кармане, в котором лежало письмо от Гарри. Уизли недовольно уставилась на друга, а после усмехнулась. — Теперь понятно, что испытывал Тедди по отношению к тебе. Ах, сколько раз он тяжело вздыхал после общения с тобой, наверное, так рад сейчас освободиться от раздражающего младшего брата, — наиграно проговорила Роза. Антонин пытался не смеяться, смотря на краснеющее лицо Тома, который сидел прямо напротив него. Мракс недовольно смотрел то на Уизли, то на Долохова, а после встал и открыл дверь купе. — Тедди выглядел вполне счастливым, когда провожал меня сегодня. А теперь я думаю, что нам с Розой пора заняться делами поважнее, например, пойти на собрание старост, — Том цыкнул, выходя из купе. Антонин захохотал от того, как небрежно Мракс пытался уйти от разговора. Уизли только закатила глаза и пошла вслед за Томом. По пути они уже начали обсуждать, как будут проситься на совместные ночные обходы, ведь оба не совсем понимали, как бы делили обязанности с людьми, которые их не понимают.       Пусть Уизли и научилась лучше общаться с людьми за последние пять лет в Хогвартсе, это не значит, что она испытывала к ним симпатию. Но она старалась думать, что будет проситься на совместные обязанности с Томом только ради самого слизеринца. Тот всë ещë был ужасен в любой коммуникации с кем-либо. Если бы не многочисленные достижения Тома в учëбе и зельеварении, то он бы никогда не получил свой значок старосты. Роза взглянула на Мракса, когда они уже почти подходили к нужному купе, и тяжело вздохнула. Она надеялась, что своим внешним видом Том не распугает всех первокурсников. Может, она сможет настоять на том, чтобы Мракс смыл макияж?       Уизли всегда поддерживала проделки Тома и насмешки над Северусом Снейпом, но не обязательно же было рисовать летучую мышь на лице в первый день в должности старосты, только чтобы позлить своего декана. Роза опустила взгляд в пол. На самом деле больше всего в этой ситуации она жалела о том, что не сможет увидеть лицо Снейпа, когда он будет отчитывать Тома за летучую мышь. Летучая мышь отчитывает за летучую мышь, Слизерину предстоит посмотреть на прекрасное шоу сегодня вечером…

***

      Это было менее раздражающе, чем Том ожидал от должности старосты. Сейчас он просто стоял со старшекурсниками, и если он всë правильно понял, то это именно они будут вести первокурсников до общежития, пока Том должен лишь замыкать очередь и следить за тем, чтобы никто не потерялся. Легче простого, дети ведь не будут настолько тупыми, чтобы выбиться из общей очереди? Мракс переоценил умственные возможности одиннадцатилеток. Ведь ему неоднократно приходилось возвращать в строй отбившихся детей, каждые пару шагов кто-то да выбивался. И все успокоились, только когда Том крикнул на них. Первокурсники Слизерина несколько секунд тупо пялились на злого Мракса, прежде чем спокойно пойти дальше.       Уже в гостиной ему не дала отдохнуть летучая мышь, отчитавшая его за макияж. Злое выражение надменного зельевара того стоило, не зря Том пол утра потратил на то, чтобы нарисовать это на своëм лице. Мракс почти рассмеялся, когда отчитавший его декан взмахнул мантией и быстро ушёл от него, прямо как улетающая летучая мышь. Том на секунду даже задумался о том, чтобы изучить анатомию птиц поподробнее. Как бы Снейп отреагировал на разные рисунки летучих мышей, которые появлялись в его личных вещах? Несмотря на слова Антонина о том, что у него нет чувства юмора, Том был иного мнения.       