Пьяный просчëт

      Популярность нравилась ему, но не нравилось то, что из-за этого на него пялились, даже когда он этого не хотел. Даже в библиотеке. В его любимом месте для отдыха. После очередного вздоха за своей спиной, Том захлопнул читаемую книгу и обернулся. Девушка, стоявшая за ним, вздрогнула. Мракс заставил себя улыбнуться. — Я уже ухожу, можешь занять место для чтения, — только сказал Том, пряча книгу в свою сумку. Если бы он действительно учился, то не смог бы так беззаботно улыбаться. Девушке повезло, что Мракс просто читал роман после того, как уже дописал домашнее задание по зельям. Том не понимал, почему эта девушка просто не могла попросить освободить место раньше. Мракс прищурился. Он узнавал еë внешность, это была студентка со Слизерина. Том уже собрался уходить, а слизеринка всë не занимала место и будто хотела что-то сказать. Мракс не стал дожидаться ещë каких-то слов, наверняка она хотела попросить помощи в выполнении домашних заданий. Том не хотел помогать ни с чем.       И раз его прогнали с его любимого места в библиотеке, он пойдëт во второе своë любимое место. Запретная секция, как же Мракс удивился, когда понял, что ему не ограничили доступ к ней после прошлогоднего инцидента с украденной книгой. И Том безумно рад, что сохранил эту привилегию. Как и ожидалось, в запретной секции было пусто и очень-очень тихо. Том вздохнул с облегчением: тут его никто не достанет. Очень быстро Мракс оказался в любимом углу на расстеленной мантии. Он не думал, что сегодня будет здесь сидеть, поэтому пришлось пожертвовать чистотой мантии для чтения в любимом уголке.       Том удобно устроился между стеной и полкой с пыльными книгами, которые явно не трогали последние пару сотен лет. Мракс быстро наколдовал дополнительный свет, спрятал волшебную палочку в рукав и потянулся в сумку за книгой. Он обязан дочитать главу, тогда он уйдëт обратно в свою комнату, но сейчас ему слишком не терпелось узнать, что будет дальше. Он никогда не отличался терпением.       И вот, перелистывая очередную страницу, он ненароком задел рядом стоящий стеллаж своим локтем. Том не обратил внимания на тупую боль в конечности, интересней была книга, упавшая прямо на него. Мракс закашлял от количества пыли, поднятой в воздух. Слизеринец и не думал, что где-то она осталась, ведь лично перерыл всю запретную секцию, но она продолжала его удивлять.       Вот он думал, что прочитал хотя бы название всех книг этой небольшой секции, как на него падает что-то ещë. Роман был быстро закрыт и забыт, пока внимание Тома привлекло что-то новое и неизученное. Мракс прижал свою книгу ко рту и носу, чтобы не вдыхать клубы пыли, и быстро наклонился, чтобы поднять свободной рукой неизученный фолиант. Том встряхнул еë ещë раз, ведь казалось, что слой пыли на ней действительно вековой. Но что было самым неожиданным, на книге не было обложки. Мракс знал, что старая библиотекарша просто не могла оставить что-то настолько ценное без обложки. Мракс отложил свой роман, держа уже в двух руках необычный фолиант.       После короткого осмотра Том понял, что у этой книги не было никаких знаков, указывающих на год или автора. Мракс лениво листал страницы. Если не было ни автора, ни года, ни обложки, ни названия, значит, эта книга не стояла на учëте. Печати Хогварсткой библиотеки Тому так же не удалось обнаружить. Мракс усмехнулся. Появилось что-то интересное, что он мог бы изучить.       Том быстро собрался и спрятал в своей сумке книгу, можно сказать украл еë. Возможно, жизнь его ничему не учит. Но Гарри уже показал, что даже если Мракс притащит домой что-то запрещëнное, тот это примет, поворчит и всë. Когда он притащил Книза домой, было то же самое. Том крепко сжимал лямку сумки, быстро спускаясь из библиотеки в подземелья. Мраксу всë ещë надо было подготовить Гарри к тому, что Тому хотелось бы изучать. За это время слизеринец искал множество способов сообщить о том, что является тëмным магом. Даже начал изучать культуру разных стран, понимая, что во многих из них то, что считается в Британии бесчеловечным, там составляет основу традиций и не называется тëмной магией.       Том почти вбежал в гостиную Слизерина в нетерпении изучить книгу, которая, по-видимому, теперь принадлежала ему. В это время в его голове были мысли не только о фолианте, но и о том, что надо сделать, чтобы изменить традиции в Британии. Было так неправильно то, что Мраксу приходилось скрывать свои увлечения, да даже скрывать эту конкретную книгу. А ведь Том просто хотел свободно изучать магию. Кем же Мракс мог стать, чтобы у него была возможность полностью переписать законы целого сообщества?..       Том ожидал чего-то большего от неизвестной старой книжонки. Невероятных магических тайн? Страшных тëмных проклятий, которые не будут известны ни Гарри, ни Антонину? У Мракса были слишком завышены ожидания. Возможно, Роза права, и ему следовало меньше читать романов с нереалистичными сюжетами. Том лениво читал уже какую главу подряд. Вся книга состояла из каких-то легенд, ничего запрещëнного, ничего магического. Просто глупые сказки о бессмертии, в ней волшебник заключил свою душу в дорогой своему сердцу предмет, а после свихнулся. Мракс только закатил глаза, в этой сказке под названием «крестраж» всë было слишком нереалистичным. Если бы такой способ бессмертия существовал, то Том давно бы его нашëл, чтобы не волноваться за благополучие Гарри.       Мракс зевнул, он потратил уже полтора часа на изучение совершенно бесполезной ему информации. Том даже подумал, что этот сборник сказок мог быть маггловским, что его забыл какой-то человек много-много лет назад. Пока не наткнулся на знакомую фамилию, когда медленно перелистывал страницы. Взгляд совершенно случайно зацепился за «Слизерин». Том быстро открыл нужный разворот и пролистнул несколько страниц назад, пока не наткнулся за заголовок «Наследие». Мракс уставился на слово, читая его раз за разом про себя. — Наследие, — прошептал Том вслух и усмехнулся. Всë-таки его предчувствие не подвело и в книге действительно было что-то интересное. Мракс быстро принялся читать с улыбкой на лице, которая быстро сползла. Опять сказка. Что он должен узнать из глупой сказки? Главная героиня плакала в туалете и там нашла способ отомстить своим обидчикам, призвав страшного монстра. Простая история о месте. Том фыркнул и развалился на кровати. Очень быстро рядом с ним появился Книз. — Что за идиот оставил эти глупые сказки? — Одной рукой Мракс глядил кота, пока второй осматривал фолиант, надеясь, что сможет уцепиться за что-то, что подскажет ему природу создания этой книги. — Знаешь, у неë слишком небрежный корешок, — Том подëргал древние нити и усмехнулся. — Будто этот сборник писали школьники, может литературный кружок? Антонин говорил, что таких много, особенно на их факультете. Может, когда-то давно они писали истории? Но это такой бред, что даже я бы сделал лучше, — Том продолжал гладить кота, рассуждая вслух. — А может мне так и сделать? — Мракс отложил книгу и обеими руками схватил Книза, после короткого мявка тот легко подчинился. Том ухмылялся, мучая безвольного кота. — А может мне нарисовать комикс? Что думаешь? — Мракс игрался с лапками Книза, а потом прижал его к себе. — Я тоже думаю, что неплохо бы вспомнить об этом хобби, я давно не рисовал. Гарри был бы рад увидеть мои новые рисунки. Ты ведь знаешь, что я давно их ему не показывал. Он бы рассмеялся, увидев себя, и сказал, что я ребячусь, — фыркнул Том и наконец замолчал, думая над новой идеей. Книз уже свернулся клубочком на его груди. — Ты поправился, — через несколько минут Мракс спустил кота с кровати, а сам направился к столу. Он вспомнил, что давно не писал Гарри. Том и сам не знал, как можно было забыть написать Гарри, когда он думал о нëм постоянно. Мракс тяжело вздохнул, девочка из истории не выходила у него из головы. Та девочка тоже, как и он, разговаривала со змеями, а еë фамилия была Слизерин. Именно за это еë презирали другие ученики, из-за фамилии и из-за того, что семья той девочки хотела сохранить чистоту крови.        Том застыл над пергаментом. Что же он напишет Гарри? Мракс прикусил кончик маггловской ручки. Он всю жизнь утверждал, что ему не интересна его семья, кроме Гарри, но, может, если он больше узнает о своих предках, то сказка обретëт новый смысл? Том быстро начал царапать нужные слова на пергаменте…