Правда, из-за его шуток у него оставалось совсем мало времени на отдых. Мракс успел только смыть макияж и переодеть белую рубашку на чëрную, прежде чем пришло время собрания старост. Тут-то всë стало ещë более раздражительным… — И почему тебя вообще назначили старостой? — Скривился старшекурсник Гриффиндора вместо того, чтобы как следует поприветствовать Тома. Мракс выпрямился и усмехнулся. Роза, стоявшая рядом с этим старшекурсником, закрыла лицо рукой, видимо, уже сама понимая, что ответит Мракс. — Потому что я умнее всех в этой комнате, — честно ответил Мракс. Если гриффиндорец почти ударил его после этого, то это не вина Тома, что люди могут обижаться на правду. Мракс успешно увернулся от удара, всë-таки уроки защиты от Гарри были очень полезны. Гриффиндорец не успел замахнуться второй раз, ведь его остановил старшекурсник Слизерина, защищая Тома. Мракс усмехнулся и даже не сбросил руку слизеринца с плеча. — Прекрати донимать моих змеек. Скажи спасибо, что я тебя остановил, а не Том. Мракс наш лучший ученик, он более тебя достоин быть старостой, — сказал старшекурсник. Тому нравилось, когда о нëм так отзывались. За пять лет он смог доходчиво объяснить всем слизеринцам, что будет, если связываться с Томом Мраксом. Большинство слизеринцев усвоило урок после пары проклятий, а некоторые начали восхвалять Тома за всë то, что он делал. Мракс считал это странное поклонение абсурдным, но он не мог не признать, что это ему нравилось. — Ты получил свой значок только из-за своего папаши. Все знают, как во время каникул Поттер зачем-то посещал Хогвартс, — только цыкнул гриффиндорец, прежде чем наконец отойти от них. Такие типы раздражали Тома. Им просто стоило признать, что Мракс был способнее, и заткнуться. Старшекурсник Слизерина просто кивнул Тому и убрал свою руку с его плеча. И рядом с ним встала Уизли. — Он просто придурок, не беспокойся, я позже сама ему врежу, — только сказала Роза Тому. Мракс усмехнулся девушке. — Я знаю эту ухмылку, у тебя есть план получше? — Тихо спросила Уизли и встала на носочки, чтобы дотянуться до уха Тома. Мракс чуть наклонился, чтобы точно услышать слова подруги. А после отстранился и кивнул. Раз уж теперь ему придëтся постоянно контактировать с другими факультетами из-за обязанностей старосты, он с радостью покажет и остальным, кого не следует трогать. Он потратил почти пять лет, чтобы усмирить только Слизерин, может, люди с других факультетов тоже начнут им восхищаться, если он покажет себя с лучшей стороны?       Было бы прекрасно, полюби его вся школа. Тогда намного легче будет получить должность в Министерстве Магии, такую, благодаря которой он должен будет помочь Гарри. Желательно сделать так, чтобы Поттер был почти свободен от работы. Мракс сжал записку от Гарри, которая всё ещë была во внутреннем кармане его школьной мантии. Без работы у Поттера всегда будет время на него…

***

      Должность старосты может быть раздражающей, первокурсники запомнили его из-за выходки в первый день и подходили за советом постоянно. Только через неделю Том перестал вздрагивать, когда на него неожиданно налетали дети. Дети, чьи руки всегда были липкими от чернил и непонятно чего ещë. Не самое приятное, что мог почувствовать Том. Но в этом были и свои плюсы, за помощь с заклятьями те давали ему сладости, много сладостей. Если к нему приставали не только слизеринцы, Мракс не проклинал их только из-за этого.       С другой стороны, возможно, ему даже нравилось учить детей, даже не за сладости, а за то, как после о нëм говорили эти самые дети. Они им восхищались, в Хогвартсе это был первый раз, когда о нëм отзывались с таким восторгом и такое огромное количество детей. Раньше он сталкивался только с завистью и призрением от однокурсников. Если бы ему сказали, что расположение к себе получить настолько легко, он бы быстро создал целую армию людей, которые поклонялись бы ему и восхищались его гениальностью. Ведь именно это было так правильно. Гарри всю его жизнь хвалил Тома за достижения. Значит, все остальные должны относиться к нему точно так же.       