***

— Мы так давно не разговаривали. И на что ты тратишь время? На свои книги. — Жаловалась Роза, наклоняясь прямо над ним. Том поспешно закрыл книгу со сказками, которую изучал до сих пор. — Ты слишком много времени проводишь со слизеринцами. Вдруг ты станешь, как они? — громко возмутилась гриффиндорка и тут же получила осуждающий взгляд от мимо проходящих слизеринцев. Возможно, разговаривать в оживлённом коридоре было не лучшей идеей, но только здесь Уизли смогла выцепить своего друга. — Я провожу с ними времени столько же, сколько и на других курсах, просто теперь я с ними разговариваю, одно и то же, — пожал плечами Том, а после быстро спрятал свою книгу. Роза внимательно наблюдала за плавными движениями Мракса, а после усмехнулась, когда заметила ободранный на ногтях лак. — Ладно, даже не буду говорить, почему это не одно и то же, — Роза тяжело вздохнула. Том уже собирался возразить ей, как она продолжила. — Одолжи мне те красивые манжетики, — Уизли уставилась прямо на Мракса. Том старался не отводить взгляд. — Нет, я ведь много раз говорил, что не дам их, ведь Гарри сшил их для меня, — Мракс нахмурился и сжал ручку сумки. Роза продолжала нервировать его своим взглядом. — Они мне нужны, я должна напугать парня, с которым пойду на свидание, — Уизли жалобно смотрела на Тома, почти скуля. — И вообще, вместо того, чтобы эксплуатировать главу Аврората, мог бы и сам научиться шить, свои творения ты бы давал мне, — Роза закатила глаза. Мракс нахмурился ещё сильнее. — Вот и сама сшей себе такие же, а мои не трогай, и если ты их возьмëшь, я узнаю, — Том отвëл взгляд, показывая, что разговор окончен. Гриффиндорка всë ещë стояла рядом с ним. — Гарри слишком сильно носится с таким громадиной, как ты. Всë равно те манжеты мне больше идут. Когда ты их надеваешь, взгляд всегда прикован только к твоему потрескавшемуся лаку. Я подарю тебе на день рождения антистресс, чтобы ты перестал ковырять свои ногти, — бурчала Роза. Том невольно перевëл взгляд на свои руки, а ведь он подкрашивал их пару дней назад. Хороший внешний вид было так трудно поддерживать. — А ещë на тебя пялится какая-то змейка, — через какое-то время добавила она, и Том сразу повернулся в ту сторону, куда был устремлëн взгляд Уизли. — Это Малфой, просто игнорируй его, он странный, — сказал Мракс, быстро отворачиваясь от него. Роза также спешно отвернулась, а после вновь оглядела Тома, который выглядел почти нервно. — Странными выглядим тут только мы, — усмехнулась Роза. — Он к тебе подкатывает? Я же говорила, как многие на тебя пялятся! Я была права, даже нормальные могут залипать на неформалов, — Уизли захихикала, наблюдая, как Том смутился ещë больше. — Наверное? Я не совсем уверен в этом, это странно. Конечно, я выгляжу хорошо, но почему он думает, что мне могут нравиться парни? Я помню, как его друзья пытались задевать меня, — Том скривился и неосознанно опять начал сдирать лак с ногтей. Роза быстро схватила его за руку, переплетая их пальцы. — Да-да, тебе не нравятся прикосновения без предупреждения, просто смирись с моей рукой. А ещë мы все знаем, что тебе нравятся парни. От тебя просто исходит такая энергетика, — пыталась пояснить Уизли. Том пялился на руку, которую держали в захвате. Мракс отстранился от стены и повëл Розу в сторону Скорпиуса. — Пройдись со мной мимо него, и я одолжу тебе какие-нибудь манжеты, но не те самые манжеты. Малфой мне просто слишком не нравится, противная фамилия. — Роза только крепче сжала руку друга. — Какая щедрость с твоей стороны, — съязвила Уизли и придвинулась к Тому ближе. Раз Мракс хотел сделать Скорпиусу намëк, то мог бы хоть постараться, чтобы они выглядели достаточно близкими для отношений. Уизли только тяжело вздохнула, ей ещë столькому надо научить Тома. Он ведь не обидится, если после этого она не вернëт ему манжеты? У Мракса и так была большая коллекция, может он даже не заметит пропажу… Роза улыбнулась и потянулась к уху Тома в тот самый момент, когда они проходили мимо Малфоя. Всë это время гриффиндорка смотрела прямо на Скорпиуса. Она чуть не рассмеялась оттого, насколько растерянным выглядел Малфой.

***

      Не будь они на оживлëнной улице — Том бы проклял Антонина или Хьюго, оба его раздражали своим смехом. А всë из-за одной колдофотографии. — Я же говорил, что мой макияж точно такой же, как у Тома, мне дядя Гарри эту фотографию дал, — усмехнулся третьекурсник, пока Антонин смеялся, сжимая в руках позорный снимок друга. Мракс знал, что Гарри рано или поздно всем покажет его фотографии… Но Том надеялся, что это будут хорошие фотографии, а не эти. — Иди доставай свою сестру, — только проворчал Мракс, а после вырвал фотографию из рук ржущего Долохова. Кто же знал, что за ними в Хогсмид увяжется младший брат Розы. А ведь Том просто хотел попить сливочное пиво и порасспрашивать Антонина о СОВ, которые слизеринцу сдавать через полгода. — Она не настоящий гот, а вот ты — совсем другой разговор. Можно я просто потусуюсь с вами? Немножко. Если меня увидят с вами, то возможно у меня появятся друзья, — самый младший из Уизли скорчил жалобную мордочку, глядя прямо на Мракса. Том только скривился, будто такой жалкий трюк способен на него повлиять. Даже если это был младший брат его подруги. — Класс, пойдёмте в Сладкое королевство, там больше всего людей. Эх, а ведь год назад это нам надо было тусоваться с кем-то крутым, чтобы стать популярными, — Антонин тяжело вздохнул и так же уставился на Мракса. — Ты отдашь мне все фотографии, которые тебе дал Гарри, — поставил ультиматум Хьюго Том. Гриффиндорец засиял и активно закивал. Ему нравились многие фотографии, но ведь даже отдав их Мраксу, он мог попросить у Гарри новых. — Я даже не знал, что стать популярным так легко. Мерлин, если все начнут косить под готов, ровняясь на меня, то мне придëтся сменить стиль, — добавил Том, когда группа уже шла к магазину.       Мраксу нравилось, как раньше он выделялся среди слизеринцев и остальных. На удивление, никто, кроме их компании, не выбрал своим стилем что-то настолько мрачное. Том считал себя выше других, когда так выделялся, но теперь на него стали равняться. Это было одно из странных дополнений к его резко возросшей популярности. Том и Антонин шли впереди, сразу за ними Хьюго, пытающийся не отставать от быстрого шага старшекурсников. — Не переживай, даже если все будут одеваться как готы, ты всё равно будешь выделяться. Одного внешнего вида недостаточно, — Антонин не успел договорить, как его прервал Хьюго: — Да, важен ещë хороший музыкальный вкус, о, как вам Paradise Lost? — Том застонал от глупого вопроса. Долохов обернулся на гриффиндорца, искренне уверенного, что нашëл отличную тему для разговора. Мракс ускорил шаг, пока остальные двое замедлились. — Ещё раз из твоего рта вырвется что-то настолько заезженное, и ты больше никогда не подойдëшь ни ко мне, ни к Тому, — обычное веселье в тоне Антонина испарилось. Мракс физически чувствовал, как Хьюго перепугался, гриффиндорец мог только пискнуть в ответ на угрозу. Долохов тяжело вздохнул. — Отлично, ты меня расстроил, теперь ты платишь за мои сладости, чтобы я ходил рядом с тобой и смеялся, делая вид, что мы друзья, — только сказал Антонин и быстро догнал Тома. Мракс только фыркнул. Наконец-то будут пользоваться не его деньгами. Возможно, гулять с Хьюго было не так уж и плохо…

***

      Почти все ненавидели зельеварение. Роза была исключением только потому, что стояла в паре с Томом Мраксом, а практика с ним автоматически означала: что бы ты ни делал, Снейп всë равно поставит «превосходно». Роза ни разу не переживала за свои оценки по зельям ровно до этого момента. Том уже половину урока делал всë как-то не так, Уизли даже начала сама варить зелье по инструкции. Мракс опять застыл. Роза чуть толкнула его, чтобы привести в чувства. — Ты чего? Это наша последняя практика перед зимними каникулами, нам надо хорошо выложиться, ты не выспался? У тебя сейчас кольцо с пальца в котëл упадëт, — Роза указала на сползшее серебристое кольцо. Она не понимала, как Тому было удобно на уроках с кольцами на руках, особенно на практических занятиях, но без любимой бижутерии он, казалось, не выходил из комнаты. Правда, сейчас в котëл грозилось