Должность старосты очень быстро начала приносить удовольствие, а разговоры о нëм от других наконец-то не были в негативном ключе. А совсем наоборот. Долохов всегда говорил ему, что очень легко расположить к себе людей. Слизеринец, который за пятнадцать лет жизни завëл только двух друзей, только отмахивался от этих слов. Но именно сейчас Мракс понял, насколько это было просто, и на удивление это ему понравилось. Том никогда не думал, что захочет гнаться за популярностью, но он готов это делать ради всех хвалебных слов, которые он начал получать.       На пятом курсе Мракс даже изменил своë поведение, подстраиваясь под окружающих. Он никогда не думал, что будет использовать натянутую улыбку и добрые слова, только чтобы понравится кому-то, кроме Гарри. Но он начал это делать. И Том был полностью доволен тем, к чему это привело. Надо было сделать это намного раньше – начать притворяться хорошеньким. Тогда школьная жизнь вдали от Поттера не казалась бы настолько ужасной. Но сейчас… Он мог бы даже сказать, что счастлив. Том усмехнулся, захлопнув книгу, которую держал в руке. И потянулся к Книзу, что спал на его коленях. Пару раз коту доставались липкие прикосновения детей, но Книз терпел, прекрасно понимая взгляд Тома. — Ты прям расцвёл. Я не знала, что ты умеешь улыбаться, когда нет Гарри, — усмехнулась Роза, тревожа его покой. Несмотря на то, что новое внимание нравилось Тому, он продолжал ценить тишину и покой, продолжал прятаться в «тайниках», о которых знали и Роза, и Антонин. Мракс только фыркнул на тон Розы. Он не смог разобрать, язвительный он или одобряющий, но Том активно учился различать тона людей, чтобы точно знать, что говорить. Мракс мог и обидеть подругу случайно, но та привыкла к поведению Тома. — Странно слышать это от Цветка, — усмехнулся Мракс. В этот раз фыркнула уже Роза, а после села рядом с Томом. — Я тоже расцвела, иначе я не пойму, почему ко мне начали липнуть другие люди, парни, — Роза скривилась от отвращения. — Сегодня Хьюго подрался с одним моим настойчивым поклонником, — Мракс с интересом уставился на неë. Ранее она говорила, что к ней стали слишком часто обращаться другие люди, но не упоминала поклонников. — Прежде чем с кем-то встречаться, обратись ко мне. Я должен одобрить того, кто потенциально может войти в мой круг друзей, — нахмурился Том. Уизли посмотрела на него очень странным взглядом, Мракс не смог распознать эмоцию на еë лице. Так продолжалось какое-то время, пока Роза не рассмеялась. — Это… только т-ты верен одному Гарри, — сквозь смех выдавила Уизли. Том нахмурился ещë сильнее, никому он не верен, просто отношения его не интересуют. Антонина тоже не интересуют и над ним ведь не смеются. Конечно, для него было неожиданностью, что Роза может заговорить о мальчиках, но ведь рано или поздно это должно было произойти, гриффиндорка была слишком обычной. — Я серьëзно, ты знаешь слишком много, ты поклялась дружить и следовать за мной вместе с Долоховым, на крови. И я хотел сказать, что хочу провести настоящий ритуал на крови, а не тот детский фокус, — Том быстро отвлëкся от темы отношений. Вспоминая о том, что нашëл недавно в запретной секции книгу о ритуалах, таких, после которых человек будет прислуживать вечно. Он был сложнее непреложного обета, но оно того стоило. Уизли только продолжала смеяться, разбудив даже Книза. — Мерлин, надеюсь, что к тебе ещë не скоро будут клеиться другие, мне уже их жалко, — сказала Роза, немного успокоившись. Том начал теребить кружевные рукава своей рубашки. Он надеялся, что никто и никогда не начнëт к нему подкатывать. У Мракса было много важных дел, включающих в себя защиту Гарри, и отношения в его планы просто не вписывались…