упасть серебряное кольцо, одно из множества настоящих серебряных колец, которые Мраксу подарил Гарри на пятнадцатилетие. — Зачитался ночью, кажется, узнал что-то, что не следует. Наверное, узнавая такое, люди радуются, — почти прошептал Том, медленно поправляя сползшее кольцо, а после и вовсе снял его и надел на другой палец, там оно держалось намного крепче. Мракс не отставал от кольца, крутя его. — Раньше я говорил, что художественная литература бесполезна, так вот, я ошибался. Надо лишь научиться читать между строк, тогда даже в сказках можно найти смысл, — Том фыркнул и, наконец, отстал от кольца. Роза помешивала их зелье. Она не знала, хочет ли сейчас слушать что-то про художественную литературу, когда прекрасно знала о специфических вкусах Мракса в ней. — Я расскажу вам с Антонином чуть позже, вам тоже понравится, может на мой день рождения. Вы мои самые близкие друзья и должны делать это вместе со мной.       Роза прекратила мешать зелье. Том говорил странно, Том всегда говорит странно, но сейчас… Особенно странно. Возможно, тот читал не свои любовные романы с полным отсутствием логики и реалистичности, а что-то другое?.. — Я надеюсь, ты не вдохновился какими-нибудь тираническими взглядами из тех странных книг, которые тебе предлагает Антонин? Я пока не готова устраивать революцию, особенно когда Министр магии Британии — моя мама, — сказала Уизли. Том только рассмеялся и загадочно ухмыльнулся, а после начал помогать с зельем, подпевая себе под нос. Роза могла только шокировано пялиться на друга, за последние пару месяцев тот так сильно изменился. Популярность явно не шла ему на пользу. Тот стал играть слишком часто.       Играть какого-то другого человека, но точно не Тома Мракса. И делать это так хорошо, что Уизли начала путать, где он говорит искренне, а где пытается казаться кем-то другим. Кем-то адекватным и привлекательным. Возможно, это и правда влияние Антонина, именно он уже который год пытался навязать и ей и Тому то, как они должны вести себя, чтобы добиться больших высот после выпуска. Видимо, Мракс поддался влиянию Долохова. Поначалу Розе даже нравились эти изменения. Но сейчас, смотря на такую непривычную улыбку на лице друга, она не могла сказать, что рада открытости Тома. Особенно когда еë Том казался кем-то другим…

***

      Том был так взволнован перед рождественскими каникулами. Он сжимал в руке заветную книгу со сказками. Сколько дней он потратил, чтобы понять всю необычность этих сказок, тот, кто решил так зашифровать такую важную информацию, — гений. Мраксу не так важны были остальные истории, как сказки о тайной комнате и бессмертии, и Том точно был уверен, что это не просто сказки. Тому постоянно хотелось улыбаться от того факта, что с помощью бессмертия он мог обезопасить Гарри. Но и наследие в виде секретной комнаты его интересовало, всë же там тоже могло скрываться что-то настолько же интересное. Мракс расскажет про тайную комнату друзьям, и тогда они все вместе начнут еë искать.       А историю о бессмертии он побережëт для себя и Гарри. Том убедился, что книга со сказками при нëм, и усмехнулся, смотря в окно. Обход поезда был завершëн, у Тома и Розы было свободное время. Совсем скоро они приедут домой. — Такой довольный, конечно, столько беззаботного времени ещë впереди, — тяжело вздохнул Антонин, облокачиваясь на руку. — А мне через полтора года искать работу. Хочу в Отдел тайн: странно, можно найти интересные артефакты, легко нарушать законы, прикрываясь работой… Но я ведь должен помочь Томми стать Министром магии, — Долохов почти лëг на стекло окна, смотря на Мракса, сидящего на против него. — Зачем Тому становиться Министром, если сейчас на этой должности моя мама? — Хьюго присоединился к ним в купе Хогвартс-экспресса. Кажется, гриффиндорский мальчик всë ещë раздражал Антонина, ведь он цыкнул на его вопрос. — Чтобы переписать законы, очевидно же, при твоей матери выходят одни запреты. Права магов ущемляют, совсем скоро и Экспелиармус признают опасным. Магия должна быть свободна, — проворчал Долохов и сложил руки на груди. Том повернулся к друзьям, всë ещë улыбаясь. — Ага, только если я стану Министром, мне всë равно придëтся всë запрещать. Процесс разрешения чего-то в Министерстве — какой-то ад, но работать надо, поэтому легче что-то запретить. Да и если открывать большему количеству людей доступ к тëмной магии, то придëтся ужесточить контроль, — лениво рассуждал Мракс, а позже тихо добавил: — Сколько же лет на это уйдëт? — Когда-нибудь вы оба точно станете тиранами, — фыркнула Уизли, наматывая на палец локон выкрашенных в чëрный волос. Свободной рукой Роза приобняла своего младшего брата. — Не обращай внимания на этих дурачков, всë это — несбыточные идеалистические мечты двух придурков, помешанных на магии. Конечно наша мама есть и будет Министром, — Роза нервно хохотнула, стараясь успокоить брата. Несмотря на ласковый тон, взгляд, направленный на Тома, не был дружелюбным.       В купе повисла тишина. Том поглядывал на Хьюго. Он всë чаще и чаще начал присоединяться к их компании, но будто при нëм Мракс не мог быть таким же раскованным, как при Розе и Антонине. Младший Уизли реагировал спокойно даже на такие разговоры. Том оскалился, смотря на Хьюго. У него такое хорошее настроение, что он думает о том, чтобы расширить свой круг близких друзей. Всë же обоих Уизли он знал с детства, пусть до этого близко общался только с одной. Последние пару месяцев показали ему, что в большом количестве людей вокруг нет ничего плохого. И если раньше такое его раздражало, то теперь Том научился выбирать правильных друзей…

***

      Удивительно, как даже такое хорошее настроение было легко испортить. Достаточно было всего двух людей в их с Гарри доме на семейный праздник. С начала учебного года Том думал, что повзрослел, стал лучшей версией себя, больше не думал о себе, как о маленьком ребëнке. Но как только он вернулся домой и увидел Тонкс с Тедди, почувствовал себя так, будто и не было этих нескольких месяцев свободы. А ведь Том до последнего надеялся, что будет праздновать Рождество только с Гарри. — Такой хмурый, — обеспокоенно сказал Поттер и потрепал Тома по голове. Это он смог сделать только потому, что Мракс сидел за обеденным столом и отложил в сторону книгу, которую до этого читал, как только пришëл его опекун. Том думал, что рука Гарри как обычно задержится на его голове, но прикосновение быстро прошло, будто его и не было. — Книга по шифрам? С подобным легко списать экзамены, шпаргалки готовишь? Или ты хмурый потому что… Точно всë хорошо? Надеюсь, моë последнее дело никак не отразилось на тебе? Я ведь оштрафовал многих родителей твоих однокурсников, — Поттеру было явно неловко, он сел напротив Тома. Выглядел тот как всегда уставшим, в этот раз настолько, что сложил волосы в пучок волшебной палочкой. Не своей волшебной палочкой. — Удивительно, как столько всего незаконного могут хранить чистокровные семьи, — только усмехнулся Том, вспоминая многочисленные статьи, где в главной роли всегда фигурировал его Гарри. — Ты был классным. Хотя таким мог заняться кто-то другой, почему везде должен работать глава Аврората? — Так же обеспокоенно спросил Том, копируя манеру речи Гарри. Поттер только фыркнул. — Поверь, я делаю не так уж и много, как мог бы. Рад, что ты считаешь меня крутым, но переводить тему не обязательно. Точно всë хорошо? — Ещë раз спросил Гарри у Тома. Тот только кивнул. Мракс планировал как можно дольше оставаться с Поттером на кухне наедине, он был согласен даже на то, чтобы сидеть с Гарри в этой неловкой тишине. Но их идиллию нарушил посторонний. Том цыкнул. — У Тома всë замечательно, теперь он у нас популярный староста и любимчик младшекурссников, — захихикал Тедди и, подойдя к Мраксу, взлохматил его волосы. — Привет, братишка, — поздоровался Люпин. Том недовольно уставился на него. — А ты откуда знаешь? — Раздражëнно спросил Мракс, пытаясь привести волосы на голове в порядок. Люпин сел рядом с Томом и хмыкнул. Гарри улыбался, смотря на детей. — Общаюсь со школьными знакомыми. Ты популярен даже на Пуффендуе, гордись этим, — Тедди смотрел на Мракса, слизеринец избегал его взгляда и в свою очередь смотрел на Гарри. — Я рад, что у тебя всë хорошо, — Гарри потянулся и задел рукой волшебную палочку в волосах, он тут же еë вытащил. Лохматые волосы упали на его плечи, Гарри с ужасом уставился на предмет в своей руке. — О Мерлин, вот где она была! Тонкс меня убьëт. Я отлучусь, вы пока болтайте, — Гарри подскочил со стула и тут же выбежал из кухни. Том уже и сам хотел уйти, взяв книгу по шифрам в руки, пока его не схватил Тедди и не посадил обратно на стул. Мракс вопросительно выгнул бровь. — Есть разговор, — тяжело вздохнул Тедди. Том знал этот вздох, сейчас Люпин будет строить из себя заботливого старшего брата. Мракс только цыкнул. Каждый раз, когда он слышал этот тон, ему всë равно не удавалось сбежать, он не против пообщаться и сейчас. Том сложил руки на груди. Тедди, казалось, до сих пор не собрался с мыслями, из-за чего Мраксу приходилось терпеть, пока тот скажет уже хоть что-то. — Сам же сказал, что у меня в Хогвартсе всë хорошо, за что ещë можно переживать? — Ответа на вопрос Тома не последовало, Мракс тяжело вздохнул. — Пойду к Гарри, — только сказал он, как Люпин наконец заговорил: — Вот про него я и хотел спросить, — быстро проговорил он. Том напрягся, серьëзный разговор о Гарри? Что именно это могло быть? Особенно от Люпина. Его мать и так встречалась с Гарри, а если они будут не просто встречаться? Пожалуй, этого Том боялся больше всего, сейчас он боялся этого даже больше, чем смерти Гарри на каком-нибудь его задании в Аврорате. Про второе он думал много и часто, про то, что возможно первое, он задумался только сейчас. — Ты, наверное, сам не сможешь ни с кем поговорить про такое, про твоë отношение к Гарри и что тебе до сих пор трудно принять тот факт, что моя мама с ним встречается. В любом случае мы с тобой братья независимо от того, встречаются наши родители или нет, а значит, я могу помочь тебе разобраться с твоими чувствами. Знаю, что Гарри сам не умеет о них говорить, нет, он конечно пытается… Но с тобой нужен другой подход, — выдал Тедди на одном дыхании, но замялся в самом конце.       Том сжимал книгу в руках, он не знал, за что ещë мог сейчас зацепиться. Тедди иногда был странным, но сейчас он странный вдвойне. Что он вообще несëт, Гарри не может выражать свои чувства? Но Том столько слышал от него слова любви, разве этого не достаточно? Мракс нахмурился и опустил голову. Люпин опять замолчал. Тому не нравилось то, что сейчас происходило, он хотел уйти к Гарри, как и планировал с самого начала. — Возвращаясь к твоей личной жизни, почему бы тебе не найти кого-то в Хогвартсе? — Через какое-то время спросил Люпин. Мракс всë меньше и меньше видел логики и связи в его словах. Том поднял взгляд на Тедди. — У меня есть друзья, зачем? — Только спросил Мракс. Люпин будто занервничал и отвернулся от Тома. Слизеринец фыркнул, теперь ещë Тедди не хотел поддерживать с ним зрительный контакт, хотя именно он всегда пялился на Тома. Мракс сощурился, кажется, волосы Люпина были короче, когда они начинали говорить. Тедди хотел закрыться от него своими волосами? — Я имел ввиду не только друзей, — медленно начал Люпин, всë ещë избегая взгляда Тома. — Просто ты ведь не вечно будешь с Гарри, но даже почти в шестнадцать ты всегда цепляешься за него, — Тедди сложил руки в замок перед собой. Мракс уставился на его руки и закусил внутреннюю стенку щеки, сдерживая себя от того, чтобы не накричать на него прямо сейчас. Всë же они были братьями? Друзьями? По крайней мере, достаточно близки, чтобы Том не срывался на него. Мракс несколько секунд смотрел на сложенные руки Люпина, прежде чем до него дошло. Если он мог изменить своё поведение в Хогвартсе, почему он не мог сделать это и за пределами школы? Его новое «я» никто не считал странным. Мракс постарался расслабиться и усмехнулся. — Я просто соскучился по Гарри, логично, что я хочу провести праздник со своим самым близким человеком, — совершенно спокойно сказал Том, а после вынужденно добавил. — Со всей своей семьëй, — после этих слов Тедди медленно повернул голову на Мракса. Его волосы вновь стали короткими, и Том мог легко рассмотреть его выражение лица. — То есть ты больше не хочешь проводить всë своë время рядом с Гарри? Цепляться за его мантию, больше не строишь свои безумные планы в личном дневнике? Тебе правда нравится проводить время со своими друзьями, другими людьми? Ты уже не ненавидишь мою маму? Не хочешь, чтобы наши родители были вместе, ну, обнимались на публике? — Тедди завалил Мракса вопросами. По тону Том мог понять, что в вопросах говорилось о чëм-то плохом. Мракс понимал, что сейчас ему придётся солгать, иначе Тедди продолжит этот глупый разговор. Том рассмеялся. — Конечно нет, — кивнул Мракс на первый вопрос, наблюдая, как Люпин медленно расслабляется. — Я делал это в детстве, но я ведь теперь не ребëнок, — Том только усмехнулся, смотря прямо в глаза Тедди. Мракс видел, что тот расслабился, но не мог сказать, поверил ли ему Люпин, всë же тот знал Тома слишком долго. Тедди, кажется, вздохнул с облегчением. — Просто я думал, что Гарри тебе нравится, этот взгляд, которым ты смотришь на Гарри, и те глаза, которыми ты пялишься на мою маму… В общем, забей, видимо, я что-то надумал, — Люпин нервно рассмеялся. — Это было легче, честно, думал, что ты меня проклянëшь, если я начну говорить о том, что твоë поведение ненормальное даже для такого, как ты. А ты просто скучал, могу понять… Но если ты сам о чëм-нибудь захочешь узнать, то можешь смело спрашивать, мы ведь семья. И не переживай, что Гарри проводит на праздниках так много времени с моей мамой, ещë успеешь повеселиться с ним. Пойду его найду, — Тедди встал из-за стола и вновь растрепал волосы Тома. Мракс ничего не ответил, на большее его просто не хватит.       Люпин ушëл, оставив Тома со своими мыслями наедине. То есть если бы он начал отрицать его вопросы, то это бы значило, что Мраксу нравился его опекун? В романтическом плане… Том любил читать романтику, но никогда бы не подумал, что сам мог в кого-то влюбиться, у него было слишком много дел для этого. Он должен был сделать так, чтобы его самый близкий человек находился в безопасности. Конечно это нормально – желать своей семье только хорошего, тем более когда Гарри был единственным, кто был так близок с ним. Том всю свою жизнь думал только о Гарри, который так много для него делал, конечно его бесила Тонкс.       Мраксу было так хорошо, когда были Гарри, он сам и Книз, никого постороннего. Всё своё свободное время, которого было и так мало у Поттера, он тратил на него, и всë было так замечательно... Теперь он просто не хотел делиться той любовью Гарри, которая принадлежала ему по праву. Неужели при этом обязательно испытывать к Поттеру романтические чувства? Том положил книгу, которая помогла ему с расшифровкой легенд, на стол. Даже за эти шифры он взялся ради Гарри, ради его безопасности. Кажется всë, что он делал, было ради Поттера. Он поступал прямо, как какой-нибудь мужской главный персонаж из романтических книг, которые читал. Возможно ли, что Гарри правда мог ему нравиться?       Это было ненормально, особенно с тем фактом, что Гарри воспитывал его с самого рождения. Но Том хотел всю его любовь и внимание, и если ради этого надо было стать кем-то вроде Тонкс и быть его партнëром, то Мракс был готов и на это. Том начал ковырять заусенец на пальце, пока пытался понять, в каком именно смысле ему нравится Гарри. Мракс не думал, что это может быть так трудно. Любовь может быть разной, и если Тому хотелось всю, то он не был жадным, а просто был влюблëнным?       Если это именно то, что и называлось любовь, то да, это именно то, что Мракс испытывал. А это значило только одно… — Мне нравится Гарри, — тихо прошептал Том, а после вздрогнул, когда почувствовал, как его ног коснулось что-то мягкое. Это Книз прибежал выпрашивать у него еду. Мракс смотрел то на расковыренный заусенец, из которого шла кровь, то на Книза. Закусив раненый палец, Мракс встал и полез за кормом для кота. Гарри ему нравится. И чтобы понравиться Гарри в ответ, надо вырасти, вырасти как можно быстрее. Возможно, теперь его планы казались ему немного труднее, чем раньше…